Когда гаснет свет

      “Новая” Гермиона была совсем другой. Она реагировала вполне спокойно на других людей и даже могла разговаривать. Просто не хотела этого, чем вызывала жуткую злость Гарри. И Тео вполне понимал её причину. Поттер пытался спасти свою подругу, а она не хотела быть спасенной, отдаваясь собственным кошмарам, которые по-прежнему её мучали.       По словам миссис Пикл девушка время от времени могла задремать на пару мгновений, а затем очнуться с громким криком. Стабильное состояние девушки поддерживали травы, которые позволяли погружать её в своеобразный транс. Гермиона вроде и была рядом, но мыслями она была где-то далеко, поэтому и не замечала людей вокруг. Не хотела замечать.       Однако у этих трав было весьма опасное побочное действие. К ним можно было легко привыкнуть, но вот отказ от них мог привести к срыву и резкому ухудшению состояния. Миссис Пикл обратилась к ним от безысходности, когда девушка буквально разнесла всю свою комнату в первые дни пребывания в домике, а теперь было сложно понять, что именно нужно делать дальше.       Когда об этом узнали Гарри и Тео, то в первую очередь высказали идею о том, что травы никуда убирать не нужно. Если они помогают девушке чувствовать себя лучше, то почему бы и нет. Однако миссис Пикл признала горькую правду, что совсем скоро воздействие трав станет скорее негативным, чем полезным.       Дело в том, что “спящая роза”, которую использовала сиделка, была самым настоящим обманщиком среди всех растений. Её можно было сравнить с магловским наркотиком. Сначала тебе может быть хорошо, но вот затем ты начнешь медленно “умирать”, а если откажешься, то этот момент просто будет ускорен.       Гарри был в бешенстве от такой информации. Миссис Пикл плакала, когда говорила, что хотела всего лишь помочь страданиям девушки. Но вот Избранный это за помощь не считал. Тео был вполне солидарен с ним в этом вопросе. В гневе Поттер вызвал авроров и отправил деяние миссис Пикл на разбор в Аврорат. Остальных сиделок было решено уволить в тот же день, поэтому в весьма опустевшем домике остались только Гарри, Тео и Гермиона, которую вновь отнесли в комнату.       - И что теперь делать? - Гарри старался дышать медленно, чтобы успокоиться, но выходило у него весьма плохо.       Тео обвел взглядом гостиную, где все было перевернуто из-за вспышки ярости Избранного. Он и подумать не мог, что Герой Света способен на такие ругательства и проклятия. Сам Тео старался держать себя в руках, хотя даже пальцы сводило зудом от желания приложить сиделку чем-то тяжелым. Ситуация была действительно очень плохой.       - Я просил Забини найти мистера Романо, он очень хороший специалист в области ментального здоровья.       Гарри в очередной раз глубоко вздохнул. Они никогда не слышал об этом человеке, хотя искал по многих своим каналам.       - Почему я о нем ничего не слышал? - Поттер пытался найти в голове хоть что-то об этом целителе, но ничего вспомнить не мог.       - Как бы тебе сказать. Мистер Романо в прошлом был Пожирателем Смерти. Но это было в годы Первой Магической войны, а затем он бежал и начал скрываться. Вроде были какие-то проблемы, так что выйти на него трудно. - Тео надеялся, что Забини действительно искал этого человека, а не забыл о нем сразу же, как Тео попросил.       - А откуда о нем знаешь ты? - удивился Гарри.       - Он пытался вылечить мою мать. - просто ответил Тео.       “Тадеуш Нотт готов был сделать всё ради своей жены. И когда он узнал о том, что в рядах пожирателей есть весьма неплохой специалист по психическим расстройствам, то сразу пошел к нему. Тадеуш был молод, он верил в лучшее, поэтому он верил в мистера Романо, итальянского полукровку, которого каким-то Салазаром занесло в дождливую Англию.       “Вы можете называть меня Антонио.” - сказал высокий темноволосый мужчина на первой встрече. И Нотт продолжал верить. Мистеру Романо было около сорока, он был весьма хорош в своем деле, мог исправить последствия “круциатуса” и подобрать правильные зелья для того, чтобы держать разум в порядке.       Однако Эмилия Нотт не имела положительных прогнозов даже у него. Он находил её крайне тяжелым пациентом, у которого было врожденное заболевание, а не приобретенное из-за жизненных обстоятельств. Его можно было купировать, но вот вылечить было нельзя. Подобранные им зелья на некоторое время улучшили состояние женщины. И Тадеуш был вполне счастлив. А затем она забеременела второй раз. Организм на этом фоне перестал воспринимать лекарства - и болезнь вновь взяла свое. А после выкидыша мистер Романо честно сказал, что помочь больше не в силах.”       Тео и Гарри стали дежурить по очереди в комнате Гермионы. В этом не было ничего сложного. С таким же успехом можно было наблюдать за куклой или манекеном. Реакция на окружающий мир все равно была одна, поскольку они не переставали давать ей травы. Перед ними сидела такая знакомая девушка. Но это была другая Гермиона, не их.       Забини же действительно все это время искал мистера Романо. Но тот прятался слишком хорошо. Он искал его все те месяцы, что Тео лежал без сознания, продолжал искать и в тот момент, когда Поттер прислал ему сову с вопросом: “Ты ищешь Романо?”. Забини не любил, когда его подгоняли, но понимал сложившуюся ситуацию. Тео рассказал ему про травы, про сиделку и про то, что времени осталось очень мало.       И удача ему наконец улыбнулась. На пятый месяц поисков он его нашел, тихо живущего в центре Рима под вымышленным именем. Еще неделя ушла на уговоры мистера Романо приехать в Англию. Блейз хотел его придушить на личной встрече, так сильно перед ним никогда не ломались. Но время играло против них. Травы уже почти не действовали на девушку, если только не повышать их дозировку, а это приводило к тому, что девушка будто исчезала, жизни в ней было все меньше. Гарри был готов предложить мистеру Романо любую сумму. Забини же эту сумму удваивал. Наконец переговоры были завершены. И мистер Романо прибыл в Англию.       Гарри раздобыл для него индивидуальный порт-ключ, который перенес целителя сразу же в их с Гермионой домик.       - Как можно было пичкать девушку этими травами? - мистер Романо сердито ходил по комнате после первой встречи с Гермионой.       Он уже давно не видел подобных запущенных случаев. Если бы его вызвали хотя бы немного пораньше, то он даже бы не побоялся дать положительный прогноз, но сейчас сказать о подобном - значит точно соврать.       - Антонио, она не заслуживает такой жизни. - умолял Гарри целителя. Он чувствовал вину за то, что так сильно ошибся, оставляя Гермиону с сиделкой, которая только усугубила ситуацию.       - Сколько вы хотите за работу? - в диалог влез Тео. До этого момента он не показывался целителю на глаза, предпочитая оставаться где-то на втором плане.       Антонио выглядел ровно так, каким Нотт его запомнил из воспоминаний отца. Казалось, что годы не были властны над мужчиной. Легкая седина покрыла его виски, но тем не менее, он все также выглядел на сорок с небольшим.       - Мистер Нотт, я прав? - вежливо кивнул Романо.       - Верно. - согласился Тео в ответ.       - Вы ведь знаете, что подобные случаи невозможно довести до счастливого финала. Вы видели свою мать. - от этих слов стало больно.       Тео сглотнул. Мысли о матери он старался задвинуть подальше, на задворки своего сознания. Ему не хотелось сравнивать этих двух женщин, поскольку он мог найти больше сходств, чем отличий. Однако Гермиона не была беременной, а её ментальные проблемы были приобретенными, а не врожденными. Разве это не говорило о том, что ситуации его матери и Гермионы были абсолютно разными?       - Это совершенно другая история. Просто помогите нам.       Нотт никогда и ничего не просил у других. Его отец никогда не склонял перед другими голову, не мог склонить и он. Но здесь и сейчас он был готов встать на колени. Его семья была причастна к бедам этой девушки. А значит он не мог оставаться в стороне. Это его долг.       - Я ничего не буду обещать. - прозвучали слова как приговор.       Однако Антонио приступил к делу со всей решительностью. Он отказался от использования трав, чем вызвал невероятное возмущение Поттера. Гермионе стало плохо к вечеру следующего дня. Её ломало. Она лежала на полу и громко кричала, её руки выгибались в неестественных положениях. Мышцы шеи натягивались так, что казалось, кожа скоро лопнет, не выдержав такого. Тео удерживал Гарри в стороне, чтобы тот не видел этого ужаса.       Девушка кричала без остановки. Романо закрылся с ней в одной комнате, лишь изредка отправляя небольшие записочки, что ему нужно принести. В конце концов Тео бросил на спальню Гермионы заглушающие чары, поскольку ему казалось, что через пару часов таких криков он сам сойдет с ума. Поттер сидел на улице, покачиваясь из стороны в сторону. Он с ума сходил от боли своей подруги. Тео никогда не видел такую сильную любовь.       Через десять дней после приезда итальянца, он наконец спустился вниз. Седины в его волосах будто бы стало гораздо больше, а взгляд потух. Крики из спальни больше не доносились.       - Что с ней? - Поттер буквально подлетел к Антонио. - Что вы с ней сделали?       Его глаза были красными от слез, губы потрескались. И он едва ли сдерживал себя от того, чтобы схватить Романо за грудки и вытрясти из него всю правду. Все эти дни Тео и Гарри сходили с ума от неведения. Было страшно узнавать произошедшее с девушкой.       - Она спит. - устало вздохнул Антонио. - Я оставлю вам список лекарств и предписаний, которые нужно выполнять.       - А вы? - непонимающе посмотрел на него Тео, неужели их надежда так просто их покидает.       - А я уезжаю, мне больше нечего тут делать. Счет за свои услуги пришлю вам совой.       Мистер Романо коротко пояснил суть своей работы. Он постарался заглянуть в глубины подсознания девушки, достать её кошмары, однако пока она сама не захочет с ними бороться, его вмешательство будет крайне бесполезным. Простыми словами, он пошел по пути Нотта, однако более успешно и без потерь для себя. Он несколько раз побывал в её сознании, добившись того, чтобы девушка начала реагировать на внешние раздражители. С приемом пищи и сном все было сложнее. Тут нужно было действовать насильственным путем.       Он спешно покинул домик, а перед Тео и Гарри встал вопрос о том, что делать с Гермионой. Нотт и сам не понял, в какой момент, он стал близок с Поттером так сильно, что был властен решать судьбу бывшей сокурсницы, совсем чужой несколько месяцев назад. Он с удивлением обнаружил, что за все это время он всего один раз отлучался в родное поместье, чтобы увидеть отца и успокоить его. О своих чувствах к девушке он старался не думать. Все было слишком странно и далеко от понимания нормальных взаимоотношений.       В конечном итоге совместным решением было принято, что Тео и Гарри будут жить в домике посменно. Поттер и так пользовался слишком большой благосклонностью Министерства, которое позволило ему уйти в такой большой отпуск. Больше тянуть было нельзя, ведь и работы Гарри потерять не мог. Поэтому предполагалось, что выходные с Гермионой будет сидеть именно главный аврор, а всю остальную неделю она будет проводить с Тео. По правде сказать изначально Гарри предлагал разделить эти пять дней между Ноттом и Луной, работавшей колдомедиком в Святом Мунго. Она бы определенно согласилась на это. В конце концов речь шла о помощи подруге. Но Тео отверг это предложение. Ему нравилось это место. Тут было вполне уютно. И это был его долг.       В понедельник Гарри отправился в Аврорат, разгребать те дела, которые были сброшены на него за эти месяцы. Перед уходом он напомнил Тео о том, что тот всегда может позвать Забини, если вдруг станет скучно. Нотт планировал воспользоваться этой возможностью, но позже.       До этого момента он не заходил в комнату к девушке. Гарри всегда оставлял его снаружи. А теперь нужно было взять себя в руки и сделать тот самый первый шаг. В спальне девушки было тихо. Гермиона лежала на своей кровати, уставившись в потолок. Эту ночь она не спала, нужно было подобрать новую дозировку зелья сна. Тео подошел ближе. Её некогда безумные кудряшки утратили свою упругость, даже на ощупь они были словно солома. Пора было делать утренние процедуры. Попытаться ее накормить, умыть и, конечно, по возможности постараться поговорить.       - Доброе утро, Гермиона. - улыбнулся Тео. - Мы с тобой будем вместе до выходных, а потом вернется Гарри.       Тишина. После лечения мистера Романо она не особо хотела говорить. Тео осторожно, стараясь ее не касаться (отчего-то ему было страшно, казалось, что от одного прикосновения она исчезнет), отодвинул одеяло в сторону. Тело девушки было худым. Но все же выглядело лучше того, что он увидел первый раз в Святом Мунго. Он аккуратно потянул ее за руки вперед и помог ей сесть. Она не сопротивлялась и послушно делала все то, что Тео от нее просил.       Она открывала рот, чтобы он мог накормить её кашей. Она послушно глотала воду, которой он ее поил. Она выпила все необходимые таблетки. Сплюнула зубную пасту, когда он почистил ей зубы. Без проблем подняла руки, чтобы он мог надеть на нее свитер. Словно кукла она делала шаги вперед, пока он вел её на улицу, чтобы дальше взять на руки и отнести на пляж.       - Знаешь, это море такое красивое, что если бы я был художником, то определенно бы его написал. - вздохнул Тео, когда в очередной раз она не ответила на его вопрос. Было проще говорить с самим собой.       Девушка молчала. Её мертвые глаза смотрели куда-то вдаль, не выражая никаких эмоций. Мистер Романо говорил, что она сама должна найти в себе силы жить, что она сама спряталась в своем мире кошмаров, потому что ей больно признать реальность, мир, в котором жизнь не остановилась.       - Знаешь, Гарри не такой зануда, каким я его себе представлял. - почему-то внезапно Тео ощутил порыв высказаться. - Ну знаешь, в школе он казался буквально святым, но эти месяцы помогли мне понять, что он обычный и добрый парень, который любит своих друзей. И до него легко можно дотянуться.       Никто и не думал, что будет легко.       Обед и ужин прошли аналогичным образом. Он говорил, а она послушно делала все то, о чем он просил. Пришла пора ночи, которую Тео особенно боялся. По сути девушке нужно было дать специальное зелье, а помимо него наложить легкие чары сонливости. Однако Тео чувствовал. Гермионе все также страшно, когда гаснет свет в ее мире. Как раз по этой причине он предложил Гарри поставить в комнате ночник. И именно по этой причине он не мог отправить девушку в сон. Да, она послушно пила все лекарства. Она позволяла отправить себя по ту сторону сознания, отчасти привыкнув к своим кошмарам. И все равно рекомендации мистера Романо Тео считал варварством.       И только по этой причине, включив ночник, Нотт лег рядом. Он старался гнать подальше мысли о том, как вкусно пахли ее волосы, пусть даже и внешний вид оставлял желать лучшего. Он старался не смотреть на ее вздернутый нос, который отбрасывал забавную тень на стене. И эти пушистые ресницы его тоже не интересовали. Тео подвинул девушку ближе, утыкаясь ей в шею, надеясь, что его спокойствие передастся ей. И уснул.       Его сон всегда был чутким. Поэтому внутренне он радовался как ребенок, когда почувствовал, как её дыхание стало ровнее, а сама она прижалась к нему еще сильнее. Следующий день не отличался от предыдущего, как в целом и вся неделя. Гермиона не разговаривала, однако продолжала выполнять все его просьбы. Тео знал, что Гарри не был бы против его ночевки в кровати девушки. Особенно с учетом того, что она могла спать без лекарств.       В субботу утром вернулся Избранный. Он был вместе с Джинни. Тео не был с ней знаком и едва ли мог пересекаться в Хогвартсе. Гарри выбрал себе интересную спутницу, её огня и задора вполне хватало на них двоих.       Тео вернулся в поместье под вечер. И то это произошло благодаря стараниям Поттера. Нотт не хотел уходить. В том домике у моря он чувствовал себя нужным, а здесь, среди портретов своей семьи, он не знал, кем он является на самом деле. К его великой радости Тадеуш Нотт не стал портить ужин своими требованиями прекратить все это немедленно. Он вел себя так, будто Тео все это время был рядом с ним. И это было прекрасно.       В воскресенье планировался небольшой “важный” обед. Важным он был из-за того, что предполагалось появление каких-то особенных гостей. И Тео это не нравилось. Молчание отца, а затем утреннее сообщение о том, что “в обед он должен быть дома” наводили на определенные мысли.       И он был прав в своих рассуждениях. Тадеуш Нотт пригласил в гости семью Гринграсс. Конечно, сделано это было не по доброте душевной, а по той причине, что Дафна, старшая дочь этого древнего семейства, до сих пор была абсолютно свободна. Именно по этой причине сейчас Тео приходилось делать самое дружелюбное лицо, которое он только мог из себя выдавить. А часы отсчитали лишь тридцать минут от начала их обеда.       Тео учился вместе с ней на одном курсе. Но близок с Дафной он никогда не был. Она была постоянно рядом с Малфоем, Тео даже был удивлен, что не она в конечном итоге стала его спутницей жизни. Время тянулось медленно, обед плавно перетек в ужин. Отец, казалось, хотел обсудить все новости мира с Лордом Гринграсс и его прекрасной женой, то и дело пытаясь отправить Тео и Дафну прогуляться наедине по саду или посмотреть замок.       - Не находишь все это забавным? - выдавил Тео, когда их все же смогли отправить смотреть библиотеку.       - Нахожу. - Дафна не была многословной. - Мой отец считает, что ты хорошая партия для меня.       - А ты?       - А мне плевать.       Возможно Тео стоило поближе знакомиться со светской хроникой, чтобы понимать, отчего девушка рядом с ним выглядит такой грустной. Но он любил прямоту, поэтому вполне мог компенсировать свою неосведомленность обычным вопросом.       - Ты любишь другого, я прав?       - Да.       - А он знает об этом?       - Нет.       Нотту было жаль девушку. Никто и никогда не должен страдать из-за неразделенной любви. Дафна была хорошенькой волшебницей с огромным состоянием, а в конечном итоге выбирать она не могла.       - Кто он?       - Неважно.       Оставалось надеяться, что его отец сможет услышать с первого раза слова: “Я не буду жениться на Дафне Гринграсс”.       В понедельник Тео буквально сбежал к Гермионе. Гарри даже позавтракать не успел, а Тео уже сидел за столом на кухне, внимательно читая газету. Поттер коротко отчитался о выходных и отправился в Аврорат, расследовать дела “тупоголовых идиотов”.       И вновь была эта неделя, где он читал ей книги, помогал кушать, одевал, укладывал спать. Порой она лежала у него на коленях, когда он читал книгу. Её глаза были все такими же мертвыми. Но Тео знал, что где-то там определенно есть жизнь. Возвращаться в ее сознание он не планировал, после мистера Романо было неизвестно, что там его ждало.       И вновь наступили выходные. Тадеуш Нотт решил, что в этот раз на обед нужно пригласить чету Паркинсон. И Тео был даже не против Гринграсс назад, потому что самой раздражающей в школьные годы личностью он считал именно Пэнси Паркинсон.       Все школьные годы она была хвостиком Малфоя. А затем, когда он выбрал в свои жены Асторию, начала спешно искать себе мужа. Так активно, что от нее буквально бежали. Она была довольно миловидной девушкой, но вот её характер, если говорить мягче, был на любителя или большего ценителя всяких странностей. Что больше всего беспокоило Тео, так это то, что у его отца были дела и совместный бизнес с этой семьей. Такое просто так отставить в сторону нельзя.       - Тео, ну почему ты такой зануда? - промурлыкала Пэнси, утаскивая его в дальний коридор, когда Нотт буквально чуть-чуть не успел за отцом, ведущим экскурсию по дому.       - Пэнси, прекрати. - Тео довольно мягко убрал её руку со своего локтя, однако девушка вновь вернула ее на место.       - Разве я тебе не нравлюсь? - она попыталась притянуть его для поцелуя, и он в отвращении отпрянул.       - Не нужно. - Тео был рад тому, что в своем поместье он ориентировался гораздо лучше, поэтому резко скрывшись за поворотом, он смог затерять в длинных коридорах родного жилища.       В понедельник он примчался к Гермионе еще раньше. Солнце даже не успело окрасить горизонт. Тео здраво рассудил, что раз часы пробили полночь, то уже точно можно сказать, что следующий день начался. Поэтому ровно в четыре утра он стоял на крыльце уютного домика, размышляя, как можно будет объяснить столь раннее появление. В конечном итоге он уснул на маленьком диванчике, где и был разбужен Гарри. Поттер не стал ничего говорить. Лишь улыбнулся и трансгрессировал, оставив после себя небольшие следы на песке.       Было видно, что на выходных Гарри позаботился о её внешнем виде. Кожа лица стала гораздо здоровее, а кудряшки приобрели здоровый блеск. Тео был этому рад.       - Привет, Гермиона, ты даже не представляешь, какие чудовищные выходные у меня были. - и Тео рассказал ей все.       И возможно ему показалось, но она улыбнулась.       Ночью он привычно уткнулся ей в шею, пожелав спокойной ночи. Наконец ему было спокойно и тихо.       На следующее утро он проснулся и с удивлением обнаружил, что в кровати он был абсолютно один. Гермионы не было. Тео вскочил, не понимая, куда она могла исчезнуть, как вдруг обнаружил её в кресле у окна. Она смотрела на горизонт, куда-то туда, где собирались темные тучи.       - Ты уже проснулась...- только и смог сказать Тео. - Тогда сейчас приготовлю нам завтрак.       - Я хочу блинчики. - и этот голос был медом для его души.       Больше в тот день Гермиона не говорила, но и этого было достаточно. В блинчики Тео вложил всю свою душу. Он любил готовить, хотя и тщательно это скрывал. Гермиона съела все до кусочка. И Нотт был готов её за это расцеловать.       Он старался гнать дальше мысли о том, что он мог влюбиться. Вот так просто и без всякой на то причины. Тео просто был ей обязан. И все.       В четверг к ним в гости решил заглянуть Блейз. Мило улыбнувшись, он протянул Гермионе букет белых роз, а Тео бутылку огневиски. Нотт не планировал пить, поэтому Забини пришлось с грустью отложить бутылку в сторону.       Они разговаривали на веранде. Гермиона сидела, укрытая пледом, и смотрела на вечернее небо, где постепенно начинали загораться звезды. Блейз и Тео вспоминали школьные деньки и свои проделки, которых у Забини было слишком много.       - А ты помнишь, как я наколдовал хвост Лаванде Браун, она ведь всюду за мной таскалась - сквозь слезы, смеясь, говорил Блейз.       - Помню. - Тео бы не смог это забыть никогда. - Непонятно, как она потом стала бегать за Уизли. Я то думал, что у нее хотя бы один типаж есть.       - Вся школа слышала их историю любви с Бон-Боном, даже Слизерин не смог остаться в стороне. Дафна говорила, что еще чуть-чуть и ее стошнит от их поцелуев в коридоре.       - Точно!       Блейз всегда умудрялся быть в курсе всех школьных сплетен. Для Тео до сих пор оставалось загадкой, как же Забини все успевал. Он довольно неплохо учился, пользовался популярностью у девушек, успевал попадать в проделки и из них выпутываться. Он был сразу везде и со всеми. Был рядом с Малфоем, но в то же время поддерживал дружбу и с Ноттом. И при этом везде он был настоящим и живым.       - Гермиона, открою тебе страшную тайну, в тебя были влюблены все мальчики после того Святочного бала, где ты была в том классном платье. - Блейз обратился к девушке, которая, казалось, не слушала весь их разговор.       Забини знал, что в ответ он может получить тишину. Но, как и Тео, не хотел, чтобы Гермиона чувствовала себя лишней в их разговоре.       Сам Нотт плохо помнил тот год и Турнир Трех Волшебников, который внезапно превратился в турнир Четырех. На Святочном Балу он был с какой-то когтевранкой, имя которой не потрудился запомнить. Ему никогда не были интересны подобные мероприятия.       - Я готов поставить все галеоны на своем счету, что даже Малфой забыл все ругательства, которые знал. Ты действительно была хороша. - Забини осторожно дотронулся до руки девушки и нежно ждал. - Так что я надеюсь вновь увидеть твой бенефис, и скорее всего я украду тебя на танец.       Его глаза светились невероятной искренностью. Да, Блейз Забини был прекрасным человеком, который умел найти подход к любому. И Тео гордился своим другом.       - А я вот совершенно не помню тот вечер, но думаю, что Блейз не соврал, подчеркивая твою красоту. - вступил в диалог Нотт.       - Это все по той причине, что ты танцевал непонятно с кем. - закатил глаза Блейз. - Танцевал бы ты с Гермионой, тогда все бы запомнил.       - Согласен с тобой. - подмигнул Тео шутливо.       - А что тянуть? - внезапно голос Блейза приобрел нотки заговора. - Мы же можем прямо сейчас устроить мини-версию бала. Где Гермиона наконец потанцует с невероятным мужчиной, а Нотт увидит прекрасную девушку.       И пока Тео пытался осознать все сказанное, Забини помог девушке встать. Гермиона, неловко качнувшись, под руку с Блейзом вышла на свободное пространство веранды.       - Думаю, что Тео мне простит, если первый танец ты отдашь гению, то есть мне. - Забини взмахнул палочкой, и в вечерней тишине раздалась тихая мелодия.       Он обнимал Гермиону, поддерживая за талию, мягко покачиваясь в такт мелодии. Тео со своего места видел его взгляд, Забини дразнил его. И даже один раз показал язык. Мелодия плавно сменилась на другую. Пришла пора Тео составлять пару Гермионе. Девушку нежно передали из рук в руки. И Нотт оказался с ней лицом к лицу. По правде сказать скорее девушка уткнулась ему в плечо, а он, вдыхая аромат ее волос, не мог себя заставить не касаться губами ее лба, такого холодного, но в то же время такого родного.       Мелодия закончилась, началась другая. Блейз Забини, поклонившись, тихо ушел, оставляя их наедине. И они танцевали.       Было уже поздно. И как бы Тео не хотелось раствориться в этом моменте, он не мог держать девушку вечно на этой веранде.       - Спасибо за танец, Гермиона. - он мягко поцеловал ее в лоб.       - Спасибо тебе, Тео. - тихо ответила она. - Пойдем спать.       В эту ночь она сама его обнимала.       Выходные наступили слишком быстро.Тео даже предлагал Гарри пойти домой к Джинни и отдохнуть. На что Поттер вздохнул и сказал, что если Нотт не будет возвращаться домой, то его отец буквально съест ему мозг в министерстве. Так что Тео пришлось ехать в такой далекий для него мир, где не было моря, ветра и мягких волос Гермионы.       Шестое чувство не подвело Нотта. Его отец вновь пригласил Паркинсон в гости, в этот раз только ее одну. От лица сына он написал приглашение на совместный завтрак, так что воскресенье началось для Тео с отвратительных новостей. Пэнси выглядела слишком вызывающе. В том, как она качала ногой, в её красных губах не было ничего, что могло его заинтересовать. Он просто старался пить чай и быть вежливым.       - Тео, я так рада, что ты позвал меня, чтобы разделить это прекрасное утро вместе. - голос Пэнси был высоким, возможно такое кому-то нравилось, но для Нотта это была лишь причина головной боли.       - Это был мой отец. - отрезал Тео. - Я не имею ничего против тебя, но не думай, что у нас что-то получится.       - А ты не знаешь? - притворно вздохнула Пэнси.       - Что? - где-то внутри появилось дурацкое свербящее чувство.       - Наш брак является решенным вопросом. Твой отец тебе об этом не сказал? - плотоядно улыбнулась Паркинсон.       Черт. Видимо его ожидает неприятный разговор с отцом. Тео довольно быстро смог отправить Пэнси домой и буквально влетел в кабинет к Нотту-старшему.       - И когда ты собирался мне сообщить о том, что у меня почти есть жена? - ядовито процедил Тео, усаживаясь в кресло.       - Если бы мой дорогой сын чаще бывал дома, то определенно узнал бы об этом раньше. - Тадеуш выглядел уставшим. - Этот брак всем принесет только пользу, Пэнси очень хорошая девушка.       - Мне все равно. Я еще слишком молод. А если бы и хотел жениться, то только по любви.       - И на ком? На Гермионе Грейнджер?       Тео надеялся, что отец не заметит, как от этих слов у него на несколько мгновений словно остановилось дыхание. Он не думал об этом, но в этих словах было что-то, что заставляло его сердце замирать.       - Отец, перестань.       - Не пытайся меня обмануть, сын. Я все вижу в твоих глазах. Так что закроем этот разговор. В следующую субботу будет объявлено о вашей скорой свадьбе. Будь добр, не испорть мне ничего.       Значит Тадеуш Нотт не был слепым.       - Тогда я уйду из дома.       - Увольте меня от этих страшных слов. А теперь иди в свою комнату, я без настроения.       Тео словно вновь было пять лет. Во всяком случае именно тогда последний раз его отправляли к себе в комнату. Он был зол на отца.       В понедельник он отправился к Гермионе с мыслью о том, что попросит Поттера установить дополнительные охранные чары. И останется там навсегда, по крайней мере до момента, пока Пэнси Паркинсон не найдет себе новую жертву.       Гарри был удивлен его просьбе. Однако ему пришлось признать, что о желании устроить брак своему сыну Тадеуш Нотт сообщил ему лично, когда поймал в министерстве.       - Я пытался ему сказать, что это абсолютно нелепо, но он меня не послушал.       Гермиона ждала Тео в своем кресле у окна. За последние дни она начала вставать самостоятельно и теперь довольно часто по утрам могла сидеть на своем любимом месте.       - Привет, Гермиона. Как твои дела? - при виде девушки привычное спокойствие вновь поселилось в сердце Тео.       - Хорошо. - совсем неожиданно ответила она.       Теперь она ему отвечала. Не всегда, однако порой она вставляла несколько своих комментариев. И это был прогресс, о котором Тео сразу же написал мистеру Романо. Тот попросил не быть слишком счастливым, всегда был риск резкого отката назад. И Тео решил просто радоваться моментам.       Он не хотел говорить ей о Пэнси. В этом не было смысла. Он мог бы сказать, что не хотел её расстраивать. С другой стороны, расстроило бы её это? Тео не знал ответ на этот вопрос.       - Не хочешь поиграть во что-нибудь? - вместо этого предложил он.       - Давай. - согласилась она.       До субботы оставался один день.