Эпилог
8 августа 2024 г., 21:20
На ночном небе начал проявляться яркий полумесяц, а в камине уже во всю полыхало красное пламя, которое согревало обитательницу покоев в столь холодный осенний вечер.
Афифе, сидя на удобной тахте, не спеша пролистывала учетную книгу гарема, подмечая у себя в голове некоторые нюансы, которые нужно будет исправить.
Справа от нее расположилась Белгин султан. Она вышивала незамысловатый узор на дорогой ткани, попуто рассказывая матери последние гаремные сплетни.
— Эти глупые курицы совсем не дают мне продыху, Валиде. — пролепетала женщина и тяжело вздохнула. — Когда брат уже разберётся со своим гаремом.
— Гаремные дела его никак не касаются. — твёрдо произнесла Агафья, не отрывая взгляда от книги. — Все, о чем он должен думать — это империя, Мехмед — султан, моя дорогая, у него нет времени на разборки с рабынями.
— Наш отец был посвящён во все, что происходило во дворце.
— У покойного султана Мустафы как такового гарема и не было после нашего с ним никяха. — закрыв наконец книгу, женщина протянула ее своей хазнедар. — Фидан, унеси. — коротко приказала Валиде султан стоящей рядом сестре.
— Но все же, у него столько женщин и каждая что-то да вытворяет.
— Согласна, поэтому я и жалую только Сафие. Она единственная из них, в ком есть хоть капля здравого смысла. — договорив, русинка встала с тахты, решив размять затекшее тело.
— Жаль только Сафие не удаётся больше родить брату наследника, так бы цены ей не было.
— У нее есть один сын, этого вполне достаточно.
— Если бы этого было бы достаточно, то у брата не было семи шехзаде.
— У твоего отца в живых осталось лишь двое наследников, повезло, что народ особо не возмущался. Простолюдинам хватало того, что он обогатил свои земли и выиграл несколько воин.
— Слава Аллаху, после его восшествия на престол наступили славные времена. Я помню, как нам приходилось тяжело, когда отец был шехзаде.
Вспоминать то время было очень неприятно, особенно после их мирного бытия в течение всего правления султана Мустафы. Новый падишах правил около двадцати лет, после чего скончался из-за лихорадки, которую вызвала неизвестная хворь. Период его власти можно считать поистине очень процветающим. Как говорили в народе — сын продолжил дело отца и привел страну к процветанию настолько, насколько смог. Афифе и Мустафа заключили никях через год, после его восшествия на престол. Эти двадцать лет для них прошли в полном взаимопонимании и, можно сказать, семейном счастье. Конечно, у него был гарем, были наложницы, но усилиями Мелек ни одна из них не смогла понести.
Самым сложным было избавиться от шехзаде Сулеймана, который даже успел побыть наместником Манисы пару лет. Агафья много раз пыталась совершить на него покушение, и в конечном итоге, все-таки сумела. Парень «упал» с лошади и свернул себе шею. Мехмед стал главным наследником и единственным выжившим сыном падишаха. Благодаря своей матери, которая как могла вкладывалась в его обучение, нанимая самых сильных и умелых учителей, он вырос хорошим воином и стратегом. Единственной его проблемой были не редкие вспышки гнева, которые начали появляться еще с юношеского возраста. Парня также не интересовало ничего кроме военного дела. Он плохо разбирался в делах страны и реформах, поэтому этими делами частенько руководила Валиде Афифе-Мелек султан и Великий визирь Давуд-паша, который по совместительству являлся мужем Белгин султан.
— Бабушка ведь завтра возвращается из Эдирне? — спросила Белгин, украткой глядя на мать.
— Да, Махидевран султан должна приехать завтра днем. В честь этого устроим небольшой праздник в гареме.
— Но ведь, еще нужно сделать празднество по поводу беременности Дениз-хатун.
— Вот и объеденим оба праздника и сделаем один. — с милой улыбкой произнесла Агафья, присаживаясь обратно на тахту. — Скоро военный поход, не стоит тратить казну лишний раз.
— Валиде, пришла Сафие-султан. — оповестила султаншу только что вошедшая в покои Сонай-хатун.
— Пусть войдет. — махнула рукой Афифе. — И принеси мне кофе.
— Как прикажете. — покорно пролепетала служанка и покинула опочивальню.
— Не поздно ли для кофе? Обычно его пьют по утрам. — поинтересовалась Белгин, попутно складывая свою вышивку.
— Сегодня сон ко мне не идет, так почему бы не порадовать себя вкусным кофе?
— Валиде, госпожа. — поприветствовала султанш молодая девушка.
— Проходи, Сафие, что-то случилось, раз ты пожаловала в столь поздний час?
— Не терпелось сообщить вам радостную весть, я только что узнала, что жду ребенка.
Небольшая улыбка тронула губы Афифе. Да, внуки дело хорошее, особенно когда их рожала на этот свет любимая невестка. Жаль, что все сыновья Сафие таинственным образом умирали в младенчестве, за исключением ее первенца — Махмуда. Агафья сама выбрала имя для внука. Эту возможность ей даровал Мустафа.
— Дай Аллах, в этот раз у тебя родится здоровый малыш. — поздравила девушку сестра падишаха. — Пусть он проживет дольше, чем его покойные братья.
— Белгин. — валиде сторого глянула на дочь, которая лишь пожала плечами.
— Я сделаю все, чтобы уберечь это дитя.
— Приходи завтра утром ко мне вместе с внуками. Я давно уже не видела моих любимиц Хюмашах и Фахрие.
— Конечно, Валиде, они очень скучают по вам, но я боюсь Махмуд не сможет присутствовать. Учитель, которого вы для него выбрали, проводит занятия с самого раннего утра и до вечера. У шехзаде совсем нет свободного времени.
— Ничего страшного, пусть учится, будущий правитель обязан быть образованным.
Такое заявление со стороны Валиде очень положитедьно сказалось на настроении наложницы. Раз султанша считает, что ее сын станет султаном, то значит так оно и будет, в этом Сафие не сомневалась. Ей повезло, что она родила своего шехзаде первее, чем это сделала другая наложница — Назпервер султан. Разница в возрасте между их сыновьями составляла всего месяц. И этот месяц решал все.
— Не буду больше вам мешать, Валиде, с вашего позволения отправлюсь к падишаху, сообщу и ему радостную весть. — откланившись, девушка покинула покои матери султана, вся сияя от счастья.
— И все-таки, она чем-то напоминает вас в молодости. — произнесла Белгин, как только дверь за наложницей захлопнулась.
— Ты так считаешь? — женщина удивлённо взглянула на дочь.
— Конечно не внешностью, в этом планей ей с вами в жизни не сравниться, но характер...Сафие обладает поистине чем-то таким же манящим, как и вы.
— Возможно. — хмыкнула русинка. — Видимо, именно поэтому она мне нравится.
***
Карета наконец-то остановилась возле Топкапы. Махидевран отдернула шторку и выглянула в окно. Она уехала отсюда десять лет назад, как раз тогда, когда умер ее сын. Титул Валиде султан сразу же перешёл к другой, как и все гаремные обязанности. Конечно, никто из дворца ее не гнал, даже наоборот, все были бы рады, если она осталась бы, но черкешенка слишком сильно устала. Неожиданная смерть сына совсем подкосила ее. Именно поэтому она решила уехать из этого места, куда-нибудь, где ей будет спокойно. Таким образом выбор пал на Эдирне, где султанша имела в своей собственности небольшое поместье, которое ей когда-то даровал Сулейман. Ступая по каменной дорожке, весенняя роза оглядывала дворец. Он остался таким же прекрасным и величественным, каким она его помнила. — Махидевран-султан, добро пожаловать. — черкешенка обернулась на окликнувший ее голос и увидела перед собой Афифе. Да, бремя старости тоже настигло ее. Конечно, она была также красива, но морщины потихоньку появлялись на ее когда-то гладком ангельском лице. Однако черные, как смоль волосы все еще не утратили своего насыщенного цвета. Седина так и не коснулась их. Рядом с ней стояла молодая женщина, черкешенка сразу узнала свою любимую внучку. Белгин была копией своей матери. Природа наградила ее таким же прекрасным ликом, от Мустафы ей досталась, разве что, смуглая кожа. — Госпожа, мы вас ждали. — пролепетал ее милый голосок. Весенняя роза слабо улыбнулась. Приблизившись к Белгин, она сжала внучку в объятиях, после чего обернулась к Афифе и таким же образом поприветствовала и ее. — Я рада вновь увидеть вас. — У Мехмеда сейчас собрание Дивана, он хотел вас поприветствовать, но не смог. Вечером у нас будет семейный ужин, а потом праздник в гареме. — осведомила черкешенку Агафья. — Прекрасно. — коротко ответила Махидевран. — Я бы хотела отдохнуть с дороги, путь был не совсем близким и я уже не молода. — Конечно, Хандан-калфа проводит вас в ваши покои. — русинка кивнула в сторону невзрачной женщины, что стояла у нее за спиной.***
Махидевран провели в ее опочивальню. Комнаты были хороши, мебель в них стояла совсем новая, на постели красовались дорогие простыни, а стол уже успели накрыть слуги: несколько простых, но довольно вкусных блюд и десертов ждали, когда их кто-нибудь отведает. — Если вам что-нибудь понадобится, за дверьми как всегда стоят слуги. — подала голос калфа, после чего откланившись, оставила черкешенку отдыхать. Весенняя роза побродила взглядом по комнате. Глаз особо ничего не цепляло, поэтому она решила просто немного полежать. Почему-то голова ее начала кружиться, а сердце больно сжалось, да так, что стало тяжело дышать. Схватившись за грудь, Махидевран легла на постель, пытаясь поглубже вздохнуть. Перед глазами начали появляться искры. Неужели она умирает? Это была первая мысль, пришедшая в голову черкешенки, после чего веки ее закрылись, погружая разум во тьму. Проснувшись, она не сразу поняла, где находится. Вокруг было темно из-за позднего времени суток. Слегка прийдя в себя, Махидевран осознала, что находится в лесу. Еще чуть-чуть присмотревшись, она заметила большое озеро перед собой. Когда-то она уже была здесь, только вот вспомнить у нее все не получалось. — Госпожа! — раздался знакомый голос за спиной. Оглянувшись, женщина увидела Фидан-хатун. — Я вас потеряла, ну зачем же вы вышли из кареты и мне ничего не сказали? — Из какой кареты? — в замешательстве произнесла черкешенка. — Как же, вы что-ли совсем все забыли? — Я ничего не помню. — жалобно ответила ей Махидевран. — Видимо, вы упали и ударились головой, склон здесь довольно крутой, не стоило сюда ходить одной, госпожа. — договорив, служанка поджала губу, внимательно оглядывая свою султаншу на наличие травм, после чего продолжила. — Мы едем в ваш новый дом в Бурсе. Султан Селим подарил его вам. — Как султан Селим... И в этот момент память вернулась к ней. Вся прожитая прошлая жизнь промелькнула перед глазами. Или это и была ее единственная и настоящая жизнь? В голове все перемешалось. Женщина с надеждой глянула на озеро, именно оттуда появилась Афифе и спасла ее много лет назад. Нет, это не могло быть обычным сном. — Госпожа, вам не хорошо? — Нет, этого не может быть. Это ведь просто сон да? Я сейчас сплю? — Госпожа... — Фидан в страхе прижала ладони ко рту и зарыдала. — Нет, нет, нет. — Махидевран схватилась за голову, вцепившись пальцами в волосы. — Махидевран-султан. — где-то вдалеке раздался шепот. Весенняя роза повертелась в разные стороны, но так и не обнаружила источника этого странного шепота. — Махидевран... — вновь прозвучал голос. — Я здесь! — крикнула женщина, встав с холодной земли. — Махидевран... В этот раз голос прозвучал намного чётче и громче. Посмотрев на озеро, султанша увидела на водной глади пузыри. — Махидевран... Голос продолжал твердить ее имя совсем не умолкая. В воде появилось еще больше пузерей. Женщина решительно направилась к озеру, не замечая того, как Фидан пытается всеми силами ее удержать, хватая за подол платья и ноги. Сильно отдернув ту от себя, черкешенка продолжила ступать в воду. Каждый сделанный шаг все больше приближал ее к источнику звука. — Махидевран... Зайдя в озеро с головой, она начала тонуть, что-то не давало ей вынырнуть из глубин, а голос продолжал скандировать ее имя все громче и громче. — Махидевран! Махидевран!***
Резко распахнув глаза, Махидевран огляделась. Она лежала в удобной роскошной постели, а вокруг нее столпились слуги и члены династии. — Махидевран султан! — вот он, голос который она слышала во сне вновь произнес ее имя. — Да, Афифе, что-то случилось? — спросила черкешенка, разглядывая обеспокоенное лицо русинки. — Вы нас так напугали, служанки вошли, попытались вас разбудить, дабы подготовить к ужину, но вы были без сознания. — Правда? Я, видимо, слишком крепко уснула. — Видимо... — недоверчиво произнесла Агафья, но спокойное лицо весенней розы все-таки заставило ее принять эту версию. — Вы пойдете на ужин и праздник? Или вам лучше еще отдохнуть? — Нет, я пойду. Кто знает, может я в последний раз вижу вас всех. — В каком смысле? — Да так, смерть все равно скоро настигнет меня. Махидевран посмотрела в окно. На небе взошла яркая луна, свет которой просачивался сквозь стекла, попадая в ее комнату, даже несмотря на то, что она была убывающей. От круглого объекта осталась небольшая полоска, сходившая на нет. Так и ее жизнь подходила к завершению...
