Малек про любовь

Это началось так внезапно, что впору потерять голову. Он был волшебным сном в свете яркого холодного света студии. Ступал аккуратно, кружился, словно лёгкая резная снежинка, танцующая в самом центре метели. Его тело гибкое, как ивовые ветви, а кожа смуглая, золотистая, будто её облюбовало само солнце. Другие ученики в студии просто смотрели, оценивая технику и чувство ритма, но Алек не мог отвести глаз. Он никогда ещё не видел человека, который бы с таким трепетом танцевал. И дело ни в нежной музыке, ни в светлом наряде. Просто танцор чувствует музыку и живёт ею, а это завораживает куда больше слепых правил. — Рот прикрой, — говорит Иззи брату, выходят из студии. Она уже переоделась и уставшая хочет только одного — домой. — Что? — Алек забирает сумку сестры. Он теперь умеет водить, так что родители наказали привозить и увозить Иззи с танцев. Алеку не в тягость, тем более что сам ходит на баскетбол этажом ниже. Правда, теперь появилась ещё одна причина с радостью бежать к сестре. Тот парень, что порхает по залу, словно не весит ни грамма. Потом Алек и правда стал чаще заглядывать в студию, выискивая того самого искусного танцора. Он сбегал с последних уроков в школе, чтобы успеть посмотреть, как один безумно красивый парень взмахом руки заставляет всех замолчать. Это не длилось долго, всего несколько недель, но Алек навсегда запомнил то чарующее чувство восторга, когда бежишь до студии в надежде вновь увидеть того самого. Это было наваждением, самым ярким и прекрасным сном, и Алек не хотел просыпаться. Он желал вечно смотреть, как Магнус танцует, или кружится вместе с ним. Иззи быстро поняла, что к чему, и начала шептаться с подружками по этому поводу. Иногда она не стеснялась и делала это прямо на глазах брата. Алек густо краснел, но ничего не говорил, иначе бы признал, что по уши втрескался в танцора. А главное, он бы признал, что гей, и что вся та напусканная натуральность канула в лету ещё при его рождении. Родители по-прежнему надеются, что их сын приведёт домой милую девушку с самыми лучшими манерами. Наверное, они застряли в прошлом веке. — Он знает, что ты смотришь, — как-то раз сказала Иззи и убежала на тренировку в своём излюбленном бордовом платье. А Алек так и остался стоять у двери, пряча глаза и краснеющие щёки. Он не станет прятаться или скрываться. Знает? Это заставляет сердце трепетать ещё больше. Но Алек бы ни за что не признался в чувствах, даже в самых слабых и еле живых, однако судьба определила всё за него. Алек целых три недели боялся подойти и спросить даже имя, а теперь тот танцор стоит посреди баскетбольного поля и кричит, что ему нужен Лайтвуд. Не Иззи, нет. Именно старший сын семьи Лайтвуд. — Алек, тебя ищут, — говорит сокомандник, забегая в раздевалку. Он хитро щурится и явно думает о какой-то гадости. — Я сейчас. — Алек не хочет быть замеченным. Он увидел танцора ещё задолго до того, как тот начал кричать, и не хотел подходить. Алек предпочёл бы отсидеться в раздевалке, несмотря на бушующий в сердце огонь. Но танцор ждёт. Он стоит в своём тренировочном костюме прямо в центре корта, как диковинный зверь посреди города. Баскетболисты столпились у стен, перешёптываясь. Кто-то смеётся, кто-то озадаченно разглядывает танцора, слишком хрупкого и изящного для баскетбола. А Алек, выйдя из раздевалки, боится поймать взгляд того, кого сердце зачем-то выбрало. Глупый орган, не мог свести бедного Алека с танцовщицей, да хоть с одной из подружек сестры. — О, пришёл наконец. — Танцор подходит вплотную, и Алек замирает, поражённый близостью своего идеала. Прекрасен. Только это набатом стучит в голове, когда Алек хочет что-то ответить. Но мысли разбежались в разные стороны, и ухватиться за любую из них не представляется возможным. Где-то сбоку с новой силой зашептались баскетболисты, бросая заинтригованные взгляды на странную парочку. Они точно не забудут этот день ещё долго. Алек же не забудет никогда. — Я Магнус и хочу узнать, почему ты так часто шпионишь за мной, — в лоб спрашивает Магнус, совершенно не стесняясь окружающих. И Алек навсегда пропадает в этих карих глазах, подведённых блестящей подводкой. Он не знает, когда точно закрутился этот подростковый роман, но произошло всё так быстро, что было страшно. Алек не боится скорого развития отношений, он боится, что эта волшебная любовь закончится так же стремительно, как началась. Что этот сон рассеется, и Алек останется ни с чем. А Магнус, казалось, совершенно беззаботен. Он отвечает на все вопросы об их отношениях одним словом — «посмотрим». И это «посмотрим» не внушает ни радости, ни печали. Оно нейтрально и безэмоционально, словно ответ на будничный вопрос о погоде. — И ты правда не волнуешься, что наши отношения пропадут? От них даже толком ничего не останется, только осколки воспоминаний, — делится своими мыслями Алек, сидя на крыше своего дома. Отсюда открывается потрясающий вид на вечерний город, который вот-вот усыпет разноцветными огнями. А когда солнце окрашивает небо в разные цвета, становится совершенно невообразимо, что даже самый искусный художник не сможет передать красоту. — И тогда я буду дорожить этими осколками, — отвечает Магнус, прижимаясь ближе к Алеку и кладя голову на его плечо. В этот момент Алек бесконечно счастлив. Он любит быть с Магнусом, когда тот танцует и блестит, словно соткан из звёзд. Любит и просто посидеть рядом, поговорить о мире и своих страхах. Магнус никогда ещё не осудил и, Алек надеется, всегда будет на его стороне. А потом Иззи прознала про отношения своего брата, но родителям не проболталась, вопреки ветреной натуре. В конце концов Алеку только пятнадцать, возможно, всё это несерьёзно. А может, он останется с Магнусом на всю жизнь. Он не знает точно, потому что единственное достоверное — его сердце, бьющееся сильнее при каждом взгляде на возлюбленного. И пускай отношения начались столь внезапно, пускай они пугают и волнуют, но это волшебно. Прекрасно просыпаться с мыслью, что у тебя кто-то есть, или засыпать во время видеозвонка. Алек ни за что бы не променял те три недели, когда бегал в студию, чтобы посмотреть на Магнуса. Он бы не променял и нынешнее время, как бы в итоге оно не закончилось. Алек просто знает, что пока в его груди живёт любовь, он будет за неё бороться, потому что она не приходит просто так. И Алек будет вечно помнить, как встретил Магнуса. Как тот был волшебным сном в свете яркого холодного света студии и танцевал, словно чувствует музыку и живёт ею.