Сладкий

Ким не понимает, почему тратит своё драгоценное время на такие глупости, как прочтение статьи: «Кто такие инкубы?», но продолжает листать экран телефона вниз, доходя до финиша — призыва демона. Парень с любопытством читает заклинание и смеётся в голос, когда видит незначительную надпись: не читать вслух. Неловко вышло, но Сынмин любитель читать абсурдные и бредовые вещи открыто, ведь так ему кажется, что он делится этим со своим возлюбленным, которого у него нет, хотя мальчишка с первого курса всячески пытается привлечь внимание старшего. Однако Ким уверен, что эти чувства парня ветрены, и скоро он переключится на другого. Грустно, но правда. Мысли тяготят голову шатена, поэтому он устало встаёт с мягкой кровати и топает на кухню, где наливает воду в стакан, напоминающий усечённый конус, и, кладя в рот обезболивающее, запивает таблетку. Сейчас ему хочется окунуться в мир сновидений, но для начала надо напомнить Феликсу, что пар завтра не будет, ибо австралийская курочка, как его любит называть Сынмин, скорее всего вновь забыл об этом и утром будет трезвонить другу, в панике крича и спрашивая, куда делись все одногруппники, включая самого Кима. Парень любит своего друга, но в такие моменты хочется послать его куда подальше, ведь тревожить покой Сынмина — это серьёзное преступление. Тогда спокойный щеночек превращается в разъярённого пса, готовый покусать любого встречного.

Мин-мин

мы завтра спим весь день, напоминаю

Безумный птенец помню. ты прочёл то, что я прислал?

Мин-мин

да. полная чушь.

Безумный птенец ты так всю жизнь будешь один.

Мин-мин

так интересуешься этим

твой тот приятель, что вызвал себе инкуба, случаем не ты сам?

хахахахаха

Ликс?

…

ты серьезно? боже, с кем я дружу?

Безумный птенец эй!!! мне правда посоветовал тот сайт приятель!!! не смей смеяться!!! уже вижу твою ехидную улыбку не хочешь — не верь твоё право

Мин-мин

тебя записать на приём к специалисту?

твой мозг просто придумал мокрую фантазию с чуваком, а ты уже решил, что тебя трахает демон

лечись, дружище

Безумный птенец придурок. в том то и дело, что этого парня я никогда не видел а наш мозг воспроизводит во снах тех, кого мы знаем или хоть раз видели, но я его не знал до этого, умник понимаешь?

Мин-мин

нет

я уже набираю номер скорой

подожди немного

Безумный птенец ему об одном, он о другом… я спать бывай! надеюсь в твоих снах будет тот мелкий.

Мин-мин

иди-иди к своим демонам, пусть они успокоят твою грешную душонку

Посмеиваясь над странностью друга, Сынмин выключает смартфон, убирает его от себя подальше, чтобы не возникло соблазна полежать и посмотреть смешные видео до полночи. Нужно восстанавливать режим срочно, а иначе проблем с головой, как у Ли, ему не избежать. Мягкое покрывало приятно согревает, хочется сильнее укутаться в него, что в принципе парень и делает. Лёгкий ветерок из приоткрытого окна освежает комнату, и Ким благополучно закрывает веки, которые кажутся такими тяжёлыми, словно на них кирпичи. — Сладкий. — Ким слышит где-то отдалённо чужой голос, что так приятно звучит из уст незнакомца. — Тебе нравится? — На худой коленке младшего чувствуется теплота ели касающихся пальцев, ведущих круговые движения вокруг его голени. Мурашки идут по всему телу, когда шатен чувствует, как под край его свободных шорт заползает рука. — Ч-Чонин, — вырывается тихий вздох у Сынмина, на что он слышит громкое цокание рядом с ухом. — Если такова твоя просьба, я могу стать и им. — По мочке уха проходится влажный язык, который вскоре обходит всю ушную раковину, не оставляя и сухого места на ней. Грудь Кима тяжело вздымается, ему определённо нравится этот сон с младшим, почему раньше у него не было подобного? Может стоит присмотреться к первокурснику, бегающим за ним? Подождите. Разве во сне можно так рассуждать, контролировать мысли? Шатен распахивает глаза и видит перед собой незнакомца, у которого в глазах горят огни. Вскрикивая и отталкивая от себя парня, Сынмин перекатывается, падает с кровати, отползает к углу и прижимает ноги к груди. Незваный гость удивлён такому приветствию, поэтому озадаченно смотрит, наклоняя голову в бок. — Ты кто, черт возьми, такой?! — Сердце младшего грозится выскочить, либо вовсе перестать биться. — Забавный, — только и говорит тот, продолжая наблюдать за шатеном, как хищник за добычей. — Ты сам меня позвал, — магическим образом он телепортируется с кровати прямиком к Киму, что сильнее вжимается в стену. — Мне перевоплотиться в другого? — Вопрос звучит так просто, словно он кажды день такое спрашивает. — Ты говорил про кого-то Чонина, он тебе нравится? — парень напротив всё ещё пытается вывести другого на беседу. — Нет! — Получилось слишком агрессивно. — То есть, причём тут это? Кто ты? — Парень, ты правда душка, но с, — длинноволосый пальцем показывает на черепную коробку, — у тебя туговато. Вызвать инкуба и спросить у него, кто он. — Я? Что? — Сынмин удивлённо моргает, складывая пазл в голове, а потом его озаряет и поражает вывод, к которому он пришёл. Неужели тронулся головой. Ударяя себя в лоб, Ким встаёт, уже переставая бояться и трястись, как осенний лист на ветру. Он глазами сканирует юношу перед собой, отмечая, что волосы красиво собраны белой атласной лентой и рубашка эпохи возрождения смотрит невероятно эстетично, а этот не зашнурованный до конца вырез, открывает вид на острые ключицы. Ким мысленно даёт себе пощечину. Негоже залипать на парня, который почти что залез в твои штаны, даже если он привлекательны и горячий, а плюс еще ко всему этому и твой идеальный типаж. Это неправильно. — Милая пижамка, — кидает тот, заставляя шатена покрыться румянцем. Огромный мишка с сердцем на футболке сейчас заставляет его владельца чувствовать себя неловко и смешно. — Я Хёнджин, — брюнет всё время смотрит в глаза, это смущает. — Обычно я не представляюсь, ведь другие сразу просят стать кем-то другим. — Сынмин, — только через секунду парень понимает свою ошибку. — Точнее забудь. Я никого не звал, поэтому уходи. — Мне звать тебя точне забудь? — Включать дурочка Хёнджин умеет безупречно. — Или Минн-и тебе нравится больше? — Низкий темпер заставляет Кима вздрогнуть, брюнет пользуется этим и подходит ближе, убирая со лба младшего чёлку и открытая вид на кофейные глаза, которые следят за каждым движением, словно зачарованные. — Так на чём мы остановились, Сынмин-и, — горячее дыхание обволакивает щеку напротив, младший становится податливым в руках искусителя. — Не против? — Хван смотрит на губы, что приоткрываются и тянутся к нему сами. Нежный поцелуй превращается в страстный и горячий, когда демон, не церемонясь, проникает внутрь, проходит языком по каждой десне, задевая немного брекеты, из-за чего Ким больно мычит в поцелуе, но не отстраняется, а напротив льнет сильнее, цепляясь за острые плечи, и притягивает ближе. Хёнджин не может самодовольно не улыбнуться, его берет гордость, ведь недоступный щеночек растаял. Брюнет обязательно попросит Чанбина передать благодарность Феликсу за помощь. Он бы и сам наведался к тому в гости, но после их ночи втроём Со запретил Хвану приближать к веснушчатому и на километр, однако это не слишком его печалило, ведь теперь в его руках тот, о ком он и мечтать не мог. Хёнджин валит парня на кровать, нависая над ним и продолжая дарить нежные поцелуи по всему лицу, попутно оглаживая оголенные бёдра с внешней стороны. Ему не терпится снять мешающую одежду, однако торопить события и спугивать мышонка не хочется, поэтому он обходится безобидными вещами. — Красивый, — инкуб целует Сынмина в нос, а дальше спускается к шее, где с новой силой расцветают красные пятна. Прикусывая кожу, парень спешит зализать рану, из которой выступает капельки крови. Слегка перестарался. Тяжело сдерживать себя, когда под тобой выгибается невероятный Сынмин и трется об тебя пахом, пытаясь доставить себе максимум удовольствия. Младший измученно стонет, протягивая руку к своим шортам, что слегка намокли из-за выделяющийся естественной смазки, но его руки перехватывают. — Не так быстро, малыш, — Хёнджин держит руки Кима над головой, а сам хитро улыбается, смотря на его мучения. — Разве ты не хотел, чтобы я ушёл? — он сострагивает обиженную моську. — Возможно, я передумал, — шатену сложно сконцентрировать взгляд, всё как в тумане. — Не уходи. — Как пожелает мой Минн-и, — демон помогает избавиться младшему от футболки, отбрасывая её куда-то на пол. — Ради тебя я готов остаться тут на вечность. Проводя слюнявую дорожку от пупка до груди, Хёнджин наблюдает за рваными вздохами, что выпускает чудесный ротик парня. От такого вида в штанах становится невероятно тесно, поэтому он расстёгивает ширинку брюк, давая себе чуть больше места. Хван опускается к напухшим соскам и кончиком языка чуть касается его, следя за реакцией Кима, ведь если тому не понравится, то инкуб прекратит, не хочется делать неприятно, однако младший совсем не против. Он запускает пальцы в чёрные, как ворон волосы и несильно сжимает их. Хёнджин довольно ахает, обводя окружность соска большим пальцем, а после вбирает его в рот, играясь с ним языком. Хватка на волосах усиливается, Сынмин оттягивает голову назад и впивается в пухлые губы, слегка привставая на локтях. Сминать губы демона так приятно, невозможно остановится, хочется больше. Языки парней борются с друг другом за право вести эту игру, никто не уступает в битве, но младший успевает обхватить язык брюнета губами, поэтому старательно сосет его, чуть прикусывая зубами. Грязно и пошло, но обоим нравится. — Пёсик может и такое, — говорит, задыхаясь, Хёнджин, когда Ким отстраняется с характерным причмокиванием, чтобы тоже привести дыхание в порядок. — Мне понравилось. Невозможно. Старший больше не может терпеть, его член сейчас взорвется, если ему не уделят должное внимание. Он рывком освобождает парня от оставшиеся одежды, а Ким снимает с того рубашку и замечает отметину под ребром демона, герб. Пальцами касаясь выжженного места, Ким сразу же убирает руку, замечая, как Хёнджин зашипел от боли. — Подарочек от старого хозяина, — отвечает он на неозвученный вопрос. — Всё хорошо, но лучше не трогать. — Выглядит болезненно. — Поверь, эта была адская боль, — Ким с грустью смотрит на отметину, не поднимая взгляд на брюнета. — Может нужно обработать или ещё чего-то? — Какой заботливый, — Хван приподнимает подбородок шатена пальцем, вынуждая смотреть в глаза. — Не беспокойся об этом, Сынмин. Лучше продолжай получать удовольствие. — Отвлекающим манёвром служит, конечно же, поцелуй, который срабатывает на все сто процентов. Инкуб трогает уже вставший орган парня и зажимает у основания, вызывая приятную дрожь по телу. Он специально задевает верхнюю плоть ногтем, оттягивая её и проходясь круговыми движениями по головке. — Плюнь, — командует он, протягивая руку. — Быстрее, — его глаза полузакрыты, что придаёт его виду серьезности. Сынмин послушно выпускает слюну, скопившуюся у него во рту. — Хороший щеночек. Стыдно признать, но младший тает от такого обращения, поэтому член в руке старшего подрагивает. Хвана забавляет подобная реакция. — Если будешь послушным, то я разрешу кончить. Договорились, пёсик? Парень впервые полноценно стонет, когда рука инкуба приводит вверх-вниз. Сначала тот медленно водит замкнутым кольцом пальцев, а после начинает набирать темп, подстраиваясь под Сынмина, что сам толкается бёдрами. Руки шатена покоятся на голых плечах Хвана, как и лицо, которое он всячески пытается спрятаться от старшего, ведь его пронзительный взгляд смущает до чертиков. Однако Хёнджину нравится слушать глухие стоны и вздохи в своё ухо, тут нечему жаловаться, наоборот. Надрачивая, он не забывает шептать милости младшему или оставлять лёгкие касания губ на щеке, подбородке, виске, переносице. Везде, где только можно. Ещё несколько быстрых движений и Ким изливается с долгим пронзительным воплем, откидываясь назад на мягкий матрас. — Не устал? — спрашивает Хван, нежными касаниями вытирая пот с лица младшего. — Прости, — Ким смотрит на торс демона, который испачкал. — Ничего, — без зазрения совести он берет одеяло и вытирает остатки жидкости, пока шатен возмущённо открывает рот. — Что? — Я им укрываюсь так-то. — Разве смертные не знают, что такое стиральная машинка? Постираешь. — Сынмин уже готов сказалась пару ласковых в ответ, но его прерывают укусом в ключицу. — Не смог удержаться, — Хёнджин невинно улыбается, пока его рука открывает тумбочку и находится тюбик смазки. Юноши вновь утягивают друг друга в тягучие поцелуи, даря каждому ласку и возможно… любовь? Наверное, об этом ещё рано говорить. Теперь тело Хёнджина не прикрывает ни одна тряпка. Он до ужас прекрасен, если бы Ким увидел парня на улице, то подумал бы, что это ангел, сошедший с небес на их грешную землю. Забавно, что в итоге всё иначе. Сынмин вскрикивает и сжимается, когда чувствует что-то холодное у своего прохода. Демон отрывается от шеи младшего и изучающе смотрит в испуганные глаза напротив, выгибая бровь, спрашивая этим «что случилось?» — Просто… — шатен мнётся, ему вмиг становится некомфортно от своей наготы, поэтому он прикрывает пах рукой. — Я- — Девственник? — озвучивает мысли парня Хван. — В этом нет ничего зазорного. — Знаю, но… — Ким отводит взгляд, но Хёнджин не намерен так просто отступать, он укладывает свою голову рядом на простынь. — Эй, малыш, мы можем остановиться и на этом, — предлагает инкуб, на что парень отрицательно качает головой. Хёнджин успокоительно поглаживает щеку шатена, давая понять, что всё хорошо. Ким расслабляется и даже дарит улыбку Хвану, от которой сердце брюнета пропускает удар. — Я буду осторожен, — парень оглаживает внутреннюю сторону бёдер. — В любом случае говори, если что-то не нравится, я прекращу. Сынмину тяжело полностью расслабить тело, но ловкие руки демона, заставляют забыться до момента, когда один из пальцев несильно толкает в анус. Парень шипит от боли, а Хёнджин спешит утешить его сладкими поцелуями, проталкивая палец дальше и изгибая его, как червячка. Киму начинает нравится это всё, ведь привыкнуть не так уж и сложно, даже к трём пальцам, но как же он ошибался в тот момент. У него слёзы выступают на глазах, хочется выть от боли, но юноша хочет доказать самому себе, что не так и плохо заниматься сексом, ведь его знакомые уже давно наслаждаются прелестями взрослой жизни, в отличии от Ким Сынмина, что только и может изредка залипать на порно, где все прекрасно и безболезненно. — Я начну двигаться постепенно, идёт? — Шатен лишь кивает, ведь говорить невероятно трудно, если он откроет рот, то позорно разревётся. Старший слизывает соленные слезинки, по-доброму смеясь. Ему тягостно видеть заплаканное лицо того, кому он больше всего хотел доставить незабываемых ощущений. Толчки не усиливаются, Хёнджин медленно входит и остаётся в парне на пару секунд, чтобы тот мог запомнить и привыкнуть к его формам. — Б-быстрее, — тянет Ким, цепляюсь ногами за торс инкуба и притягивая его ближе. — Пожалуйста. — Уверен? — Хван недоверчиво смотрит. — Полностью, Джинн-и. Старшего словно током ударяет от такого сокращения, он срывается на ускоренный темп, с силой цепляясь за тонкую талию Кима. Сынмин понял, что если называть демона ласково, можно сыграть себе на руку. Кровать под тяжестью неприятно скрипит, грозясь сломаться, однако это не останавливает парней, что продолжают наслаждаться и утопать в чувствах к друг другу. Шлепки тел эхом разносятся по всей комнате, как и тяжелые вздохи. — Ты невероятно узкий, Минн-и, — тянет Хёнджин, когда младший вновь сжимает его внутри. Спустя еще пару таких толчков инкуб кончает в надетый ранее презерватив с блаженным стоном. Младший не отстаёт, поэтому весь вымотанный лежит и не двигается, пока его не сгребают в охапку, прижимая к груди. — Ещё чуть и я влюблюсь в тебя, — Хёнджин вдыхает аромат волос Сынмина, что пахнут грейпфрутом. — Разве инкубы появляются не для того, чтобы забрать жизненную энергию человека? — Ким не хочет тешить себя надеждой, что это не последняя их встреча. — Если бы я забрал твою энергию, то ты бы сейчас не говорил, а лежал в отключке, — он рисует непонятные узоры на предплечье юноши. — Ты миленький, мне такие нравятся. — Ты всем говоришь комплименты? — Это моя обязанность, — Ким закатывает глаза, — но ты получил их намного больше. — Хёнджин переплетает их пальцы, глупо улыбаясь, как влюбленный старшеклассник. Парни ещё много времени так лежат, говоря по душам, словно знают друг дружку несколько лет, а не часов. Ким зевает и прикрывает глаза, продолжая слушать истории Хвана о каком-то наглом коте, что всё время мешает ему спокойной жить. Сынмин солжет, если скажет, что ничуть не расстроился, не заметив Хёнджина на второй половине матраса. Он уже подумал, что брюнет рано встал и сейчас выйдет к нему с подносом, где располагается глазунья и свежевыжатый сок или сваренный кофе, однако Ким не в романтической комедии. Квартира пуста, а на прикроватной тумбочке красуется записка:

Спасибо за незабываемую ночь, Минн-и

P.S. Одеяло в стирке.

Кривые сердечки над именем шатена умиляют. Младший оглядывается и понимает, что покрывала нет на положенном месте. Значит и впрямь в стиральной машине, которая, кстати, гудит. Хёнджин перед уходом не поленился закинуть грязное бельё в машинку. Дни шли, а от Хвана ни слуху ни духу. Сынмин предпочёл забыть ночь, чтобы побыстрее избавиться от этого нелепого чувства симпатии. Феликсу он, конечно, ничего не сказал про инкуба, хотя тот кидал на него незначительные взгляды, мол «ты что-то не договариваешь, друг». Всего раз шатен подавил свою гордость и попытался призвать демона вновь, но ничего не вышло. Ким отругал себя за глупость, понимая, что никто не придёт к нему. Да и с чего он должен прийти? Он давал обещание на мизинцах? Нет. — Сынмин-хён, я давно хотел признаться, поэтому прими этот шоколад, как мои чувства к тебе, — Ян вытягивает красивый пакет вперёд, сгибаясь на девяносто градусов. — Спасибо, Чонин, — Ким неловко улыбается и спешит протянуть руку, чтобы забрать подарок. Почему бы не дать этому пареньку шанс? Но кто-то опирается на плечо шатена, заставляя его вздрогнуть от неожиданности. — У него есть парень, мелкий, — Хёнджин смотрит на него сверху вниз, — но за конфетки спасибо, — он подмигивает, выхватывая пакет. Первокурсник в ступоре смотрит на обоих, не зная, что сказать или сделать. — Чего застыл? Тебе отказали, — Хван смотрит вслед уходящему пареньку, а потом поворачивается к Сынмину. — Я ждал нашей встречи, моя радость. — Я не отказывал ему, — возмущается он. — Но и не соглашался, — брюнет скрещивает руки на груди. — Так в нашу ночь ты хотел, чтобы я был им? — Нет! Я же говорил, что он мне не нравится! — Хёнджин заметно веселеет от ответа. — Так и знал, что в твоём вкусе такие красавчики, как я, — демон налетает с объятиями. — Кстати, этот парень постоянно вызывает инкуба и просит Чана, чтобы он стал тобой. Я ревную. — Вы всех своих «клиентов» обсуждаете? — Сынмин делает кавычки в воздухе, всё ещё не отвечая на обжимания со стороны старшего. — Конечно, нет! Нашей ночью я хвалился с малым кругом лиц. — По ребру Хёнджина приходится несильный удар, отчего он смеётся. — Зачем ты призывал меня? Я же сказал, что как только закончу дела сам приду. Знаешь, как тяжело было бороться за тебя с Минхо-хёном, — парень дует губы, — я еле нашёл ему подходящего кандидата. Ох, этот безумный кот. — Ты не говорил такого, — Сынмин точно не помнит таких слов от старшего. — Не может быть! Перед самим уходом я шепнул тебе на ушко, даже поцелуйчик оставил. — Ты сказал мне слова, когда я спал? — Не исключено, что ты спал, но, кажется, я видел, как твои глаза открывались, — оправдывается брюнет. — Или нет, я не помню. В общем, забудем об этом. Главное, что сейчас я тут. — Ты облажался, дурак, — младший укладывает свои руки на лопатки парня и прижимается всем телом. Он и не понял, как привязался к демону. Хёнджин не обижается, лишь оставляет аккуратный поцелуй за ухом. — Я не отдам тебя какому-то Чонину. Не мечтай.