мам, я умираю

я сидел за партой на паре. в голове проносились флэшбеки со вчерашнего. глупость. я вырисовывал в своем блокноте черепа, получалось, ведь я уже набил руку и рисовал их с легкостью. не слышал преподавателя, да и не хотел. толку-то? все равно ничего не выйдет. будущего я своего не вижу. буквально, будущее для меня как темное пространство, в котором нет ни малейшего просвета означающего выход. наверное, наркотики и есть мой выход, но разве он не должен отображаться? вряд-ли. просто это не тот выход, через который я хотел бы выйти, тут есть что-то другое. а это что-то я должен искать сам, но если бы я и хотел - нашел. но все равно: как я могу быть уверен, что не совершил ошибку, когда на меня смотрит все остальное человечество? а я ее совершил, явно. ну а как же на счет сердца? разве оно не хочет, чтобы я бежал и стремился? как жаль, что это всего лишь инструмент ради которого я всего лишь существую. уже гнилое, пропитанное порошком и сжатое в чьей-то руке когда то. но в какой момент меня сломали и я решил утопить себя? меня много ломали, много раз я вставал. но в какой-то момент не смог и отчаялся. когда? когда я решил не быть человеком? да. а разве не важно, кем ты хочешь стать? важно, но только тогда, когда я этого хочу. но какова логика во всех размышлениях? какова мораль, в конце концов? не останавливаться. все же, приходиться иногда постоять и задуматься. задуматься в том, кто тебя окружает, на что ты тратишь время и все же к чему стремишься. вдруг пропустишь то, к чему шел годами? но это не про меня. я не собираюсь соблюдать все эти правила. прозвенел звонок, ко мне подошла.. естественно, куданова. -ты прости меня, ладно? я хотела тебе отомстить за все, хоть и действительно любила тебя. мне жаль, - она извиняется искренне, но, буду честен, я не держу на нее зла, хоть и обматерил ее позавчерашним днем. -все нормально, все уже позади. я знаю, что ты не сможешь признаться всем что ты их обманывала, поэтому поживу и смирюсь с этим, - даша улыбнулась и отошла от меня. хорошо, что мы наладили отношения. теперь не будет постоянных заебов и звонков от нее. мы сможем нормально разговаривать, как люди. приятно слышать про нее не как про соперника, которого приходится терпеть и прощать за его любовь к красивой жизни, а как про дружественного человека. мы с мишей ехали домой в такси, как он начал речь. -я все еще не могу понять, что вчера все таки произошло. знаешь, с твоим то характером ты, скорее всего, меня не послушаешь, но ты чересчур мало спишь, ешь, пьешь и куришь постоянно, но начни ты беречь себя, я волнуюсь. у меня сердце в пятки ушло, когда я тебя увидел спящим в туалете вчера, - я не удивлен что кусакабе вот так за меня волнуется. но надо ли ему волноваться? я уже достаточно угробил себя, чтоб с этим что-то предпринимать. мне не получиться себя вылечить, сколько бы я себя не исправлял и сколько бы он меня не уговаривал. -я постараюсь, миш, - мы душевно разговаривали друг с другом, пока водитель кидал на нас косые взгляды, будто держал нас за педиков что перед этим успели поссориться. мы говорили с другом до самого порога. мы разулись, сняли куртки и поняв друг друга, отправились на балкон, закурить. с человеком, который только что пытался внушить мне здоровый образ жизни. мы закурили, вдохнули в свои легкие едкий дым буквально синхронно. через время к нам пришел и курсед, под речь миши молча встал рядом с нами, дав понять, что ему нужна сигарета и зажигалка. я протянул в его руки и то, и другое. звезды. яркие, вдохновляющие. в небо уплывал наш дым с легких. ощущение, что пока мы курим, мы неразличимы друг для друга, было словно моральная близость - но я не очень понимал, что мы делаем. я был одновременно и тут и там. действительно, как можно было воспринимать себя в данный момент - только через происходящее на другом конце мира? ведь смысл был только в том, что сейчас было здесь. мы просто разговаривали. не смеялись, не шутили. разговаривали по душам, будто в первый раз. так естественно было и само присутствие двух человек рядом. казалось, мы тоже глядим на небо - туда, где облака отбрасывают в стороны слабый лунный свет. по небу шла ночь, и ее линии были сделаны ярко и четко, а внизу можно было разглядеть крупицы машин и мигающие красные огоньки. невероятно красиво и атмосферно, как банально бы это не звучало. мы докурили наши сигареты и скинули их в окно, даже не потушив. мы с киром пожелали общему другу спокойной ночи, понимая, что беспокоить и заходить друг к другу в комнаты мы не будем и ушли в мою. -у меня есть лютый амфетамин, - предложил курсед. когда он успевает это все заказывать и забирать? я согласился употребить вещество, уже в какой раз. мы сели на кровать, кир так же достал зип-лок из чехла и насыпал на свой экран, ровнял дорожки. мы нюхали и нюхали, нюхали и нюхали. я вновь ощущал эйфорию, бегая глазам по всей комнате, приостанавливаясь на губах кира. через время мы уже насовсем перестали что-то понимать. он повалил меня, оказался сверху. вновь он поцеловал меня. наконец то я снова почувствовал его за весь этот еще один тошный день. тошный он не смотря даже на то, что я наладил отношения с кудановой и отлично поговорил со своим лучшим другом. что-то гложит меня, я так до конца и не понимаю что. наверное, понимание, что с наркотиками я уже никогда не завяжу. чувствовал вину по отношению к мише. пока кир целовал меня, я ощутил, что мое тело полностью парализовало. я с трудом мог дышать и моргать, что уж тут говорить про участие в поцелуе. курсед это понял. партнер приподнялся, спрашивая у меня, что произошло. я понял это не потому что слышал, а я, кстати, ничего не слышал, а потому что он начал шлепать меня по щеке и размыто я видел, как он чуть ли не кричит. в моих глазах потемнело. я почувствовал, как курсед упал рядом со мной. кажется, ему тоже поплохело. его рука прикоснулась к моей и он сжал ее. я понял, что умираю. уже не только я. мы оба не могли пошевелиться, перед собой я видел темноту с открытыми глазами. только ее. мы не выключали свет. света не было совершенно. а дальше была мертвая тишина. она длилась и длилась, мне становилось все труднее дышать. показалось, что свет хочет вырваться из глаз. но было уже поздно. все болело, я перестал и слышать и видеть сразу. кажется, я мертв. я закрылся в картонной коробке без сна, без любви, без тупых уебанов я ебал ваши рты, долбоебы я труп наяву но я так же в кошмарах