Только с тобой!.. (сборник)

      Возвращение домой — это лучшая часть дня. Несмотря на то, что тренировки, друзья и учёба занимали почти всё время, дом и семья ощущались гораздо весомее. Когда Нейт переступал порог квартиры, настроение тут же улучшалось. Наверно, так и должно быть.       Сегодня на кухне работал телевизор и шумела вода. По всей квартире плыли восхитительные ароматы разнообразных специй и мяса. Значит, Уилл уже закончил с работой и решил приготовить что-нибудь вкусненькое.       — Я дома! — крикнул Нейт из прихожей, пока разувался и стряхивал снег с капюшона.       — С возвращением!       Нейт поспешил на кухню, где застал Уилла в самом разгаре готовки. На сковороде аппетитно шкварчало обваленное в специях мясо, вся столешница была симметрично заставлена баночками, в которых лежали идеально нарезанные овощи. Нейт уже давно понял, что Уилл ловил дзен, нарезая помидоры идеальными кубиками. И ни в коем случае нельзя вторгаться в этот безупречный порядок на столе, что-то переставлять или воровать кусочки. Уиллу было важно следовать рецепту вплоть до грамма. Однажды он сильно перенервничал из-за того, что Нейт не подумав стащил пригоршню гороха из миски.       — Что готовишь на этот раз?       — Новый рецепт, — похвастался Уилл не слишком уверенно. — Сегодня хотел попробовать, но испортил часть продуктов. Пришлось сходить докупить новые.       Он отвлёкся от своего занятия, вытер руки полотенцем и крепко обнял Нейта. После чего тот накрыл его губы мягким поцелуем.       — Дашь попробовать?       — Нет, получилось невкусно. Угощу, когда получится идеально.       — Как прикажете, маэстро. А что-нибудь другое есть покушать?       — Конечно, в холодильнике макарошки с курицей.       — О, кайф.       Нейт направился к холодильнику, а Уилл решил потихоньку закругляться и начал прибираться. Но потом услышал чавканье за спиной. Резко обернувшись, он обнаружил, что Нейт вытащил кастрюльку и принялся заглатывать холодную пасту.       — Я тебе сколько раз говорил так не делать! — возмутился Уилл. — Во-первых, руки помой! Во-вторых, положи еду на тарелку и погрей!       Действительно, говорили они уже не раз, но Нейт всё никак не мог отнестись к этому серьёзно. Покраснев от стыда, он поставил кастрюльку на стол и отправился в ванную, а когда вернулся, еда уже грелась на тарелке в микроволновке. Уилл налил ему стакан сока, положил на стол салфетки и вилку. Нейт растрогался такой заботой.       — Ты сам-то покушал?       — Повар не может быть голодным.       Уилл расправил полотенце на батарее и взялся мыть посуду. Он поддерживал на кухне идеальный порядок, даже тарелки в сушилке стояли строго по размеру. Системе не поддавалась только любимая кружка Нейта, которая путешествовала с ним по всей квартире и неделями оставалась немытая, но почему-то именно она Уилла не беспокоила.       — Ты не сильно устал? Посидишь со мной за компанию?       — Да я даже не думал уходить.       Уиллу не приглянулось место по другую сторону стола, поэтому он уселся прямо к Нейту на колени. И тот был совсем не против: усмехнулся и с готовностью приобнял за спину. Настроение стало ещё лучше и еда показалась ещё вкуснее. Впрочем, от неё Нейт легко отвлёкся. Уилл же такой тёплый, такой мягкий, так доверчиво прильнул к нему. Нейт потёрся носом о его подбородок, хотел поцеловать шею, но её скрывал ворот бадлона.       — Чего ты делаешь?.. — тихо спросил Уилл.       — Хочу тебя приласкать, — прошептал Нейт ему на ухо, завлекательно поглаживая бок и ненароком пробираясь пальцами под одежду. — Можно?       Уилл выразительно покраснел, отвёл взгляд и произнёс скорее вопросительно:       — Давай не сегодня?       Нейт не собирался настаивать, но за последнее время это уже не первый раз, когда Уилл отказывался. Да ещё и этот бадлон. Сердце радовалось каждый раз, когда Уилл расхаживал по дому в футболке, но иногда ему требовалось возвращаться к старой привычке. Для Нейта она стала чем-то вроде тревожного звоночка. Если Уилл начинал прятать шрамы, значит его тревожность повышалась. Никаких видимых причин для этого не было, но мистер Джерман учил присматриваться к мелочам, которые на первый взгляд ничего не значили.       — Хорошо, конечно, — сказал Нейт, доверчиво прислонив голову к его плечу. Рука Уилла тут же скользнула в его кудряшки и стала поглаживать. — Ты такой умница. Думал, я не замечу, что ты успел всю ванну до блеска отчистить?       Уилл едва ощутимо напрягся, губы тронула лёгкая улыбка.       — Ну да, я просто не знал, чем заняться, пока ждал ответа от Саймона.       — Как продвигается ваш проект?       — Потихоньку. Сейчас я… Кушай, а то остынет, — Нейт послушно принялся за еду, а Уилл продолжил: — …сейчас пока готовим примерный макет на смотр заказчику. Много грубой, монотонной работы. Это не слишком интересно.       — Да, тебе больше нравится тонкая работа с деталями. Ты прям как ювелир.       — Мне нравится, когда в работе всё идеально, — произнёс Уилл, задумчиво наматывая на палец каштановую кудряшку.       — А в жизни?       — М?       — Если в реальности случается ошибка, её ведь тоже нужно как можно скорее устранить.       — Конечно, но сейчас ведь всё хорошо…       О, Нейту был слишком хорошо знаком этот тон. Недобро прищурившись, он отложил вилку и взял Уилла за руку с намерением засучить рукав.       — Нет! Нет, — Уилл резко вырвался, не успев даже осознать, но через мгновение спохватился и зачастил: — Ладно, да. Я понял. Но ты не подумай, я ничего не сделал. Не сделал. Веришь?       — Конечно, — ласково произнёс Нейт и принялся поглаживать его по спине круговыми успокаивающими движениями. — Я перегнул, извини. Тебя что-то тревожит в последнее время. Я не собираюсь торопить. Только не закрывайся и не отрицай этого. Хорошо?       Уилл несколько раз кивнул, но глаза так и не поднял. Нейт бережно обнял его, снова прислонил голову к плечу. Холодная, чуть подрагивающая рука вернулась в его волосы. Неплохо, если бы выдрала их с корнем. Нейт чувствовал себя гадко из-за того, что подпортил им обоим настроение. Но лучше уж так, чем наслаждаться счастливой иллюзией, которую Уилл так отчаянно старался построить. Нейт всё ещё не слишком ловко выводил его на чистую воду, но постепенно навык улучшался.       Нет нужды в ответах прямо сейчас. Достаточно показать, что он заметил проблему. Как только Уилл разберётся в себе и будет готов, Нейт его выслушает. А пока стоило отвлечься. Сегодня в универе, помимо одного неприятного разговора, Нейт ещё краем уха услышал новости о том, что на центральной площади организовали большой каток.       — У меня завтра выходной, — напомнил он, попутно возвращаясь к еде. Конечно, на базе и в универе готовили очень вкусно и сытно, но с домашней едой ничто не могло сравниться. — Ты сильно загружен?       — Да нет, времени ещё полно.       — Тогда, может, сходим на свидание?       Уилл встрепенулся, посмотрел удивлённо, и его губы тронула лёгкая улыбка. Нейту доставляло истинное удовольствие наблюдать за его милыми повадками.       — Я помню, ты хотел на каток.       — Да! В центре…       — …открыли, — закончил Нейт. — Пойдём вечерком?       — Конечно!       Нейт поцеловал его в щёку и вернулся к еде, наслаждаясь тем, как Уилл ласково перебирал его волосы и прижимался губами к виску.       Оставшаяся часть вечера прошла спокойно, а на следующее утро они встали пораньше и поскорее взялись за работу. Уилл в прямом смысле сел доделывать правки, которые прислал ему Саймон, а Нейт занялся домашними делами. Сперва заправил стиральную машинку. Пока она крутилась, он бережно выстирал вручную свою компрессионную форму и развесил сушить на батарее. Потом взялся за уборку, нужно было везде протереть пыль и вымыть полы.       Единственное место в их квартире, которое всегда пребывало в идеальной чистоте, — это кухня. Они договорились, что Уилл будет там хозяйничать единолично, потому что важно, чтобы каждая баночка стояла на своём месте и в холодильнике овощи лежали отдельно от фруктов. Нейт не понимал всей этой системы, поэтому благоразумно не лез в неё.       В двенадцать часов по расписанию он как следует подкрепился, помыл за собой посуду и принёс Уиллу сэндвич и стакан сока, после чего принялся наводить порядок в комнате, которую они немного украсили к Рождеству. Протёр везде пыль, вымыл пол, разложил выстиранные и высушенные вещи, погладил рубашки. Затем протёр пол в коридоре и залил чистящим средством туалет. Уилл вчера в порыве нервоза вылизал ванную комнату до блеска, начиная от душевой кабины и заканчивая кранами, так что Нейту осталось поменьше работы.       Когда он закончил, время было уже почти три часа, и он слегка запыхался. Поплёлся в комнату и рухнул на кровать. Уилл впервые пошевелился в кресле, вытянул своё тело из скрюченного состояния, довольно громко хрустнув позвоночником, и блаженно вздохнул.       — Ты как? — спросил Нейт. — Закончил?       — Да, отправил на проверку, — Уилл повернулся к нему, сложил руки на спинку кресла и опустил на них подбородок. — Как у тебя?       — Отлично, благодаря тебе справился пораньше.       — Сильно устал?       — Не то слово, поэтому вечером пойдём отдыхать.       — Может, выйдем пораньше? Приглашаю тебя в новое местечко пообедать.       — О-о-о, — довольно протянул Нейт, — я всегда за, но с твоей готовкой всё равно ничто не сравнится.       — Спасибо. Прежде чем готовить что-нибудь новенькое, нужно сначала попробовать что-нибудь новенькое.       — Ты прав. Тогда, давай собираться?       Уилл радостно закивал, и Нейт усилием воли оторвал свою тушку от мягкого, манящего матраса. Каких-то пятнадцать минут, и они уже спускались на улицу. Уилл предупредил, что «новенькое местечко» — обычное кафе, так что с одеждой можно не выдумывать, к тому же на каток следовало выбирать максимально удобные вещи. Нейт посетовал, что Уилл не взял с собой перчатки, но тот заявил, что они ему не нужны.       На улице стоял крепкий мороз. Уже смеркалось. Небо тёмным куполом накрывало город, который пестрел рождественскими огнями и яркими вывесками. Улицы полнились весёлым народом, каждый спешил по своим делам или просто наслаждался праздничной атмосферой. В магазинах творился настоящий хаос. Хорошо, что Нейт и Уилл позаботились о подарках заранее: игровая приставка и телефон лежали под маленькой ёлочкой в углу комнаты, бережно запакованные в праздничную бумагу. Несмотря на то, что каждый знал о своём подарке, они условились раньше времени их не трогать.       Следовало ожидать, что в кафе тоже будет много народу. Уилл заметно расстроился, не обнаружив свободных мест, Нейт быстро сориентировался и выцепил им местечко за стойкой у окна. Да, придётся покушать стоя, но ничего. Уилл принял такой вариант и расслабился. Пока он делал заказ, Нейт успел проверить соцсети. В командной беседе шёл оживлённый спор о том, когда и где справлять Рождество. Разброс дат и вариантов был таким большим, что Нейт не стал пока в это вникать, к тому же Уилл вернулся с подносом.       Вкусно пообедав, они отправились дальше. Пешком к главной площади города, где расположилась Рождественская ярмарка. Прогулка заняла около часа, и за это время они успели обсудить всё на свете, даже знатно поцапались из-за модели новой кровати, которую планировали купить в грядущем году, но потом сразу помирились.       Каток располагался в самом центре пёстрой ярмарки. Народу было много: компании друзей, счастливые парочки, родители с детьми. Все двигались в едином круговороте, весело галдели и смеялись. Над катком нависало полотно сверкающих гирлянд, словно на него с неба попадали все звёзды. Из больших колонок звучали романтичные песни. В воздухе смешались запахи кофе и сладкого глинтвейна.       Отстояв очередь за коньками, Нейт и Уилл переобулись и с некоторым волнением подошли к воротам бортика. Стопориться на проходе было нельзя, поскольку за ними следовали другие люди, так что Нейт бесстрашно ступил на лёд.       — Погнали!       Оттолкнувшись, он выкатился на несколько метров вперёд. Уилл последовал за ним. Оба остановились, когда инерция закончилась. Только чудом в них никто не врезался. Однако они понятия не имели, что делать дальше и как вообще удержать вертикальное положение.       — Ладно, это была плохая идея, — признался Нейт, оглядываясь на бортик. — Для начала нужна крепкая опора.       Уилл без промедления вцепился в него. Правый конёк поехал вперед. Нейт этого совсем не ожидал, взмахнул руками и шлёпнулся на лёд вместе с Уиллом, который до последнего продолжал держаться за него.       — Я польщён, но нет, — отсмеявшись произнёс Нейт, — я имел в виду бортик.       — А, — выдавил Уилл. Щёки у него раскраснелись то ли от мороза, то ли от смущения.       Рядом с ними ловко притормозила какая-то женщина в белой спортивной куртке.       — Первый раз, ребята?       — Так точно.       — Давай руку, конёк ребром поставь.       Нейт сделал, как было велено, и действительно смог подняться. Потом они вдвоём реабилитировали Уилла.       — Держитесь, отбуксирую к борту.       — Спасибо.       Оказавшись в безопасном месте, Нейт и Уилл посмотрели друг на друга и рассмеялись.       — Ты как, не сильно ушибся? — спросил Нейт.       — Я же на тебя упал. Ты-то как?       Нейт потёр ноющее бедро.       — Жить буду, но повторять бы не хотелось.       После этих слов он упал ещё раз десять, прежде чем сообразил, как работает система и наловчился держать равновесие. Всё-таки хорошая физическая форма и владение телом сыграло свою роль. Мокрые джинсы холодили кожу. Ноги и бока наверняка покроются синяками. Как он будет объяснять это команде?       — Кажется разобрался, — сообщил Нейт, проехав вперёд и ловко развернувшись.       — В тебе я не сомневался, — жалобно протянул Уилл, едва удерживая равновесие на криво согнутых ногах. Он не падал, потому что ни на секунду не отпускал бортик.       — Давай руку! — позвал Нейт.       Уилл доверчиво схватился за неё. Голубые глаза испуганно расширились, когда Нейт осторожно потянул его за собой. Они медленно катились чуть в стороне от общего потока, периодически дёргаясь и неуклюже накреняясь, в попытке сохранить равновесие. Нейт чувствовал себя абсолютно счастливым, наблюдая трогательную растерянность и радость на лице любимого. Ещё и романтичная музыка навевала сентиментальные мысли.       Однако с виду безобидное развлечение оказалось весьма изматывающим для неподготовленных людей. Через несколько кругов Уилл запыхался, а Нейт натёр ногу неудобным ботинком. Они решили немного передохнуть, прижавшись к бортику на повороте, где их не задевали проезжающие мимо. Уилл сложил руки замочком и пару раз дыхнул на них, чтобы согреть. Нейт приблизился к нему, стянул свои перчатки и надел их на руки Уилла.       — Ох, как хорошо, — зажмурился тот.       — Дурашка, — усмехнулся Нейт, — говорил же, замёрзнешь.       — Мне жарко, — упрямо заявил Уилл.       — Я вижу, — Нейт шутливо сжал его ледяной нос двумя пальцами.       — Пусти!       Сделав гордый вид, Уилл покатился дальше, но через пару метров потерял контроль над ситуацией. Нейт едва успел его подхватить и вернуть вертикальное положение.       — Спасибо, — выдохнул Уилл, широко улыбнувшись, — испугался, аж сердце колотится.       — Держись, — Нейт крепко сжал его руку, и они вместе продолжили движение.       Время пролетело незаметно. Пара часов, и они накатались вдоволь. Уилл мягко намекнул, что ещё один круг и он свалится без сил. Когда они кое-как доковыляли до скамеечки, Нейт получил от него подзатыльник за то, что стёр ногу в кровь и ничего не сказал. На волне хорошего настроения боль почти не ощущалась, зато теперь разыгралась в полную силу. Уилл выудил из кармана пачку бумажных платочков, которые зимой всегда носил с собой, поскольку с носа капало, приложил к ранке парочку чистых и прижал их носком.       — Нормально? — спросил он обеспокоенно.       — Лучше не бывает, — заверил Нейт, — спасибо.       — Посиди тут, я схожу за обувью.       Пока его не было, Нейт порядком продрог. Мороз так и норовил пробраться под куртку и цапнуть за мокрую спину. Вернувшись, Уилл объяснил, почему задержался:       — Слышал, как все обсуждают одиннадцать часов. Спросил администратора катка. Говорит, что будут запускать фейерверки. Может, посидим подождём?       — Сидеть замёрзнем. Пошли лучше ярмарку посмотрим.       — А твоя нога?       — Ничего страшного, в ботинках удобно.       Уилл недоверчиво скривил губы, но ворчать не стал. Сдав коньки, они пошли гулять вдоль пёстрых лавочек. Чего здесь только ни продавали: от рождественских сувениров до выпечки и напитков. Нейт втянул носом сладкий запах вина и корицы.       — Глинтвейна хочется.       — У меня — таблетки, у тебя — контракт, — строго напомнил Уилл, — так что обойдёмся кофе.       — Как скажешь.       Нейт купил два стаканчика горячего напитка, после чего Уилл потащил его к посудной лавочке. По пути на каток ему приглянулись глиняные горшочки для запекания. Выглядели они действительно очень стильно и прекрасно вписались бы в кофейную цветовую гамму их кухни. Пока Уилл выбирал, в чём ему будет удобно готовить, Нейт разглядывал парные кружки.       — Как тебе? — показал Уиллу с надписями: «Любитель поесть», «Любитель поспать».       — Ужас, — скривился тот.       Нейт рассмеялся, и тут же его взгляд зацепился за две другие, большие, тёмно-бежевые с белыми гравировками: «Домосед», «Гулёна».       — А эти?       Уилл недовольно свёл брови на переносице.       — Гулёна звучит как-то негативно.       — Почему?       — Не знаю.       — Ладно-ладно, плохая идея, — отмахнулся Нейт и собирался отойти, но Уилл ухватил его за локоть и притянул обратно.       — Нет-нет, идея отличная. Как насчёт этих?       — «С первой улыбки», «С первого взгляда»? — прочёл Нейт. — Как романтично. Мне нравится. Чур моя с улыбкой.       Он наклонился и кратко клюнул смутившегося Уилла в губы. Его улыбка правда стала практически идеальной. Полгода назад брекеты заменил прозрачный элайнер. Вскоре и он уже не понадобится. Нейт скучал по мило выпирающим зубкам, но безмерно радовался тому, что Уилл избавился от комплекса и стал больше нравиться самому себе.       Кружки и горшочек им запаковали в плотную бумагу, прежде чем положить в пакет. Уилл расплатился, и они довольные пошли дальше.       Внезапно над ярмаркой торжественно зазвучали фанфары. Звуки музыки стихли вместе с разговорами. Огни гирлянд притушили. Толпа замерла в ожидании. Нейт и Уилл переглянулись и синхронно подняли взгляд в небо.       Раздался свист. И в следующую секунду непроглядную черноту озарила яркая вспышка фейерверка. За ней бабахнул гром. И новая вспышка. Ещё и ещё. Жёлтые, зелёные, красные. Огненные цветы засеяли всё небо. Зрители дружно завопили и захлопали в ладоши.       Поскольку в одной руке Нейт держал пакет с покупками, а в другой — стаканчик с недопитым кофе, Уиллу пришлось аплодировать за них обоих. Он выглядел абсолютно счастливым: дышал полной грудью, выдыхая облачка белого пара, и широко улыбался. Похоже ему удалось сбросить часть напряжения. Прогулка пошла на пользу. Нейт мысленно похвалил себя за удачное решение, от которого не отказался несмотря на то, что вчера ему знатно подпортили настроение.       Он хотел посоветоваться с Лис, где провести романтические рождественские каникулы, но неожиданно столкнулся с негативной реакцией. Подруга высказала свои опасения насчёт Уилла, посоветовала Нейту перестать с ним нянчиться и поискать кого-нибудь более подходящего. Нейт не стал с ней спорить или вдаваться в путанные объяснения. Всё равно полной картины ей не увидеть. Просто сказал, что она может оставаться при своём мнении, но без друга. Он надеялся, что больше они к этой теме не вернутся.       Хотя иногда Нейта прямо-таки распирало от желания похвастаться кому-нибудь их с Уиллом успехами. За последние два года ни одной ссоры. Столько проблем осталось в прошлом благодаря работе над взаимопониманием. Нейт вкладывал всего себя, чтобы Уиллу было комфортно, и чувствовал такую же отдачу. Они много говорили, всегда внимательно слушали, искали компромиссы и делали всё, чтобы чувствовать спокойствие и благополучие рядом друг с другом.       Плохого или хорошего примера у них перед глазами никогда не было, поэтому поначалу приходилось так тяжело. Они не знали, как два человека могут уживаться вместе, где должны пролегать границы, как строится быт, что правильно, а что нет. Барахтались, как два котёнка в воде, цеплялись друг за друга и чуть не захлебнулись. А ответ, оказывается, лежал на поверхности.       Нейт нашёл свою картину счастья. Рядом есть человек, который безоговорочно на его стороне, который примет с любыми капризами и недостатками, обнимет, приласкает, посмеётся и поругает. Родной человек. Всё остальное — амбиции, желания, материальные хотелки — второстепенно. Их можно приобрести, потерять, ничего не изменится. Хорошо, что он понял это, пока не стало слишком поздно.       Нежданно-негаданно на глаза навернулись слёзы. Ощущение оказалось болезненным, обжигающим, непривычным. А ведь в детстве Нейт мог реветь по любому поводу, но впервые причиной послужила светлая, тёплая грусть. Он быстро мазнул рукавом по глазам, но как назло именно в этот момент Уилл повернулся к нему, и с его лица мгновенно пропало радостное выражение. Он потянул Нейта за руку и встревоженно спросил:       — Ты чего? Что такое?       — Всё хорошо, — рассмеялся Нейт, — просто расчувствовался. Иди ко мне.       Он притянул Уилла в объятия, крепко сжал его плечи и зажмурился, смаргивая горячие слёзы на холодную ткань пуховика. Уилл испуганно покосился на окружавших их людей, но те в достаточной мере были увлечены фейерверком, да и в принципе не считали нужным совать нос в чужое личное пространство. Расслабившись, Уилл неуклюже обхватил Нейта руками. Из-за большого количества одежды объятия вышли немного нелепыми, но даже это согревало душу.       — Люблю тебя, — прошептал Нейт, — я так счастлив, что мы вместе. Спасибо, родной.       Уилл весь напрягся, затаил дыхание.       — Ты чего вдруг?..       — Просто захотелось. Сегодня такой хороший день, правда?       — Да, я… Нейт, я тоже… Боже, прости, пожалуйста, — Уилл вцепился в него и облегчённо рассмеялся. — Когда ты говоришь нечто подобное так внезапно, мне в голову лезут всякие банальности. Не знаю, какими словами описать, как сильно я тебя люблю.       — Я знаю, — Нейт отстранился и заботливо поправил шапку на его голове, — не волнуйся, ты показываешь это даже больше, чем я заслуживаю.       — Неправда, — Уилл ткнулся лбом ему в грудь. — Это ты всё время обо мне заботишься. А я даже не знаю, чем тебя поддержать. Совсем бесполезный.       — Кто-то хочет, чтобы его пожалели, м? — с улыбкой произнёс Нейт, снова обнял его и дурашливо покачал из стороны в сторону. — Чего ты выдумываешь? А кто встречает меня после тренировок? Кто вечно слушает моё нытьё после неудавшейся игры? Кто готовит самую вкусную в мире еду? Кто всегда говорит самые правильные слова, которые помогают мне успокоиться и взбодриться? Кто любит меня так сильно, что хочется до умопомрачения любить в ответ, м? Не знаешь?       — Ну, ладно-ладно, хватит!       Уилл выпутался из объятий и забавно шмыгнул носом. В его сияющих голубых глазах отразился последний разорвавшийся в небе фейерверк. Желая навсегда запечатлеть это мгновение, Нейт наклонился и поцеловал обветренные губы. Уилл подался навстречу, превратив мягкое касание в нежное скольжение языков и закончив тихим вздохом удовольствия.       — Спасибо за вечер.       — Я очень рад, что выбрались, — Нейт заправил ему под шапку выбившуюся светлую прядь. — Обратно тоже пешком пойдём?       — Давай на автобусе, — Уилл снова шмыгнул носом и признался, недовольно скривив губы: — Я, похоже, замёрз.       Нейт позволил себе смешок, но тут же сделал серьёзное лицо. Уилл не обиделся, напротив, взял за руку, переплёл свои пальцы с его и смущённо улыбнулся. Обратный путь выдался молчаливым. Они оба устали и были полны впечатлений. В автобусе оказалось довольно тесно. Нейт прислонился к поручню, а Уилл — к его плечу. По-прежнему сцепленные в замок руки они спрятали в большой карман его куртки, почему-то чувствуя себя при этом тайными заговорщиками.       После яркого центра, их спальный квартал выглядел весьма тускло. Одиноко горели уличные фонари. Свежевыпавший снег поскрипывал под ногами. Кое-где на окнах мигали гирлянды. Нейт тоже купил такую. Провисела она ровно до тех пор, пока Уилл не признался, что немного нервничает от постоянного разноцветного мигания. Он знал, что Нейту хотелось огоньков, поэтому на следующий день купил гирлянду в форме звёзд, светящуюся мягким золотистым светом, которая теперь служила вместо ночника над кроватью.       Именно её Нейт первым делом включил, когда они вернулись домой. Для полноценной атмосферы не хватало только сладкого какао и какого-нибудь зимнего фильма на фоне. Уилл скромно поддержал идею. Снял свой пуховик, под которым была жилетка и бадлон, и хотел отправиться на кухню, но Нейт заставил его замереть одним словом:       — Переоденься.       — Я… да, конечно, только…       — Имел в виду, просто чтобы не ходить в мокром, — осторожно пояснил Нейт, — наверняка же вспотел. Я-то уж точно. Ты погляди, выжимать можно.       — Ладно…       Чтобы не накалять обстановку, Нейт первым пошёл в комнату. Стащил с себя свитер и промокшую футболку и быстренько забрался в уютный домашний костюм, который Уилл недавно ему подарил. Мягкая пушистая ткань хорошо согревала и приятно льнула к коже. Вещи на выход он надел только один раз, так что можно не стирать, а просто повесить на батарею…       — Нейт, — тихо позвал Уилл из коридора.       Бросив отвлекать себя делами, Нейт вернулся к нему и сразу почувствовал коготки беспокойства, что заскребли по сердцу. Уилл старался не подавать виду, но от этого его беспокойство только больше бросалось в глаза. Чего стоили сгорбленные плечи и нервное почёсывание предплечья.       — Что такое, милый? — мягко подтолкнул Нейт.       — Мне бы не хотелось портить вечер…       — Пока ты рядом, его невозможно испортить.       — Я хотел поговорить… но это не обязательно сейчас. Просто вырвалось. Можно потом…       — Всё в порядке, — Нейт обошёл его, положил руки на плечи и стал бережно массировать. — Скажешь мне, что тебя беспокоило последние дни? Я где-то накосячил или что-то постороннее тебя встревожило?       Уилл легко отвлёкся на давление и тепло чужих рук, не мог сосредоточиться на внутренних переживаниях и в очередной раз придумать тысячу причин, чтобы не говорить о них. Замявшись лишь на мгновение, он неуверенно начал:       — Ты ни при чём. Конечно, нет. У нас всё хорошо, и я очень рад. Не знаю, что опять творится в моей голове… Я чувствую себя вполне спокойно, понимаешь? Я ничего… Вот. Вот, видишь? — Уилл засучил рукава и повернулся, чтобы показать руки.       Нейт простил себе краткий вздох облегчения. Не то чтобы он сомневался, но увидев плотный узор старых шрамов заметно расслабился. Взяв ладони Уилла в свои, Нейт наклонился и поцеловал их.       — Вижу. Ты умница. Но, пожалуйста, не держи всё в себе.       — Мистер Джерман говорил, ну… некоторые мысли нужно оставлять при себе… потому что они могут быть неуместны или неприятны для близкого человека… — Уилл делал большие паузы между словами, словно был не уверен, стоит ли их произносить. — Если это звучит слишком странно, просто скажи мне об этом, ладно?.. Я не понимаю, стоит ли вообще поднимать эту тему…       Нейт держал его за руки, но, когда Уиллу требовалось сбросить напряжение через активную жестикуляцию, сразу отпускал его. Потом Уилл всё равно неосознанно опускал к нему руки, и Нейт снова крепко сжимал их в ответ.       — Я много думал… Не понимаю, почему мне никак не удаётся до конца расслабиться… У меня есть всё, а я как будто хочу чего-то другого…       Они переместились на кровать, уселись друг напротив друга. Фильм и какао подождут до следующего вечера. Нейт смотрел на сцепленные руки, потому что Уилл нервничал ещё больше, если пытаться перехватить взгляд. Чтобы отвлечь и себя, и его Нейт перебирал и массировал каждый похолодевший палец. За прошедшее время он настолько преисполнился в своём терпении, что в подобных ситуациях уже совершенно не поддавался панике.       Нейт знал, что раньше определённого момента успокаивать Уилла нет смысла. Благодаря регулярной терапии его поведение стало вполне последовательным и предсказуемым. В процессе работы над собой Уилл старался в момент пика эмоционального напряжения проговаривать причину тревожности, какой бы абсурдной она ни была. Но с этим ему иногда всё-таки требовалось небольшая помощь, как сейчас.       — Скажи мне, что тебя тревожит, — попросил Нейт, по-прежнему не глядя в глаза. — Что тебе нужно?       — Мне как будто бы не хватает… не хватает… — Уилл глубоко вдохнул и на выдохе закончил: — грубости…       После чего настороженно притих, глядя на Нейта с немым вопросом, и тот понял, что зря надеется на какие-то пояснения.       — Грубости? — тупо переспросил он.       Глаза Уилла уже были на мокром месте, поэтому пришлось срочно шевелить мозгами.       — Всё хорошо, я только пытаюсь понять правильно, — поспешно произнёс Нейт. — Ты сдерживаешься? Хочешь вести себя более грубо?       — Н-не совсем… Я имел в виду… Наверно, это не то слово… — Уилл перенял занятие Нейта, начал нервно перебирать и сжимать его пальцы, чтобы выиграть паузу и немного выровнять своё дыхание. — Вообще не знаю, почему я вдруг зациклился на этом. Это очень странно. Прости, пожалуйста…       — Для меня это важно. Я хочу обсудить, — твёрдо произнёс Нейт, и его тон кажется немного успокоил Уилла и придал уверенности.       — Ты всегда такой нежный, ласковый… Мне это очень нравится, но иногда хочется… как раньше, когда ты не знал, как делать мне приятно, и просто следовал за собственным удовольствием… не спрашивал, не церемонился…       Нейт был уверен, что Уилл пришёл к осознанию того, что заслуживает хорошего обращения, и что отношения должны строиться на обмене информацией и всякого рода уступках, чтобы обоим было комфортно, но…       — Ты имеешь в виду, когда мы в постели? Хочешь, чтобы я был грубее с тобой?       — Н-наверно… Мне просто кажется… То есть, я знаю, что это не так, но…       Нейт улыбнулся и потянул его за руки.       — Говори прямо, милый, ну же, не бойся.       — Мне не хватает… твоей инициативы…       Это правда сложно. Сложно говорить начистоту с близким человеком даже о таких, казалось бы, важных вещах. Почему-то раньше Нейт думал, что всё это должно пониматься само собой, но оказывается читать чужие мысли не так-то просто. И если уж Нейту тяжело, он вечно ошибается и понимает всё не так, то каково Уиллу, для которого мир в принципе выглядит немного иначе?       — Мне казалось, я проявляю её достаточно. Прости, если это не так, и я невольно заставил тебя волноваться. Последние несколько раз ты отказывался, поэтому я думал…       — Прости, пожалуйста, прости… — Уилл помотал головой и закрыл лицо руками. — Я опять веду себя странно… Всё ведь хорошо… Но я почему-то надеялся, что в конце концов ты не станешь меня слушать, и просто сделаешь, что хочешь…       Всё-таки Нейт ещё недостаточно преисполнился. Уилл способен его удивить.       — Погоди. Ты хотел, чтобы я заставил тебя?       — Не то чтобы заставил, просто если бы ты настоял, я бы не сопротивлялся…       Нейт просто потерял дар речи. На одно страшное мгновение ему показалось, что они откатились на несколько лет назад и с размаху шлёпнулись в грязное болото, из которого с таким трудом выбирались. Собравшись с силами, он произнёс, еле ворочая языком:       — Звучит не очень правильно.       — Я знаю, — тут же встрепенулся Уилл, — поэтому и не хотел говорить. У нас всё хорошо, а я опять пытаюсь шороху навести. Прости, что думаю о таких странных вещах. Тебе не нужно беспокоиться…       — Ты думал, почему хочешь этого?       Уилл пожал плечами.       — Я помню, как мне нравилось чувствовать себя желанным.       Сердце Нейта кольнула боль и обида.       Уилл почувствовал это. Его глаза расширились, как только он осознал, как прозвучали его слова. В отчаянном порыве он подался к Нейту, заключил его лицо в свои влажные, прохладные ладони и зачастил:       — Я не имел в виду, что сейчас чувствую себя ненужным. Я знаю, что ты любишь меня. И ты замечательно проявляешь это. В полной мере. Я действительно счастлив. Я безмерно люблю тебя. Меня всё устраивает в наших отношениях. Абсолютно всё, — на глаза Уилла навернулись слёзы, губы задрожали. — Ты же веришь мне, да? Прости, пожалуйста, что я завёл этот странный разговор. Ты теперь злишься на меня? Я больше не буду об этом говорить. И потом ещё раз извинюсь…       Нейт прижал его к себе, и последние слова затихли на плече.       — Перестань извиняться, — попросил он, растирая напряжённую спину и зарываясь пальцами в мягкие волосы. — Ты слишком часто произносишь слово «странно». Давай вообще исключим его из нашей речи, согласен?       — Д-да, ладно… Только ты не злись на меня…       — Я совсем не злюсь. Наоборот. Я очень рад, что мы поговорили. Ты молодец.       Уилл вдруг как-то совсем уж неестественно притих. Оцепенел, будто даже дышать перестал. Нейт не на шутку испугался. Отстранил его от себя и потряс за плечи.       — Милый, ты чего? Уилл, говори со мной. Ты же знаешь, что так надо.       — Получается… — хрипло выдавил Уилл, глядя в пространство стеклянными глазами, — я опять это сделал, да?.. Сам даже не понял… как так получилось…       — Что сделал? О чём ты?       Уилл встретился с ним взглядом, и внутри у Нейта всё задрожало. Сердце болезненно запульсировало в груди, что аж дышать стало тяжело. Нейт стал судорожно вспоминать, выпил ли Уилл утром таблетки. Вроде, да. Всё должно быть под контролем, но Уилл смотрел так, словно у него ногу в капкане зажало, а Нейт направил на него ружьё.       — Пытался манипулировать… — едва слышно выдавил он, — специально вёл себя не так… ничего не объяснял… ждал непонятно чего… но я не хотел, чтобы ты снова чувствовал себя…       — Я не чувствую себя виноватым, — отрезал Нейт, прежде чем в голосе Уилла зазвучала откровенная паника. — Я знал, что есть проблема. Не хотел давить на тебя вопросами. Я тебе доверяю, и ты прекрасно справляешься.       — Но мне ведь хочется… — растерянно начал Уилл, но Нейт и тут нашёлся с ответом:       — Хочется разнообразия? Острых ощущений? Когда всё слишком хорошо и гладко, кажется, что искра пропала? Но это не так, Уилл.       Голубые глаза перестали походить на хрупкий лёд. Уилл моргнул, точно совёнок, и посмотрел на Нейта уже немного смущённо. Прошло несколько томительных мгновений, прежде чем он всё обдумал и кивнул. Это подействовало лучше любых успокоительных. Вдох-выдох, и сердцебиение пришло в норму, холодный ком в животе растворился, стало тепло и спокойно. Нейт надеялся, что Уилл чувствовал себя так же.       — Нет ничего плохого в том, чтобы развлечься и поэкспериментировать в этом плане. Твои желания абсолютно нормальные и исполнимые, — Нейт подался вперёд и поцеловал Уилла в уголок губ, просто в знак поддержки и утешения. — Решили проблему?       Уилл пытался сдержать улыбку, но ничего не вышло. Не дай бог он ещё подумает, что улыбаться в такой момент неуместно. Нейт рассмеялся и сцапал его в объятия, так что Уилл даже охнул от удивления и неуклюже завалился на бок.       — Ну что ты со мной, как с маленьким!       Нейт прижал его спиной к своей груди и спросил, согревая макушку дыханием:       — А что, нельзя?       — Неправильно как-то, — сказал Уилл, тем не менее полностью обмякнув в его руках.       — Тебе не нравится?       — Нравится.       — Мне тоже. Значит всё правильно, — заключил Нейт и нежно припал губами к его шее.       Уилл практически поплыл, но не тут-то было. Стоило только прикрыть глаза и расслабленно выдохнуть, как тут же коварные руки Нейта вцепились в бока, принялись щекотать живот и рёбра. Уилл разразился нервным смехом, завертелся, как уж на сковородке, пытаясь увернуться.       В итоге, пока дурачились, чуть не свалились с кровати. Нейт вовремя успел опереться на руку. Уилл притянул его обратно, всё ещё посмеиваясь. Больше не желая доверять инициативу Нейту, он сам обхватил его лицо ладонями и жадно впился в губы. Единственной настоящей проблемой остался несчастный бадлон, из которого теперь хотелось поскорее выпутаться.