Искусные Лжецы

Нужны годы, чтобы построить доверие, секунды, чтобы его разрушить, и вечность, чтобы его восстановить.

2008 год. Беларусь, Город Гомель. 567 км от Москвы.

Вы знали, что боль никогда не уходит? Это не про физическую, а моральную. Первая стадия, когда все тело будто протыкают сотни иголок. Вторая, словно ты падаешь в бездонную яму. И третья, боль настигает заново, и все идет по второму кругу. Постоянно убивает и возвращается, чтобы заново нанести вред. Беларусь была отличным местом, чтобы скрыться от ЦРУ и не стать подопытным кроликом. Жизнь даже казалась размеренной и относительно счастливой. Но Элизабет понимала, что не может находиться там постоянно и, уже собираясь вновь покинуть очередной дом, ее схватили те, кого она даже не знала и от кого не думала бежать. Тёмная клетка, на глазах пелена, а руки лежат вдоль корпуса и не двигаются. Разве что пальцы, но сразу начинают болеть. Странное ощущение по всему телу не дает отключиться. Накачали? Убили? Пытали? Первая мысль не воодушевляла. Через несколько мгновений словно подействовала отрава, и все тело пронзил ток. Крик вырвался из лёгких, и девушка просила о помощи. Она кричала и чуть ли не рвала ладошками простыню, на которой лежала. —Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — лихорадочно молила Элиза в конвульсиях. Было ощущение, будто сейчас разорвет её всю на куски плоти. Свет резко осветил комнату, когда едва она услышала звук переключателя. Боль отступила и разрешила вдохнуть воздух в лёгкие. В помещении жутко воняет хлоркой и гарью. Быстро хватая ртом кислород, девушка приоткрыла глаза и уставилась в белый потолок, понимая, что будет в ближайшем будущем. —Элизабет Андерсон, Маргарет Стэн, Алекса Смирнова. Что из этого правда? — прозвучал, как в микрофон, голос женщины, которую сразу же возненавидела. Её слова порезали тишину комнаты и заставили тело девушки напрячься. Откуда у них такая информация? Она стерла все свои личности со всех серверов. — Откуда вы...? — севшим голосом от крика в страхе спросила Элизабет. — Ты не ответила на мой вопрос,— резко ответила женщина, и в следующую секунду ток вновь пронзил кости. — Мы отвечаем сразу, без лишних вопросов. Поняла? — задала она вопрос, но взвывая от боли и лёжа словно на иголках, ответить было сложно. —Я сказала отвечать! — голос женщины отдался эхом в ушах и ударил по барабанным перепонкам, заставляя рыдать. —Элизабет Балсо, — прошептала Лиззи то, что от нее хотели услышать. Им не нужны ответы, они итак все знают. Это была лишь чертова проверка, и, не ответь она правильно, страдания начались бы заново. По кругу. Свет выключился, и Балсо услышала звук открывающийся и закрывающейся двери. Кто-то вошёл туда, где лежала абсолютно беспомощная она. Так казалось организации, где сейчас была Элизабет. Мужчина подошёл к столу и начал развязывать ремни, на которые была привязана Балсо, а та, воспользовавшись моментом, взглянула ему в глаза, захватив разум. Пока он развязывал, Элизабет оторвала кусок простыни и, резко встав, начала душить человека. —Скажи, где мы находимся, или я расплавлю твои мозги одним щелчком пальцев, — тихо прошептала она ему на ухо, стоя за спиной и крепко держа кусок ткани на его горле. Секунда — и этот дятел ударил её локтем в бедро. —Сука,— выругалась девушка и ,отбросив ткань, взмахнула рукой, после чего работник, до сих пор неизвестной организации, упал на плиточный пол замертво. Смахнув пот и волосы с лица, Лиза с отвращением посмотрела на труп и взвыла. —Этого вы хотели? Проверка на прочность? — прокричала она, смотря в камеру в верхнем углу напротив койки. Громко чертыхнувшись, девушка со всей силой ударила по стене, выплескивая эмоции и чувствуя острую боль в кулаке. Элиза не знала, сколько прошло времени с ее прибывания в этой комнате, наполненной отчаянием. Болела спина от твёрдой койки, как в тюрьме. И раскалывалась голова. Вокруг было много людей. Не в помещении, где находилась она, а за его стенами. Она слышала их мысли, но словно каждая из них не знала, где находится. Это были девушки, ни одного мужчины. Постоянно женские голоса и мысли, направленные лишь на борьбу. Действия, нацеленные на убийство и истребление. Но в какой-то момент, Элиза почувствовала что-то странное. Мужчина, но она не могла пробраться сквозь его эмоциональную стену, словно и не было никаких эмоций. Он точно похож на робота, что лишь выполняет приказы. Солдат, Вы слышите мен… Воспоминания обрываются и оставляют лишь кусочки недомолвок. Желание. Ржавый. Семнадцать. Рассвет. Печь... Доктора, иглы, лица неизвестных людей, закрытие масками. Девушка закричала и схватилась за голову, пытаясь выбраться из воспоминаний мужчины. Ногти впились в виски, оставляя царапины. Мучения. Скорбь. Печаль. Постоянная пустота. —О боже, хватит, хватит! — она сорвалась на крик и забилась в угол комнаты, натягивая волосы на кулаки, чувствуя ноющую боль и снаружи и внутри. Элизабет резко выдохнула, затаила дыхание, почти задыхаясь, чтобы спрятаться непонятно от чего... или от кого. Притянув к себе колени и схватившись за них руками, девушка качалась из стороны в сторону, и её мысли были пусты, а чувства и вовсе ушли. Опустошение. Человек, что перенёс ту боль, невозможен. Он призрак, нелюдь, чудовище, раз смог пережить всё это. Элиза не знала, сколько провела в той комнате. Может быть, прошёл день...или час? Хотелось только забыть всё, что видела в тех удручающих мыслях. Призрак был страшно опасен, и Балсо не хотела его знать и даже не думала, что пробьёт его эмоциональную стену. Он был беззащитен и опасен для окружающих одновременно. Тряхнув головой, девушка встала с холодного пола и убрала чёрные волосы под грязную и всю в каплях крови майку. Кажется, где-то сбоку разошёлся шов, что, вообще-то, её мало должно волновать, когда под боком неизвестные люди, хотящие ставить эксперименты над ней и её способностями. Ломило каждую косточку и раскалывалась голова. Чёртовы способности сломали жизнь Балсо и добивают её каждый Божий день, делая её мишенью для правительства. — Вы жалкие,— гневно и специально громко сказала она. — Держите меня здесь непонятное количество времени, пытаясь свести с ума. Хочу лишь сказать, что с ума я сошла тогда, когда то, что вы называете силой, а я проклятием, захватило весь мой мир, раскаляя его ядро,— выдохнув, Элизабет улыбнулась. — Что-то у меня сегодня пассивно-агрессивное настроение. Хотя, даже понедельник был не таким уж и плохим,— пожав плечами и расхаживая кругами по коморке, девушка положила руки на шею, растирая больные участки. Холодок пробежал по коже, когда скрипучий замок открылся, и эхом отдался по коридору противный звук, режущий слух. Элизабет сложила руки на груди, словно пыталась спрятаться, и развернулась смотря в темноту открытой двери… 2023 год. Делакруа, Луизиана, США. —Касс! Эй-Джей! Вы что, даже не поможете мне донести пакеты? — прикрикнула девушка, ступая на пристань. —Тётя Лиза, мы бежим! — послышались два детских лепета и быстрые шаги, переходящие в бег, отдающийся по старым доскам. Пакеты не было сложно нести, девушка просто любила дурачиться с этими маленькими проказниками. Они умели поднимать ей настроение. Мальчишки налетели на Балсо и забрали пакеты, идя по разным сторонам от неё, окружая. —Ты пришла на ночёвку? — спросил Касс, очень на это надеясь. Элизабет посмеялась и потрепала его волосы. —Я пришла вас навестить и помочь Саре, но вечером уйду, —с теплой улыбкой ответила девушка. —А когда придёшь в следующий раз? Мы не видели тебя целую неделю! — воскликнул Джей с другой стороны и чуть не уронил пакет, после чего все вместе посмеялись. — У меня работа, вы же знаете, но я правда постараюсь приходить почаще, хорошо? — посмотрев на обоих по очереди, спросила она, в ответ получив кивки. — Идите отнесите пакеты на кухню, а я поищу вашу маму,— напоследок улыбнувшись и посмотрев на уже убегающих детей, Элиза развернулась и направилась к лодке, ведь знала, что Сара сейчас активно пытается её починить. А из-за того, что Сэм постоянно в городе, помочь ей может только Балсо. — Сара, привет! — подойдя к женщине, что почти залезла рукой под лодку, поздоровалась девушка. — Минутку, — протараторила она, спустя двадцать секунд убрала оттуда руки и встала, чтобы обнять Лизу. — Привет, я рада тебя видеть, потому что твоя помощь явно бы не помешала,— указав рукой на почти разваливающуюся лодку, сказала Сара и направилась в дом. Элизабет последовала за ней. — Угадай, кто ко мне решил заявиться, — с улыбкой женщина посмотрела на Элизабет из-за плеча и открыла двери. На кухне стоял Сэм и болтал с племянниками. Услышав, как открылись двери, мужчина развернулся, и Элизабет чуть ли не снесла его с ног, крепко обнимая за шею. — Ты засранец! — прошептала она ему на ухо, дабы не ругаться перед детьми. — Почему так долго не приезжал? — отодвинувшись, Балсо ударила его кулаком в плечо, заметно счастливо улыбаясь. Сэм смеялся с её поведения. Девушка редко позволяла себе быть счастливой и улыбаться так, как улыбается сейчас. — У меня было много дел, но я почти со всеми разобрался,— ответил он и ещё раз обнял Лизу, желая удостовериться, что у неё всё хорошо. — Мы еще поговорим позже, —вновь тихо сказала она грозным тоном. Они с Сарой постоянно отчитывали его как мальчишку. Элизабет сняла пальто, в котором стояла всё это время, и повесила на дверь, держа на губах мягкую улыбку. Пока до неё не дошло, чьи эмоции, помимо семьи Уилсон, она чувствует в доме. — Что он тут делает? —резко развернувшись лицом к Сэму, зло прошипела девушка. — Он приехал со мной, Лиза, пожалуйста, давай не наводить шумиху, — пытался утихомирить бушующий гнев в Балсо, попросил Уилсон. — Знаешь что, Сэм? Не буду-ка я портить вашу вечеринку,— сняв пальто с крючка, которое только что туда повесила, Элизабет попрощалась с Сарой, говоря, что лучше придёт завтра и вышла на улицу, проигнорировав Сэма. Мальчики бегали вокруг дома и, только когда подошла Элизабет, остановились. — Ты что, уже уходишь? Мы же хотели поиграть вечером, когда вы закончите работу,— разочаровано сказала Эй-Джей. — Я обещаю, что приду завтра вечером и проведу его с вами, но у меня появились неотложные дела. Не в обиде? — пожав плечами, спросила она. — Нет,— одновременно ответили братья и улыбнулись, когда девушка поцеловала их в макушки. — Лучше помогите сегодня дяде Сэму с запчастями, а то он бывает ну очень неуклюжим, — двое посмеялись со слов тёти, зная, что она всегда права, и обняли на прощение. Сойдя с причала Элизабет, потерла вески, эмоции, что чувствовал Джеймс Бьюкен Барнс, всегда будут с ним, но спустя большое количество времени, Элизабет приняла их, ведь чувствовала то же самое каждый день с двух тысячи восьмого по двух тысячи шестнадцатый.