Край ночи

Тень величественно скользила по комнате, завораживая всех присутствующих. Тяжко было поверить в реальность происходящего. Едва пришедшая в себя Флорин переводила взгляд то на Валентину, то на Селену. Обе пристально следили за силуэтом. Молиться, чтобы это оказалось видением, уже бесполезно. Сумеречная ведьма медленно собирала стекающуюся со всех уголков тьму, готовя себя для нового, ещё более разрушительного и на этот раз точно смертельного сражения. Любимица Доминатора и Лунной богини отчаянно хрипела, пытаясь подозвать к себе Волю Бездны. Флорин и пошевелиться боялась. Она чувствовала, как первоначальное смятение перерастает в новое чувство, ненависть. Две сильнейших ведьмы — сочетание, непременно несущее хаос. Страшно представить, что можно ожидать от них в гневе. Но ещё страшнее представить, на что сейчас был способен их противник… Молодой герцог остановился в центре склепа, под ярко засиявшим лунным светом. Его бледная кожа и ярко-голубые глаза приобретали некий мистический оттенок. Настигали сомнения — действительно ли это не ещё один из призраков этого места? В это было куда проще поверить, ведь обычный человек не может такое долгое время в одиночку выживать в полном опасностей мире, не может без тени страха бросать вызов сразу двум ведьмам, в конце концов, не может оставаться настолько отстраненным в момент, решающий судьбы. Ленивым взмахом руки он поднимает мерцающий артефакт и осторожно прикасается. Валентина с места подрывается, несмотря на невероятную боль от каждого движения. Селена шипит угрожающе, по полу скребет когтями. Маг их словно не замечает, продолжая равнодушно разглядывать Сердце Анимы. Словно находится сейчас в другом временном промежутке, в другом измерении, в другой реальности, но явно не здесь и сейчас. Что творится в его голове — угадать невозможно. — Т-ты.. Не можешь... — дрожащим голосом стонет Валентина. Она выставляет ладонь вперед, но энергия больше не течёт по её жилам и магией воспользоваться не получается. — Прошу, верни его, — отчаянно скулит Флорин, не в силах поверить, что возможно уже никогда не встретится с героем её сокровенных мечт. — Я убью тебя… Прикончу, ради неё… — обессилено шепчет Селена, с мучениями поднимающаяся. Она не могла даже стоять без поддержки своей демонической прислужницы. Противник медленно развернулся, все так же бездушно глядя куда-то в пустоту. С тяжелым вздохом опустил голову, крепче сжимая осколок Сумеречной сферы. Миг. Непривычно резкое движение. Звонкий грохот. Громкий треск. Всё стихает. Темнеет. На тысячи частиц разлетелся артефакт. Стремительно погас. Его осколки приобрели невзрачный серый цвет. Не вырвалась необузданная сила, не расплескалась мощная энергия, не растекся утешающий свет. Сердце Анимы было разбито, как самый обычный драгоценный камень. Все это, должно быть, какая-то шутка. Глупый розыгрыш. Массовая иллюзия. На крайний случай, подделка. Оно не могло так легко сломаться. Разумеется, не могло! Ведь внутри такая невероятная мощь, как бы она бесследно пропала? Это действительно просто подделка. Такая нелепая. А все и поверили. Глупцы. Это же смешно. Это просто смешно! Истерический смех прервался громким грохотом. Валентина упала без сознания. После разрыва контракта с Калоном, она полагалась только на свою магию, давно ослабшую со временем. Бой с Селеной выкачал остатки. Лишь страсть увидеть вновь любимого мужа заставляла её стоять на ногах все так же твёрдо. Вера была единственной жизненной энергией. Отнятой так жестоко и внезапно, как возлюбленный века назад. Флорин не могла взгляда отвести от разбросанных осколков. То, что сейчас лежало перед ней… Действительно когда-то было Сердцем Анимы? Но Ирлан… Ирлан ведь все ещё… Боже, как же она могла… Попытка помочь обратилась в разрушительную катастрофу. Так много судеб оказалось разрушено по её вине. Потух яркий жизненный огонёк, остекленели и опустели когда-то переполненные любовью голубые глаза. Слезы смешались с капающей на пол кровью. Легкие горят. Горло разрывает ужасающая боль. Громкий крик звенит в ушах. Селена задыхается, взахлёб рыдая. Падает на колени, сгребает руками осколки, воедино соединить пытается. Воля Бездны медленно утекает обратно в свою Преисподнюю, оставляя разбитую хозяйку переживать горе в одиночестве. Острые края царапают пальцы, впиваются в ладони. Лужа багровой жидкости начинает растекаться под эльфийкой. Артефакт все никак не работает, не соединяется вновь и даже не подаёт признаков магии. Неужели… Это конец? Селена размазывает по лицу слезы. Поднимается, на дрожащих ногах хромает в сторону до сих пор хранящего молчание мага. Всем весом наваливается, дёргает за воротник, трясёт, отпечатками своей крови все вокруг пачкая. В её рубиновых глазах отчаяние, ненависть и боль. В глазах напротив — ничего. — Что ты сделал?! — кричит ему в лицо Селена, но на полуслове крик превращается в жалкое сипение, — Это было единственным… Единственным, что могло вернуть её… Девушка роняет голову на грудь мага, громко всхлипывая от нахлынувших воспоминаний о старшей сестре, что ради неё и в Монию, и в Бездну, и на край земли пойдёт. Безнадёжность и тоска заполнила собой весь склеп. Один Эймон оставался отстранён от этого. На его лице по прежнему никаких эмоций. Даже взгляд оставался направлен в никуда. — Почему ты решила, что оно могло вернуть её? — без какого либо интереса спрашивает герцог, впервые за все время подавая голос. — К-карина сказала это, прежде чем обратиться окончательно… М-моя сестрёнка… Она все надежды возложила на меня… — Во время слияния с Бездной разум оказывается захвачен быстрее, чем воспоминания. Она жаждала силы, а не спасения. — Нет, этого не может быть… Я ведь клялась спасти её… Я ведь... Герцог легко отталкивает от себя заплаканную эльфийку и не теряя своего высокомерия направляется к выходу. Его дело сделано, Сердце Анимы уничтожено, как будут действовать остальные — уже не касается. За столько лет у власти Эймону до тошноты надоело объяснять причины и влияния своих поступков. Станут ли слушать безмятежно верующие в существование артефакта, способного исполнить любое желание, прискорбную правду? То, за чем веками охотилась Валентина, то, за что Флорин была готова отдать жизнь, то, в чем Селена видела единственный выход на деле оказалось не больше, чем ловушкой. Калон солгал не только о своих целях. Сердце Анимы могло вернуть его былое могущество и возвратить в мир живых в новом облике, но никогда не обладало способностью воскрешать умерших. Карина в момент своего обращения помнила о наивности своей сестры и сказку о невероятной силе, даруемой артефактом. Соединив все воедино, она напоследок решила воспользоваться любящим сердечком своей дорогой Селены и вынудить преподнести ей ещё более разрушающую мощь. Что случилось бы на самом деле, используй они этот предмет? Настоящий хаос. Помимо возрождения Калона, сотни других демонических богов могло бы скитаться сейчас по миру. Что уж там — и мира бы, скорее всего, не осталось. Трагичные истории Некрокипа, прежней Монийской Империи и эльфийского народа померкли бы по сравнению с новым всепоглощающим ужасом. И единственный способ предотвратить это — уничтожить злополучное Сердце Анимы. Что и сделал благородный герцог. Как будет воспринято его решение и сколько ещё разъяренных возгласов он услышит в свой адрес было совершенно не важно. Поэтому сейчас он покидал склеп, оставляя всех присутствующих разбираться со своими проблемами самостоятельно. — Не уходи! Умоляю, помоги мне! Я готова на всё, только… пожалуйста… верни мне Карину, — сквозь слезы кричала позади Селена. Просить помощи у своего врага звучало даже как идея глупо, но она не сомневалась в исходе. Как никак… Воспоминания о мелодичном низком голосе, едва ощутимых нежных прикосновениях и тонком запахе мяты, черешни и утренней росы вызывали тоску не у одной Селены. Каждый раз сердце больно сжималось, будто по нему медленно вели тупым лезвием кинжала, которое даже не резало. Пилило, сдавливая, нарочно лениво и натужно, до тех пор пока не выступит кровь. Подобное чувство у с виду бессердечного герцога вызывала даже случайная мысль о ней. Сколько бы времени не прошло в разлуке, а слова о счастливом забвении до сих пор были ложью. — Следуй за мной, если хочешь увидеть её снова.