Окно в твой мир

— Привет, Чжань-Чжань! Ты не представляешь, как же я скучаю! — Привет, Лу-Лу, — радостно ответил Сяо Чжань. — Я тоже скучаю. Потерпи, месяц остался. — До сих пор не понимаю, как я согласилась на эту авантюру! — Ты сама напросилась! — возмутился мужчина. — Ладно, ладно! Но не могла же я тебя одного оставить! Как ты без меня? Правильно, никак! — Конечно, никак! — рассмеялся Сяо Чжань. — Джесс звонила. — Снова о том же? — Её можно понять, Чжань-Чжань! Она предложила тебе должность руководителя в своём Пекинском филиале, а ты отказал, при этом устроившись простым сотрудником. Конечно, работать в корпорации семьи Ван престижно, но у рядовых сотрудников там не такие уж и большие зарплаты. Джесс предложила тебе намного больше. — Я понимаю, но ты же знаешь, у меня есть на то причины. — Я понимаю, Джесс — нет. Поэтому готовься к тому, что она не отстанет ещё какое-то время. Кстати, как твой первый рабочий день? — Хорошо! Непривычно пока, но я думаю, что мне тут даже понравится. — Как коллектив? — Пока не понял, но мне уже кто-то на стол подложил записку с признанием в симпатии. — О! Как мило! Девочка, мальчик? — Не понятно из записки. Но надеюсь, это не мой начальник, а то я помру от смущения. — А ты в какой одежде пошёл? Там строгий дресс-код? — Брюки и рубашка. — Уверена, твоя соблазнительная задница уже покорила всю корпорацию. — Не смущай меня. Ты лучше скажи, ты собираешь вещи или в последний момент всё скинешь в чемодан? — Ты слишком хорошо меня знаешь! — рассмеялась девушка. — Чжань-Чжань, я договорилась с доставкой картины. Но вышло дороже, чем мы предполагали. — Ничего страшного, Лу-Лу. Я готов на любые траты. Извини, что тебе приходится этим заниматься. — Даже не переживай по этому поводу. Тебе и так нелегко пришлось. Ты решил, что будешь делать с домом? Оставишь? — Нет, продам, Лу-Лу. Этот дом нравился маме, теперь, когда она умерла, мне он ни к чему. Я не планирую ездить в Чунцин, меня с этим городом ничего не связывает. — А квартиру нам нашёл? — Нет ещё, но завтра я иду на просмотр одной, сейчас скину тебе фотографии. Она мне больше всех пока приглянулась, и недалеко от работы. — Полагаюсь на твой вкус! Наша квартирка в Нью-Йорке была такой замечательной! Я буду по ней скучать. — Тебе понравится в Пекине, Лу-Лу. А квартиру тут даже лучше найдём! — Хорошо! Ладно, Чжань-Чжань, созвонимся ещё. У тебя уже полночь, ложись спать! Не хватало ещё на новой работе с синяками под глазами ходить. Спокойной ночи! — Спокойной ночи, Лу-Лу. ***       Ван Ибо шёл по коридору в свой кабинет. Сегодня он, наконец, вернулся в Пекин после длительной командировки в Шанхай. Его отец собирал их с братом для обсуждения текущей ситуации на рынке, к тому же, и в Пекинском филиале их корпорации, которым управлял Ван Ибо, и в филиале в городе Шэньчжэнь, которым руководил Ван Цзыхао, намечались очень крупные выгодные проекты, так что отец хотел заранее переговорить с сыновьями. Ещё одной причиной, по которой они собрались в Шанхае, было желание отца провести время в кругу семьи, ведь до этого они не собирались все вместе несколько лет. Ван Ибо такие семейные собрания терпеть не мог. «В кругу семьи», в понятии отца, включало в себя и семейство Мэн, и если с другом отца Ван Ибо любил поговорить, так как мужчина был действительно очень умным, и у него было чему поучиться, то женская часть его семейства наводила на Ван Ибо тоску. К тому же, отец снова начинал заводить свою старую пластинку о необходимости помириться с матерью, но Ван Ибо с ней и не ссорился, он просто игнорировал женщину. Однако, на этот раз в Шанхае, по счастливой случайности, оказался его лучший друг Чжан Линхэ, который теперь больше жил в Южной Корее, чем в Китае, поэтому Ван Ибо, который планировал провести в командировке не больше двух недель, задержался на месяц.       Но по своему филиалу он всё же скучал. Когда он окончил университет в Лондоне, а параллельно, заочно, ещё и в Пекине, то именно отец предложил сыну, несмотря на молодой возраст и неопытность, возглавить это подразделение. В то время основные проекты были в Шанхае и в Шэньчжэни, и Пекинское направление немного подзабросили, но теперь у младшего наследника семьи Ван была возможность попробовать свои силы.       Уже практически у своего кабинета, проходя мимо переговорной, Ван Ибо услышал спор. Спорили двое мужчин, одного из них Ван Ибо узнал сразу, это был руководитель тендерного отдела, Сюй Кайчэн, а вот голос второго заставил сердце подскочить к самой глотке, а потом рухнуть вниз. Возможно, это ему только показалось. Возможно, просто похоже, и вообще, голос был более взрослым, чем тот, который он помнил, но всё же. «Сяо Чжань?» — пронеслось у мужчины в голове. Стало душно. Кажется, к такому Ван Ибо не был готов. Он поспешил в свой кабинет. — Шусинь, — обратился он к своей секретарше, уже сидя в кабинете. — Что за спор был в переговорной? Кто спорил? — Простите, господин Ван. Это господин Сюй со своим подчинённым. Я просила их быть потише, потому что вы должны прийти. Мне жаль, что они вам помешали. — Пусть господин Сюй зайдёт ко мне.       Ван Ибо тяжело вздохнул. Сейчас зайдёт Сюй Кайчэн, назовёт имя подчинённого, конечно же, тот окажется совершенно незнакомым человеком, и тогда Ван Ибо успокоится. — Господин Ван, — в кабинет вошёл Сюй Кайчэн. Он был одним из самых молодых и амбициозных руководителей в команде Ван Ибо. Он много и плодотворно работал, был строг с подчинёнными, так что некоторые даже жаловались, но и стиль управления самого Ван Ибо, несмотря на молодой возраст, тоже был достаточно строгим, так что он не видел в этом ничего критичного. — Ты спорил в переговорной. Что не так? — Прости. Ой, то есть, простите. У меня новенький в отделе, месяц как устроился. Вроде ничего парень, но уж больно много спорит. Подумываю уволить его, тем более, его отчёты и методы работы мне не нравятся. — Причина спора? — Я попросил его подготовить отчёт по будущей сделке в Шеньяне, а этот сумасшедший потратил несколько рабочих дней на то, чтобы написать в итоге, что эта сделка невыгодна. — Серьёзно? — Ван Ибо был так удивлён, что на секунду даже забыл о том, что просто горел желанием выяснить, кем же является обладатель таинственного голоса. — Да, пришлось поставить его на место, так он ещё и недоволен, требует потратить время на чтение его писанины. — Пришли мне оба ваших отчёта. — Я Вас уверяю, не стоит даже время на его бред тратить! — Оба пришли, я же сказал. — Хорошо, хорошо, — согласно закивал Сюй Кайчэн. — Господин Ван… Ибо, мы можем поговорить о том, что произошло тогда. Ты сразу уехал в Шанхай и… — Нет, мне некогда. — Хорошо, извини. Я сейчас отправлю оба отчёта. — Как зовут этого твоего сотрудника? — Сяо Чжань.       «Сяо Чжань», — Ван Ибо стоял у окна и периодически шептал имя, которое так давно не произносил вслух. Вроде много лет прошло с тех пор, а он помнит всё до мельчайших подробностей. Голос, запах, улыбку. Драки их помнит! Ван Ибо усмехнулся.       Тогда, десять лет назад, он сделал самую большую ошибку в своей жизни — он отпустил человека, в которого был влюблён. Смирился, когда родители отобрали телефон и запретили общаться с другом, согласился с братом, который обещал проследить, чтобы у Сяо Чжаня всё было хорошо, но он, Ван Ибо, взамен пообещает, что оставит эти отношения на расстоянии и займётся учёбой. Ван Цзыхао сдержал обещание — Сяо Чжань доучился в школе, ему даже выплатили какой-то большой грант на исследовательскую работу. Один раз только Ван Ибо не сдержался — в день перед гаокао. Он был в Лондоне и знал, что для Сяо Чжаня этот экзамен значит всё. Он связался тогда с Чжан Сяотан, которая была в тот момент в Шанхае, и попросил девушку организовать доставку для их бывшего одноклассника, переживая, что тот, возможно, извёлся, и на этой почве совсем забыл про еду. Позже, Ван Цзыхао позвонил ему и сообщил, что Сяо Чжань успешно сдал экзамены, поступил в престижный университет, окончание которого обеспечит ему стабильную высокооплачиваемую работу. К тому же, в университете была хорошая стипендия и комфортное общежитие. После этого Ван Цзыхао перестал следить за молодым человеком.       Сам Ван Ибо продолжал числиться в их пекинской школе, учителя проставляли ему липовые оценки, и все необходимые экзамены, благодаря связям отца, он, якобы, сдал. Это позволило ему заочно поступить в Пекинский университет, несмотря на то, что он уже поступил в ВУЗ в Лондоне. Отец и брат предполагали, что в университете Китая парень будет просто числиться, для галочки. Но каково же было их удивление, когда Ван Ибо действительно начал учился в двух заведениях сразу. Он не отходил от учебников, не отвлекался на развлечения, его комната в общежитии была завалена книгами. От того веселого, отвязного, прожигающего жизнь подростка-богача не осталось и следа. И родители должны были радоваться, вот только взгляд их сына больше не предвещал ничего хорошего. Ван Ибо стал скуп на эмоции, смотрел на всех ледяным равнодушным взглядом. Даже с братом он был вежлив, но ни любви, ни привязанности в его глазах не было. Родители страдали, и если с отцом Ван Ибо хоть как-то поддерживал отношения, то на мать он смотрел как на пустое место. Женщина пыталась поговорить и по-хорошему, и по-плохому, устраивала истерики, но ничего не помогало. На каникулах Ван Ибо отказывался ехать в лондонскую квартиру матери, но однажды туда приехали отец и брат, который уговорил Ван Ибо немного пожить всем вместе. В один из дней, отец снова завёл сложный разговор: — Ибо, уже много лет ты игнорируешь маму. Она страдает, неужели ты не видишь? — Не вижу. Я на неё не смотрю. — Так посмотри, сынок! За что ты с ней так? Я знаю, ты обижен на нас, но теперь-то ты понимаешь, что всё было к лучшему? — Нет. Не понимаю. — Когда ты станешь отцом, ты всё поймёшь! Помирись с мамой! Ну вот что нужно сделать, чтобы ты перестал так ужасно себя вести? — Она знает. Я говорил, — сказал Ван Ибо и ушёл в свою комнату, не собираясь больше участвовать в разговоре. Господин Ван тяжело вздохнул, а его жена снова заплакала. — Вот что нам делать? На него ничего не действует: ни ограничения, ни поощрения. Ему на всё плевать! Выгнать из дома, лишить денег — так ему и на это всё равно. Уйдёт ведь! Что думаешь, Цзыхао? — переживал господин Ван. — Я вас с Киан предупреждал, отец. Я говорил, что он не простит. Но вы настояли на переезде. Кому от этого стало лучше? Мы все от этого пострадали! Теперь я и ты, отец, вынуждены сюда постоянно мотаться в ущерб работе. Ибо теперь не Ибо, а какая-то бездушная кукла. И мне искренне жаль тебя, Киан, ты вообще тут осталась одна, даже без поддержки подруги. — Кто же мог предположить, что Мэйци окажется настолько неспособной к учёбе в Лондоне, что её придётся забрать из школы и вернуть в Китай. — Мы надеялись, что Ибо поможет ей адаптироваться. Всё же они с детства не разлей вода, а он делал вид, что не знает бедняжку! Ибо очень быстро выучил английский, но даже не попытался помочь, видя, что Мэйци не справляется, — грустно сказала Ван Киан. — Какой не разлей вода? Он её с детства терпеть не может! А когда она тебе докладывать стала о каждом его шаге, так вообще возненавидел! — возразил Ван Цзыхао. — Всё равно не понимаю его, — вздохнул господин Ван. — Но этот его ледяной взгляд я уже не могу выносить. Я с инфарктом скоро слягу. Но так тоже оставлять нельзя. — Оставь его в покое, отец. Он делает то, о чём вы так мечтали. А взгляд — ну тут мы бессильны. — И всё из-за этого его безродного бывшего одноклассника! Сколько же горя принёс нам этот ненавистный мальчик! — Перестань, Киан! Ну вот ты опять начинаешь? — возмутился Ван Цзыхао. — Да я готов уже притащить этого щенка в Лондон, лишь бы вернуть сына. Где он сейчас, вообще? Директор Чэн знает, точно! — Что за глупость, отец! У парня уже давно своя жизнь, столько лет прошло.       Такие разговоры часто происходили в семье Ван, но они ни к чему не приводили. Ван Ибо всё так же был равнодушен к собственной семье.       Парень закончил оба университета с отличием, став одним из лучших студентов. Ван Цзыхао сразу же пригласил его поработать к себе в Шэньчжэнь. Тогда и стало понятно, что у младшего представителя семьи Ван есть все шансы возглавить один из филиалов корпорации. Поначалу и отец, и брат много помогали ему, но уже скоро Ван Ибо все решения принимал сам и настолько преуспел в управлении, что его Пекинский филиал занял достойное место наряду с Шанхайским и Шэньчжэньским. Господин Ван очень гордился младшим сыном. Сам Ван Ибо стал часто общаться с ним по работе, и постепенно отношения наладились. Сын по-прежнему был скуп на эмоции, но работа ему нравилась, и на этой почве они с отцом и братом стали ближе, чем когда бы то ни было. С матерью же отношения не изменились.       Много чего произошло за эти десять лет, даже боль притупилась. Но Ван Ибо всё равно не мог простить себя. Он отпустил Сяо Чжаня, а не должен был. Какой он теперь? Ван Ибо слышал голос, но не видел. Наверное, такой же высокий и худой. Ты смотри, спорил с начальником, хотя всего месяц, как работает. Кстати, а почему он работает у них? Он ведь не мог не знать, кто руководит филиалом. Неужели, Сяо Чжань не обижается на него и таким образом сделал первый шаг? Возможно ли, что всё это время он тоже думал о своём бывшем однокласснике? Через месяц после возвращения в Китай, Ван Ибо встретился с Чжан Линхэ и его сестрой. Они выпили за встречу, и во время разговора по душам парень признался единственным своим настоящим друзьям, что так и не смог забыть Сяо Чжаня и до сих пор тоскует по нему. Тогда Чжан Сяотан позвонила знакомой, которая училась в том же университете, что и Сяо Чжань, и выяснилось, что красавчик и любимец всего университета, Чжань-Чжань, сразу после выпуска переехал жить в США. А чего ждал Ван Ибо? Он привык, что Сяо Чжань в школе дружил только с ним, общался только с ним, ночевал тоже только с ним. Весь парень, его красота, ум, доброта и смелость будто принадлежали только одному Ван Ибо. Но он отпустил. У Сяо Чжаня теперь новая жизнь, в которой есть друзья, увлечения, и, возможно, он уже давно в отношениях. Ван Ибо изо всех сил пытался забыть своего бывшего одноклассника, но у него всё равно не получалось.       И вот Сяо Чжань вернулся. И теперь работает на него. Конечно, сам Ван Ибо с рядовыми сотрудниками не общался, и, возможно, Сяо Чжань спокойно устроился к ним, предполагая, что никогда не встретит бывшего одноклассника. А может, ему просто настолько всё равно, что он, не подумав, откликнулся на вакансию.       Весь оставшийся рабочий день мужчина не мог справиться с эмоциями. Его разрывало между желанием тут же вызвать Сяо Чжаня к себе, и в тоже время, он хотел спрятаться. Он боялся увидеть равнодушный взгляд человека, которого всё ещё любил. В результате, измучившись, Ван Ибо решил поехать домой, собраться с мыслями. Водитель только выехал из подземной парковки, как взгляд Ван Ибо безошибочно выцепил у выхода из их здания знакомую фигуру. — Остановись. Включи аварийку, — скомандовал мужчина водителю.       Сквозь тонированное стекло своей машины он смотрел на Сяо Чжаня, который стоял прямо напротив остановившейся машины и оглядывался, явно кого-то пытаясь найти. Он сильно изменился, но при этом казался таким родным, что у Ван Ибо закололо в груди. Он был похож на того самого одноклассника, образ которого навсегда отпечатался в воспоминаниях, и в то же время был совсем другим. Высокий, стройный, с большими выразительными глазами. Волосы теперь длинные, собранные в пучок. Выбившиеся прядки обрамляли лицо, и Сяо Чжань заправлял их за уши, а Ван Ибо смотрел на это и медленно умирал от умиления и желания выскочить из машины и прижать к себе своего любимого. И он практически схватился за ручку дверцы, как вдруг откуда-то раздался радостный вопль, и в тот же момент на Сяо Чжаня налетела молоденькая девчонка. Ван Ибо, замерев, смотрел, как тот, счастливо улыбаясь, прижал к себе девушку. — Чжань-Чжань! Наконец-то! Я так скучала! Скорее пошли домой, я буду тебя обнимать! — Ты и так меня обнимаешь! Повисла, как обезьянка! — расхохотался Сяо Чжань, при этом ещё крепче обнимая девушку. Наконец, они отцепились друг от друга, но при этом взялись за руки. — Как ты долетела, Лу-Лу? Сильно устала? — Всё нормально. Долетела отлично. Чжань-Чжань, наша квартирка просто потрясающая! Ты такой молодец! Я в восторге! И она правда лучше, чем в Нью Йорке. — Ладно, пойдём уже домой, не будем тут задерживаться. И парочка направилась в сторону от машины.       Ван Ибо сидел в машине, не в силах справиться с шоком. Нет, конечно, в глубине души он понимал, что не станет Сяо Чжань хранить ему верность и ждать с распростёртыми объятиями все эти годы. Но всё равно сейчас было больно. Очень больно. Конечно, он рад за Сяо Чжаня, девушка очень красивая, и видно, что любит его. И сам Сяо Чжань такой счастливый, такой красивый! Улыбался так ярко! Когда-то эта улыбка предназначалась ему. Но он всё потерял. Что же, он рад за Сяо Чжаня. И он очень им гордится: стильный, красивый, умный, с прекрасной квартирой, которую так хвалила его милая девушка. Ван Ибо попросил водителя ехать. Дома он не сомкнул глаз, не смог заснуть, вспоминая красивую улыбку и непослушные прядки волос вокруг любимого лица.       Весь следующий день прошёл для Ван Ибо, как в тумане. Ему кто-то звонил, он что-то отвечал. В результате, поняв, что от него сегодня никакого толку, предупредил секретаря, что он недоступен для других, и что будет у себя. Он закрылся в своей секретной комнате — так называли её сотрудники. Весь кабинет Ван Ибо состоял из двух частей: официальная, где он работал, и неофициальная, своего рода комната отдыха. В эту комнату никому нельзя было заходить, он всегда закрывал её на ключ и не позволял отвлекать себя никому, если был там. Приближенные к нему сотрудники компании, очень мечтали побывать в этой комнате, всем было интересно, как там всё обставлено. Но даже глава корпорации, господин Ван, и родной брат, Ван Цзыхао, никогда туда не заходили. Все важные решения руководитель филиала принимал сидя в этой комнате. Его секретарю, Юй Шусинь, однажды удалось в эту комнату заглянуть, но она рассказала остальным любопытным, что там просто диван, стол, шкаф с книгами и картина на стене. И больше ничего. Действительно, в его комнате отдыха не было ничего особенного, вот только для Ван Ибо она была очень важна: в ней, на стене, висела картина, которую когда-то на прощание подарил ему Сяо Чжань. Окно в натуральную величину, в котором ярко светило солнце, виднелась зелёная лужайка и небольшой куст цветущей сирени — эта картина придавала Ван Ибо силы, вдохновляла его, помогала собраться с мыслями. Вот и сейчас, мужчина сидел на узком диване, уставившись на любимую картину. Он просидел так до вечера. Ему нужно было прочитать отчёты по будущей сделке в Шеньяне, подписать документы, которые скопились за месяц, решить ещё кучу важных дел, а он не мог пошевелиться и заставить себя сделать хоть что-нибудь.       В конце рабочего дня, Ван Ибо решил немного прогуляться и выпить кофе. Он не ходил в кофейни в округе, предпочитая пить кофе либо в офисе, либо у себя в квартире, но сейчас, ему просто необходимо было сменить обстановку. Мужчина вышел на улицу и зашёл в первую попавшуюся кофейню. До конца рабочего дня оставалось немного времени, так что Ван Ибо надеялся посидеть в одиночестве, пока не набежали закончившие работать сотрудники его офиса. Но ему не повезло. — Здравствуйте! — вдруг подсела к нему незнакомка, и Ван Ибо с ужасом понял, что это та самая девушка, которая обнималась с Сяо Чжанем. — Часто здесь бываете? — Здравствуйте, нет. Первый раз. — Жаль… — сказала она и замолчала.       Ван Ибо украдкой поглядывал на девушку. Она была несомненно красивой и милой. Вся её внешность выдавала игривый нрав, взять хотя бы кеды с нарисованным Губкой Бобом. Девушка, заметив, что мужчина смотрит на неё, слегка повернулась в его сторону. — А я только вчера переехала в Пекин. Ещё ничего здесь не знаю. Подумала, вдруг Вы мне скажете, что это хорошая кофейня, тогда бы я старалась приходить сюда каждый день. — Я предпочитаю пить кофе в офисе или дома. Сегодня просто случайно сюда попал. Жаль, что не могу помочь.       Ван Ибо не нужно было с ней говорить. Ну зачем мучить себя, разговаривая с девушкой, а может даже с женой, Сяо Чжаня? Но он, как самый настоящий мазохист, даже не пытался уйти, продолжая сидеть на месте. — Вы рядом работаете? — снова спросила девушка. — Да, в офисном здании за углом. — О! Круто! Мой друг тоже там работает. Возможно, вы даже коллеги, но вряд ли Вы лично знакомы, здание такое огромное, столько этажей! А он недавно только устроился, из США вернулся. Хотя, если увидите высокого красавчика с самой красивой улыбкой на свете — это он! — девушка мило захихикала, а у Ван Ибо снова закололо сердце. — А Вы откуда приехали? — зачем-то спросил Ван Ибо. — Тоже из США. Мы с Чжань-Чжанем работали вместе. Когда он решил вернуться в Пекин, я просто поехала за ним. Но вообще, я родилась и выросла в Чэнду. — Повезло Вашему парню с Вами. — Парень? Нет, что Вы! Чжань-Чжань мой друг, мы как брат с сестрой. К тому же, мы оба одиноки, и жить вместе оказалось очень комфортно. Да и кто в своём уме не захочет жить с Сяо Чжанем? Вы не представляете, насколько он потрясающе готовит!       У Ван Ибо снова сердце разогналось до космической скорости. Они не вместе! Это не его жена! Мужчина не смог сдержать счастливой улыбки, сама девушка теперь казалась ему ещё красивее и милее. Он готов был её расцеловать. — О! Я смотрю Вы заинтересовались! Тоже захотелось вкусной еды от самого красивого парня на свете? — девушка звонко рассмеялась. — Я бы с удовольствием попробовал. Кто же от такого откажется? — Вы правы! Но, к сожалению, вынуждена Вас расстроить. Мой любимый друг никогда и никого не приглашает в гости и ни с кем не встречается. Хотя, скажу Вам по секрету, — девушка вдруг приблизилась к Ван Ибо и зашептала: — ему поклонники проходу не дают. Вот и в вашем офисе ему уже любовные записки подкладывают. А я всё жду не дождусь посмотреть на того, кто сможет растопить лёд в его сердце. Вдруг девушке позвонили. — Прошу прощения, — сказала она, указывая на свой телефон. — Как раз рабочий день друга закончился, и мне пора! Спасибо за компанию!       Они попрощались. Девушка убежала, а Ван Ибо не мог сдержать разливающегося по телу счастья. Нет, это, конечно, ещё ничего не значит. Сяо Чжань вряд ли кинется к нему в объятия. Но он не состоит в отношениях, а значит, у самого Ван Ибо всё ещё есть шанс. Мужчина допил остывший кофе и отправился в офис. Ему нужно работать. Отчеты Сюй Кайчэна и Сяо Чжаня так и не были прочитаны, и стало даже интересно, что там такого написал А-Чжань, что это так вывело из себя его начальника. ***       Сюань Лу уютно расположилась на диване в гостиной, ожидая, когда её лучший друг приготовит ужин. Девушка улыбалась про себя, вспоминая неожиданную встречу. Ван Ибо действительно красив, а ещё у него невероятно выразительные глаза, которые не умеют врать. Да, она наговорила лишнего, Чжань-Чжань её убьёт, когда узнает, но он просто не видел, как ярко засветились счастьем глаза мужчины, когда она сказала, что Сяо Чжань ни с кем не встречается. Нет, она не глупая девушка, она просто хотела понаблюдать за мужчиной, когда увидела его на улице и, проследив до кафе, думала ненавязчиво поболтать. Но те же глаза выдали его с потрохами: он посмотрел на неё с узнаванием и такой тоской, будто она украла у него самое ценное. Он видел их вчера с Чжань-Чжанем, в этом не было сомнений. А ещё, она поздоровалась с человеком, больше похожим на призрак, а прощалась со светящимся изнутри, счастливым мужчиной. «Надеюсь, ты сделал правильные выводы, Ван Ибо!» — улыбнулась про себя девушка. ***       Ван Ибо снова не спал. Но если прошлую ночь он не сомкнул глаз, страдая от ревности и потерянной любви, то всю нынешнюю ночь он провёл над отчётом Сяо Чжаня. Будущий проект по строительству объекта в Шеньяне — самая крупная предполагаемая сделка Пекинского филиала в этом году. Они использовали все свои связи и ресурсы, чтобы заполучить этот проект, и вот, практически на финишной прямой, перед Ван Ибо лежит отчёт Сяо Чжаня, в котором тот пишет, что проект невыгоден для их компании, и предлагает от него отказаться. Ван Ибо перечитал отчёт несколько раз, всю ночь пил кофе и много думал. Утром он позвонил Ван Цзыхао. — Доброе утро, Ибо. — Доброе утро, брат. Мне нужен твой совет. — Да, конечно! — Я тебе сейчас перешлю два отчёта по сделке в Шеньяне. Прочитай их, пожалуйста. Это очень важно и срочно. К заключению контракта всё уже формально подготовлено, но мне нужно, чтобы ты сначала прочитал. — Хорошо, Ибо. Я тебе перезвоню.       Ван Цзыхао перезвонил через несколько часов, когда Ван Ибо был уже в офисе корпорации. — Ибо, поговорим? — Да, ты прочитал? — Это совсем другой взгляд на сделку. Мы с этой стороны её даже не рассматривали. — Не рассматривали. Я не сомневался в проекте. А сейчас не уверен. Я с утра сижу и перепроверяю все наши предыдущие подсчёты, но теперь ничего не сходится. — Ибо, это слишком крупный проект, твоя команда так много над ним работала. Но этот отчёт… Эти новые расчёты… — Я тоже в смятении. До заключения контракта чуть больше недели, отец уже надавил на нужных людей. Поэтому я и попросил тебя, чтоб ты прочитал, решил послушать мнение со стороны. Вдруг я уже просто схожу с ума. — В этом новом отчёте есть смысл. И вообще, он очень подробный, все расчёты, вся аналитика — не придерёшься. И что ты думаешь? — Возможно, мы откажемся от проекта. — Кто предоставил новые расчёты? Это не тот молодой руководитель? Как его зовут, не помню. — Сюй Кайчэн. Нет, его как раз-таки второй отчёт, в котором мы раньше не сомневались. — Ну отчёт этого Сюй Кайчэна теперь выглядит формальным. После новых данных, его расчёты выглядят неубедительно. — Я ведь видел их ранее, но они показались мне правильными. Мы на них и опирались. Теперь же… И до сделки так мало времени, блять. — Ибо, решение за тобой. Но расслабься, не принимай так близко к сердцу. Если не уверен… — Я скорее всего отменю сделку, — перебил брата Ван Ибо. — Переговоришь с отцом? — Да, но завтра или послезавтра. Сегодня соберу совещание, и на всякий случай заставлю сотрудников пересчитывать всё снова. — Хочешь, я подключу своих? — У тебя у самого дел невпроворот. — Моя сделка ориентировочно через полгода. У меня очень хорошая девушка-аналитик. Я попрошу её изучить. Дашь нам пару дней? Отчёт и правда шикарен, я хочу, чтобы Ли Мэй тоже его посмотрела. — Да, хорошо. — Ибо, почему раньше эти расчёты не появились. Почему сейчас? — Это отчёт нового сотрудника, его приняли, когда мы с тобой были у отца. — Удачное приобретение, поздравляю! Когда всё решишь с этой сделкой, ты не против, если этот новенький посмотрит и наш отчёт? Обменяемся мнениями, так сказать. — Конечно, давай. — Тогда до связи. Звони в любое время. — Брат. — Да? — Это отчёт Сяо Чжаня. — Оу… — Да. — И… Как у него дела? — Не знаю. Я его ещё не видел. Но скоро совещание, и я… — Не видел? Погоди, это не ты его пригласил? — Нет. Я и не знал, что он устроился к нам. Мы с ним не общались с тех самых пор. — Он не мог не знать, что ты руководишь филиалом. — Насколько я знаю, он вернулся из США, возможно, и не был в курсе. — Не поверю, что человек, который провёл настолько качественную аналитическую работу, не знал, кто руководит филиалом. — И он в подчинении у Сюй Кайчэна. — А этот Кайчэн — твой любовник. — Он не мой любовник, брат! Я просто сорвался тогда! Между нами ничего не было и нет! — Ибо, послушай, ты как будто оправдываешься, но в этом нет ничего такого. И прости ещё раз, что тогда так вышло. Я просто не подумал. — Ничего страшного, я же говорил. — Ибо, хочешь я прилечу? — Нет, спасибо, — Ван Ибо тяжело вздохнул. — Хорошо. Постарайся взять себя в руки, сосредоточься на работе. Сяо Чжань… Он молодец! — Всегда им был. — Вы уже не дети, Ибо. Вы сможете со всем этим разобраться. Удачи тебе. Я передам отчёт своей сотруднице, освобожу её пока от других проектов, пусть разберётся. Если что, она свяжется с Сяо Чжанем. Дело серьёзное, сделка слишком крупная. Уверен, отец тоже захочет знать подробности. — Я не планирую пока говорить, чей это отчёт. — Да, хорошо. Удачи, Ибо! — Спасибо, брат.       Ван Цзыхао, закончив разговор с братом, откинулся на спинку кресла. Сяо Чжань снова вошёл в их жизнь. Точнее, даже ворвался, как ураган. Ван Ибо больше не подросток, он взрослый мужчина, и теперь, в случае чего, никто не сможет ему указывать с кем общаться, а с кем — нет. За все эти десять лет Ван Ибо ни разу не произнёс имя Сяо Чжаня, даже когда Ван Цзыхао сообщил ему новости о том, что бывший одноклассник успешно поступил в университет, брат только скупо кивнул. О том, что Сяо Чжань никуда из мыслей брата не ушёл, Ван Цзыхао понял тогда, когда, только переехав в Пекин, Ван Ибо спросил его, сохранил ли он картину, и попросил вернуть ему её. То, как бережно брат взял её, как дрожали при этом его руки — объяснило всё лучше любых слов. Ван Цзыхао не слышал, чтобы у его брата были отношения с кем-то. То, что Сяо Чжань был не просто школьным другом, а возлюбленным брата, у него не было сомнений. Потом, в годы учёбы в Лондоне, Ван Ибо не отходил от учебников, и вряд ли успевал ещё и встречаться с кем-то. Жил он тоже один. Но месяц назад, в Пекинском офисе устраивали небольшое празднование для сотрудников. Они как раз заключили хоть и небольшую, но выгодную сделку, и это было своего рода поощрением, тем более, что стиль управления Ван Ибо был достаточно суровым и жёстким, его сотрудники часто задерживались после работы, многие увольнялись, не выдерживая. Такие небольшие корпоративы стали традицией, и позволяли сотрудникам расслабиться и пообщаться в неформальной обстановке. Сам Ван Цзыхао в тот момент также находился в Пекине, братья должны были лететь в Шанхай одним рейсом, и он начал волноваться, когда телефон младшего оказался недоступен. Ночью Ван Цзыхао не выдержал и поехал к Ван Ибо в квартиру, тем более, что у него были ключи. Войдя в квартиру, он застал брата с мужчиной. Ван Цзыхао помнил его на лицо, знал, что это один из руководителей в команде Ван Ибо. Было очень неловко. Положа руку на сердце, Ван Цзыхао был даже рад тому, что брат начал хоть с кем-то встречаться. Правда в самолёте, Ван Ибо начал уверять, что то, что брат увидел в квартире, было пьяной ошибкой, и между ним и его подчинённым ничего не было. Больше они к этой теме не возвращались. И вот теперь, объявился Сяо Чжань, прям как почувствовал. Хотя, не известно ещё, как с личной жизнью у самого Сяо Чжаня, может он уже давно и счастливо женат. Но что-то подсказывало Ван Цзыхао, что не пришёл бы тот в таком случае работать именно в их корпорацию.       Ван Ибо после разговора с братом, точно так же откинулся на спинку рабочего кресла. Времени переживать нет. Пора решаться и встретиться, наконец, с Сяо Чжанем. — Сюй Кайчэна и Сяо Чжаня в переговорную через пятнадцать минут, — сказал он секретарю.       Мужчина встал и направился в свою комнату отдыха. У него было несколько минут, чтобы побыть одному. Он сидел и смотрел на картину. Сяо Чжань не в отношениях, он устроился работать к нему, и он чертовски умён. Ван Ибо больше не отпустит его. Никогда. Теперь помешать ему сможет только сам Сяо Чжань. Но он из кожи вон вылезет, если нужно, но завоюет снова сердце своего любимого А-Чжаня.       Когда Ван Ибо вошёл в переговорную, Сюй Кайчэн и Сяо Чжань уже были там. Мужчины встали и поклонились. Ван Ибо кивнул в ответ. Он посмотрел на своего бывшего одноклассника, и тот посмотрел тоже, но тут же опустил глаза. Сяо Чжань был очень бледен, напряжён и зажат, это было видно невооружённым глазом. Сюй Кайчэн же, наоборот, был расслаблен, видимо, чувствовал, что сейчас его подчиненного будут наказывать, и, возможно, ему даже не придётся самому увольнять его — уволится сам, после того, как Ван Ибо жёстко пройдётся по его отчёту. — Кайчэн, ты читал отчёт Сяо Чжаня? — Конечно, и я говорил Вам, что не стоит тратить на него время. — Скажи честно, ты ведь не читал? — строго спросил Ван Ибо. — Я начал, но там с первых же строк за отмену сделки. И это полный бред, — начал оправдываться Сюй Кайчэн. — И часто ты так делаешь? Не читаешь того, что тебе пишут твои аналитики? — Я всегда читаю! Но здесь сразу же было понятно… — Иди читай. Прямо сейчас! — грубо перебил подчинённого Ван Ибо. — Хорошо. Простите.       Сюй Кайчэн поднялся и толкнул Сяо Чжаня, чтобы тот вставал и шёл за ним тоже, заметив, что его подчинённый застыл, словно статуя. — Сяо Чжань, задержись, — сказал Ван Ибо и стал молча дожидаться, пока удивлённый Сюй Кайчэн не выйдет из кабинета.       Сяо Чжань, уже успевший к тому времени встать и сделать пару шагов от стола, застыл на месте и так и остался стоять, пока его руководитель не выйдет. Ван Ибо тоже встал. Его немного трясло от волнения, и он изо всех сил старался взять себя в руки. Сяо Чжань стоял молча, опустив глаза в пол. — А-Чжань… — дрожащим голосом позвал Ван Ибо.       Он ожидал чего угодно: ненавидящего или равнодушного взгляда, просьбы не называть его так больше, жестокой ухмылки — да чего угодно, только не того, что, услышав своё имя, Сяо Чжань вдруг кинется к нему в объятия. Ван Ибо крепко прижал к себе любимого. — Ибо, я… — начал было Сяо Чжань, пытаясь теперь отстраниться, краснея и жалея, о таком своём внезапном порыве. Но Ван Ибо не отпустил, а только крепче прижал его к себе.       Ощущать в своих объятиях Сяо Чжаня было как-то правильно. Они изменились, выросли, теперь всё было по-другому, но Ван Ибо снова почувствовал себя влюблённым шестнадцатилетним мальчишкой. — Молчи… — сказал он и поцеловал Сяо Чжаня.       Нежно, еле касаясь губами чужих губ, лаская их, даже не пытаясь углубить поцелуй, сделать более страстным. Он ещё успеет. Сейчас Ван Ибо просто хотел, чтобы Сяо Чжань понял, что он не забыл, что он по-прежнему любит, что его сердце принадлежит и всегда принадлежало только его А-Чжаню и никому другому. — Я так скучал, — прошептал Сяо Чжань. — И я. Какого хрена ты такой красивый? — На себя посмотри, — улыбнулся Сяо Чжань.       Их прервал звонок секретаря. Ван Ибо нехотя выпустил из объятий Сяо Чжаня. Всё же не место и не время, нужно работать. Но сейчас меньше всего на свете хотелось отвлекаться от своего вновь обретённого любимого человека. Звонок раздражал, но Ван Ибо не спешил отвечать на него. — А-Чжань, прости. Сходим поужинать после работы? Заодно поговорим? Ты не против? — Я думал, мы до утра тут будем сидеть, пересчитывать. Но я согласен, конечно. — Блять, ты прав. Надо срочно всё перепроверить. — Мы поговорим, Ибо, не переживай. — Ты точно никуда не исчезнешь? — со слезами и дрожью в голосе спросил Ван Ибо, схватив мужчину за руку. — Точно, Ибо. Я никуда теперь не денусь. Ван Ибо отпустил Сяо Чжаня, и тот направился к выходу. — А-Чжань, — окликнул его Ван Ибо. — Спасибо, что вернулся. И что пришёл работать именно сюда. — Я не мог по-другому, Ибо, — мужчина улыбнулся и вышел из кабинета.