Когда гаснет свет

      Теодор Нотт был сыном своего отца. Если Нотт-старший пытался затеряться в толпе пожирателей смерти, при этом оставаясь в Ближнем кругу Темного Лорда, то его “плоть и кровь” никогда не стремился выделяться в Хогвартсе, при этом являясь одним из лучших учеников.       Он не любил ввязываться в конфликты, предпочитая оставаться где-то на фоне. Но при этом при желании он мог быть в курсе всех новостей. Правда ему чаще всего это просто было неинтересно.       С первых дней в Хогвартсе Тео занял позицию наблюдателя. Он не любил взгляды, направленные в свою сторону. Если Драко Малфой был заметной фигурой на своем факультете за счет постоянных историй, в которые он попадал, то Тео был тем самым человеком, о котором знали все, но в то же самое время не могли вспомнить ни одного случая, где он бы фигурировал как активный персонаж.       Тео легко давалась учеба, особенно ему нравилось зельеварение и трансфигурация. В первом он нашел для себя небольшую отдушину, которая позволяла ему расслабиться.       Профессор Снейп отмечал, что у него есть определенный талант. Правда в словах “вы определенно способны не взорвать котел, хотя все остальное оставляет желать лучшего” порой бывает тяжело с первой попытки различить комплимент. А в трансфигурации ему нравилась определенная свобода, пусть и ограниченная некоторыми законами.       Тео был вторым на своем факультете и где-то четвертым в рейтинге целой школы. Он не стремился к большему, ему вполне хватало того, что он имел. Тео не считал себя героем или злодеем, ведь ничего хорошего в своей жизни он не совершил, как и плохого. Он всегда был где-то позади, там где остаются недосказанности, а краски медленно, но верно теряются.       Тео поправил одеяло, закутав Гермиону в него поплотнее. Ему не спалось. Возвращаться в родное поместье не хотелось. Он прекрасно мог вообразить себе вспышки камер, журналистов, фальшивые улыбки семейства Паркинсон и его отца. От одной только мысли об этом тошнило.       Конечно, он никогда не питал иллюзий по поводу собственного брака. В чистокровных семьях всегда и все решалось за наследников, родители сами выбирали пару своим детям. Если бы не возвращение Темного Лорда, то отец нашел бы ему пару гораздо раньше. Интересно, тогда бы это тоже была Пэнси?       В школе они общались крайне редко. Девушка была слишком громкой, слишком прилипчивой, довольно вспыльчивой особой и наконец совершенно не в его вкусе. У нее было каре, в то самое время, когда он любил длинные волосы. Чтобы можно было пропустить эти гладкие пряди через пальцы.        Он любил миниатюрных девушек с тонкой шеей, потому что на них просто невероятно смотрятся любые украшения. Пэнси же таковой не являлась. В ней была другая красота, которую Тео по достоинству оценить не мог. Он не смог бы дать ей любовь, как и она не смогла бы подарить это чувство ему. Звучало неприятно.       Если не вмешаться в ситуацию, то его ждет не самое приятное будущее. Тео слишком долго находился в состоянии сна. Приходилось признать один грустный факт. Пора было просыпаться и начинать действовать.       Гарри появился на пороге дома ровно в десять, он немного задержался после ночной смены и выглядел не особо свежо.             - Поттер, что ты знаешь о семействе Паркинсон?       Главный аврор не был удивлен этому вопросу. Он уже довольно давно наблюдал за поведением Нотта, гадая, когда он наконец перестанет плыть по течению. В какой-то мере ему даже было жаль молодого человека, очередного сына пожирателя смерти, которому так тяжело устроиться в новом мире, даже если кто-то говорил об обратном.             - Аврорат не имеет к ним вопросов, они не были замечены в чем-то, что могло их скомпрометировать.       Тео ожидал чего-то подобного. Если из полной грязи смог восстать его отец, то у Паркинсон особо не было трудностей в проворачивании подобного.       В целом они особо и не запятнали себя в годы войны. Темному Лорду их семья не была интересна: слишком мало влияния и денег. Конечно, они участвовали в некоторых нападениях, но не проявили себя, оставшись в большей степени тенью на фоне таких личностей как Беллатриса Лестрейндж и Люциус Малфой.             - Я всегда завидовал полукровкам и маглорожденным волшебникам, что они сами выбирают свою судьбу.       Тео не лгал. Плыть по течению было легко, но даже так он видел, как отличается его жизнь, как и других чистокровных отпрысков, от жизни их сокурсников без великого происхождения.             - Да, чистокровным с этим не повезло. - Гарри улыбнулся. - Гермиона сказала бы, что это то еще Средневековье.       На самом деле парень знал, что он даже преуменьшил. Старая Гермиона развела бы целую дискуссию на эту тему, активно жестикулируя и повышая свой голос с каждой минутой.             - Было бы все проще, если бы мой отец не был главой нашего рода. Его решения подкрепляются родовой магией, если я пойду против, то это буквально убьет меня.       Поттер вздохнул. Он довольно часто по долгу службы встречался с родовыми проклятиями. Не так давно он был свидетелем отлучения от семьи юной девушки, которой не повезло родиться сквибом. Потрясение для нее было столь значительным, что ее сердце остановилось в тот же миг, когда ее отец проговорил последние слова.             - Твой отец довольно упертый человек, если подумать. - Гарри не лгал.       Тадеуш Нотт был не такой простой фигурой, которой хотел казаться. После Второй магической войны общественность ожидала, что подобно Люциусу Малфою и Нотт-старший будет подвергнут наказанию. Однако тот смог выйти сухим из воды. В каких-то активных набегах он никогда не принимал участия, а если и принимал, то доказательств не было. Он никогда не финансировал деятельность пожирателей смерти, в отличие от того же Малфоя. Он был рядом с Тёмным Лордом, но в то же самое время его будто бы и не было. Именно по этой причине Аврорат и не смог ему ничего сделать.             - Я знаю. - Тео размышлял всю ночь над этим. - Мне нужно попытаться дать ему отпор.             - Какие есть идеи?             - Пока никаких, если честно. Отец объявит сегодня о нашей помолвке, свадьба является вопросом месяца, но никак не больше.             Тео был уверен в том, что даже ошибся в определении сроков свадьбы. Отец вероятнее всего не дал бы ему и месяца. Счета в Гринготтсе способны оплатить любое празднество.             - Может у тебя есть на примете другая невеста? - глаза Гарри сверкнули. - Если проблема только в Пэнси...             - Не только в ней. - перебил его Тео. - На ее месте может быть любая.             Нотт отвернулся к окну и не увидел, каким взглядом его одарил Гарри. Поттер не был слепым. Он видел, какое воздействие Тео оказывает на Гермиону, понимая в том числе, что это взаимно. Нотт казался ему романтиком, тем самым рыцарем из сказки, что готов спасти принцессу от долгого сна. Если говорить честно, то Поттер был бы в первом ряду среди тех, кто выступил бы против брака Нотта. Ведь именно после этого события у Тео не будет возможности так много времени проводить с Гермионой. И этот факт мог быть фатальным для ее состояния. Но сделать Гарри ничего не мог.             - Я могу подбросить им какие-нибудь темные артефакты, пользуясь своим служебным положением, но не думаю, что это что-то изменит.             - Понимаю.             Нужно было что-то делать.             Позавтракав с Гарри и Гермионой, Тео наконец отправился в поместье. Как он и думал, его родной дом был украшен так, словно все праздники Англии решили отметить именно здесь и сейчас. Домашние эльфы с хлопками появлялись тут и там, поправляя какие-то элементы декора. Люстры светили так ярко, что можно было ослепнуть. Обед даже не наступил, а поместье уже было готово к званому приему.             - Мой сын! - Тадеуш Нотт показался на лестнице. - Немедленно отправляйся в ванную и приводи себя в порядок. К двенадцати к нам прибудут репортеры, чтобы взять у тебя интервью.             Тео закатил глаза. Репортеры. Вспышки камер. Это то, чего он так хотел избежать. Но не успел он открыть рот, как Нотт-старший продолжил.             - Пэнси с семьей прибудет где-то к трем, чтобы сделать совместные фотографии. Я думаю, что вы будете хорошо смотреться в бальном зале, можно сделать пару снимков в саду...             - Отец!             - ...А вечером у нас будут гости, где мы дружно отметим вашу помолвку. Кольцо я уже передал Пэнси, поэтому тебе нужно быть просто милым.             - Отец!             - И молчать!       Голос Тадеуша приобрел железные нотки. Тео вздрогнул. Отец стоял на лестнице с таким видом, будто был готов запустить в него аваду за непослушание. Парень сжал кулаки.             - Отец, выслушай меня. - медленно начал Тео. - Я против этой помолвки и брака.             Тадеуш Нотт закатил глаза ровно так, как и его сын несколько минут назад. Он знал, что все будет именно так. Ведь это был его сын. И как отец, он просто желал ему лучшего будущего. Паркинсоны действительно не были идеальной партией, Дафна Гринграсс лучше подходила под роль невесты, но ее родители решили выдать ее за другого. Пэнси была по крайней мере удобным вариантом.             - Ко мне в кабинет. Живо!       И не дожидаясь кивка Тео, Нотт-старший удалился.       Совсем скоро в кабинете северного крыла сидели двое. Почти копии, если бы не их возраст.             - Я хочу сам выбрать себе жену. - начал Тео. - И это никогда не будет Пэнси.             - Чем же она плоха? - усмехнулся Тадеуш. - Я, конечно, слышал, что в школе ее называли мопсом, но не знал, что это может так сильно на тебя повлиять.             - Откуда ты...             Тео даже растерялся. Пэнси действительно преследовали такие сравнения на первых курсах, но скорее они были вызваны ее собственным поведением. Она в том числе не отличалась мягкостью в отношении других волшебниц, за что те справедливо и придумали ей прозвище в ответ.             - Неважно. Так что с ней не так?             - Пэнси - хорошенькая волшебница, но у нас нет ничего общего. Мне неприятно находиться рядом с ней.             - Думаю, что если бы у нее были длинные кудрявые волосы, орден Мерлина на груди и дружба с Избранным, ты бы уже был в ее ногах.             - Отец...             - Хватит! - Тадеуш ударил по столу и встал. - Я желаю тебе только счастья, ты это поймешь со временем.             Тео встал с ним почти синхронно. Он был несколько выше отца, но тот был гораздо шире в плечах. Повисла тишина. Каждый тяжело дышал и думал о чем-то своем.             - Я признаю, что Гермиона Грейнджер вызывает во мне некоторые чувства. И в первую очередь, мне безумно жаль, что моя семья виновна в том, в каком она состоянии сейчас. - от этих слов Тадеуш вздрогнул. - Если бы не твоя информация, то всей этой ситуации бы не было. Но даже тогда я был бы против брака с Пэнси.             Тео и сам не ожидал от себя, что сможет так твердо говорить с отцом. Его голос был ровным, сердце наконец стало биться медленнее. Он продолжил.             - Ты можешь сколько угодно говорить, что ты глава рода, но я - твой единственный наследник. Ты бы не смог меня изгнать, даже если бы действительно того хотел. А ты этого не хочешь. Это просто манипуляция.             - Глупый мальчик, ты ведь правда ничего не понимаешь.             Тадеуш вздохнул. Сын был его абсолютной копией. Эти же самые слова он когда-то твердил своему отцу. Правда у того нервов было гораздо меньше, поэтому почти сразу он получил “круцио” в лицо за неповиновение главе рода. Но, конечно, он бы никогда не хотел пытать своего ребенка аналогичным способом.             - Ты любишь меня отец, я это знаю, но этот брак сделает меня несчастным.             - Я никогда не дам согласие на твой брак с Грейнджер!             Тео покраснел. Он и не думал о подобном. Все его действия по отношению к Гермионе были продиктованы искренним желанием помочь, так почему отец не мог это понять?             - Хватит про нее говорить! - Тео был возмущен. - Почему ты меня не слышишь? Дело не в Гермионе, а в том, что я не хочу Пэнси.             От одной только мысли, что она станет его женой, воротило. Он не смог бы быть готовым к браку с ней даже через сотни лет.                          - Чистокровных невест особо нет. - Тадеуш устало опустился в кресло. - Я выбрал лучшее из того, что было.             Нотт-старший махнул рукой, подзывая к себе поднос с вином. С возрастом от подобных диалогов у него начинала болеть голова. В годы службы Тёмному Лорду она ныла постоянно. В какой-то степени было даже удивительно, что он не спился.             - Мне плевать на чистокровность! Я сам отрекусь от рода, если ты не изменишь решение. - эти слова могли вызвать лишь только смешок.             Если бы только все было так просто.             - И тогда твоя же магия тебя накажет. От рода Ноттов невозможно отречься. Я знаю это. - Тадеуш не врал. - Сам был на твоем месте. Своему отцу я говорил эти же слова, когда он настаивал на разводе с твоей матерью.             Этот диалог был свеж в памяти, будто он был только вчера. Нотт-старший так сильно поругался с отцом тогда, что помимо непростительного заклинания получил ещё и неделю в подземельях. В конечном итоге ему удалось отстоять свой брак. Просто по той причине, что он примкнул к Тёмному Лорду, как того желал его отец.             - Тогда я... - Тео не знал, что ещё ему сказать. Он не считал, что идёт по той же дорожке, что и отец. Во всяком случае не видел сходства.             - Я желаю тебе счастья, сын. Я уверен, что вы сможете найти с Пэнси общий язык. К тому же, в браке чистокровных любовь редко является главным чувством. Если вы будете уважать друг друга, то уже будете счастливы.             Возможно в этом Тадеуш немного лукавил. Он мог буквально на пальцах перечислить союзы, которые были счастливы друг с другом. Самыми первыми на ум приходили, конечно, Малфои. Брак, основанный изначально на чистой выгоде, быстро превратился в искреннюю любовь двух людей. Другим делом была семья Лестрейнджей. Беллатриса не уважала своего мужа, а он в свою очередь её просто боялся. Возможно именно по этой причине детей у них так и не появилось.             - Я хочу выбрать невесту самостоятельно. - настаивал Тео.             - Не обманывай меня. - Нотт-старший налил себе еще вина. - Если бы я все позволил решать тебе, то не стал бы дедушкой и к своему столетию. В твоем возрасте я не думал о браке и детях, меня интересовали путешествия и азартные игры.             - Ты ошибаешься.             Голос Тео начал терять уверенность. Семья не входила в его планы. Мягко говоря, отец был прав.             - Я знаю. - Тадеуш улыбнулся. - До Гермионы Грейнджер ты редко покидал поместье по собственному желанию.             - Просто не было причин.             Если говорить честно, то в какой-то степени Нотт-старший был рад этой ситуации. Его сын слишком долго жил затворником особняка. Походы к Забини не считались в его глазах какой-то деятельностью. Домовики доложили ему обо всём еще тогда, когда Тео впервые отправился к Грейнджер. Они стащили письмо Поттера и принесли ему, поскольку он попросил. Было ли это вторжением в частную жизнь? Возможно. Но то, о чем Тео не знал, не могло ему вредить.             Первоначально письмо Поттера насторожило его. Затем он благосклонно позволил событиям развиваться, помня, что его семья должна этому Избранному мальчишке. А потом все зашло слишком далеко и грозило серьезными проблемами.             - Я не изменю свое решение. Браку быть. Если ты пойдешь против, то я наложу на тебя требование главы дома. И тебе придется подчиниться, но будут весьма неприятные впечатления.             - Я не могу...             - Проблема в том, что ты не можешь оставить Грейнджер, ведь так? Тео кивнул.             - Мне жаль, но в браке тебе не будет позволено жить с другой женщиной. Я достаточно долго закрывал глаза на то, где ты проводишь свое время.             Более того, он достаточно долго закрывал и глаза репортеров на это. Поскольку кто-то, чьи имена общественность так и не узнает, пытались заработать на истории о сыне пожирателя смерти и его помощи маглорожденной волшебнице. Что случилось с теми людьми так никто и никогда не узнает. Тадеуш позаботился о том, чтобы их голоса больше не звучали.             - Она нуждается во мне. - голос Тео был серьезен. Он сам не знал, почему она нуждается в нём, но ему так приятно было ей помогать. Быть её спасителем.             - У нее есть Поттер и Уизли, думаю, что она не будет одна. - парировал отец.             - Я уверен, что твои родители говорили так про маму. Но ты её не оставил.             Тадеуш грустно улыбнулся. Ему так говорили. Много раз говорили. Кричали и требовали. Умоляли и плакали. Наказывали и пытались задобрить. Всё ради того, чтобы он отказался от своей Эмилии. Его свету в этом тёмном царстве.             - Я любил твою мать большего всего на свете. - улыбка померкла. - И эта любовь меня сломала. Ты - её наследие, я не хочу, чтобы ты загубил свою жизнь.             Он помнил, как нашел её бездыханное тело. К тому моменту ничего нельзя было исправить. Так много времени было потрачено на её защиту, а затем какой-то идиот зашёл в её комнату.             Кажется, это был какой-то новобранец. Он должен был патрулировать коридоры во время собрания пожирателей. Тадеуш запретил ему входить в комнаты, но тот человек ослушался. И он помог Эмили сбежать. Возможно он думал, что помогает ей. А в итоге он помог ей умереть.             Это был единственный раз, когда Тадеуш использовал все тёмные заклинания, которые знал. Он пытал этого пожирателя около месяца, а затем убил. И даже после смерти не мог успокоиться. Поэтому тело пришлось сжечь.             - Как моя помощь Гермионе загубит мою жизнь? - Нотт-старший так сильно погрузился в воспоминания, что даже не сразу понял вопрос сына.             - Ты уже привязался к ней. - это была такая очевидная истина. - Ты можешь выглядеть отстраненным и возможно холодным, но ты всегда становился зависим от тех, кто нуждался в тебе.             - Не было такого! - Тео напоминал Нотту-старшему маленького мальчика. Нужно было бы еще топнуть ножкой для полной картины.             - Было всегда. Я знаю, каким ты был в школьные годы. Всегда где-то на фоне, словно тебя и нет. Все было проще, потому что никто и никогда в тебе так не нуждался. Но вспомни раненного лисенка, которого ты подобрал. Его жизнь была возможна только благодаря тебе, и ты не мог без него жить.             Это воспоминание грело душу. Тадеуш так боялся, что из-за такого страшного детства и такой травмы с его маленьким Тео будет что-то не то. До шести лет от него нельзя было дождаться и пары слов. Он был равнодушен ко всему. К новым знакомствам, подаркам, путешествиям. После смерти Эмилии его малыш замкнулся в себе. А затем появился этот лисенок.             Ему был месяц, не более того. Тео нашел его, когда гулял в саду. И они стали настоящими друзьями. Сначала Тадеуш противился тому, что какое-то животное будет жить в их доме, но затем позволил, поскольку только так можно было увидеть улыбку сына.             - Ты сравнил человека с лисой? - Тео был раздражен. Почему его отец говорит такие странные вещи?             - Ты никогда не чувствовал себя героем, ты никогда не был готов жить ради себя самого, только существовать. Но ради кого-то ты способен свернуть горы, если ты - то единственное, что поддерживает жизнь. И это не доброта. Тебе нравится быть маленьким богом. Я это знаю, потому что я такой же.             Повисла тишина. Уже давно у них не было таких откровенных разговоров. И еще многое не было высказано.             - Я...отец... - Тео пытался подобрать слова. - Я не могу отказаться от Гермионы сейчас. Ей только стало лучше.             Это была правда. Гермионе в какой-то степени стало несколько лучше. Она шла на контакт. Правда случались дни, когда случался откат. В такие моменты она не говорила и просто смотрела в одну точку. Но по сравнению с тем, что было раньше, они с Гарри проделали замечательную работу.             - Ты вступишь в брак с Пэнси. - Тадеуш был непреклонен. - И это не обсуждается.             Диалог вновь вернулся к тому, с чего и был начат. Если все дороги ведут в Рим, то видимо все разговоры ведут к браку с Пэнси Паркинсон.             Внезапно в голову к Тео пришла идея. Опасная, но от этого она была еще более хороша.             - Тогда у меня есть условие.             - Какое?             - Гермиона Грейнджер будет жить здесь, если ты запретил её навещать там. Мы выделим ей отдельное крыло, так что с Пэнси она даже не будет пересекаться. Таким образом, наш род загладит перед ней свою вину.             Тадеуш замер. Он ожидал чего угодно, но только не такого предложения. Это было просто невозможно. Узнай об этом общественность, он мог многое потерять. Многие могли воспринять это как за сожительство с любовницей. Чистокровные традиции будут нарушены.             - Ты просишь слишком много. - покачал головой Нотт-старший.             Но что-то во взгляде сына остановило его. Ровно таким же взглядом он сам когда-то смотрел на своего отца. Тогда он выиграл битву. И теперь, оказавшись по другую сторону, ему приходилось признать, что теперь он проиграл.             - Иначе мне плевать, что со мной сотворит магия. - Тео знал, что не откажется от своих слов.             - А Поттер? - последняя попытка, но капитуляция уже произошла.             - Я смогу его убедить. - в этом Тео был уверен.             - Хорошо. Но если Поттер будет против, то его подружка останется там, где находится сейчас. Но твой брак состоится.             - По рукам.             Конечно, Поттер не был против. Хотя изначально он и попытался сказать, что это очень неловко, он бы не хотел стеснять Тео, но затем согласился.             Помолвка состоялась в тот же день.             Тео с трудом сдерживал рвотные позывы. От вспышек репортеров мутило. В какой-то момент ему даже показалось, что глаза стали хуже видеть, так сильно они устали от этого обилия визуальной информации.             А вопросы журналистов - это отдельная история. Более тупых вопросов в своей жизни Тео никогда не слышал.             “Почувствовали ли вы любовь еще в школе?”             “Как вы считаете, за что вас любит Пэнси Паркинсон?”             “Долго ли вы выбирали кольцо?”             В конце концов ему пришлось взять небольшое слово. Пэнси буквально повисла на нем, широко улыбаясь. Её парфюм проникал в лёгкие, вызывая приступы кашля.             - Мы учились с Пэнси на одном курсе. - Тео даже не старался скрыть свое раздражение. - Она была очень забавной, любила ярко одеваться, притягивала внимание парней. Я очень рад браку с ней.             Ему было проще признаться в любви Тёмному Лорду, чем выдерживать этот фарс.             - Улыбайся! - шипела сквозь зубы Пэнси.             - Я не могу улыбаться, ты так вцепилась в руку, что я ее уже не чувствую. - шипел Тео в ответ.             - Придурок! - она больно царапнула его руке.             - Идиотка! - он ткнул её в бок.             Яркие вспышки свидетельствовали о том, что этот момент останется в истории навсегда.             - Мы очень счастливы! - проговорили они в унисон.             Тадеуш Нотт, наблюдавший со стороны, закатил глаза. Более нелепого зрелища она в своей жизни не видел.             Свадьба, что случилась через месяц, не выглядела лучше. Было много гостей. Знакомых и незнакомых лиц. Пэнси была одета в обтягивающее платье, из которого грудь буквально вываливалась. Тадеуш назвал это верхом безвкусицы. Тео отметил, что отец сам выбрал ему такую партию.       Весь вечер до церемонии он старался находиться где угодно, но только не рядом с ней. Единственное желание - сбежать, скрыться с этого нелепого праздника лжи и лицемерия.             - В болезни и здравии... - повторял он клятву.             - В горе и в радости... - широко улыбаясь говорила она.             - Всегда и навечно... - звучал приговор.             Тео безумно сильно хотел посетить ванную комнату. Чтобы только смыть с себя этот день. Хотя озеро недалеко от дома тоже манило. Хотелось утопиться.             - Красивая свадьба. - Блейз наконец решил подойти к нему под конец праздника. Он бы сделал это и раньше, но взгляд Тео был таким злым, что была вероятность нарваться на аваду.             - Издеваешься? - Тео чувствовал, что с каждой секундой он все ближе к взрыву.             - Красивая свадьба. - с другой стороны подошел Поттер, который в том числе держался в отдалении целый вечер, боясь нарваться на гнев Нотта.             Они с Забини понимающе переглянулись.             - Вы сговорились, да?             Тео не злился на них.             - Не кипятись, а то у тебя целая брачная ночь впереди. - издал смешок Блейз. Тео закатил в глаза. Чувство юмора Забини всегда оставляло желать лучшего.             - Я запрусь в своей комнате. - угрюмо проговорил он.             - Я слышал, как вам желали побольше наследников. - Гарри старался держать серьезное выражение лица, но сдался, как и Блейз.             Видимо плохое чувство юмора было заразным. Или Поттер и Забини подозрительно быстро сдружились.             - Думаю, что Пэнси не настроена на то, чтобы так быстро делать детей. - Гарри решил смягчить ситуацию.             - Спасибо.             Тео был рад, что они были рядом. С ними было спокойнее. На следующий день они должны были вместе с Гарри перевезти вещи Гермионы в поместье Ноттов. Забини в том числе обещал помочь. К её приезду всё было готово. Тео лично обустроил её комнату, отдавшись этому занятию всецело.             Завтра. Скорее бы оно наступило.             - Дорогой, идем танцевать! - Пэнси появилась словно из ниоткуда.             Первый танец молодых. Их танец. Тео надеялся, что этот опыт обойдет его стороной. Но видимо другого пути не было.             От осознания того, что придется танцевать с Пэнси, мутило. Блейз и Поттер переглянулись. А затем кивнули друг другу, словно договорившись о чем-то.             - Я составлю тебе компанию! - воскликнул Забини и потянул Паркинсон за собой.             - Блейз! - был слышен её вскрик.             - Пэнси! - смеялся мулат в ответ.             Тео был готов отдать ему наследство за свое чудесное спасение. Забини виделся ему ангелом, что сошел с небес. Поттер продолжал стоять рядом. Это была его первая свадьба за долгое время. И он находил её довольно уморительной.             - Как Гермиона? - Тео не видел её всё это время и искренне волновался.             - Она в порядке. - Гарри улыбнулся.             Он видел, что девушка скучает по этому кудрявому парню. А если скучает, то значит чувствует. А если чувствует, то значит живёт. И другого ему было не нужно.             - Ты правда не против того, чтобы она переехала сюда? - этот вопрос волновал Тео больше всего на свете.             - Я не могу сказать, что нахожу эту мысль приятной. - Гарри действительно долго над этим думал. - Однако я понимаю, что ты нужен ей. И возможно больше, чем я.             Порой это осознание заставляло его чувствовать лёгкую грусть. Он прошел с ней так много испытаний, но сейчас он не был способен стать для неё тихой гаванью. Гарри долго обсуждал эту ситуацию с колдомедиками. И наконец он принял её. Потому что так было нужно.             - Это странно, да? - Тео почувствовал руку Гарри на своем плече.             - За мной с младенчества охотился взрослый мужик со змеиной мордой. - похлопал его Поттер. - Так что я не нахожу это странным.             Впервые за вечер Тео рассмеялся. Его поражало, как Поттер, пройдя столько испытаний, сохранил чувство юмора. Возможно именно это и позволило ему победить.             - Ты сможешь приходить в любое время, когда пожелаешь. - Тео даже был бы не против того, если бы Поттер жил с ним. Так сильно он не хотел оставаться рядом с Пэнси. Чем больше людей, тем лучше.             - А Пэнси?             - Она не узнает об этом. Я уже подготовил северное крыло для Гермиона. Туда смогут попасть только я, отец и ты, её друзья, если они захотят.             Подготовка Тео восхищала. Гарри чувствовал, что сделал правильный выбор, но стоило уточнить один момент.             - Почему ты так переживаешь за неё?             - Я не знаю, как тебе ответить на этот вопрос.             Тео пожал плечами, неловко краснея.             - Тогда можешь не отвечать.             Для Гарри это говорило больше любых слов.             Прошел месяц.             А именно тридцать один день со дня свадьбы. Тео считал. Брак с Пэнси казался заключением в Азкабане, только вот срока у него нет.       Каждое утро начиналось одинаково.             - Ты снова не ночевал со мной в одной спальне?! - вопила Пэнси, стоило им пересечься в доме.             Обычно это случилось раз в два-три дня. Его “дорогая” жена в первые дни гораздо больше времени проводила с Ноттом-старшим, жалуясь на свою жизнь, чем с Тео. В конце концов она так надоела его отцу, что и он стал избегать её, возвращаясь в поместье только под вечер.             - Правда? - Тео всегда делал удивленный вид. - Видимо я снова уснул в кабинете.             На самом деле он спал в северном крыле. Его спальня была рядом с комнатой Гермионы. Иногда он мог заснуть в кресле у её кровати. Порой даже рядом с ней, деля одну постель. Но между ними всегда было расстояние.             - Я искала тебя по всему поместью, но меня тут будто все считают дурой. - продолжала свою истерику Пэнси. - Домовики отказываются мне говорить, где ты.             - Они не подчиняются тебе. - и это Тео считал самым лучшим вариантом развития событий.             Домовики хранили его тайну. Отец не вмешивался. А он мог жить так, словно ничего и не случилось. П-Р-Е-К-Р-А-С-Н-О!             - Я - хозяйка поместья! - большей ерунды он никогда в своей жизни не слышал.             - Нет. Хозяйкой поместья ты будешь только в тот момент, когда мой отец передаст статус главы дома мне.                    В этом Тео немного лукавил. Если магия его рода не сможет принять Пэнси, а в этом он был более, чем уверен, то ей не стать хозяйкой никогда. Кровь Ноттов была той еще капризной стервой. И не стремилась принимать людей, которых считала недостойной.             - Это просто идиотизм! - Пэнси была такой красной, что ещё чуть-чуть и могла составить конкуренцию яблокам, что росли в их саду.             - Ты знаешь правила чистокровных семей, дорогая. - Тео развел руками.             - Да? - Пэнси сделала шаг вперед, пытаясь сблизиться с ним, но от отступил. - Тогда по этим правилам мой муж должен со мной спать.             Тео закатил глаза. Ему не составляло труда держаться от неё на расстоянии. Чтобы даже её руки не могли его коснуться. Ему правда было её жаль. В какой-то мере он понимал её требования, однако находил весьма унизительным такое поведение.             - Я не хочу тебя Пэнси.- в очередной раз повторял Тео.             - Ты! Я ненавижу тебя! - вновь заходилась криком Пэнси.             И он уходил, оставляя её одну.             За целый месяц такой жизни он ожидал, что она прекратит свои жалкие попытки достучаться до него. В конце концов она могла просто жить свою жизнь. Её то в этом никто не ограничивал. Но Пэнси продолжала.             Она искала его по поместью, искала в саду. Каждый день она фанатично допрашивала домовиков, пытаясь узнать у них, где же прячется её супруг. Она закидывала вопросами портреты предков, пытаясь узнать его увлечения. Тео знал, что почти каждую неделю к ней приходит специалист, с которым она обновляет свой гардероб, меняет внешность. Она пыталась ему понравиться. В своей странной манере она правда пыталась. Но ему это не было нужно.             Каждый свой день он проводил в северном крыле. Даже перенес туда свою лабораторию. Нет, он не сидел с Гермионой постоянно. Ей нужно было давать определенное пространство и свободу. Так что периодически он уходил в гости к Блейзу.             Вообще его жизнь заметно изменилась с тех самых пор, когда в ней появилась Гермиона. И с каждым днем он понимал, что его отец был прав. Потребность помогать и быть нужным была в нём слишком яркой. Ему нравилось то, что девушка была от него в какой-то мере зависима. И приходилось признать, что и сам он становился зависимым от такого взаимодействия.             Поведение Гермионы несколько изменилось. Тео и Гарри честно выполняли предписания Антонио, благодаря чему девушка стала чувствовать себя лучше. Спать она по собственной воле так и не начала. Очень редко она могла позволить себе подремать или полежать с закрытыми глазами. Однако лекарства заставляли её проваливаться в сон. Их ей давали два раза в неделю. После подобных дней она могла не говорить сутки и даже больше. В такие моменты она просто смотрела в одну точку. Но затем становилась чуть больше похожей на себя.             С едой проблем стало меньше. Она стала кушать. Особенно ей нравились десерты, которые готовили домовики. Но сладкое в большом количестве было вредным, поэтому десерты она получала раз в неделю. В остальные дни Тео и Гарри буквально кричали от радости, если она хотя бы немного пробовала суп и какое-нибудь мясо.             Гарри появлялся в его доме довольно часто. Почти каждые два дня. Один раз он даже взял с собой Рона. Но стало быстро понятно, что это весьма неудачная затея. Уизли не знал, как себя нужно вести. И совершенно случайно вызвал у девушки приступ. Гарри и Тео успокаивали её несколько часов, прежде чем слезы на её щеках высохли.             Каждый день он буквально бежал к ней, чтобы сказать:             - Привет! Как твои дела?             Как это случилось и в этот раз. После утреннего крика Пэнси ему было просто необходимо погрузиться в спокойствие.             Он никогда не заходил в комнату без предварительного стука. Гермиона не отвечала ему, но он не мог вторгнуться просто так. Манеры.             - Нормально. - раздался её тихий голос.             Большую часть времени она проводила на своей кровати. Но очень часто он находил её и в других частях комнаты. Вообще Тео гордился тем, какую спальню он создал для девушки.             Здесь было всё для комфортной жизни. Пришлось правда соединить комнату с соседней, чтобы пространства стало больше. Нотт-старший на это только проворчал, но мешать не стал.             Большую часть пола покрывал пушистый ковер. У него была приятная и в том числе важная функция. Во-первых, по нему было просто невероятно хорошо ходить. А во-вторых, он прекрасно смягчал падение. Гермиона еще довольно слабо стояла на ногах, так что для неё это было действительно спасение.             Помня закрытое пространство больницы, Тео постарался впустить в комнату как можно больше света. Для этого пришлось расширить окна. Для безопасности он наложил на них определенные заклинания, чтобы Гермиона не могла воспользоваться ими для совершения чего-то непоправимого. Она любила сидеть или лежать, свернувшись комочком, на подоконниках и смотреть куда-то вдаль. В такие моменты его глаза были живыми.             В комнате можно было увидеть книжные шкафы, гардеробную, столик для приема пищи. Было очень много колдографий Гермионы и её друзей (за это “спасибо” стоило сказать Гарри). Ещё здесь можно было найти скрипку. Оказалось, что девушка раньше часто играла. И теперь периодически она брала в руки инструмент. Тео никогда в своей жизни не слышал ничего более красивого.             - Вижу, что ты не завтракала. Нет аппетита? - Нотт подметил всё еще полные тарелки еды.             Домовики всегда старались угодить их гостье. И очень расстраивались, когда девушка так и не принимала их угощения.             Гермиона молчала.             В этот раз Тео нашел её, сидящую около окна. Девушка не посмотрела в его сторону, но в этом не было ничего страшного. Он привык.             - Ладно, сегодня у нас видимо снова день тишины. - Тео улыбнулся. - Ну ничего...Я тут принес старые школьные колдографии, Гарри их прислал вчера вечером.             Они могли стать отличным пополнением её коллекции. Правда нужно было подумать, куда их деть. Стена с колдографиями и комод были переполнены.             Пока Тео стоял и размышлял, куда ему стоит поставить воспоминания прошлого, Гермиона поднялась со своего места. Он старался не смотреть в её сторону и лишь краем глаза угадывать её движения. Утопая ногами в ковре, она приближалась к нему, пока не остановилась рядом.             Тео глубоко вздохнул. От неё все еще пахло лекарствами и травами. Этот запах прочно ассоциировался с ней в его голове. И в какой-то мере он любил этот запах.             - Пэнси знает, что ты со мной? - девушка осторожно дотронулась до его руки.             - Нет.             В последнее время он все больше ощущал, как её редкие касания отправляют по его телу тысячу мурашек. Мерлин, он находил это таким трогательным и приятным! Конечно, Гермиона трогала и Гарри. Она позволяла ему держать свою руку и даже обнимать, а порой сама могла гладить его плечу или перебирать его волосы. В этом всём было что-то близкое и интимное, но Тео не считал это чем-то неприличным. Гарри был её лучшим другом, её братом, человеком, за которым она шла всю свою жизнь. Они многое пережили вместе. Они были вдвоем, даже когда Рон оставил их. Гермиона поддерживала Гарри при любых обстоятельствах, отдавая всю себя. И Поттер платил ей той же монетой.             Тео многое узнал за этот месяц о дружбе между Гарри и Гермионой. Поттер любил вспоминать их приключения и прошлые деньки. В его словах всегда была лишь гордость за подругу. Сначала Нотт думал, что очень тяжело быть кем-то вроде Джинни, когда твой мужчина так трепетно относится к другой. Однако затем он увидел, что и она с такой же заботой относится к Гермионе. Ведь если бы не Грейнджер, то Гарри так бы и не набрался смелости подойти к своей рыжеволосой красавице.             В конечном итоге Тео смог заставить Гермиону немного покушать.             Был почти обед.             - Гарри с Джинни завтра придут. Они очень соскучились по тебе. - Тео наводил порядок в комнате, пока Гермиона лежала на кровати.             Конечно, он мог попросить об этом домовиков, но убрать пару подушек, поставить книги на место - это не такое тяжелое занятие, чтобы от подобного отказываться. Гермиона молчала.             - Ты продолжаешь не спать.             - А ты продолжаешь подмешивать мне зелья сна в еду.             Ничего от этой ведьмы нельзя было скрыть.             - Потому что иначе твое самочувствие начнет ухудшаться. - Тео погрозил ей пальчиком. - А мне бы этого не хотелось.             - Как ты избавился от этого запаха? - Гермиона перевернулась на живот, и теперь наблюдала за ним со своего места. - Раньше я могла легко распознать аромат этой дряни.             - Немного экспериментов. - на самом деле экспериментов было много.             - Не повезло мне. - фыркнула девушка.             Каждая её эмоция была подарком.             Тео провел с ней целый день, оставив её лишь на два часа вечером. Нужно было приготовить новые зелья. Старые вот-вот должны были закончиться.             Как раз подходило время ужина. Тео уже собирался покинуть свой кабинет, как перед ним с громким плачем возник Улли, его домовик.             - Молодой хозяин, простите меня! - рыдал он. - Улли - плохой домовик! Плохой домовик!             И в тот же момент волшебное существо рухнуло на пол, начав биться головой об такой любимый Тео паркет. Нотт относился к домовикам вполне себе хорошо. Ему нравились эти верные создания. Единственной плохой чертой в них он считал излишнюю эмоциональность в совокупности с рьяным желанием избить себя за любую промашку.             - Перестань биться. - Тео рывком поднял Улли на ноги. - Что случилось?             Взгляд домовика был таким испуганным, что можно было представить возрождение Темного Лорда по его вине. Хотя в той же степени он был бы испуган разбитой вазой или упавшим портретом.             - Ваша жена снова пыталась вас найти. - провыл Улли в попытках вырваться из его рук, чтобы снова ударить себя по голове.             - И? - Тео казалось, что он держит какую-то дикую кошку, так сильно домовик вырывался. В какой-то момент он даже случайно ударил Нотта по носу, из-за чего стал рыдать и извиняться еще больше.             - И случайно услышала, как глупый Улли смеялся над ней. - наконец Тео смог услышать ответ на свой вопрос.             - Ну... - Нотт успокоился, такое случалось уже не в первый раз. - В смехе нет ничего плохого.             Не было секретом, что домовики Ноттов открыто смеются над Пэнси Паркинсон. Даже Тадеуш Нотт, знавший об этом факте, вмешиваться не стал, поскольку считал, что домовики в целом правы.             - А еще она услышала, как Улли сказал, что молодой хозяин не отходит от истинной избранницы.             До разума Тео сразу не дошли слова домовика. Он так расслабился, что смысл сказанного казался абсурдом. Истинная избранница?!             - Что?! - Тео изумленно уставился на домовика.             - И после этого ваша жена побежала к господину.             Новости звучали плохо.             - О, Улли...Когда-нибудь ты сведешь меня в могилу. - простонал Тео. - Прочь с моих глаз!             Проблема была даже не в том, что сказал Улли. Проблема была в Тадеуше Нотте, которого точно не будет радовать такая ситуация. Главной причиной, по которой Нотт-старший согласился на всё это, было обстоятельство, что Пэнси ничего не должна знать. Потому что иначе мог подняться скандал.             Тео вернулся к Гермионе в невероятно скверном настроении. Девушка сразу поняла, что что-то не так. Так что не было смысла скрывать.             - А я говорила... - задумчиво протянула Гермиона после его истории.             - Что говорила? - Тео чувствовал такую нервозность, что не мог стоять на месте, ходя в комнате по кругу.             - Что Пэнси не обрадует присутствие другой женщины в этом доме. - хмыкнула Грейнджер.             Другая женщина...Хорошо, что она не знала мнение домовиков о себе. Тео не думал, что она бы обрадовалось мнению о том, что она “истинная”.             - Ты - моя гостья, она не имеет права тебя выгнать. - Тео пытался успокоиться, но выходило плохо.             - Я знаю. - фраза вышла довольно самодовольной. И парень не смог сдержать улыбку.             Патронус Нотта-старшего явился к нему через тридцать минут. В этот момент он и Гермиона разглядывали колдографии, присланные Поттер, споря о том, у какого факультета была самая удобная спальня.             Маленький енот голосом отца проговорил требование немедленно явиться в кабинет. Тео ненавидел енотов.             Через пять минут он уже стоял перед отцом, готовясь выслушать лекцию на тему: “Почему я считаю своего сына идиотом?”.             К его удивлению, Тадеуш выглядел вполне спокойным. Его ноздри не раздувались от каждого вздоха. А венка на лбу даже не была вспухшей. Тео аккуратно посмотрел в сторону бутылки вина. Отсутствовало больше половины. Можно было выдохнуть. Успокоительное подействовало просто отлично.             - Почему твоя женщина врывается ко мне в кабинет и истерично кричит о том, что мой сын ей изменяет? - медленно начал Тадеуш.             - Во-первых, она не моя женщина. - Тео надеялся, что такое настроение отца будет длиться как можно дольше. - А во-вторых, я не знаю.             - И она сказала, что вы не живете как муж и жена. - продолжал Нотт-старший.             - Я слишком стесняюсь. - в тон ему проговорил парень.             Рука Тадеуша мгновенно ударила стол. От звука Тео вздрогнул и нервно сглотнул. Видимо “успокоительное” нужно было принимать в увеличенной дозе.             - Тео! - возмущенно воскликнул Тадеуш, но злости в его голосе не было.             - Я просто боюсь женщин. - Тео подумал, что если прикинуться идиотом, то могло бы сработать. - Разве я об этом не говорил?             Нотт-старший внезапно стал похож на рыбу. Его рот то открывался, то закрывался. Но никаких звуков не было. Наконец он судорожно выдохнул, собираясь с мыслями.             - Ты ведешь себя, как...             - Как человек, которому не оставили выбора. - перебил Тео. - У нас был договор на брак, на остальное я не давал своего согласия.             - Ты позоришь меня. - Тадеуш отклонился на спинку кресла, массируя виски.             - К своему столетию ты обязательно станешь дедушкой. - по темнеющему взгляду отца Тео понял, что переборщил.             - Паршивец! - поставленным ударом Нотт-старший бросил в его сторону книгу. И только реакция и скорость позволили Тео быстро улизнуть за дверь.             Если бы в этот момент он мог прочесть мысли отца, то был бы приятно удивлен. Тадеуш на него не обижался и даже не злился. Скорее он был очень уставшим.             За месяц жизни на одной территории с Пэнси Паркинсон Нотт-старший понял, что крупно облажался. Выбор невесты был просто отвратительным. Более истеричной ведьмы он не видел. Хотя можно вспомнить Беллатрису Лестрейндж, но у той безумие появилось в возрастом. Больше всего на свете Тадеуш не любил шум и жалкий треп, которое Пэнси давала в избытке.             Так что подобно сыну Нотт-старший начал прятаться от нового члена своей семьи, перестраивая поместье под себя. Иногда он наведывался в северное крыло, чтобы понаблюдать за общением Тео и Гермионы через волшебное зеркало. И в такие моменты он чувствовал невероятный стыд и жалость.             Девушка действительно была удивительной волшебницей. Теперь не было ничего удивительного в том, что Гарри Поттер победил в этой войне. Ведь на его стороне была такая поддержка и любовь. Гермиона должна была после всех испытаний наконец получить покой вместе со своей семьей. А Нотт-старший был тем человеком, кто забрал у неё это счастье. Да, была война. Да, он сам пытался выжить в этой войне. Да, он не убивал её родителей. Но отчего-то ему было стыдно. Такие чувства не возникали у него даже во время судов. Он мог понять, почему его сын выбрал такую девушку. Сам был таким же. Гермиона Грейнджер слишком сильно напоминала его жену. И оставалось надеяться, что финал истории не будет повторением далекого прошлого.             В тот самый момент, когда Тадеуш Нотт допивал бутылку вина, размышляя о том, сколько времени понадобится Тео для принятия своих чувств, Тео столкнулся в коридоре с той, с кем максимально не хотел пересекаться после случившегося. С Пэнси Паркинсон.             - Куда собрался? - она ждала его всё это время недалеко от кабинета.             Пэнси выглядела злой. Её голос был немного хриплым, вероятнее из-за того, что она уже накричала на Нотта-старшего. Тео попятился назад. Ему казалось, что еще немного - и она возьмет палочку в руки. Так что для собственного спокойствия он нащупал в кармане древко своей.             - Погулять по замку. Тебе то какое дело? - Тео сделал шаг назад, но Пэнси в тот же момент сократила расстояние между ними.             - Я не хочу проводить дни и ночи в этом поместье одна. - на этот раз она не кричала. И это было весьма странным. И даже пугало.             - Ну проводи их не одна. - Тео вновь отступил, а она вновь сделала шаг вперед. - Тебя здесь вообще никто не держит. Можешь куда-то сходить. А лучше - отправляйся во Францию, у тебя там вроде подруга живет.             Он увидел, как её глаза сузились, а губы заметно задрожали в преддверии плача. Но спустя мгновение она смогла взять чувства под контроль. Это было удивительно.             - Мы обязаны завести ребенка.             Тео чуть не споткнулся от таких слов. Ребенок? Видимо от слов Улли у Пэнси случилось помутнение сознания, иначе непонятно, с чего она выдала такую идею.             - Ребенок - это не какое-то животное, чтобы его заводить.             Пэнси приближалась к нему, а Тео отходил все дальше. Со стороны можно было подумать, что они изображают какой-то странный танец. Или это можно было сравнить с дуэлью. Но только словесной.             - Тео, ты ведешь себя...! - девушка остановилась, видимо удерживая себя от ругательств, что дало время Тео для очередного шага в сторону.             - Так. Ты видимо меня не поняла, Пэнси. Мне плевать на тебя. Понимаешь? На твои красные губки мне тоже плевать. Можешь мне изменять, ради Мерлина, я даже ничего против иметь не буду.             Пэнси старалась сдерживать слезы. Это было видно.             - Ты думаешь, что я совсем дура. Если я тебе изменю, то ты сразу сможешь со мной развестись.             - Да. - пожал плечами Тео. - Так что я буду только “за”.             Он очень надеялся на данный исход. Одна доказанная измена с её стороны - и он был бы свободен. Даже отец не смог бы ему помешать.             - Ты все равно будешь у моих ног. - прошипела Пэнси.             - Нотты никогда не были у кого-то в ногах, учи историю.             - А может ты просто не можешь? - сменила тактику Паркинсон. - Может быть у тебя половое бессилие?             - Мерлин, Пэнси... - вздохнул Тео. - Я тебя расстрою, но если тебя не хочет мужчина, то ты просто не та женщина.             - Вот Драко всегда меня хотел. - возможно Пэнси надеялась увидеть ревность в глазах Нотта, но ему было просто смешно. Она серьезно решила вспомнить Драко Малфоя?             - И где он сейчас? - притворно оглянулся Тео. - Если мне не изменяет память, то не он твой муж, а я. Так что не так сильно он тебя хотел.             Тео немного слышал об этой школьной трагедии. Пэнси бегала за Драко долгих шесть лет, а он просто ушел к Астории, сделав её своей женой. Паркинсон оказалась разбита. Ну а Малфой был вполне себе счастлив.             - Я ушел. - Тео надеялся, что разговор на этом был исчерпан, но Пэнси не останавливалась.             - Я подслушала на кухне, как эльфы обсуждали завтрашний день. Что тут забыли Поттер и его подружка?             Опять домовики. Нужно их попросить говорить тише.             - Они мои гости.             - А меня ты не хотел спросить? - Пэнси казалась оскорбленной этим фактов.             - Нет.             Их странный танец в коридоре продолжался. Портреты с любопытством следили за каждым их шагом.             - Где мы будем сидеть?             - Я, Гарри и Джинни будем приятно проводить время в обществе друг друга и дорогого вина. А ты можешь куда-то сходить.             То, где именно они будут наслаждаться вином, Пэнси знать не следует.             - Я твоя жена и должна принимать гостей вместе с тобой. - она возмущенно топнула ногой. - Ты будешь со мной считаться!             - Нет таких правил. - Тео развернулся, чтобы уйти. - Пока.             - Круцио!             Внезапная боль пронзила его тело, и он с криком упал на пол. Ему казалось, что он сам представляет из себя комок боли. Она была везде. Пусть всё это длилось мгновение, но ему казалось, что прошло пару минут, прежде чем боль начала стихать, отдавая свои отголоски в конечности, сводя руки и ноги судорогами.             Его никогда не пытали. И представить себе трудно, что мог испытывать волшебник, что долго находился под действием подобного проклятия.             - Ты.... - Тео хрипел. - Что ты сейчас сделала?             - Ты заслужил это! - Пэнси вновь взмахнула палочкой.             Тео зажмурился. Его палочка была крепко сжата в руке, но не успевал её направить в сторону девушки, чтобы защитить себя.             В тот же момент синяя вспышка сбила Пэнси с ног, отправляя её в полет до стены. Она снесла цветочную вазу и рухнула на её осколки.             - Что здесь происходит? - раздался громовой голос Нотта-старшего. - Почему портреты говорят мне о применении непростительного?!             Тео поднялся. Отец выглядел запыхавшимся, так быстро он бежал из своего кабинета.             - Она кинула в меня круциатус. - Тео было неловко, что он даже не смог себя защитить.             Позади раздались стоны. Это Пэнси пыталась подняться на ноги, но у нее не выходило. Удар об стену был слишком сильный. А осколки порезали ей руки. Тео заметил кровь на полу и поморщился. Зрелище было неприятным.             - Тадеуш, я.... - пыталась встать Пэнси, вновь оседая на пол.             - Молчать! - Тадеуш взмахнул палочкой. - Вон в свою комнату! И чтобы я тебя не видел! Мелкая дрянь!             Тео ожидал ещё какого-нибудь проклятия в адрес девушки, и даже попытался её собой заслонить, но Нотт-старший всего лишь вызывал домовика. Улли исчез с таким же хлопком, как и появился, забирая с собой израненную Паркинсон.             - И ты еще хотел, чтобы я делил постель с этой сумасшедшей. - Тео размял шею. - Еще бы Беллатрису мне подложил.             - Идиот! - в тот же момент рука отца подарила ему крепкий подзатыльник.             - Ай! - воскликнул парень, потирая ушибленное место. - За что?             - За то, что даже постоять за себя не смог. - прошипел Тадеуш. - Скройся где-нибудь, пока я не успокоюсь.             Тео не стоило просить дважды. Он почти бегом бросился в сторону северного крыла.             - Дети, честное слово.... - выдохнул Тадеуш, провожая взглядом сына.             Нет. Всё же даже Тёмному Лорду было проще служить, чем разбирать конфликты молодых.             Тео осторожно заглянул в комнату Гермионы, надеясь застать её спящую. Надежда ведь всегда умирает последней.             - Ты не спишь? - задал он дежурный вопрос.             Девушка сидела на кровати в окружении книг и явно не спала. Как и пару дней дней до этого. После встречи с Поттером нужно будет ей обязательно дать зелье сна.             - Нет. Я не хочу спать. - она отложила книгу в сторону, по обложке было понятно, что это какие-то сказки.             - Поболтаем? - Тео неловко качнулся на пороге.                    Гермиона потянулась и хлопнула рядом с собой, приглашая войти.             - Говорить не хочу, но я могу тебя послушать.             Рядом с ней Тео ощущал спокойствие.             - Знаешь, что мне в тебе нравится?             - Что?             - Ты умеешь слушать.             Спустя два часа сон неумолимо поглотил его. Но перед тем, как разум окончательно ушел в мир сновидений, ему показалось, что кто-то невесомо погладил его по волосам, а затем укрыл одеялом.             На душе было тепло.