Пустота, ставшая морем…

«Как жаль, что на той стороне Я не вижу ничего, но вижу тебя»… Так закончились мысли парня, одиноко сидящего у берега бушующего моря, брызги больших и пенистых волн изредка попадали на впалые щеки. Этот человек после стольких дней морального терзания, загонов и напряженных дней учебы нашёл, наконец-то, то самое место, где он мог успокоиться, здесь его душа усмирялась. Ким Тэхен — обычный студент художественного, парень, что мечтает о простых вещах, но это его уникальность, ведь не каждому дано увидеть в мелочах свое счастье… И вот, на данный момент, в его душе пусто, а лицо схоже с хмурым тучным небом. К счастью, пустота его не терзает, наоборот, даёт жалкие часы отдохнуть… от всего. И как бы хорошо не было, время в такие моменты становится невыносимо быстрым. Вот и Тэхену скоро нужно будет вернуться туда же, в место постоянной суматохи, нервов и ещё более сильного ощущения одиночества. Тэхен не жалуется на это, он привык, как и любой другой человек. Волновало лишь одно — то самое одиночество. Перед этим бушующим морем сидящий на пустынном берегу парень казался даже самому себе жалким. А причина, по которой уходить не хотелось, возможно, знакома каждому… В большом людном городе Тэхен чувствовал себя одиноким во всем этом мире: — хм, — улыбка исказившаяся в усмешке кажется немного ломаной, — я тот ещё романтик, с риском остаться на всю жизнь разбитым. Пора перестать надеяться, что возможно в каком-нибудь знакомом, я найду своё счастье… Тэхен кинул последний взгляд на волны, легкой улыбкой прощаясь со своим особым местечком, и медленным шагом, смиренно отправился, шаркая изредка потертыми кедами, к тропинке, позже ведущей на автобусную остановку. Погода имеет удивительное свойство меняться в самый неподходящий момент: хмурое небо с просветами уже в прошлом, а теперь непроглядные клубы туч, темнота и холодный ливень. Автобус был пропущен, а одинокий во всем мире парень остался мёрзнуть под струями жестокого дождя. Тэхен тяжело выдохнул пар, поджимая к груди ноги и пряча голову, стараясь согреться под старой крышей такой же одинокой остановки… Только она, наверное, никогда этого не поймёт и не почувствует.

***

Обувь с брызгами и мерзким хлюпом прилетала в лужи, иногда в грязную землю, хотя бежавшего парня это мало волновало. Грудь вздымалась от тяжких вдохов, а холодный воздух обжигал бронхи. Он не мог опоздать… не мог опоздать на последний мать его автобус! — черт, зачем я вообще сюда поехал? Как мне через два часа быть дома, такси долго ждать в эту дыру мира, аащ… — парень, стиснул зубы, медленно, но верно прибегая к остановке. Он с тяжелой одышкой опустил руки на колени, сгибаясь от усталости, ноги ныли от длительного бега, мысли отрезвлял только холодный ливень и вся эта дерьмовая ситуация. Тэхену точно послышались какие-то звуки, словно… «кто-то бежит сюда?». Чей-то бег стих уже рядом с остановкой, но пока были лишь тяжелое дыхание человека и его сгорбленный силуэт. В освещении старого фонаря данная картина заставила биться сердце Тэхена сильнее, что сжался калачиком от легкого страха. Этот же силуэт, отдышавшись, не успел выйти из-за стены, чтобы скрыться от раздражающего ливня, в испуге остановился у порожка остановки… Там сидел сжавшийся, такой же промокший и неменее испуганный кучерявый парень, смотрящий большими глазами. Сердце Тэхена хватило удар, когда пугающим прохожим резко оказался мужчина в чёрной одежде, но с детским лицом, немного хмурым от испуга. Ситуация заставила замереть обоих. — Ам… не хотел напугать, я бежал на автобус… Хотя, видя тебя, я точно опоздал, — за неловким монологом, последовала длительная пауза, заставляя сидящего Тэхена нервно, придумывать слова для диалога, но как-то в голове не было чего-то подходящего, и, к счастью, прибежавший сам перебил эту тишину: — Я — Чон Чонгук, 23 года, обычный учитель английского и, кажется, мои два выходных пройдут в пустую… Тэхен внимательно слушал, как оказалось, обычного, ничем не отличающегося парня и даже сочувствовал ему: — Ким Тэхен, студент художественного, кхм… и думаю всё, — неловко почесал затылок, чуть сдвигаясь, приглашая присесть. — Тэхен… красивое имя, — Чонгук улыбнулся, присаживаясь рядом, — нам бы придумать, как выбраться отсюда, может такси? Почему-то первоначальное чувство тревоги исчезло из груди Тэхена, этот учитель вселял некое спокойствие, даже улыбался тепло. Но фраза про такси заставила нервно прикусывать замёрзшие губы: -Простите, Чонгук-хен, но я… мне не хватит на такси. Я не составлю вам компанию, — Тэхен опустил голову, отвлекаясь на свои грязные кеды. — Эй, парень, я тебя тут одного не оставлю. Плохо бросать друга по несчастью. Поедешь со мной, — Чонгук все также улыбался, возможно, немного с сочувствием смотря на парня. Тэхен смущенно растянул бледные губы в небольшой улыбке, кивая в благодарность. Тем временем Чонгук уже достал телефон. Капли стучали по козырьку крыши, возможно, успокаивающе? Почему-то эта ситуация начала казаться Тэхену какой-то уютной: два совершенно разных человека с разными принципами и взглядами оказались в одинаковой ситуации. Преувеличение? Тэхен ответит: «нет».

***

— Тэхен… — парень отвлекшись от глубоких рассуждений, резко повернул голову, услышав своё имя, удивленно-внимательно смотря, — в общем, тут такое дело… телефон сел. Случается же такое, а в нашей ситуации… что нам делать? Чонгук неловко потёр затылок, сконфуженно поглядывая на друга по несчастью. — До первого автобуса мы ведь замёрзнем, так Чонгук-хён? *чон* — Это даже не обсуждается, единственный выход — идти пешком. Движение лучше, чем замерзнуть на этой одинокой остановке. Чонгук уверенно поднялся, одёргивая одежду, с ожиданием переводя взгляд на Тэ. *чон* — идём, а то совсем замёрзнем. А мы даже и времени не знаем… Тэхен медленно встал, разминая затёкшие ноги и немного, а точнее, сильно замёрзшие ладони. Во взгляде Чонгука промелькнуло минутное сочувствие, заменяясь чем-то тёплым. Не заботой ли? *тэ* — Пойдёмте, надеюсь… дорога вам известна, да ещё и в темноту такую? — паренёк с сомнением поднял тёмные глаза с неотразимо густыми и длинными ресницами на Чонгука, который тут же нахмурил брови, устремляя взгляд куда-то в непроглядную темноту. — Не переживай, тут одна асфальтированная трасса… а ещё обращайся ко мне просто Чонгук, сейчас явно не время вежливости… тут мы друзья, хоть и по несчастью, — Гук коротко улыбнулся, делая первые шаги от остановки, уверенно наступая в грязь ботинками. Почему-то Тэхену передалось это чувство уверенности, к Чонгуку хотелось тянуться и идти вровень с ним. Слишком уж внушил, что серое, а уже недавно черное, найдёт просвет. «Как он там говорил? Движение лучше, чем бездействие?.. что-то вроде», — мысли паренька просветлели, он даже забыл о своём недавнем одиночестве… И странно, ведь друзья его не могли заполнить это пустоту и серость, а какой незнакомец смог сделать трещину в этих застоявшихся чувствах неприметного, немного потерянного паренька. А ведь так ещё уверенно заявить, что они уже друзья! И почему-то слово «по несчастью» меркнет… Та улыбка, та уверенность, тот приятный тембр прекрасно вытолкнули сомнения о безвыходной ситуации, о пустых мыслях… Они оставили в сознании лишь маленькое, но важное слово «друг». Так просто звучит, настолько, что и в душе проще, даже не так, согревает… — Чон… гук, -Тэ слегка замялся в обращение, но парень напротив лишь повернулся с маленькой подбадривающей улыбкой, — я доверяю тебе, мы выберемся, — Тэ улыбнулся легко, красиво растянув пухлые, бледные от холода губы, но как же давно он так не улыбался… так беззаботно. Просто это чувство появилось само, отчего до ужаса захотелось, отдать этому человеку такую же чистую искренность.

***

Они шли долго, вначале их приследовало приятное молчание, позволяя сосредоточить внимание на бескрайней пустоте, мерцающие звёздочки в разрывах туч, ботинки постоянно попадающих в лужи. Но это все неважно. Тэхен погрузился в лёгкие мысли, скромно поднимая глаза к масштабам неба, нисколько не пугаясь его размеров: «Легко… мне впервые легко с кем-то, это невероятно. Чонгук… с ним нас абсолютно ничего не связывает в жизни, почему я доверяю? Кажется, когда я смотрел на горизонт моря и неба, то искал именно его. Только я, наконец-то, понял… в мире обязательно найдётся человек, который хоть и не заполнит пустоту, но будет просто неосознанно отвлекать… хотя, такое ощущение, что он уже запоняет ее. Впервые за последнее время хорошо на душе». Так Тэхен с каждым шагом увереннее нагонял Чонгука, позже ровняясь с ним. На это Гук лишь бросил спокойный взгляд и фирменную небольшую улыбочку, возвращаясь к сосредоточенному изучению дальнейшей дороги. Ребята шли долго, если вначале небольшая беседа приятно подбадривала, позволяя двум друзьям лучше узнать о жизни, о всевозможных взглядах и принципах друг друга и прочей забавной ерунды, то под конец хотелось уже лечь посреди и уснуть, наплевав на грязь и холод. В голове лишь: «сил нет… я сейчас упаду и усну». То ли судьба снизошла, то ли был услышан крик души уставших двоих, но, под звонкий крик Чонгука, Тэ вышел из мутного состояния, наблюдая, как парень его тянет к старенькому грузовичку, остановившегося для путников. Мысли отрезвляются, а в сердце поселяется надежда оказаться скорее в тепле и желательно дома. Тэ побежал за Гуком, что уже о чём-то разговаривал с водителем, после радостно махая младшему, что мол нас услышали, мы выберемся отсюда.

***

Вскоре оба друга уже сидели на задних сидениях, а впереди их ожидала долгая, но успокаивающая дорога. Водителем оказался мужчина лет 45-50, и с его веселыми словами: «Своих в беде не бросаем», парни ввалились в машину, извиняясь за грязь и прочие неудобства. На что мужчина лишь махнул рукой, мол и похуже виделось. От этого человека исходило что-то тёплое, как и было в салоне машины, добрые глаза, хотя морщинки и придавали немного им печальности. Кто знает, что повидал этот человек, но он не бросил товарищей, которых, правда, видит впервые, за что ему парни и очень благодарны, ведь не каждый отзовётся помочь проходимцам. Такое приключение явно изнурило, как бы не слечь после произошедшего… Тэхен устало откинулся на спинку, мокрой челкой, ставшей ещё больше витиеватой, прикоснулся к окну грузовичка, а в мыслях лишь: «Неужели это конец?» В груди больновато защемило, ведь случай выдался просто ужасный, но каких же людей он повстречал… Этот Чонгук… Мужчина со старым грузовичком. Звучит возможно смешно, но именно с ними Тэхен забыл про ту пустоту, от упоминания которой уже давило на душу. Да, за этот короткий промежуток он отвык, отвык от сжирающего чувства одиночества… Столько лет он выдерживал, привыкал, даже хотел смириться раз и навсегда, как какой-то случай кардинально поменял его жизнь… В салоне приятная темнота, минимум освещения от фар, а ещё тепло. Чонгук, спокойно прикрыв глаза, непроизвольно стал прокручивать сегодняшний день, а точнее насыщенное приключение, потому что по-другому и не назовёшь случившееся. Почему-то его рутинная жизнь именно сегодня решила дать сбой, но нет, Чонгук не жалеет. Честно, мысли о Тэхене вызывали в голове Гука сумбурные чувства. Этот парень был ужасно раздавлен, а на этой старой остановке ещё и сидел одиноко в промокшей грязноватой одежде. Посмотрев ему в пустые глаза, которые поначалу были испуганными от эффектного появления старшего, Чонгук захотел что-то срочно исправить, хотя в мыслях плотно сидело: «И что ты сделаешь? Да ещё и в такой жопе на другом конце света?!» Но все же, к нему тянуло. Хотелось открыться этому потерянному в жизни парню. После первой, хоть и ломанной улыбки Тэхена, Гук решил, что точно приложит все усилия, лишь бы в этом человеке была жизнь… и счастье, но никак не безразличие и пустота. А дорога все тянулась казалось на бесконечные мили. В мыслях обоих было одинаковое желание: «Не хочу возвращаться к прежнему». С длинной дорогой пришёл и конец тяжелым раздумьям, уступив место сну. Отдых важен не только телу, но и душе. Водитель ехал спокойно, даже не мешали редкие кочки, что заставляли некоторые вещи несильно громыхать в кузове. Где-то на горизонте уже загорались огни города, но это уже было неважно. Друзья сделают все, чтобы не вернуться в прежнюю жизнь. Это приключение что-то переломило в обоих: один не хочет быть сломанным, а другой ему в этом обязательно поможет.