Сердце сирены.

      Гарри проснулся от солнечного света, залившего его глаза. Он перевернулся и зарылся глубже под одеяло. В конце концов, когда его затуманенный сном мозг осознал, что три вещи отличались от обычного. Во-первых, кто-то был с ним в постели. Во-вторых, это была не его постель, и в-третьих, он был голый. Гарри посмотрел на спящее лицо Драко Малфоя.       Сложив два на два, Гарри начал паниковать. Он каким-то образом слез с кровати, не разбудив Малфоя, и огляделся в поисках своей одежды. Не найдя ничего, Гарри подошел к шкафу Малфоя, открыл его, взял одну из его мантий и быстро надел ее.       Как только он полностью оделся, он направился к двери, оглянувшись на Драко, прежде чем вылететь из комнаты. Гарри начал обыскивать дом в поисках выхода.       Ему потребовалось некоторое время, чтобы найти входную дверь, поскольку он заблудился в лабиринте коридоров. Он чуть не заплакал от облегчения, когда заметил входную дверь. Он был почти свободен, пока не почувствовал, как сзади его поразило заклинание, и последнее, что он помнил, была темнота.

***

      Позже в тот же день Драко проснулся один в постели. Чувствуя себя немного не в себе, Драко отряхнулся, встал и принял душ. Позволяя горячей воде смыть узелки на спине, Драко позволил своим мыслям вернуться к прошлой ночи.       «Почему я так легко сдался? Это же был Поттер, черт возьми, он не должен был соглашаться. Так почему я согласился? Что, черт возьми, могло заставить меня позволить Поттеру прикоснуться ко мне, когда я узнал, кто он?»       Драко пытался вспомнить все, что он когда-либо слышал о сиренах.       Они были похожи на веелы и гарпий, в основном это были женщины, и сирены, как и веелы, обладали особым очарованием. Но очарование сирен заключалось в их пении, в их голосах, а не в их телах. Хотя, конечно, сирены тоже были неплохи на вид.       Но Поттер никогда не пел. Более того, Поттер вообще не говорил. Он кричал, стонал, и в какой-то момент Драко был уверен, что он мурлыкал. Так что это не было пение сирены.       Что еще он знал о сиренах?       Они были водными существами, имели форму русалок с хвостами и всем прочим.       Что еще?       Ничего, что могло бы объяснить, что случилось с Поттером или почему Драко поддался так, как поддался.       Выключив воду, Драко приготовился к предстоящему дню.

***

      Гарри проснулся со стоном, у него разрывалась голова.       «Что со мной случилось, где я?» — думал Гарри, пытаясь вспомнить, что произошло этим утром.       Он вспомнил, что проснулся рядом с Малфоем в его постели, потом испугался и выбежал из комнаты, украв халат, чтобы прикрыться, потому что его собственного нигде не было. Он добежал до входной двери, а потом ничего не помнил.       Кто-то, должно быть, оглушил его. Первой мыслью было, что это был Малфой, но Малфой, скорее всего, еще спал. Или все еще спал, в зависимости от того, который сейчас час.       «Может, Люциус? Или миссис Малфой, она могла быть довольно жестокой, когда хотела».       Гарри подумал о всех возможных людях, которые могли это сделать.       Он огляделся по маленькой комнате, в которой находился. Там было маленькое окно, ванная комната, и Гарри был готов поспорить, что дверь, ведущая наружу, была заперта. Если бы он не был уверен, что все еще находится в поместье, это было бы его милым домом, плюс ванная комната.       Замок щелкнул, и дверь медленно распахнулась, как в фильме ужасов, с досадой подумал Гарри. Фигура, стоящая в дверном проеме, подтвердила сравнение с фильмом ужасов. Она была высокой, худой и окутанной тенью.       Тень вошла в комнату, и Гарри слегка побледнел, узнав в ней профессора Снейпа. Снейп закрыл за собой дверь, не отрывая глаз от Гарри.       — Поттер, — он остановился перед Гарри с презрительной улыбкой. — Не объяснишь, что ты здесь делаешь, да еще и в хорошей мантии мистера Малфоя?       — Не особо горю желанием болтать.       Снейп продолжал смотреть на него, как будто Гарри был самым отвратительным существом, которое он когда-либо видел.       — Дела обстоят не в твою пользу, Поттер. Я предлагаю тебе начать говорить, пока ситуация не ухудшилась еще больше.       — Сэр, я действительно не знаю, что происходит. В одну секунду я был дома, а в следующую — уже здесь.       Гарри не считал нужным рассказывать Снейпу, что он ждал полуночи, когда ему исполнится шестнадцать, и что проснулся рядом с Драко Малфоем, чувствуя себя более отдохнувшим, чем когда-либо в жизни. Снейп, конечно, не выглядел полностью убежденным в его невиновности.       Без предупреждения Снейп применил к нему Легименсию, эффективно проникнув в мысли Гарри.       В его сознании всплыли обрывки воспоминаний о прошлой ночи.       «Гарри лежал на кровати, до полуночи оставалась одна минута.       Полночь.       Боль распространилась по всему его телу из места, расположенного глубже, чем сердце. Его кожа скрутилась и напряглась, а кости, казалось, таяли и меняли форму. Последнее, что он осознавал, прежде чем погрузился в темноту, было то, что его голос изменился с человеческого крика на крик какого-то животного, первобытный и невероятно высокий.       Мощные мышцы несли его сквозь ночь.       Запах, его партнера.       Жгучее желание.       Шелковое гнездо, его партнерша лежала посередине.       Сверкающие серебряные глаза в темноте.       Страх.       Возбуждение.       Бледная, нежная кожа, сладкая на его языке.       Звуки удовольствия.       Малфой прижал его своим худым, мускулистым телом. Кожа блестела от пота.       «Извини, Поттер, но я ничья сучка».       Жгучее ощущение в нижней части тела.       Интенсивное удовольствие.       Тьма».       Снейп вышел из сознания Гарри, выглядя немного зеленоватым. Сам Гарри дрожал от всего пережитого.       Снейп выбежал из комнаты, не потрудившись закрыть за собой дверь.       Гарри снова лег на кровать, пытаясь привести сердцебиение в норму. Он пошевелился и тихо вздохнул, когда по его позвоночнику пробежала волна удовольствия. Воспоминания, которыми Снейп накачал его своим вторжением, возбудили Гарри.       Не совсем устраиваясь мыслью о том, что он просыпается с воспоминаниями о Малфое, которые Снейп видел и которые были причиной их появления на поверхности, Гарри встал, чтобы принять холодный душ.