[ ножи и арбалет ]

вскоре они втроем добираются до укрытия у предгорья, и их встречает спокойная, умиротворенная атмосфера после всего того, через что им пришлось пройти за последнее время. дождь прекращается, и поэтому даже издали они замечают джеюна, который сидит на ступеньках и, как оказывается чуть позже, тепло рассматривает пистолет, который достался ему от сонхуна. они приближаются к нему все ближе и ближе, пока тот не замечает их, выдыхает с облегчением и прячет оружие. чонсон поворачивается в сторону чонвона и ожидающе смотрит, и тот кивает ему в знак того, что джеюну тоже можно доверять. — о, мы не знакомы, — резко поднимается джеюн, разглядывая чонсона, — я джеюн. — чонсон, — кивает, да и только, — пожалуй, заводить новые знакомства ему сейчас совсем не хочется. поэтому чонвон хватает его за руку, и они скрываются в доме, в то время как сонхун опускается на ступеньки, тем самым призывая джеюна сделать то же самое. — ты круто бежал, — поворачивается в сторону джеюна, — они бы ни за что не догнали. — спасибо, — по — доброму хмурится джеюн и снова достает пистолет, — нужно отдать тебе это, — и протягивает сонхуну. — все в порядке, оставь у себя, — немного отталкивая руками. — знаешь, а мне понравилось, что ты не колебался и ударил по замку, даже когда я говорил о сигнализации, — говорит он, теперь уже пряча пистолет. — я знаю, это было достаточно глупо, но точно стоило того, — морщится сонхун, заставляя этим джеюна обратить внимание на родинки на его лице. — почему вы оказались там? — живо интересуется джеюн. — хм … не знаю, я хотел понять, что на самом деле там находится, мы искали лекарство, укрытие … в целом надежду, но никак не то, что нашли в итоге, — теряется сонхун. — а что если я буду твоей надеждой? — джеюн уже отворачивается и смотрит далеко вперед, сам смущаясь от того, что сейчас сказал, не подумав. сонхун смеется совсем по-легкому и так искренне. — это скорее наоборот, — переводит на него взгляд на секунду и после отводит и последнее, что остается в его памяти на этот вечер и закрепляется окончательно, — это прикосновение пальцев джеюна к родинке на его носу.

***

*elvis drew — make me feel тем временем чонвон, оказываясь в доме, направляется к столу, на котором находится несколько свечей, оставленных здесь по причине того, что тут уже нет такого минимального удобства как, к примеру, освещения, полученного с помощью солнечных батарей. он просит у чонсона зажигалку, и к счастью, она у него оказывается, и тогда он зажигает свечи. чонсон внимательно рассматривает дом изнутри, давая понять, что скучает по тому месту, где они (счастливо) жили раньше. он смотрит на чонвона, который аккуратно переставляет свечи на столе и двигается к нему. — хочу получше тебя рассмотреть, —  и нежно обхватывает его лицо руками, пока второй замирает при свете свечей, быстро моргая. — нужно проверить твою рану, — быстро переводит тему чонвон, понимая, что им многое нужно обсудить, и не желая так сразу переходить к этому. — все в порядке, — успокаивающе отвечает второй. — но я все равно посмотрю, — настойчивее. поэтому он устраивает его на диване вблизи свеч, пока сам снимает с себя оружие, достает из рюкзака все необходимое, ставит его на пол и садится рядом. касается алой повязки, как оказывается, небрежно завязанной поверх разорванных черных джинс. чонсон на это только немного шипит, все-таки выдавая тот факт, что ему все еще больно. чонвон разматывает ее, оголяя место с раной, и понуро смотрит, резко вдыхая. — ты не в порядке, — волнуется. — мне хватит тебя, чтобы быть в порядке, — говорит совершенно спокойно. чонвон на это ничего не отвечает, а только тянется ко фляжке с чем-то, видимо, спиртосодержащим. он отрывает немного бинта зубами, что чонсон находит невероятно привлекательным, и смачивает его. — я обработаю край раны, будет больно, — серьезно говорит чонвон, пока чонсон слабо улыбается, — извини, что так вышло, — и снова серьезно, и все же, ему не уйти от разговора. — ты не виноват, — и следит за тем, как чонвон аккуратно исцеляет рану. — это из-за того, что в тот момент я почувствовал себя сильнее, чем есть. я просто хотел быть как ты, — искренне признается. — ты лучше, — убеждает его чонсон, дотрагиваясь его руки, от чего чонвон вздрагивает. — расскажи, как ты добрался сюда … — раздается тихо. — ммм … первый день я оставался в доме, надеясь на то, что толпа пройдет, это было необходимо, потому что было невероятно больно и я бы просто не смог уйти так быстро, да и в целом уйти, поэтому я отпустил тебя одного, я просто не мог рисковать и тобой, — все-таки ему приятно слышать этот вопрос, — на следующий день, их стало намного меньше и они ушли в другую сторону, все еще было очень тяжело подняться и идти, я забрал некоторые вещи, что оставались в доме и которые были необходимы. стоило уходить южнее и выбора просто не оставалось. со временем я нашел немного еды и оружия, но нога все еще дает о себе знать. — мне так жаль, — чонвон, уже наложив чистый бинт, опускает голову на его колени, не зная как еще выразить словами его сожаления. — я знаю, тебе было тяжело, — гладит его по затылку чонсон, — но теперь я здесь. — тогда мне нужно рассказать тебе одну вещь, — резко поднимается, — сонхун сказал тебе, верно? — он … ничего конкретного не говорил, — чонсон удивляется и понимает о чем он, — но, я бы хотел узнать, — и заинтересованно смотрит. — сонхун и я … в общем. он рассказал мне об одном месте. и по его словам, давно уже были слухи о некотором лагере выживших, и я понимал его искреннюю веру, поэтому решил помочь, и тогда мы направились туда, — чонвон определенно волнуется, рассказывая это. — но, на деле, все оказалось не так, как мы ожидали, чонсон, они были там. — те парни? — тихо, но в то же время так эмоционально спрашивает. — да, — сглатывает чонвон, — и это место никак не помогало выжившим, скорее наоборот, их просто убивали, мы узнали это от джеюна, потому что он был заперт там. — не волнуйся так сильно, просто продолжай рассказывать, — успокаивает чонсон. — я не могу не волноваться, когда рассказываю тебе. — почему? — потому что я убил их всех. и в этот момент сердце чонсона замирает и будто устремляется в пропасть. — ты сделал что … ? — ты все правильно услышал, — и смотрит в глаза, — мы пытались уйти с помощью огня, но я не сказал им двоим насчет баллонов с газом, поэтому все здание … оно взорвалось, чонсон. чонсон поднимается и опирается на ногу, несмотря на резкую боль. он отходит от чонвона, обхватывая голову двумя руками, будто не желая воспринимать то, что только что услышал. — чонвон … почему … — хоть чонсон и выглядит устрашающе, но вряд ли бы он смог сделать нечто подобное с живыми людьми. — я думаю, я поступил правильно, — настаивает на своем. — правильно? ты думаешь, это правильно? — чонсон повышает голос. — послушай, — чонвон, не колеблясь, начинает отстаивать свою точку зрения, — была бы у меня возможность все изменить, я бы все сделал точно так же, пять, десять, да сотню раз, я был ничего не менял. — и ты гордишься этим? — уже почти кричит чонсон, подходя ближе. — да, я горжусь этим, — потому что я сделал это из — за любви, я сделал это ради тебя, — теперь уже кричит чонвон, хватая чонсона за ворот черной кожаной куртки, — и я не колебался, — добавляет он, — ты можешь подумать обо мне плохо, но я не хочу быть хорошим. в глазах чонвона, который сделал это, они убили тебя и даже не сомневались, так почему я должен сомневаться о том, что сделал? если бы ты думал, что я мертв, поступил бы ты также? — уже прямо задает вопрос. — мне нужно подышать, — чонсон не выдерживает, освобождает себя из его хватки и выходит на улицу, хлопая дверью и быстро пробегая между джеюном и сонхуном, занявшими всю возможность пройти. и эта ссора будто возвращает их к тому, кем они раньше были друг для друга, к тому, как не могли ужиться вместе, всегда имея разные мнения. но чонсон выбирает вернуться, пока не поздно. и влетает в дом также быстро, как и выбежал оттуда, оставляя сонхуна и джеюна в растерянности. чонвон внимательно смотрит на него, ожидая дальнейших действий. — я … не должен убегать от тебя, когда чуть ли не потерял, — неловко стоит у двери чонсон, — просто … я не ожидал, что ты скажешь это так прямо. — ты сам меня поцеловал, — снова прямо говорит чонвон. — давай поговорим об этом после того, как я проверю твою руку, — понемногу собирается с мыслями. чонсон приближается и они, наконец, более менее спокойно садятся на диван. он легко дотрагивается до его плеча, стараясь не навредить, и медленно справляется с ранами, пока не тянется ниже, делая то, что чонвон объяснить уже не может. чонсон оставляет несколько невесомых поцелуев в районе порезов, на что чонвон вопросительно смотрит, но чонсон не обращает на него внимания, считая все, что сейчас происходит абсолютно правильным. после он накладывает бинт и надежно закрепляет, поднимая взгляд снова на чонвона. а чонвон … просто говорит самому себе держать себя в руках. — помнишь ту самую ночь на крыше? — наконец-то начинает чонсон. — ту, когда мы смотрели на падающие звезды? — чонвон кивает, — было прохладно и так хорошо, спокойно. именно тогда я впервые захотел поцеловать тебя по — настоящему, — и замечает небольшую слезинку в уголке глаза напротив. она выдает его полностью. ( флешбэк ) лето — — аккуратно, — немного встревоженным тоном отзывается чонсон, инстинктивно протягивая руку к чонвону. внимание. забота. поддержка. и все о чонсоне. они неторопясь поднимаются на крышу своего дома. сначала чонсон, затем чонвон. уже август и к вечеру становится немного прохладнее. так, что хочется укрыться чем-то теплым. чонсон берет с собой плед для каждого и рюкзак. они устраиваются недалеко друг от друга и укрываются. чонсон начинает копошится в рюкзаке в поисках чего-то, в то время как чонвон наблюдает в недоумении. — тут же не нужен бинокль, ты чего? видно невооруженным глазом, — усмехается чонвон. — а он и не нужен, я взял кое-что получше, — чонсон достает что-то издающее неприятный звук, ударяясь о железные вставки на рюкзаке. — о боже, ты серьезно? — ну … да. да ладно, будет круто. хочешь? — объявляет чонсон, прижимая бутылку к лицу, — погоди, я тебе объясню, это же « one eight distilling untitled whiskey no. 6 », — зачитывает он, — нашел вот недавно. подумал, что нельзя упускать шанс попробовать это. — ладно, — соглашается чонвон, — хоть мне это ни о чем и не говорит, давай сюда. чонсон улыбается и передает бутылку. чонвон делает глоток и понимает, что все не так уже и плохо и что в целом и хорошо. но все же быстро отдает назад. причина, по которой они сейчас здесь, — это звездопад персеиды. так его называют. красиво. в день максимальной интенсивности можно увидеть сто или даже сто пятьдесят падающих метеоритов. в момент падения « звезды » принято загадывать желание. а тут можно загадать даже и не одно. они уже смотрят на темное небо в предвкушении настигающего их события. — знаешь, это момент, когда жизнь перестает казаться реальной, — начинает чонвон. — уже пьян что ли? — переводит взгляд на него чонсон и сам делает глоток. — да нет же, — расслабленно отвечает чонвон, — вот так вот просто сидеть с тобой здесь. не знаю …. ощущение будто все нормально. разве это не прекрасно? до тех пор пока ты не ловишь себя на мысли, что внизу земля. то, что возвращает тебе все воспоминания. понимаешь, о чем я? — и еще то, что если кто-то и выжил, то они тоже смотрят на это же небо сейчас. — мне не нужен кто-то еще, — уверенно смотрит на него чонвон. — я знаю, я бы сидел здесь с тобой вечно. — ты дурак, — стукает его локтем чонвон. — я знаю, но ты любишь это. чонвон понемногу жмется ближе. он определенно точно согласен с мыслью, что хотел бы быть здесь вечность. и находит взглядом незакрытые пледом руки чонсона. что-то будто притягивает его, всегда притягивало. он медленно тянет ладонь к его рукам. в следующее мгновение чонсон замечает его взгляд, его движения, поэтому чонвон отворачивается от него в сомнениях. чонсон смотрит так тепло и терпеливо на него смущающегося. — чонвон? второй молчит, рассматривая звезды. — посмотри на меня. но он все еще делает вид, что занят. и тогда чонсон сам тянется к нему, к его подбородку, аккуратно дотрагивается ладонью и разворачивает к себе. очень мягко и легко. чонвон упорно опускает взгляд, а когда поднимает, то смотрит на него будто ожидая чего-то. и чонсон понимает, что он ждет. но он не решается. он знает, что однажды кто-то из них сорвется. и в этом случае он не хочет проигрывать. он обхватывает его ладонь своей, переплетая. и смотрит прямо в глаза, будто объясняя все таким образом. чонвон смотрит на их переплетенные руки, краснея и улыбаясь. « красиво » — думает чонсон. чонвон поднимает взгляд на чонсона уже более увереннее. прикосновения. он не хочет отпускать его ни сейчас, ни когда-либо. чонсон задерживает взгляд на его глазах, на том, как часто он моргает. и он понимает, что прямо сейчас он думает о чем-то, нет, он точно прямо сейчас что-то предпримет. он спорит с собственными мыслями, и они путаются. чонвон тянется к нему еще ближе, вплотную, еще раз думает всего секунду и оставляет долгий чувственный поцелуй на чужой скуле. и второй чувствует его дыхание, отдает виски, дурманит. когда он отстраняется, чонсон поднимает брови, удивляясь от такого уверенного жеста. — чонвон … — он не знает, что еще сказать. — не могу отвести от тебя взгляда … часто … — начинает чонвон. чонсон только сильнее сжимает их руки. — поэтому захотел поцеловать. но губы у тебя тоже очень красивые. чонсон очень сильно боится сорваться. тогда чонвон резко поднимает взгляд в удивлении, потому что видит одну из. чонсон остается с кучей неотвеченных вопросов. — смотри, — поднимает руку, — ах, все, не успел, — дразнит чонвон. чонсон также фокусируется на небе. еще чуть позже они видят несколько метеоритов сразу. — что ты загадал? — живо интересуется чонсон. — если скажу, не сбудется. а ты? — ты думал так просто узнать это! дам тебе знать, если все-таки сбудется. «хоть бы он выжил» «пожалуйста, я бы очень хотел, чтобы с чонвоном все было в порядке» думают они. ( конец флешбека ) чонвон вспоминает этот счастливый момент и дотрагивается до его лица, он ведет пальцами по шраму на брови, полученному в первый день их полноценного знакомства. и замечает нежный взгляд чонсона. — у тебя все еще есть шанс сделать это сейчас, — с вызовом. — нет, — так же с вызовом отвечает чонсон. — тогда я сделаю это. и чонвон тянется к нему, дразня некоторое время и ничего не совершая. он прикрывает глаза и оставляет беспорядочные поцелуи на лбу, шраме, щеках. и в следующее мгновение сердце чонсона замирает. опускаясь ниже, чонвон разбивает всю его уверенность вдребезги, вот так вот просто. он останавливается на скуле, пока не возвращается обратно, опасно приближаясь к его … губам. и чонсон чувствует его дыхание на них до того момента, пока чонвон не дотрагивается до них своими нежно — нежно, вкладывая все накопленные чувства. те, которые он так старательно показывал, когда решительность брала над ним вверх. и они совсем не хотят отрываться друг от друга, до тех пор, пока чонвон не прикусывает его нижнюю губу. и от интимности этого действия чонсон немного дергается. — чонвон … не испытывай меня, — растерянно. — а если я хочу? — совершенно счастливо отвечает чонвон. — я боюсь не удержаться. к тому же, у меня есть для тебя кое — что, — говорит второй и тянется к своему рюкзаку, доставая небольшой смятый листочек. — что это? — усмехается. — сейчас узнаешь, — сохраняет интригу, раскрывает его, аккуратно разглаживает и вдруг зачитывает. —« любовь придает смысл тому, что мы делаем, хотя на самом деле его нет. так что, любовь нас обманывает? это что-то вроде сна? — нет. любовь — это что-то вроде любви, а сон — это сон » — чонвон округляет глаза, точно зная откуда эти строчки. — « все, что ты делаешь, ты делаешь только из-за любви. иначе ты просто сидел бы на земле и выл от ужаса. или отвращения » — и понимает, что сейчас хочет донести до него чонсон, и полностью ощущает головокружение. он принимает его чувства и при этом зачитывает для него строчки из той самой книги, — я совершенно точно влюблен в тебя, но осознал это не сразу. я определенно точно люблю тебя, ян чонвон. и я часто думаю о том, что было бы, если бы ты не открыл мне тогда, но не могу этого представить. и теперь, я, кажется, постоянно думаю о тебе, — окончательно добивает. — у меня нет слов … ты записал себе все эти строчки, — чонвон полностью расслабляется, опуская голову ему на плечо, — я тоже испытываю к тебе сильные чувства, — уже соприкаясь с кожей. « сбылось » — и чонсон крепко прижимает его к себе, снова заставляя чонвона почувствовать себя, как дома, и при этом ощущая, как стучит его сердце.

***

на следующий вечер их путь лежит в пусан. место, которое они считают наиболее безопасным на данный момент. больше всего на их решение влияет джеюн, долго рассказывая о том, насколько приятно было находиться там, по сравнению с более северными местами. их провожает форд эксплорер, пока чонвон, находясь на заднем сиденье рядом с чонсоном, крепко держит его за руку и в то же время скучает по старой тойоте. сонхун, находясь за рулем машины, только изредка бросает на них взгляд через зеркало заднего вида, пока не встречает взгляд чонвона и в ту же секунду подмигивает ему. джеюн чувствует себя в абсолютной безопасности находясь рядом и постепенно перемещает пристальный взгляд с сонхуна на закат.