Спутник дьявола

Это был вечер последней тренировки перед рождественскими каникулами. Пару дней назад у Троянцев состоялась последняя в этом году игра, из которой они вышли победителями. Ичиро тот матч смотрел в прямой трансляции с другого конца страны и уже в сотый раз с начала сезона поймал себя на размышлениях, почему же он раньше никогда не интересовался Троянцами. Всё-таки они неплохо играют, нарушений у них меньше, чем у Воронов, да и отношения внутри команды очевидно более здоровые. Но никогда прежде с ними не играл Жан Моро, поэтому и любоваться игрой калифорнийцев Ичиро резона не было. Сейчас же молодой господин Морияма сидел на заднем сидении своего автомобиля и наблюдал за тем, как Жан общается с членами своей новой команды. Тренировка закончилась ещё полчаса назад, но никто расходиться не спешил. Студенты столпились у выхода со стадиона, кто-то сел на ограждение, другие прямо на ступени, и все наперебой разговаривали, делясь планами на каникулы. Жан молчал, изредка вставляя какие-то шуточные комментарии, и тот восторг, каким сияли его глаза, давал Ичиро понять, что всё было не зря. На протяжении всех трёх с лишним лет, что продолжались их странные, несколько нескладные и неловкие отношения, Ичиро медленно, но верно расширял границы того мира, в котором жил Жан. Не столько физические, увозя парня то в один город, то в другой, сколько психологические. Половину своей жизни, всё своё взросление и становление Жан провел в Гнезде, где его самого как личности не существовало. Голоса и возможности выбирать что-либо у него тоже не было, как и понимания, что он действительно может отказываться или предпочитать что-то в угоду своим желаниям. Ичиро заметил это сразу и постепенно год за годом раздвигал для Жана границы дозволенного. Изначально предоставляемый парню выбор был лишь иллюзией. Во-первых, сначала Ичиро сам не считал нужным переходить от игры к реальному делу. Во-вторых, если бы он сразу сказал «выбирай», Жан впал бы в ступор и так и не смог бы решить. Поэтому медленно и по чуть-чуть они переходили от возможности решать, что есть на завтрак, к более серьезным вопросам. Жан возвращал себе чувство контроля над своей жизнью, телом и мнением, а Алекс во время телефонных разговоров делился с Ичиро новыми достижениями своего друга. Когда мир Гнезда рухнул, и парень оказался на свободе, Морияма впервые предоставил ему выбор реальный. Только вот толкового отказа или согласия он так и не услышал. Но его определено порадовало то, что Жан в первую очередь заикнулся о себе и своём комфорте и только потом о том, как же он не подходит Ичиро. Тот с этим был в корне несогласен, и отпускать парня без объяснений не собирался. В конце концов, он не обещал, что в случае отказа оставит свои ухаживания и попытки добиться взаимности. — Да, господин Морияма? — ответил Нобуо. На том конце провода послышался удивленный вздох и резкий свист тормозов. — Ты знаешь, что делать. — Да, сэр, — с едва заметной заминкой сказал водитель. Он, похоже, как вечный немой наблюдающий за их романом, искренне надеялся и верил, что эту историю ждёт хэппи-энд. — Но мы возвращаемся, сэр. Ичиро почувствовал, как натянутая в груди струна медленно расслабляется. Всё-таки он был прав. Его любимый Ворон всегда был достаточно умён, чтобы взвесить все «за» и «против», оценить последствия и принять правильное решение. И на самом деле они оба знают, что Жан Моро должен быть либо с Ичиро Морияма, либо в могиле. Третьего не дано. — Тогда немедленно привези мне его обратно. — Да, сэр. Мужчина сбросил вызов и уронил телефон на диван. Губы сами растянулись в победной улыбке. Жан решил вернуться к нему. Он передумал. Скоро он войдёт в эти двери, они обнимутся, поцелуются, и Морияма в жизни больше никогда не позволит парню отойти от него дальше, чем на пару метров. — Ты ведь сказал, что не хочешь быть со мной, — сказал Ичиро, когда Жан вернулся обратно в дом и замер у входной двери. Дотронуться до него хотелось безумно, обнять ещё больше, но сначала нужно убедиться, что парень действительно уверен в своем решении и делает всё это не из страха перед наказанием. — Я не говорил, что не хочу. Я сказал, что не уверен, что смогу стать собой и достоин того, чтобы быть с тобой. — Что изменилось? — Я понял, что это неправда, — громко прошептал Жан, облизывая пересохшие губы. — Черт возьми! Я бы прежде скорее умер, чем позволил себе выражаться в твоём присутствии и тем более сказать тебе «нет». Но я сделал это и ещё объяснение какое-то придумал. И пока я ехал в машине, я понял, что смог сделать это, что дорос до этого только потому, что ты был рядом. Ты всегда мне говорил, чтобы я думал в первую очередь о себе. И ты сам тоже всегда думал обо мне и моем комфорте. На самом деле ты всегда хотел, чтобы я стал свободным. И теперь, когда я стал таким, я не хочу быть ни с кем, кроме тебя. Ичиро не сказал бы, что хотел сделать Жана свободным. Он хотел, чтобы тот был с ним. Чтобы они были вместе раз и навсегда, и парень чувствовал себя в безопасности. Чтобы никто и никогда не посмел вновь сделать ему больно. И Ичиро ни перед чем не остановится, чтобы получить это. Пусть сначала Жан был для него не более чем предметом для любования и средством для слежки в Гнезде и лишь со временем стал чем-то большим. И пусть эгоизма в Ичиро было намного больше, чем желания помогать ближнему своему. Но Жан с течением времени стал ему настолько близок, что мужчина уже с трудом мог понять, где между ними проходит граница. Потерять его теперь было сродни потери части себя, и Морияма точно не собирался делать это из-за того, что парень переоценил степень его благородства. Тем более если Жану такое их положение даёт толчок к дальнейшим личным совершенствованиям, то это прекрасно. Весомый бонус к их нездоровым отношениям. Сейчас, смотря за тем, как легко и непринужденно Моро общается со своей командой, Ичиро в очередной раз убеждался, что их выбор был правильным. Да, было тяжело, как Жан и говорил. На самом деле работа с психологом только со стороны казалась лёгкой. Пришел, поболтал и понял, что значительно обновился. Но осознать, понять и принять, что те вещи, которые ты долгое время считал нормальными, на самом деле отвратительная мерзость, низость и жестокость, было по-настоящему тяжело. Иногда Жан, прежде чем понять это, проводил несколько дней в самовольном заточении. Иногда у него случались истерики, и пару раз в их доме даже летали вещи. Ичиро понимал, что такую реакцию можно считать вариантом нормы, но всё равно было тяжело. Но это определенно того стоило. Было отрадно видеть, как Жан улыбается, общаясь с другими людьми. Как он вообще подпускает к себе то одного, то другого человека. Его круг общения всё ещё был достаточно скудным, но знакомых у парня явно прибавилось. Занимательно, что большей частью это были девушки. Из мужчин он общался только с Алексом и Джереми, иногда созванивался с Кевином. Но Ичиро знал, что с весны, когда Моро попал в дом к командному врачу Лисов, они с Дэем не виделись в живую. Новые знакомства также положительно влияли на парня. Троянцы и их друзья не были жестокими Воронами или побитыми жизнью Лисами. Они были открыты, жизнелюбивы, амбициозны, и их аура добра буквально напитывала Жана энергией. — Это не твой парень там ждёт? — Джереми наклонился к уху Жана, едва касаясь рукой локтя. — Там в черном Мицубиси уже полчаса сидит и за нами смотрит. Моро повернулся и тут же расплылся в улыбке, встречаясь взглядом с Ичиро. Тот весь последний месяц провел в поездках по стране, они созванивались и переписывались, но этим не заменить живое общение. Жан был бы рад увидеть его в любом случае, но особенно приятно было, что произошло это накануне праздников и стало самым лучшим подарком. — На самом деле это выглядит немного нездорово, — в шутку сказала Нэнси, как только Жан встал и начал пробираться через остальных к спуску с лестницы. — Всё нормально, — ответил он. — Мы не виделись последний месяц, так что это явно должен был быть какой-то сюрприз. — Так мы всё испортили, — печально протянула Лейла. Она была немного пьяна из-за глинтвейна, бутылка с которым ходила по рукам. Девушка предложила Жану сделать глоток, но тот уверено отказался. — Блииин, ты перед ним за нас извинись. А то как-то неудобно получилось. — Да всё в норме, — отмахнулся Моро и, перепрыгнув через две ступени, направился к машине. — Увидимся в новом году. — Давай. — С праздниками тебя. — И мужика твоего. — С Рождеством и Новым годом! Позади всё ещё слышались крики, когда Жан открыл дверцу машины и забрался на заднее сиденье. Ичиро хитро улыбался, явно довольный произведенным эффектом. — Я думал, что ты приедешь двадцать пятого. — Я могу уехать обратно. — Неет, — капризно протянул Жан и подался вперёд, касаясь чужих губ лёгким поцелуем. Машина тронулась, и они как раз проезжали компанию студентов, когда Ичиро пересекся взглядом с Джереми. Нокс за эти месяцы не давал ни повода, ни намека на подозрения. Он для Жана стал если не лучшим другом, то верным товарищем. И у него вроде бы была девушка, но это не значит, что Ичиро может просто так взять и перестать ревновать. Подумав об этом, мужчина ухмыльнулся, коснулся щеки Жана ладонью и вновь поцеловал. Глубже и дольше, чтобы все, кому довелось заметить, смогли насладиться зрелищем сполна. — Какие планы на сегодня? — спросил Жан, отстраняясь. Он бросил рюкзак вниз к ногам и положил голову Ичиро на плечо, то ли не замечая, то ли игнорируя доносившиеся с улицы улюлюкания. — Провести с тобой весь день.