«Навсегда» бывает коротким

      «Ненавижу… Как же я вас всех ненавижу…»       Порко с силой ударил полуразрушенную кирпичную стену в закоулке порта. Ещё. И ещё раз. До разбитых в кровь костяшек, до дрожи по всему телу, до боли, чтобы заглушить обиду, ярость и несправедливость, что разливалась по венам удушливой петлёй. Сильнейший воин, лучший среди кандидатов, вдруг оказывается никому не нужным отбросом. Не счесть сколько ночей он провел в истерике, сколько пытался покончить со всем этим. В моменты отчаяния он не думал ни о Марлии, ни о долге, ни о чём. Единственное, что имело хоть какое-то значение, — родители и брат. Брат… брат ли он после всего того, что случилось? После того, как он оправдал недоразумение решением сверху и ничего не сделал, чтобы действительно неудачника и «дефектного» списали. Но сейчас неудачник он, а не Райнер. Воспоминание об этом ублюдке новой волной ярости поднялось из глубин души. Порко с ещё большим остервенением бил стену, крича от бессилия. Он не замечал ничего вокруг, не слышал и не видел. Отчаяние медленно, но верно пожирало его изнутри. — Галлиард! — писклявый девчачий голос ворвался в тёмный омут боли, подобно ярким предрассветным лучам. А вслед за визгом на его шею бросился кто-то. Порко даже отреагировать не успел и пытался сфокусировать взгляд на внезапном нарушителе его откровения, скрытым от посторонних глаз. — Когда ты вернулся? Я так соскучилась! Ты прости, что не смогла проводить тебя! — тараторила девочка, даже не думая отпускать. — Ты кто? — хриплым от криков голосом прошептал Порко, грубо отталкивая от себя девчонку. Кровь попала на её белое платье с красивой вышивкой, сделанной золотой нитью. Порко даже на какое-то время засмотрелся на эту необычную одежду и лишь в последний момент заметил летящий в него камень. — Что на тебя нашло, Марсель?! — сведя тонкие брови к переносице, девочка зло смотрела на друга, явно не понимая таких неожиданных перемен в его поведении. — Ясно, — грустно усмехнулся Порко, подходя к девчонке вплотную, и чуть наклонился. — Я не Марсель, — прошипел он, разглядывая лицо. Он пристально смотрел в невозможно странные глаза и не мог понять: в глаза ли это или синяя бездна океана. — А… — прошептала девочка. Но не прошло и пары секунд, как злое личико вновь засияло от улыбки. — Ты Порко, да? — она без зазрения совести схватила маленькими ладошками лицо парня за щёки. — Вы так похожи с Марселем! — Отпусти! — возмутился Галлиард, во второй раз отмахиваясь от незнакомки, но в этот раз не рассчитал силы, и она едва не упала, наступив на длинную юбку.       «За что?» — с чувством выдохнул он, закатывая глаза. Порко не дал ей упасть, отпустив руку прилипалы, отошёл на пару шагов и вдруг тронул щёку. Не сказать, что ему было неприятно; напротив, ему явно понравилось, но разочаровала реакция собственного тела. Чёртов румянец. Как бы он не скалил зубы, но так к нему никто не прикасался, и это сыграло злую шутку. Благо тени от домов прекрасно скрывали пылающие щёки. — Какой же ты грубиян, — девочка недовольно потёрла локоть. — Марсель рассказывал, что у тебя сложный характер, но я не думала, что настолько. Близнецы, а характеры у вас совсем разные, — она тяжело вздохнула, — Мей. — Чё? — Порко непонимающе изогнул бровь. — Зовут меня Мей! — надув губы, буркнула девочка и попыталась вылезти своими туфлями из грязи. Но, кажется, она увязла слишком глубоко и измазала не только ноги, но и подол платья. Поняв, что тетушка Линь опять будет ворчать, Мей устало вздохнула и оставила попытки отделаться от грязи. — Порко, — коротко бросил он и собирался уже уходить, как его схватили за руку. Эти внезапные прикосновения начинали раздражать, а ещё больше его напрягали свои же ощущения. Он вопросительно посмотрел на девочку. Она нисколько не боялась и абсолютно не смущалась. — Я не успела Марселю отдать его вещь. Можно я отдам её тебе? — Какую? — Гитару, — на лице Мей расплылась тёплая улыбка, стоило ей вспомнить о долгих вечерах, когда Марсель учил её играть, как они смеялись и рассказывали друг другу всё, о чём могли вспомнить. — А я думаю, куда она делась, — усмехнулся Порко и дёрнул рукой, разрывая прикосновение. — Где она? — что-то заставило его глянуть на её предплечье, но знакомой повязки он не обнаружил. «Марлийка…», — он невольно сморщился от негодования. Не удивительно, почему Порко ничего о ней не знал. Марсель явно хорошо скрывал их знакомство. И, судя по несдержанным объятьям, весьма долго. — У нас… — Мей запнулась, — давай я её принесу. Могу прийти в порт через пару часов, — всё же она не решилась рассказать больше. — У вас встреча через час, госпожа Чжоу, — в проулок, словно из тени, вышел парень, вставая грозной тучей позади девочки. — Ой, точно! — хлопнула в ладоши Мей. — Тогда давай через три часа, — она мило улыбнулась Порко и поспешила выйти на свет, шурша бесчисленными слоями юбки. Они были настолько тонкими, почти невесомыми, что он невольно залюбовался красотой перелива ткани. Его маме точно бы понравился такой платок.       «Чжоу? Что это за фамилия такая странная? Да и имя тоже», — Порко смотрел вслед уходящей девочке и её спутнику и не мог понять: кто она? На марлийку не похожа. Как персиковая кожа, раскосые глаза и одеяние, так и имя, были совершенно незнакомы.       «Какого чёрта, Марсель?» — Госпожа, вам нужно спешить, — открывая дверь машины, парень залез следом за Мей. — Сяо, ты заметил, какой он подавленный? — она проигнорировала слова стража и всё смотрела на немного сгорбленного мальчика, который шёл с пустым взглядом, будто не знал куда. — Да. Его одного не выбрали в воины. Предельно понятны его чувства, — сухо высказался Сяо. Слышать от него слова про чувства было странно, поэтому Мей хохотнула в кулак. — Я сказал что-то смешное? — Нет, что ты, — Мей улыбнулась, отчаянно пытаясь оттереть капли крови с юбки. — Интересно, почему его не выбрали? Марсель говорил, что его брат самый сильный. И должен был наследовать Бронированного. — Если вам интересно, я узнаю причину, — Сяо мягко убрал руку госпожи, чтобы она перестала ещё больше размазывать кровь. — Интересно, — от скуки Мей уставилась на многочисленных прохожих, видя, как резко меняется контраст с гетто Ребелио на то, что находится за воротами. — Но сначала вам стоит сменить наряд, и выполнить указ господина Юншэня. — Да-да.

***

      «И нахрена я приперся сюда?..»       Порко несдержанно пнул камень, и тот, пролетев до воды, гулко плюхнулся и начал идти ко дну. Рассматривая ровные круги в протухшей воде зеленого цвета, Галлиард нервно отсчитывал, сколько их будет. На пятом круге всё прекратилось. Порко тяжело вздохнул и прошелся вдоль ограждения, до кривой лавочки с едва уцелевшей одной доской. Он плюхнулся на деревяшку, отчего она противно заскрипела, явно протестуя от таких посягательств. Полностью приковав своё внимание к горизонту, он даже не заметил, как Мей подошла. — Я рада что ты пришел, — Мей встала перед Порко и закрыла тому вид. — Госпожа, у вас не более двадцати минут, — услужливо напомнил Сяо, стоя поодаль. Порко скосил на него взгляд. Этот парень явно не вызывал доверия. Как минимум, его огромная пика за спиной, странные длинные волосы и одежда, которая напоминала наряд Мей. Всё те же полупрозрачные ткани. Порко чуть приподнял голову: белое платье сменилось голубым, но не изменило фасона . — Сяо, я помню, — отмахнулась Мей, присаживаясь рядом с Порко. Она явно не рассчитала уклона лавочки и скатилась прямиком к нему, буквально вписываясь. Но её это не смутило. Зато смутило Порко. Он всеми силами старался держать лицо, не позволяя смущению взять верх. — Давай её, — он вырвал потрёпанную жизнью гитару из рук Мей, медленно проведя пальцами по струнам. Недавний «спарринг» со стеной дал о себе знать. Порко стиснул зубы, но виду не подал, что ему больно. — Третья струна расстроена, — прикрыв глаза, Порко вслушивался в звучание инструмента и безошибочно определил фальш. — Ты тоже умеешь играть?! — восторженно воскликнула Мей. — Да, — Порко стал настраивать гитару, время от времени проверяя звучание. Когда звук был идеальным, он начал медленно наигрывать мелодию. Ему так этого не хватало. Гитара буквально успокаивала его ярость, и хотелось сидеть тут все тринадцать лет, чтобы забыться, слушать мелодию гитары, чувствовать мерзкий, но родной запах тины и стоялой воды.       Послышался треск разрывающейся ткани, и Порко недовольно глянул на девчонку. Она не дала ничего сказать и взяла Порко за руку, аккуратно став перематывать его разбитые костяшки тончайшим шёлком. Порко завороженно смотрел, как нежная, едва ощутимая ткань обволакивала его грубую, с кровавыми корками руку. — Так ведь лучше, — Мей тепло улыбнулась, отрывая ещё кусок от своего длинного рукава, и стала перематывать другую руку. — Спасибо, — прошептал Порко, который был не в силах больше сдерживать смущение, что тут же запылало на щеках. Он ощущал как что-то скребется в душе. Но это не доставляло боли; напротив, лишь восторг, напоминающий щекотку. Настолько, что его губы тронула улыбка. Не ухмылка, не оскал, а просто тёплая улыбка. Он и забыл, когда в последнее время так улыбался. — Научишь меня играть? Вернётся Марсель, а я уже мастер! Вот он удивится! — с блеском в глазах просила Мей. — Научу, но я строгий учитель. Пощады не жди, — Порко понадобилась пара секунд, чтобы согласиться. Но ему и правда хотелось провести с этой странной девочкой больше времени. Он всегда был предельно честен с собой, делал и говорил всё, что хотел. И сейчас он желал узнать больше о ней, больше о брате, ведь это то, о чём он не догадывался. — А я не бездарность. Быстро учусь, — горделиво вздёрнув подбородок, Мей прикрыла разодранный рукав рукой. — Грязный порт хреновое место для уроков, — Порко не спеша играл ненавязчивую мелодию и заставлял Мей всё больше восторгаться его игрой. — У нас с Марселем есть особое место, — на выдохе прошептала Мей, словно под гипнозом смотря на руки Порко. Лишь в тот момент, когда он перестал играть, она поняла, какую чушь сморозила. — Это... ну мы просто нашли его, — пыталась оправдаться Мей под пристальным взглядом. — Завтра? — Порко сощурил глаза, все больше злясь на брата за то, что тот не рассказывал ничего. — Завтра, — Мей неуклюже встала, опираясь о ногу Галлиарда и поправляя платье, и медленно пошла к своему стражу. — Пусть будет у тебя, — Порко всё пытался взять себя в руки, но последнее действие этой беспардонной девчонки напрочь поломало все попытки. Он протянул ей гитару. — Завтра принесёшь. — Хорошо, — Мей взялась за гриф и дёрнула, но у неё не получилось взять гитару. Вместо этого её взгляд пронзительных синих глаз столкнулся со взглядом Порко. Его янтарно-зелёные глаза невозможно красиво переливались в лучах заката, что Мей на секунду показалось, будто смотрела на золотой слиток. — До завтра? — До завтра.