забвения осколок моей светлой души.

— Оми… ••• глаза что устремлены в родные напротив, и свет преломляющий душу, давая дышать свободнее раз за разом, пока неизвестное тепло распространяется приятным ощущением по всему телу, вплоть до затылка. не звучные для двух парней взрывы и огни на небе, словно кляксы на чистом холсте. прохлада щекочущая кончик носа и охлаждающая пылающие щеки. вечер салютов был особенным не только для мимолётных людей празднующих фестиваль всего сущего, но и для блондина, чьи карие очи были устремлены в завитые от природы черные локоны. — что то тебя беспокоит? - Киёми немного наклонил голову влево, словно меняя ракурс для наблюдения, изучая натюрморт с разных сторон и теней. — а-а?) - немного протяжно оттягивает блондин, переводя внимание на небо что менялось в тоне, от прощающихся оттенков и скреб души, до тягучих в себя тёмного космоса и звёзд. — порой ты меня поражаешь. — это я могу счесть за признание: Тсуму, ты пронзил моё сердце?) - на лице блондина всплыла ухмылка. не то чтобы тот был самоуверенным, скорее наоборот. слова и маски были в его приоритетах, он действительно хотел знать о своей значимости, играя с безумием в покер. — боже… - недовольно фыркнув, брюнет потрепал волосы просиживающему рядом «желточку.» после парни молчали, но так и шли молча у двухэтажных частных домов, параллельно наблюдая за каждым ярким выплеском на небе. все волнения и переживания смывало рукой, оставалось желание находиться и быть рядом друг с другом. ~~~ The beach - the neighbourhood. Всё тело немело и не желало принимать сам факт того, что сейчас непонятное чувство дрожи, гнева и сломанных кораблей переполняли блондина. Рука дрожала, не смотря на то, что последний старался контролировать это. — не нужно.. - немного неуверенно, но так же непоколебимо вздыхает темноволосый, рукой отодвигая всё ту же, но родную в прошлом руку, что держала меж дрожащих пальцев пластиковую карту, которой дай волю и упадёт. — ждать минут 10, можете присесть за один из столиков. - темноволосый исчезает, оставляя Атсуму в вечных конвульсиях мыслей, которые не желали и складываться цепью, скелетом, не важно. Минуты и секунды казались извечными муками, не по силе пережить даже крохотный островок на тех океанах которые нахлынули ураганом. Силуэт растерянного и кажется, не особо осознанного парня так и остался стоять у стойки, пока конечные душевные раздирание оков не взяли вверх. Ему стоило выйти. Разум терялся, но ноги несли его сами к выходу, с памятным виндбеллом (маленькие колокольчики, которые в частности вешают у входа в заведения.) Яркие лучи солнца казались пылающими лазерами и ветер уже не был столь приятен. Туман и пустота, пустота переполненная чувствами и молчание, наполненное жутко громкими криками. Противоречие и в самом блондине, на сколько оно должно было остаться таковым, чтобы не только старший Мия, но и Ринтаро подхватили последнего, что еле стоял на ногах? — эй, ты чего? - Осаму казался чуть больше обеспокоен обычного, брови моментально нахмурились, а глаза искали в лице блондина ответ, ответ, который бы вряд ли от младшего последовал бы. — всё нормально.. - подавляя, точнее, пытаясь подавить то что и на лице написано, Атсуму казалось лишь усугубил ситуацию. Улыбка, которую блондин и натянул была наполнена отчаянием и болью, глаза всё опустошенней, но без признаков жизни и вовсе. — ну, ты сейчас улыбаешься так, будто со смертью то встретился. - нет, вовсе нет, Суна не язвил сейчас. Лишь то что и действительно в какой то степени было кульминационной правдой для Мии младшего. Двое парней встав по обе стороны блондина так и продолжили молчать, однако, не понимая что произошло. Секунды, минуты, вновь эти адские минуты. Как и те, которые удалось закрепить в памяти. « — не нужно.. то кромешное «не нужно», не нужно в котором виделось отчаянье. Не нужно, все та же старая забота, не нужно, это лишь отрицание. Не нужно, такой же крик о том, что душа об этом и поёт. Что же было твоим - не нужно… Эти мысли погружали блондина в астрал, не нужно, где он в глазах увидел стеклянные чувства, которых, вовсе и нет. Либо это были разбитые осколки. В его очах.» — я сам заберу. - отчаянно вздохнув, темноволосый опускает руку на плечо блондина. Однако рука казалась такой тяжелой, тяжелее мыслей. Тяжесть что нахвалилась на плечи только пошатнулась, хотя разум понимал, что так будет лучше. Но сердце просило его вернуться туда, обратно. К ближнему и его прекрасным локонам. Осознание того, что Суна встретит причину его нынешнего состояния пришло моментально. Но имело ли это тогда значение, когда мозг ничего не желал функционировать? Тяжести больше нет. Рука вновь исчезла, скатываясь по плечу вниз, краем глаза тот заметил, что старший братец и их общий приятель Суна обеспокоено обменялись взглядами и кивками, как же было стыдно. Образ сильного Атсуму Мии мог спасть при этих двух, но сам то блондин этого не желал. Он не хотел. Ему подобное будто было чуждо. Звук виндбелла и запах кофейных зёрен погружали Суну в рутину ночей, пропахших кофеином и чернилами на новых бумагах. Атмосфера и обстановка кофейни пришлась десятому по душе, пока он не застал знакомый силуэт, силуэт что немного крупнее. — добро пожалова…- Сакуса не успел и договорить выученные фразы для доброжелательного бармена, как вдруг заинтересованные лисьи глаза изучавшие кофейню сменили и настроение и настрой, на более отстранённый, холодный. — а, так вот оно что. - нижние октавы в голосе парня дали пояснить явную грань между позволенным и дозволенным. — вот заказ. - Киёми от последнего не отставал и так же ответил коротко и холодно, дав понять: у меня есть дела и поважнее. Было бы ложью, если брюнет не признал то, что желал бы встретить сейчас тут золотистую макушку. Но после произошедшего, имел ли он право даже думать о таком? В серых глазах мелькнула пластиковая карта Атсуму, скорее тот от такого шока и вовсе её забыл, не говоря уже и об оплате. Суна уходит молча, оставляя бумажные купюры и забирая крафт пакет с картой приятеля. Шаги один за другим близились к братьям Мия, конечно мысли самого Суны не были столь подвержены тому омуту что у блондина. Но всё же тот шёл отчуждённый от этого мира в целом. — ты долго. - равнодушно кидает пепельноволосый, убирая мобильное устройство в карман ветровки. — да, уж прости. - должно было стать неким игривым ответом, однако сама ситуация не давала этого сделать уж никак. Старший Мия так бы и оставался равнодушен, если бы вся эта ситуация не превращалась в спектакль. — может вы уже скажете что произошло? Или мне лично сходить? - никуда он ходить не собирался, но само положение его мягко говоря не устраивало. — там Сакуса. - равнодушно и прерывисто кинув ответ, Суна раздал братьями в руки то, что те в свою очередь заказали ранее. — Са..кто? - кажется лицо пепельноволосого только хуже перекосило. Глубокий и отчаянный вдох снял груз с плеч и навалил новый ком в горле у его брата блондина. Весь оставшийся путь, парни болтали о чем только можно, стараясь отпустить эту ситуацию. Только что произошло то, после чего всё затягивается, в чем же была проблемы просто ускользнуть. Все молча понимая и принимая ситуацию решили промолчать. Молчание, молчание губит и мучает, пожирая каждую клетку и крупицу тебя, от тебя пахнет гарью и болью. Но сам ты останешься пеплом. В мягком вновь ветру и прохладе у моста все свернулось в осенний вечер. — нет, нет и нет! - чуть менее эмоционально, но так же раздарено отрицает блондин, допивая фруктовый сок в необычной, прямоугольной, картонной упаковке. — Да. Не отрицай явного, это было уж слишком очевидно. - даже если что то окажется очевидным враньем, за пределами фантазий, пепельноволосый не стал бы уступать в каком-то споре брату, или вернее сказать, в споре «какому-то» брату? — я правильно понимаю, вы тупо спорите по теме: смотрела ли та девушка из химбио кружка на Атсуму? - Суна плёлся где то поодаль от увлечённых спором парней, но не удавалось так далеко отходить, за счёт того, что эти двое сами шагали ближе к темноволосому. — Да, она и смотрела.) - ухмылка на мягком лице с самоуверенным взглядом. — Н Е Т. НЕТ! - Атсуму не столь эмоционально, но довольно агрессивно проговорить умудрился аж сами буквы. Суна думал, как бы сейчас не проявить на лице знаки того, что ему это в забаву, в результате, последний щёлкает на мобильник три силуэта и красивое пьянеющее небо. Просматривая то что вышло на экране телефона и пролистывая плавно изображения, Рин мимолетно кидает: — может белок сам на неё запал. Поэтому и агрессирует. — Что? - ухмылка сменилась на недопонимание и блуждающий взгляд, что пытается выискать ответ хоть в каких то уголках своего разума. — ТОЧНО! - будто слова десятого стали для блондина своего рода спасением, или спасательным кругом который тот и ждал. — Бред. - сероглазый Мия больше не собирался никак на это реагировать, не собирался больше и думать. Лишь массой проплыть так же, как и осенние окрашенные листья чьих то сломанных надежд, что плывут в холодной воде паутин реки. — Ты в порядке? - на этот раз и Суна задал подобный вопрос Осаму, на что все включая и самого Мию старшего которому посвящали вопрос - молчал. Только два взгляда, Суна, что заметил оппонента, его глубокий и светлый, как блики солнца, цвет луны и зеркал озера под серебристыми грезами, самые сокровенные слова и желания. Они пересеклись и обменялись нужными словами на секунд десять.