Вишневый шлейф

      — Извините, моя Богиня, но чем вам так дорога Мико? — На мгновение девушка почувствовала, что руки ее начали холоднеть, а язык заплетаться, ей хотелось знать правду, услышать изменилось ли мнение Сёгуна. — И до сих пор ли имеет она особое место в вашем сердце? Может.. Это лишь людская привязанность? Качество, которое мы бессмертные переняли от человека?       — Масако. — Эи улыбнулась на минуту, воспоминания с горячо любимой женщиной всегда были сладки, как мёд и легки, как одуванчик, если не учитывать исход недавних событий. — Эта девушка сделала из обычной кагемуши Эи, Архонта Сёгуна Райден, благодаря ей я получила титул её Превосходительство Наруками Огосё.       — Жрица Мико всегда говорила, что это вы из нее сделали того, кем она является. Когда она произносила ваше имя ее глаза горели, честно, мы будучи младшими жрицами всегда ей завидовали, а также восхищались ею.       — Нет. Она сделала меня. — Богиня окинула взглядом Храм Наруками. — Только, вот мне не хватило смелости и терпения, чтоб не уйти в другой мир. С того самого переломного дня, я постоянно думаю, что в большей степени вина лежит на мне. Бросить молодую, влюбленную, красивую даму в одиночестве, было раковой ошибкой, за которую я сегодня несу камень на душе. — Райден направилась в сторону Сакуры. Подойдя к дереву, она легонько прикоснулась к стволу пальцами, а затем и вовсе уперлась лбом. — Если бы только Макото была жива.. Все было бы по-другому, я бы не несла бремя Архонта, а если бы рядом еще была Сайгу, то Мико бы осталась обычной жрицей, но мы были бы счастливы. То время, мне казалось, что оно было таким беззаботным. Разве, тогда я могла подумать, что близких не будет рядом? А любимый человек поступит со мной так.       — Простите.. — Эи заметила, что глаза Масако наполнились слезами. Слезинка упала на подбородок, а затем покатилась ниже по шее. Легким касанием пальцев она прошлась по мокрой дорожке.       — Почему ты плачешь, милай Масако? — Теплая улыбка Архонта заставляла трепещать сердце Мико. Даже сквозь боль, улыбка Эи была лекарством, заставляющим сделать любую травму менее болезненной. — Неужели, тебя так растрогали мои слова?       — Мне жаль, что так вышло. — Голос ее предательски дрожал, как же ей хотелось сорвать маску и показать истинное лицо. Крикнуть "Вот, это я, твоя Мико".       — Ты ничего не могла поделать, в этом нет твоей вины.        Погода с солнечной резко сменилась на пасмурную, подул холодный ветер, выбивая прядку волос Масако, что примечает для себя Богиня. Беря за руку жрицу, она ведет ее под крышу Храма, ведь вот-вот должен начаться дождь. Обстановка в какой-то мере романтическая. Вокруг тишина, и никого более, кроме этих двоих, дует ветер, дистанция между двумя разбитыми сердцами все больше и больше сокращается.       — Масако.. — Райден приблизилась к уху девушки, обжигая его теплым дыханием и тихо, но так томно произнесла. — Пообещай, что унесешь тайну, которую я тебе скажу с собой в могилу.       — Конечно, моя Богиня, я сделаю все, что вы скажете. — Мико нервничала, ей хотелось размякнуть и упасть прямо в руки своему Богу, но она не могла, только не сейчас.       — В тот день, когда мы с тобой смотрели вещи Мико. — Она продолжала шептать и испытывать девушку. — Помнишь? Я сказала тебе, что мне не нужны романтические отношения. — Она прижала девушку к стене, сокращая еще больше дистанцию между ними. — С твоим появлением, Масако, я все больше и больше не понимаю себя. Я прихожу каяться в своих грехах, я больна Мико, сплю с другой женщиной, и замечаю, как магнитом меня тянет к тебе. Мне кажется, что я совсем погрязла в грехах, совсем. — Архонт берется за нижний край маски. — Я хочу взглянуть на тебя, кто ты на самом деле, девушка, что появилась из неоткуда, и заставляет меня думать о ней.       — Моя Богиня.. — Сердце Мико уже давно сбилось со счета сколько ударов оно пропустило.       Мико кладет свою руку поверх руки Архонта, заставляя ее забыться на мгновение, а затем поддавшись немного вперед, касается своими губами губ девушки. Этот легкий поцелуй был волнителен для обеих, и только собравшись отодвинуться, розоволосая почувствовала, что руки Эи опустились на талию, а нежный поцелуй казался уже страстным танцем между двумя любящими сердцами. Единственное препятствие между ними было заканчивающийся воздух, который заставлял их оторваться друг от друга.       — Отправьте письмо генералу Горо. — Звук доносился с лестниц, которые вели к Храму Наруками, голос Кокоми Эи сразу отличила. — Мне нужно, чтоб сегодня к вечеру он прибыл в столицу.       — У нас есть две минуты, чтоб привести себя в порядок и сделать вид, что ничего не было. — Сказала Эи, дыхание ее было прерывистым и громким, а в ответ лишь получила легкий кивок. — Надеюсь, что наши встречи будут также продолжаться.       — Моя Богиня. — Дойдя до Храма Кокоми поклонилась. — Мы уже во всю готовимся к прибытию новых гостей, как обстоит ваша подготовка?       — Хорошо, сегодня начинаем тренировки вместе с жрицами для выступления на фестиваль.       — Это прекрасно. — Кокоми взяла Архонта под ручку, дабы продемонстрировать кому принадлежит ее Бог. — Мне нужно вам многое рассказать. А.., кстати, Масако, раз ты слоняешься без дела, зайди в поместье Камисато, мне сказали, что там нужна жрица, которая будет помогать с какими-то подготовками.       Масако лишь отклонилась Богу, а затем спустившись немного вниз, она подняла слегка маску и коснулась губ. Все лицо горело, она снова смогла поцеловать Эи, но какими заслугами и мучениями она получила это. То, что казалось ей нереальным, свершилось, только вот, ей бы хотелось, чтоб ее любимая знала, что под маской находится Мико.       — Моя Богиня. — Кокоми продолжала держать Эи. — Мне в голову пришла безумная мысль, я понимаю, что прошло немного времени, но что если мы отправим пригласительное письмо Яэ Мико.       — Ты с ума сошла, Кокоми?! — Эи возмутилась и вырвала руку. — Ты себя слышишь?       — Эи.. Это будет умный шаг, это глупая девушка увидит все своими глазами и поймет, что потеряла.       — Хорошо, только сделай все, чтоб она не попадалась мне на глаза, я не хочу видеть ее. — Солгала Эи.       Кокоми просчитала этот шаг, пригласительное письмо уже лежало в поместье Камисато, она знала, что Эи неравнодушна к Мико, но сделать все, чтоб изменщица почувствовала глубокое сожаление, но уже будет поздно.       — Я отправила письма вашим ближайшим коллегам, Мораксу и Барбатосу.       — Сообщи мне, если получишь от них ответные письма. — Эи собиралась уходить, но жрица ее остановила и легонько поцеловала в губы. — Что ты делаешь? Мы же на людях.       — Расслабься, Эи, здесь никого нет, кроме нас, а даже если жрицы нас видели, то они никому не расскажут.        В поместье Камисато звучала игривая музыка. Комиссар был в отличном настроении получить данное приглашение для Мико. В его голове уже крутились интрижки будущего, расследования, раскрытия и то, как он снесет с места Кокоми. Но только одно настораживало мужчину, не может ли это быть "некой ловушкой" для жрицы.       — Комиссар. — В его кабинет вошла молодая девушка.       — Чем обязан визиту Божественной жрицы? — Мужчина ухмыльнулся и продолжил нагло осматривать девушку будто оценивать ее данные.       — Ох, Комиссар. — Томно произнесла Кокоми. — Здесь вы можете снять маску лжеца и показать свои истинные клыки, я прекрасно знаю, что не симпатизирую вам, как и вы мне.       — Это прекрасно, что мы понимаем друг друга без слов. — Съязвил мужчина. — Если бы вы были желанным гостем в моем доме, я бы предложил вам присесть и выпить, а так как вы все прекрасно понимаете. То у меня к вам только один вопрос. Чего вы хотите?       — Мне нужно только одно. — Девушка подошла вплотную к столу, за которым находился Аято, и указательным пальцем провела по краю, проверяя нет ли на ней пыли. — Мне нужно, чтоб вы это передали Мико. — Она резко кинула письмо ему в руки.       — Я что похож на посыльного? — Звонко засмеялся голубоволосый. — У вас уже есть одна шавка на побегушках, так почему его бы не попросить?       — Мое чутье подсказывает, что вы с Мико находитесь в близких отношениях несмотря на расстояние. А второй момент. Генерал Горо не шавка, а возможно, будущий глава одной из Комиссий.       — Умеете вы рассмешить. — Аято смахнул слезу подступившую от смеха. — Хочу вам напомнить, дорогая жрица, что вы находитесь в моей стране, а не у себя на Ватацуми. И если вы думаете, что Богиня спасет вас, то я могу обрадовать вас, что такого не случится. Я убью вас своими руками, если это понадобится, даже если меня после этого казнят, я ни на секунду не засомневаюсь и сожму вашу хрупкую шею в своих руках. А второй момент. Ознакомьтесь с нашими законами. Чужестранцы, даже если они с Ватацуми, не имеют право занимать высокие должности в Комиссиях, только истинные инадзумцы с благородными корнями, а не жалкие шавки, не имеющие рода. — Он указал жрице на выход. — А, подождите, забыл сказать, что ты вы тоже на этом посту долго не останетесь, Мико ближе, чем кажется, и вы и я знаем, что она занимает особое место в сердце Бога. В день вашего отстранения я устрою пир на всю Инадзуму. Реки вина будут литься несколько дней подряд, люди увидят лицо Великой Жрицы Храма Наруками и забудут о том, кто есть Божественная Жрица.       — Ну мы еще посмотрим, Комиссар, я не собираюсь так легко сдаваться.        Чувство удовольствия от разговора заставляла прокручивать прошедший сценарий снова и снова. Казалось, что он задел самолюбие молодой девушки, но ни о чем не жалел, ему казалось, что этого было даже мало.       — Медленно тянешься, Мико. — Так он поприветствовал заходящую в кабинет лисичку. — Заходила твоя преемница, дерзкая мадам. Пришла мне за законы Инадзумы рассказывать.       — Ну я вижу, раз ты остался доволен, то наша гостья не особо?       — Я думаю, что она должна благословить Архонта, что наша встреча случилась. — А ответ лишь получил закатывание глаз от девушки. — Она принесла тебе письмо.       — Мне? Масако?       — Тебе. Мико.       — Не может быть. — Девушка опешила, неужели ее раскрыли? — Что в нем?       — Открой и посмотри. — Мужчина протянул ей письмо.        На нем было написано "От Великой жрицы Храма Наруками", а снизу " Для бывшей жрицы". Она аккуратно вскрыла письмо и достала его содержимое, принявшись читать "Яэ Мико, не так много времени прошло с того дня, когда ты облажалась, но я хочу, чтоб ты видела, что даже спустя немного времени Инадзума цветет и пахнет, но уже благодаря мне. Если в тебе есть хоть капля смелости, то ты явишься в Инадзуму."        Ночь и день сменяли друг друга словно по щелчку пальцев. Для каждого персонажа день выступления отмечен красным в календаре, а если не в календаре так в памяти. День, когда Мико показав свое лицо вступит снова на вершину Храма Наруками. Покажет всем себя гордую, непреступную, непреодолимую, словно башню, стоявшую не одну тысячу лет. Ее встречи от лица "Масако" с Архонтом становились все реже и реже, но Богиня думала, что это от подготовки к празднику, поэтому не докучала вопросами где она и чем занимается. Всем нужна была хорошая физическая подготовка в этот день, ну и конечно же, моральная.        Аято просчитал все до мелочей, поселив Мико в ночь на острове Рико. Интуиция подсказала ему, что Архонт точно приедет посмотреть на Мико, даже если не лицом к лицу, эта встреча будет из далека. И как же он был прав.        Эи затаившись чуть дальше, наблюдала за происходящим. Пока в порту было тихо, аккуратно облокотившись об дерево, она схватилась за голову. Все, что она делала было неправильно. Она любила Мико, но почему-то позволила себе ночь любви с Кокоми, а также ей симпатизировала Масако, что же с ней происходит? Неужели она становится черствой? Разве этого она хотела?        Из раздумий ее вытащил шум со стороны порта, людей было много, Мико удалось смешаться с толпой, но ее узнали простые люди, которые выстроились вокруг нее.       — Жрица! — В глазах народа можно было увидеть доброту и удивленность. Неужели их любимая жрица вернулась? — Где же вы были? Мы совсем по вам истосковались.       — Мне нужно было уехать из-за разногласий с Архонтом. — Искренняя улыбка Мико, которая дарила народу теплые лучи, гревшие их сердца.       — Так вы вернулись навсегда?       — К сожалению, нет. — Мико громко вздохнула. — Меня вызвал по какому-то делу, как только я закончу его, сразу же покину Инадзуму.        Эи млела от одного вида на девушку. Ее любимая так близко, но так далеко. Казалось сердце сейчас выскочит из груди, а ноги не слушаясь хозяйку понесут ее в сторону порта. Мысли путались, на лице выступили капельки пота. Богиня сама не ожидала, что ее тело будет реагировать именно так на Леди Гудзи.        Неожиданно, в порту появился Аято Камисато, который взял сумку розоволосой, прикрепив аккуратно к седлу своего коня. А затем он вернулся к народу.       — Дорогие граждане, вы все успеете поговорить с Леди Гудзи на празднике, нашей гостье нужно отдохнуть и отоспаться. — Он нежно взял Мико за руку и повел за собой, а затем взяв на руки усадил на коня, прошептав. — План сработал, я видел Архонта недалеко отсюда.        Гневу Сёгуна не было предела. Неужели она и с ним крутила роман, когда была с ней?! Забравшись на своего жеребца, она поскакала в сторону Резиденции. В груди кололо, кровь кипела, столько вопросов и так мало ответов, кто же ей их даст? Та грешница, что может сказать ей, что угодно? Или предатель, который работает на Бога, но крутил романы с женщиной Эи?        Не замечая, как быстро она добралась до своего дома, она влетает в спальню, где находилась Кокоми. Видя Бога в таком состоянии, она даже не может подумать, в чем же истинная проблема, вызывающее столь сильное негодование у Эи.        Но пазл в голове молодой девушки собирается, когда она вспоминает, что сегодня день приезда Мико. Значит, Богиня ее уже видела. Пришло время действовать. Она налила в рюмку водку, недавний подарок от послов из Снежной, в нем был большой градус, что мог немного остудить пыл Бога.        Эи же в свою очередь выпивает рюмку залпом, а затем еще несколько. Вроде бы, боль утихла, и стала не такой острой. Тело расслабилось и было словно желе. План Кокоми работал. Она взяла женщину за руку и повела к балкону, немного приглядевшись в сторону поместья Камисато, увидела две фигуры, которые также что-то активно обсуждали на балконе. За один визит она успела изучить кабинет Комиссара, заметив на столе подзорную трубу, она была уверена, что Мико ее использует.        Жрица затянула Архонта в страстный поцелуй, в котором второй уже не хотелось сопротивляться, ей просто нужно было забыться и это был неплохой способ. Ее руки были настолько ловкими, что с легкостью смогли расстегнуть тяжелое кимоно, в свою же очередь Эи резко подхватывает Кокоми и усаживает на периле балкона, где страстно целует ее губы, шею, и легким движением стягивает с нее одежду.        На другой же стороне в поместье Аято у слуг ушы сворачивались в трубочку от мата исходящего от Мико. Девушка даже представить не могла насколько хитра эта тихоня Кокоми. Правду говорят "В тихом омуте черти водятся". Она продолжала смотреть, как жрица уводят за руку ее любимую, а затем вернувшись на балкон, она натягивает победную улыбку и машет, закрая шторы.       — Я ее убью! — Кричала Мико на все поместье.       — Не так быстро, выступление перенесли на завтра, сегодня люди будут просто прогуливаться и любоваться ярмаркой Инадзумы. Завтра можешь убить ее и бежать.        Чуть позже, ближе к вечеру. Можно было заметить, как красиво светится Инадзума от украшенных фонарей дома Ёимии, она постаралась на славу. Парочки разделились на два лагеря, кто активно изучал ярмарку и тех, кто ушел в более тихие уголки города, дабы остаться вдвоем.        На сегодняшний вечер парой Мико был Аято. Если посмотреть на него, как на мужчину, то он весьма неплох. Так молод, а уже управляет кланом и комиссией. Он умен и хладнокровен, для достижений своих целей он сделает все и даже больше. Красив, силен, рассудителен, что же еще нужно идеальному мужчине? Повезет его спутнику жизни, если конечно, он подберет подход к Аято.        Находясь возле Храма, Мико получила много внимания от жриц и обычного народа. Будто сегодня был не праздник ярмарки, а день розоволосой. Все вокруг желали скорейшего возвращения девушки на пост.       — Мы будем за вас молиться. — Сказала младшая жрица. — Всем сердцем, чтоб Архонт вернула вас.       — Спасибо большое. — Она искренне обняла молодую девушку, от нее веяло такой доброй энергетикой.        Люди Инадзумы давали надежду Мико, что не все потеряно, что может она и была в прошлом аморальным человеком, но сейчас, когда девушка взглянула на все и всех под другом углом, она поняла, что счастье ее всегда было здесь, так близко, и на таком заметном месте.        Но бурные обсуждения прервались, когда на месте появилась Эи. В толпе она сразу нашла взгляд Мико, время остановилось для двоих. Вокруг была лишь тишина, люди ожидали, завяжется ли разговор между фамильяром и Архонтом, ведь столько лет они шли рука об руку, плечо об плечо.       — Поклонись, все смотрят. — Прошептал Аято.        Девушка вышла в центр, где стояла Богиня и поклонилась. Как же она была прекрасна в этом шелковом кимоно фиолетового цвета, которое лежало на ее плечах, выставляя ее бюст. На нем были изображены белые листки Сакуры, что олицетворяло Инадзуму.       — Мико. — Неожиданно для самой себя Эи произнесла ее имя с нежностью. — Не могла бы ты провести церемонию жрицы для наших гостей?       — Это будет честью для меня, Моя Богиня.        "Моя Богиня", что заставило появиться на лице Сёгуна легкий румянец. Она прошла в сторону, где был специальный трон для нее и усевшись на нем, подала знак рукой девушке, что та может начинать. Она наблюдала за ней словно загипнотизированная.       — Эи, разве не я должна была это сделать? — Кокоми была в замешательстве, сколько бы она не звала своего Бога в ответ лишь тишина.        Легкие действия так и завораживали Эи, ей было тяжело сглатывать слюну, только от одного вида хитрой лисы. Церемония была прекрасна, никто не шумел, все вникали в суть действий жрицы. Ее легкости и уверенности можно было лишь позавидовать. Взгляд ее также был прикован к Эи, будто никого, кроме них двоих в этом мире не существовало. Для любящих сердца снова смотрят друг на друга, готовы сорваться прямо здесь, впасть в объятия друг друга, целовать губы, что нельзя.        Подул легкий ветерок, что заставило Эи оторваться и посмотреть в сторону, замечая в толпе Моракса и Барбатоса. Молодые же жрицы выпустили собранные ранним утром лепестки Сакуры со всей столицы, увидев легкий поток они выпустили лепесточки, которые красиво крутили вокруг Мико, а затем собравшись в большой шар, как фейерверк разлетелись по всей горе осыпая посетителей. Как только жрица закончила, раздались аплодисменты, со всех сторон можно было слышать восторг.        Аято же подал сигнал своим людям, что нужно продвигать народ с горы вниз на Ярмарку, дабы оставить Архонта и Мико один на один. Кто знает, может из этого получится что-то хорошее. Инаги же, близкая жрица Леди Гудзи, с помощью других младших жриц увела Кокоми в другую сторону.       — Зачем ты приехала? — Раздался холодной голос Сёгуна.       — Чтоб увидеть тебя.       — Тебе не было достаточно того, что ты сделала?       — Я сожалею.       — Сожалеешь? — Рассмеялась Эи. — Я вернулась, Мико, а ты заигралась. Тебе льстила мысль, что ты можешь крутить Богом, как тебе вздумается. Я бегала за тобой, как собачка. Мико, Мико, Мико, где же моя Мико? А Мико в это время развлекалась с другими, когда я писала ей любовные письма, когда отправляла цветы собранные с моего сада.       — Да что ты знаешь, Эи?! — Девушка знала, что она не права, но не могла сдаться. — Я ждала тебя не одну сотню лет, моя душа сгорала от любви, когда властительница мира бросила меня. Каждую ночь я молила тебя, чтоб ты вернулась, но ты закрылась в своем мире, где не было место для меня. Я хотела любви! Я была молода, я нашла утешение в них, почему я продолжала быть с ними? Потому что я не могла снова полностью отдаться тебе, я не смогла бы стерпеть боль во второй раз, не смогла бы!       — Ты могла мне сказать об этом, зачем сейчас этот бессмысленный разговор?! Чего ты хочешь?       — Тебя. — Этот ответ ошарашил обеих, Мико сказала это не раздумывая.       — Ты себя слышишь?       — Да, исполни мое желание.       — Ты готова стать моим увлечением на одну ночь? — Улыбнулась Эи. — Гордая Мико ляжет под Архонта, которая не готова принимать ее, только лишь использовать?       — Да.. — Этот удар был больнее, чем любой другой. Сегодня используют ее, а не она кого-либо.       — Хорошо.. Мико. Это твое желание, кто я, чтоб противиться желанию моего "верного" фамильяра.        Сегодняшнюю ночь они проведут в отеле, где их никто не найдет. Несмотря на всю жесткость бытия, Эи все равно не могла обращаться с ней, как с игрушкой. В номер принесли шампанское, фрукты, сладости и конечно же, любимый Тофу Мико. После трапезы в комнате была тишина, никто не решался первый ее прервать, чтоб перейти сразу к делу. У обеих словно кошки скребли на душе, вроде, у них уже была ночь любви и не одна, но тут совершенно другая ситуация.        Несмотря на свои сомнения, Эи первая примкнула к губами Мико. Поцелуи получился таким нежным, трепетным. Руки ее с легкостью и нежностью, касались тела, будто боялись спугнуть спутницу. Мико поняла, что это не ночь издевательств, это самая настоящая ночь любви между двумя влюбленными сердцами, которые так долго этого ждали. Но никто не знает, суждено ли им быть вместе?