Мгновения жизни и смерти: Возвышение (часть 2)

      Алатус сидел на кровати. На него взирали распахнутые в ужасе глаза молодой девушки. С улицы донёсся голос Лина, и адепт вздрогнул.       – Долго ты там?       Он встал, вздохнул. Коснулся век девушки пальцами и закрыл их. Девушка была мертва. Он вышел на улицу, оставив её. Лин обернулся на скрип двери и спросил раздражённым голосом:       – Чего ты там возишься? Нам пора уходить!       – Я прощался.       Лин фыркнул в ответ.       – Они всего лишь люди!       Алатус пожал плечами, не желая спорить с импульсивным напарником.       – Она была красивой…       Мальчики возвращались домой (хотя дома, как такового, у них и не было - всего лишь очередная остановка). Сегодняшняя охота прошла удачно, и можно было не волноваться.       Алатус думал об этом с ужасом. Когда он успел стать таким… Безразличным? Нет, скорее… Отстраненным. Когда Фенг раз за разом врезал эту истину в его кожу?       “Повинуйся - и не будешь наказан” - адепт хорошо усвоил этот урок. Он уже и не помнил, сколько раз Гамигин истязал его. Архонт называл это “тренировками”. Красные полосы на запястьях (от верёвок и цепей) стали постоянными спутниками Алатуса. Лин вступился за него лишь один раз, но всегда пытался ему помочь. Долгими вечерами сидел у постели, отвлекая от боли, приносил откуда-то целебные травы и лекарства для быстрого заживления ран. Учил медитировать и отдыхать так, чтобы тело восстанавливалось само. Правда, это помогало не надолго. Как только раны затягивались, Гамигин снова истязал его.       Так адепт жил неделя за неделей: днём он учился у Лина техникам боя, а вечером Архонт тренировал его дух. Пока однажды тренировки не закончились…

***

      “Раз… Два… Три…”       Алатус по обыкновению отсчитывал удары.       “Четыре, пять… Держись…”       В этот раз его руки стягивала толстая цепь, а сам он уже доставал до земли, хорошо вытянувшись за лето. Иметь опору под ногами было гораздо приятнее, чем висеть в паре сантиметров от пола. К тому же, шершавая прохладная деревянная поверхность помогала ему справляться с разгорающимся пожаром на спине.       “Шесть, семь… Восемь… Девять. Мне не больно…”       Он продолжал считать. Обычно Архонт останавливался после пятидесяти раз (в этот момент всю спину уже заливала кровь), но сегодня адепт перестал слышать звуки рассекающего воздух хлыста уже после десяти ударов. Гамигин остановился и подошёл к нему, а затем приподнял его склонённую к груди голову за подбородок.       – Ни слезинки… Я думаю, ты готов.       Архонт освободил его и оставил сидеть на полу. В тот вечер Алатус так и не сдвинулся с места. Неужели всё закончилось?       Адепт вынырнул из мыслей, услышав голос Лина. Но Лин обращался не к нему.       – Эй, вам помочь?, - прокричал он стоящей неподалёку странной женщине в чёрных пыльных одеяниях. Женщина шла с трудом, покачиваясь при каждом шаге. Её чёрные длинные волосы лохмами спадали на лицо.       Они подошли к ней ближе. Услышали, как она едва разборчиво прохрипела:       – Моракс…       Алатус узнал это имя. Он слышал его в городах и деревнях, в которых они бывали. Говорили разное… В зависимости от рассказчика.       Адепт остановился и осмотрелся. Они с Лином шли уже довольно долго, продвигаясь сквозь одно из поселений под названием Гуйли. И, кажется, это были его территории...       Женщина вдруг вскинула голову и всмотрелась в путников. Было видно, что она очень истощена, а её взгляд был затуманен и с трудом фокусировался на адептах. Она постоянно переводила взгляд: то на Алатуса, то на Лина. Вдруг её глаза прояснились, а затем наполнились кровью.       – Адепты…- она зашипела и бросилась на Лина, словно дикий зверь. Он вскрикнул, когда женщина свалила его с ног, и они вместе упали на землю. Не ожидав такой прыти от уставшей путницы, он не успел среагировать на атаку и попытался выхватить кинжал. Острые шипы впились в его руку, прибив её к земле. Вместе с новым вскриком в голове всплыла лишь одна мысль: “Архонт”.       Алатус был напуган. Он смотрел на то, как Лин извивался под женщиной-архонтом, пытаясь скинуть её с себя. Сейчас у него была свободна лишь одна рука, но он никак не мог дотянуться ей до кинжала.       Богиня продолжала всаживать в его руку шипы. Они окрашивались его кровью и на них вырастали бутоны. Впитывая больше бутоны расцветали. Пока Архонт отвлеклась на то, чтобы вдохнуть запах ярко-алых роз, Лин всё-таки дотянулся до клинка.       Незамедлительно Богиня припечатала и вторую его руку к земле. Клинок отлетел в сторону. Только в этот момент Алатус смог выйти из оцепенения и молниеносно бросился к оружию.       – Алатус, помоги! - Лин кричал ему. Адепт уже смог схватить кинжал, но… Снова замер.       Если… Если он сейчас убьет её, то от них всех и мокрого места не останется. Его руки снова задрожали. Он побежал, побежал прочь - за помощью, оставляя Лина одного.