Край ночи

Тяжелое дыхание. Сердце бьётся часто. Опасность витает в воздухе. С очередным мощным ударом по области с ближайших деревьев осыпаются листья. Ветер сразу же уносит их в протекающую под обрывом реку. Голубые глаза сияют ярче луны. Они блестят то слева, то справа, то сзади. Тысячи маленьких зеркал летают вокруг, кружат вихрем, отрезают любые ходы к отступлению. Случайные столкновения. Тепло. И снова холодно. Захватывает дух. Сердце стучит сильнее. Так горячо. Раскаленный воздух обжигает легкие. Дышать все труднее. То ли чувства, то ли азарт.  Ночную тишину разрезает свист рассекаемого клинками воздуха. Застоявшийся туман разлетается в стороны, прокладывая путь. Клинки сливаются в танце с обладательницей, манят своим светом, шепчут сладкие речи, ведут навстречу неизбежности. Тянут за собой в черный, бесконечный омут, где нет ни одной живой души. Есть только тени. Повсюду. Заполняют собой все пространство, закрывают глаза, продолжают в ярости шептать приказы, жестоко душат. Это и есть настоящее безумие.  Решающий миг. Земля дрожит. Сердце вырывается из груди. Дыхание сдержано. Взлетают вверх осколки. Ищут свою цель. Находят. Безжалостный, кровожадный блеск. Боль чувствуется в полной мере ещё до их проникновения внутрь. Клинки, словно змеи, вьются вокруг плененной ими девушки. Быстро рассекают воздух, надменно ухмыляясь тысяче соперников. Такой волнительный момент. Молниеносный удар. Куда пришелся - не важно. Две голубые, ядовитые змеи победно шипят над беспомощно вонзившимися в землю частичками зеркал. Снова кружат в танце. Набирают скорость. Изо всех сил тянут вперед подчиняющееся им бренное тело. Это конец. Здесь все решится.  Ловкие и подлые, осколки выбивают клинки из рук. Как бы сильно они не тянулись к своей хозяйке и рабыне, её было не достать. Так близка, но одновременно так далека. Все дальше мелькает аккуратно собранный из длинных синих волос хвостик. Совсем безоружна, но не сломлена. О ней забывают также быстро. Разогретые пламенем боя клинки продолжают отчаянно доказывать своё превосходство пытающимся выбраться из высокой травы стеклышкам.  Но без оружия поле боя не становится пустым. Синеволосая девушка коварно улыбается, поднимает подбородок, идет уверенно и самодовольно. Стук каблуков все быстрее, громче и ближе. Теряя последние крупинки разума, она бросается на своего заклятого врага. Негласная победа. Чистая и справедливая. Безукоризненная.  Так она думала до тех пор, пока не почувствовала что земля уходит и из под её ног тоже. План Карины казался идеальным. Ни у неё, ни у него оружия больше не было. А значит, самое время показать всю свою физическую силу! Но долго сражаться в рукопашную желания не было, а признать поражение без боя никто не был готов. Поэтому, в сражение вступал её превосходный интеллект. Заметив, что её противник стоит на самом краю обрыва, она уже объявила себя выигравшей. Гениальнейшая идея созрела в её голове. А главное, такая простая в исполнении. Всего лишь столкнуть врага в реку. Разбег, удар. И как тут можно облажаться?  Оказалось, можно. Весьма можно. Карина почему-то решила, что если столкнет его с обрыва своим телом, то сама за ним ни за что не полетит. Её переубедило внезапное ощущение полёта. И, к сожалению, не вверх. Страх застыл в её янтарных глазах. Внизу — бездонная пропасть. Зацепиться не за что. Крылья до сих пор не выросли. Богиня эльфов не дала своё благословение. А бурлящий поток, тем временем, приближается все быстрее. Громкий всплеск. Удар о воду. Довольно больно.  Карина отлично умела плавать, но из-за высоты падения её маленькое тельце оказалось слишком глубоко. Холоднее, чем обычно. Течение сильнее. Непонятная слабость в конечностях. Отставить. Надо выбираться. Но куда? Света не видно. Внизу темнота. Сверху темнота. Или наоборот, то был низ? Вода густая. Липкое, цепкое болото. Тянет на дно. Не так должна оборваться жизнь такой прославленной воительницы. Это ведь была игра. Всего лишь глупая игра! Звать на помощь стыдно и глупо, слишком самонадеянна. Но очередной глоток воды заставляет отбросить все своё высокомерие. К черту это все. Карина кричит, умоляет спасти её. Ничего не выходит. Спазм в горле. Тело больше не слушается. Как будто не принадлежит и никогда не принадлежало ей. Темнота окутывает. Кислород на исходе. Сердце стучит пуще прежнего. Бурное течение уносит, не даёт и шанса. Как такое могло случится?! Эльфийка старается изо всех сил. Вот уже виден свет. В конце тоннеля или на поверхности - ещё не понятно. Но свет все ближе. Почти доплыла. Конец мучениям настал. Вдох! Глоток. Сильнее тянет на дно. Кругом только водные блики. Запас кислорода в лёгких стремительно кончается. Сдаваться нельзя. Ещё немного. На этот раз точно. Рывок. Быстрее. Почти на финише. Перед глазами небо. Иллюзия. Вдох. Нет, глоток. Темнота. В ушах гул. Как жаль.  В полусознательном состоянии её хватают за руку. Быстро подтягивают. Крепко держат под грудью. Не дают окончательно опуститься на дно. Отчаянно тянут вверх. Всплеск. Водная гладь расступается. Карина все ещё не может вдохнуть. В лёгких вода. Её бросают на берег. Света снова не видно. Ледяной ветер холодит не только тело, но и душу. Больно. В горле жжёт. Это хорошо. Больно — значит жива. Ещё способна распознавать чувства — значит в сознании.  Молодой парень, не теряя ни секунды, склонился над ней, запрокинул её голову и уже собрался реанимировать. Черт-с-два! Карина приходит в сознание быстрее. Резко дергается, садится. Вода с кашлем выходит из легких. Неприятное жжение. Странное ощущение тяжести в груди. Но все это не важно. Главное, жива. Темнота начинает расступаться. Вот уже расплывчатые черты становятся более явными. Видно луну. Большой, яркий шарик. Красивый. Инстинктивно прикрыла глаза от непривычно яркого света. Рефлексы работают. Все хорошо. Все в порядке. Всё позади.  — Ты в порядке?  Её недавний соперник был больше взволнован, чем строг. Он шумно вздохнул и, совсем обессиленный, сел рядом с эльфийкой, словно это он только что чуть не умер. Карина невероятно сильная, умная, смелая, но при этом такая легкомысленная. Мимолетная страсть могла стоить ей жизни. И она знала это. Прекрасно знала. Но хотела добиться победы любой ценой, а поэтому, в ход шли любые способы. Для неё каждое сражение было ответственным и важным. Несмотря на то, что сражались они не насмерть. Да и вообще, изначально это была простая игра. Тренировочный бой, переросший в реальную угрозу. Так глупо.  Они встретились совершенно случайно. Но, несмотря на незавершенную холодную войну, Эймон был удивительно добр к ней. По-крайней мере, устроить кровавое сражение было не его идеей. Даже сама Карина при встрече поумерила свой пыл и с уважением кивнула в знак приветствия, подавив навязчивое желание язвить. Сначала все шло более, чем хорошо. Милый разговор о чем-то бессмысленном, пресные улыбки, бесстрастные взгляды. На этом стоило бы разойтись, но внезапно, девушка осознала, что находятся они на том самом обрыве, прямо за лесом. На неё нахлынула то ли обида, то ли злость, то ли просто резкое желание подраться. Почему-то показалось, что отомстить за все именно здесь и сейчас — отличная идея. Карина первая достала клинки. Игриво улыбнулась, поставила глупый ультиматум. Эймон тяжело вздохнул, но все же согласился. Девушка была полна сил и энтузиазма. В этот раз все точно должно было пойти по её плану. Она и подумать не могла, что все может закончиться так… Гордость мешала признать, но это было полное поражение.  — Мне не нужна твоя забота. Всё шло по плану. И если бы ты не вмешался, я бы прекрасно справилась сама! — что ж, её натура была неизменна. Если бы кто-то попросил назвать самого упрямого человека на свете, то весь мир единогласно назвал бы её имя.  — Ты можешь хотя бы раз просто сказать "спасибо"? — герцог аккуратно заправил прядь синих волос за ухо, чтобы лучше видеть её освещенное лунным светом лицо. Так непривычно. Вместо строгого хвоста, по её плечам струились длинные распущенные волосы. Пурпурную ленточку, что закрепляла её хвост, безвозвратно унесло течением реки.  — За то, что испортил мое прекрасное одиночество в этот вечер? — обиженно пробурчала Карина. Провести эту ночь в одиночестве и тоскливых размышлениях о жизни теперь казалось куда приятнее, чем провести этот волнующий, но проигранный бой.  — Ты все ещё считаешь, что любишь одиночество на самом деле, а не терпишь его за неимением выбора? — надменно усмехнулся маг, даже не осознавая, как сильно могут задеть такие слова.  — Даже если бы ты был прав… Я бы предпочла проводить вечера в более приятной компании, чем с самовлюбленным магом, при каждом удобном случае стремящимся доказать свое превосходство, — горда и непреклонна, эльфийка продолжала держать свой благородный образ неприступной леди до последнего.  — И все же, ты сама виновна в том, что задержала меня, так что изволь воздержаться от столь нелестных высказываний в мой адрес.  — У меня были на то свои причины, а вот ты спокойно мог отказаться. Значит ли это, что тебе тоже не хотелось оставаться в одиночестве?  Карина обреченно вздохнула, осознав, во что ввязывается, но пути обратно уже не было. Пришлось смириться с мыслью о том, что ей и правда интересно узнать больше о таинственном герцоге Аберлина, что стал за это время не то другом, не то врагом. Убийца, доверяющая лишь самой себе, никогда не подпускала никого близко. Чувства, что она испытывала, никто в этом мире не способен понять, а те, кто был способен, давно поддались тьме. Но кто бы мог подумать, что полное понимание и близость возникнет с тем, кто, казалось бы, невероятно далёк от её переживаний?  С рождения на него было возложено множество надежд, будущее дома Паксли. Любовь, внимание, забота. У него было все. Ему не приходилось дрожать в страхе перед демонами, что то и дело искали выживших в деревне. Не приходилось кричать от дикой боли во все горло, зная, что даже на этот крик никто не придет. Не приходилось терпеть унижения ради жалких копеек. Ужасное прошлое сделало Карину той, кем она являлась сейчас. Но что же могло произойти в жизни герцога, изначально имеющего всё, чтобы довести его до такого же состояния?  — Дело не в этом. Мне просто не хотелось возвращаться в замок.  С грустной улыбкой он опустил голову. Прекрасно. Эймон тоже готов. Девушка, не теряя времени, придвинулась ближе.  — Мне стоит задавать вопросы или ты расскажешь мне все сам?  — Если ты заботишься о моем состоянии, то вынужден разочаровать, все в порядке. Как глава дома, я имею много обязанностей и не всегда у меня есть силы на их исполнение. Поэтому я временно избегаю проблем, прикрываясь тобой.  — Почему ты до сих пор называешь себя главой дома? Разве глава это не тот, кто имеет наивысшую власть и право делать то, что не дозволено другим?  — Я не имею право быть таким же эгоистом, как ты. На мне ответственность за дом Паксли и как бы плохо мне не было, я не могу оставить свои обязанности надолго.  — Рада, что ты сделал такой выбор. Чем быстрее ты умрёшь, тем быстрее дом Паксли потеряет своё влияние, а это, как раз, мне на руку. Учитывая то, что ты и без того на грани истощения, ждать мне осталось совсем недолго.  — Тебе ли об этом говорить, эльфийка? Уверен, ты пренебрегаешь заботой о себе так же, как и я.  — А вот и нет. Единственное, что мне нужно для счастливой жизни — это свобода. Я не посвящаю все свое время тому, что мне не нравится, поэтому мне крайне забавно наблюдать, как ты сам себя убиваешь.    Ответом ей стало неловкое молчание. Вероятно, впервые Эймон задумался о том, что его жизнь тоже имеет значение. Ни один из его младших братьев не обладал такими же качествами, как он сам и уж точно никто из них не смог бы поддерживать высокий статус Паксли. Получается, его смерть и правда может повлечь за собой необратимые последствия… Но разве можно одновременно исполнять обязанности старшего брата, главы дома, политика, герцога и при этом ещё находить время на свои личные желания? Старейшины ведь в ужас придут, узнав, что вместо работы он занимался совсем бесполезными, по их мнению, делами. Не то, чтобы Эймон продолжал уважать их после всего, что произошло, но и не слушать их в принятии решений до сих пор не мог. Прошло всего пять лет с того момента, как он принял этот титул. Неужели его правление на этом и закончится?  — Надеюсь, ты начала это не просто так. Если хочешь предложить мне свою помощь — сейчас самое время.  — Ну раз уж ты сам просишь… Не имею право отказать.  Прошло несколько часов. Уже светлело, но разговоры на берегу реки не утихали. От волнующих чувств и переживаний до эффективности шлифовки оружия и способов справиться с подростковыми истериками. Поверить сложно, что можно провести всю ночь с одним человеком и даже не заскучать спустя столько времени. До сих пор не высохший костюм Карины облеплял тело, четко выделяя его очертания. Благодаря этому ночной прохладе не пришлось тратить много времени на поиски эльфийки и она почти сразу же проникла не то, что под кости, — в душу. Да и к тому же, эльфийка, не смотря на то, что привыкла бодрствовать ночами, уже с трудом держала глаза открытыми. Каждый раз, когда приходилось моргать, она всерьез боялась, что заснет.  Всё это намекало на то, что пора уходить. Но сказать об этом боялись они оба, ведь это означало бы конец откровенным разговорам и возвращение в суровую, совсем не изменившуюся за это время реальность. Хотя… Нет, все же, кое-что изменилось. Карина клялась, что не нарушит перемирие, а Эймон пообещал взамен защищать её. И даже если эта ночь закончится, отношения останутся неизменны. Как бы сильно не хотелось растянуть эти моменты навечно, впереди ждала ещё не одна такая встреча, а поэтому грустить об уходящем лунном свете не стоит.