Чай? Кофе? Потанцуем...

Сегодня Хёнджин должен был встретиться с Сынмином. Погода выдалась неудачная для прогулки, но отменять уже не было возможности. То у Кима клиенты, то он сам занят. Младший обещал заехать к старшему на работу и забрать его. Часы показывали три часа, а это значит, что смена закончилась. Сону уже пришел, чтобы сменить Хвана, который уже достаточно сильно устал ото всех этих клиентов. Когда Хёнджин переодевается и выходит в зал, то в кафе заходит Сынмин. Сана ярко улыбается, приветствуя Кима. Хван никогда не замечал за девушкой такого к другим клиентам. — Привет. Там так холодно, — Ким расстегивает куртку. — Можно латте с собой? — Привет. Надо просто теплее одеваться, а не щеголять без шапки. — Хён, ну не начинай, — Сынмин расплачивается за кофе. — Как прошла контрольная? — Прикинь, мне поставили четыре. Я в шоке… — Хван выглядит и вправду удивленным. — Это же хорошо, — младший забирает свой кофе. — Можем идти? — Хван кивает. Парни выходят на улицу. И вправду холодно. Хван натягивает шапку на голову и кутается в шарф. Сынмин пьет кофе и довольно улыбается. Они иду молча, каждый думает о своем. Хёнджин почему-то вспоминает слова бывшего парня младшего,которые ненароком услышал в тот вечер.. — А почему ты расстался со своим бывшим? — Тебе реально интересно это знать? — Ким действительно удивлен. — Да. Мы ведь друзья, я хочу знать о тебе больше. — А мы друзья? — Хван кивает. — Приятно осознавать, что ты считаешь меня другом. А с ним мы расстались, потому что я, наверное. просто не способен на долгие отношения. Думаю, что я просто не встречал того, кто бы вызвал во мне желание быть с ним. Я же часто менял партнеров. Типа отношения были мне нужны ради удовлетворения мои физических потребностей. С ним было также. — Никогда бы не подумал, что ты такой, — Хёнджин усмехается. — Я просто кое-что слышал… Он жаловался кассирше. — Наверное опять какой-то бред говорил. — Ну, говорил, что ты бросил его ради своей первой любви, — старший останавливается и смотрит на Кима. Тот замирает с поднесенным стаканчиком ко рту. — Да? Странно… — Ты так думаешь? Просто я уже не в первый раз слышу и от тебя о твоей первой любви. — Это ведь всё разговоры, — младший делает большой глоток кофе. — Знаешь, а я никогда ещё не влюблялся по-настоящему, — внезапно произносит Хван. Они шли по улице, просто куда-то, не имея цели. — Ты ничего не потерял. Влюбляться в кого-то больно. Часто эти чувства не взаимны, — парень пытается улыбнуться. — Хотя любить кого-то приятно. Знаешь, чувствуешь, будто ты всегда счастлив, особенно когда видишь этого человека. Да и думаешь о нем чуть ли не двадцать четыре часа в сутки. И эти мысли заставляют улыбаться, — Хвану кажется, что Сынмин светится, когда говорит о первой любви. Старший так и не решается спросить, не он ли эта любовь. Страшно. А что именно страшно: услышать положительный или отрицательный ответ? Парень и себе не мог ответить. — Хм, спасибо, теперь я смогу понять, когда влюблюсь в кого-то, — единственное, что говорит Хёнджин. Они переводят разговор. У них, к счастью, не одна тема для разговоров, как оказалось. Вот Сынмин начинает рассказывать о своем сегодняшнем клиенте, когда начинает срываться дождь. Парни ускоряю шаг. Дождь лишь усиливается. Хван осматривается, понимая, что они недалеко от его дома. Он хватает Кима за руку, ускоряя шаг, а затем они начинают бежать. Хёнджин останавливается только под своим подъездом, ища в кармане ключ от домофона. — Нашел, — он открывает дверь в подъезд, заталкивая младшего туда первым. — Ты собрался убить меня, изнасиловать и продать мои органы? — смеется Ким. — Фи, почему сначала убить, а потом изнасиловать? — Хван тяжело дышит. — То есть тебя смущает только то, что убийство идет первым? — младший громко смеется. — О уж эти твои шуточки. Пойдем ко мне. Ты промок. Ещё заболеешь… — они идут по лестнице на третий этаж. — Ты примешь горячий душ и я дам тебе… — Ого, так сразу! — парень смеется, а Хван выдыхает. — Дам сменную одежду, а ты решишь, поедешь домой или останешься ночевать у меня. И, — Хёнджин даже не дает шанса Киму как-то пошутить, — насиловать тебя я не буду. — А у бивать? — Сынмин чувствовал, как его начинает пробирать холод до костей. — А тут не обещаю, — старший хитро улыбается. Он открывает двери своей квартиры, запуская младшего. Ким осматривается. — И вправду пусто… — Сынмин снимает обувь и куртку. — Куда их? — Давай сюда, я повешу на сушилке. Иди в душ, — он указывает на дверь в конце коридора. — Я принесу тебе сменную одежду. — А ты, я смотрю, любишь командовать. Ммм, подчинение, я ещё не пробовал, — младший подмигивает и уворачивается от подзатыльник, убегая в сторону душа. Хёнджин относит верхние вещи младшего и свои на сушилку, что стояла у батареи. Он раскладывает вещи на той и включает обогреватель. Как бы не отапливалась квартира, но всё равно было прохладно, особенно после пробежки под холодным дождем. Квартира была маленькая, поэтому обогревателя в комнате хватало с головой. Эта комната служила для Хвана и спальней, и комнатой, где он мог принимать гостей. Да, места мало, но есть и свои плюсы: меньше убирать в квартире, одного обогревателя хватает, чтобы согреться, и летом хватает только вентилятора. Хёнджин достает свои домашние вещи из шкафа и направляется к душу. Он стучит в дверь и открывает. Ким стоял в одних трусах. Младший замер и только хлопал глазами. Хван осмотрел того и его взгляд остановился на трех звездочках на боку Сынмина. — Это то незаконченное тату? — Ким кивает. Старший подходит ближе и тянется рукой к коже младшего. Тот перестает дышать. Хван проводит пальцем по звездочкам. — А что тут должно быть? — Созвездие, — выдавливает из себя Сынмин. — Какое? — Хёнджин не убирает пальцев от тела младшего. — Знака зодиака. — Твой? — парень смотрит на Кима, но тот качает головой. — Ну, почти, — Сынмин зажмуривается и выдыхает. — Хён, тебе надо перестать. — Прости. Холодные пальцы? —Да, — врет Ким. — Держи, — Хван выравнивается и протягивает одежду младшему. — Оно должно подойти. — Спасибо, — Сынмин берет вещи и надевает футболку, та оказывается слегка широкой в плечах. — Да… — Хёнджин смотрит на младшего. Тот ещё никогда не казался таким красивым. Старший ловит себя на мысли, что не перестает смотреть на его губы. — Переодевайся, а я чайник поставлю, — вдруг спохватывается Хван и выходит из ванной комнаты. Парень ставит чайник, повторяя себе под нос “нет, нет, нет”. Он не мог поверить, что засмотрелся на младшего. Да, тот был красивым и интересным, но не настолько же, чтобы привлечь Хвана в романтическом плане. Или же настолько?.. — Душ свободен, — Сынмин вытирал полотенцем волосы, стоя в одежде Хёнджина. — Носки топ, я, пожалуй, заберу их себе, — он смотрит на носки с Патриком и улыбается. — У меня такие же ещё со Спанч Бобом, — старший улыбается. — Можешь сделать себе чай или кофе, а пока я схожу в душ. Хван заходит в ванную и становится под горячие струи воды. Он проводит рукой по волосам, подставляя лицо под воду. Мысли меняют друг друга, не давая Хёнджину понять, что же с ним происходит. Парень решает не мучать себя этими мыслями и просто расслабляется под струями горячей воды. Когда он заходит на кухню, то видит Кима, который сидел и пил чай. На столе стояло две кружки. Хван улыбается. — Я сделал и тебе чай. — Спасибо, — Хёнджин открывает шкафчик, доставая оттуда конфеты и печенье. — Угощайся. — М-да, а ты вот сегодня ел что-то нормальное? — Ким берет одну конфету. — Сэндвич, — Хёнджин делает глоток. — Но я часто не ем нормально. — Знаешь, мне так захотелось сильно тебя стукнуть, хён. Что у тебя есть в холодильнике? — Сынмин встает из-за стола и открывает холодильник. — Да уж, у тебя тут мышь повесилась. — Я обычно рамен покупаю или рис варю. Но чаще ем бутерброды. И чего сразу мышь? — Хван встает и подходит к младшему. — Вон же сыр, пару яиц и колбаса есть. А вон ещё соевый соус и кетчуп. — Хван Хёнджин, да как тебе можно жить одному? Ты себе желудок испортишь так, — Сынмин достает всё из холодильника. — Сейчас я буду тебя кормить. — Ты меня не отравишь? — Ну, тут всё будет зависеть от твоего поведения. Сынмин ставит на стол перед старшим тарелку с рисом, на котором лежит жареная колбаса и яйцо с сыром. Такую же тарелку он ставит перед собой. — Что смог, — Ким садится напротив Хвана. — Кушай, — Хёнджин с опаской смотрит на младшего. — Да не добавил я яд, пока ты не видел. Не буду я тебе мстить за школьные годы. Как я могу мстить тебе? — последние слова он выделяет особой интонацией. — Ну не знаю, — Хван наконец-то пробует еду, приготовленную Сынмином. — Ты умеешь готовить? — Чуть-чуть, — Ким тоже начинает есть. — Может ты будешь готовить мне всегда? — Хван довольно причмокивает. — Тебе не хватит денег на такого повара, — Сынмин подмигивает. — Только если решишь расплатиться натурой, — он начинает смеяться. Хёнджин вновь пропускает очередную шутку мимо ушей, хотя желание как-то колко ответить так и распирает изнутри. Они заканчивают убирать на кухне, когда на часах уже было восемь. Хёнджину не хочется заканчивать этот вечер. Он чувствует, что ему необходимо пообщаться с младшим ещё. Поэтому Хван решает предложить Сынмину посмотреть какой-то фильм. — Но ведь это может затянуться до поздней ночи. — Ты можешь остаться ночевать у меня, — Хёнджин пожимает плечами. — В этом ничего такого нет. Они заходят в комнату Хвана. Там оказывается достаточно тепло. Старший спешит прикрутить обогреватель. Сынмин замечает стол, заваленный тетрадями, кровать, на которой лежала одна подушка в виде лягушки. Комната была какой-то неживой, пустой, одинокой… Хёнджин предлагает младшему расположиться на своей кровати, пока он перенесет ноутбук. Парни с полчаса спорят, какой фильм посмотреть, а затем выбирают “Кошки против собак”, который Ким вспоминает случайно, когда им попадается на глаза какой-то фильм про животных. Хван удобнее устраивается на кровати, подтягивая к себе плед и накрывает тем ноги себе и Сынмину, тот отнекивается, но потом смиренно принимает такой жест от старшего. Ким чувствует, что начинает засыпать и щипает себя, чтобы хоть как-то оттянуть нашедшую сонливость. Хёнджин зевает и ставит на паузу фильм. Сынмин смотрит на парня с непониманием. — Ты уже засыпаешь, — отвечает он на немой вопрос младшего. — Может пора баю-бай. — Но ещё нет десяти, — Ким дует губы. Этот жест кажется Хвану милым. Он сам не замечает, как тянется к волосам младшего и гладит того по голове. — Ты похож на щенка, тебе это кто-то говорил? — Когда-то давно мне это говорила бабушка, пока была жива, — Сынмин улыбается, но в глазах отражается грусть. — Так и куда мне ложиться? — Оставайся тут, — Хёнджин пожимает плечами. — Другого места нет, а на полу холодно. — Может быть я всё же поеду домой. — Оставайся. — Ты не боишься, что я что-то с тобой сделаю? — Ким играет бровями. — А ты не боишься, что я с тобой что-то сделаю? — с таким же тоном проговаривает старший и усмехается. — О господи, вызывайте экзорциста, в Хвана вселился демон. — Ахахах, — парень убирает ноутбук на тумбочку, выключая тот. — Пора спать. И нет, я не боюсь, что ты со мной что-то сделаешь. Я тебе доверяю, Сынмин, — Ким ничего не говорит, а лишь смотрит на старшего так, будто тот сказал что-то, что младший всегда хотел услышать, будто от этих слов зависела его жизнь. — Тогда спать… — Я погашу свет, а ты расстели кровать. И да, одеяло одно, а обогреватель я пытаюсь сильно не включать ночью, так что будем греть друг друга, — Хван подмигивает. — Какой кошмар. Я тебя не кусал никогда, а ты делаешь тоже самое, что и я делал всегда. — Тебе что-то не нравится? — Хёнджин улыбается и выключает свет. — К сожалению, мне нравится всё, — шепчет Ким, надеясь, что старший не услышит, но тот слышит. но решает промолчать. Он ложится в кровать и залазит под одеяло. — Спокойной ночи, Сынмин. — Спокойной ночи, Хёнджин. Оба парня ещё полночи не могут сомкнуть глаз. Каждый думает о чем-то своем. Сынмин пытается отогнать от себя мысль, что находится в постели с парнем, в которого влюблен. А Хван, глядя в одну точку, пытается выгнать из головы мысль, которая набатом бьет в голове: “Ким Сынмин мне нравится”. Парень не мог поверить в это. Нет, он отказывался в это верить. Как и когда это произошло?