Хороший коп

      В октагоне остался стоять единственный боец. По всей видимости, он был весьма популярен среди присутствующей публики. Девушка, расстегнув от духоты косуху и накинув капюшон худи, выглядывающий из-под куртки, нашла местечко поближе к арене, но такое, где на нее не будут пялиться все подряд, ведь сейчас ей как никогда нужно было избегать посторонних глаз. Она уселась на поломанную пластиковую сидушку, какие бывают на скромных школьных аренах, и внимательно скользила стальными глазами от одного присутствующего к другому. Черт, где же он? Неужели информатор соврал и он не придет наблюдать за боями сегодня? Девушка закусила губу.       Вдруг кто-то крикнул неподалеку от Элизабет. — Эй ты, тупая башка! — Сначала никто не понял к кому было это обращение. — Да-да, ты! Кусок дерьма, еле стоящий в октагоне! Ты достоин там только лежать в моче, салага!       Публика засвистела и что-то закричала в ответ выскочке. Элизабет усмехнулась, но, как ей секундой позже показалось, слишком громко и несдержанно. — Что, смешно тебе, пацан? — Вдруг отреагировал сосед девушки.       Она промолчала, стараясь не поднимать глаз, чтобы не выдать свое женское начало. Элизабет уперлась локтями в колени, подавшись вперед, ближе к клетке. По всей видимости, стараясь прикрыть капюшоном лицо еще сильнее, а может быть ей просто было интересно. В конце концов она уже знала к чему все идет. — Ну ты выйди, поговорим по-мужски, сучий выблядок! — Раздалось громогласно со сцены. Публика моментально зашумела.       Откуда-то сверху спустили микрофон и на сцене появился ведущий. Он моментально воспользовался ситуацией и произнес какую-то речь. Элизабет не слушала, в ее голове вертелась лишь одна мысль: он будет драться. Элизабет закусила губу. Черт, это плохо. — …И на нашу кровавую сцену приглашается легендарный, непобедимый, — Он протягивал слова так долго, насколько позволяла нетерпеливая публика. — Дэйвид Бла-а-ад!       Публика взревела бурными аплодисментами. Кто-то свистел, кричал, кидал смятые банки из-под пива, стараясь попасть в мужчину, спокойно спускавшегося с трибун по бетонным ступеням поодаль. Оказалось, мужчина сидел всего на два ряда выше, чем Элизабет. Не мог же он ее заметить раньше времени? Нет, не мог, успокаивала она себя, на ней же капюшон. Она моментально переключилась и взяла себя в руки, неотрывно следя, как уже спустившийся мужчина неспешно снимал с себя косуху со множеством молний. Элизабет про себя отметила, что ей больше нравятся заклепки. Когда он оказался в октагоне на нем уже сидели спортивные шорты, не стесняющие движения, а на руках, будто на своем законном месте, покоились борцовские перчатки. Весь его образ кричал о правильности происходящего, будто бы этот парень был рожден для того, чтобы носить перчатки и сражаться. Широкая грудь молодого человека мерно вздымалась несмотря на всю суматоху вокруг и летящие пластиковые стаканы и банки. Все, вплоть до взъерошенных черных волос, убранных в тугой пучок, было как надо. Нет, как оно должно быть.       Элизабет сделала пару коротких вздохов, и, будто вспомнив о чем-то, похлопала себя по карманам и достала пачку сигарет и зажигалку. Ловко подкинув из пачки ровно одну сигарету, она сжала упаковку, затем ухватилась за сигарету зубами, а остальные снова убрала в карман. Она несколько раз провела скользким пальцем по колесику, пока тот не заискрился и не поджег табак. Или то, что вместо него пихали сейчас в сигареты. Бизнес — ничего личного. — Бля, ну и старомодный ты, пацан. Сейчас это никто не курит, — Прокомментировал тот самый сосед слева. — Отъебись ты от него. Видишь, он не в настроении базарить с тобой, — Вмешался кто-то позади Элизабет. Она спокойно затянулась. — Дай посмотреть бой в конце концов. — Да пошел ты, я не с тобой разговариваю, — Было ему ответом. — Че сказал? Я не расслышал, пидрила. — Тот сзади, очевидно встал со своего места. — Э, мужики, ща бой будет, давайте вы после ебучку друг другу набьете, — Окружающие тут же напряглись, пытаясь успокоить этих двоих. — Не знаю, чего они тянут так долго? — Да вон, видишь, тот, что с трибун пришел, разминается, — Было ему ответом откуда-то справа. — Я о нем впервые слышу, а его так представили, будто он — легенда какая-то. — Ты прав, что-то больно он нахальный этот выскочка, надеюсь, Крушитель черепов покажет ему, — Отозвался злополучный сосед. — Видели как он отделал предыдущего парня? Всего полминуты прошло… Вот-вот. — Да у твоего Крушителя имя такое же дебильное, как и он сам, — Хохотнул мужчина позади Элизабет, вступившийся минутой ранее за нее. — Комиксы что ли перечитал? Вроде взрослый уже. — А ну повтори! — Обернувшись лицом к обидчикам, сосед Элизабет встал в полный рост, а ее окурок встрепенулся пестрыми искрами, приземлившись на бетон. Она покрутила мыском и, с некоей неотвратимостью своих действий, окончательно погрузила в темноту его слабый свет. — Че слышал!       Вдруг мужчину сзади кто-то ощутимо хлопнул по спине, по всей видимости, его сосед. — Эй, Мунд, угомонись, а. Не нервируй его, лучше смотри как Давид раскатает того молокососа.       Глаза Элизабет едва заметно округлились под капюшоном, но она все также не шевелилась. — В край охуели? — Сосед Элизабет уже было потянул опущенную руку, чтобы исподтишка ударить обидчика, как она моментально перехватила его левую руку своей правой, вставая со своего места. — Сладких снов, дядя.       Одним движением она притянула широкоплечего мужика на себя и насадила его харю на свой левый кулак. Окружающие сначала ничего не поняли, но потом взорвались с разными эмоциями. Парочка сзади покатились со смеху, однако кто-то хватанул ее за шиворот, попутно сдирая капюшон, но Мунд вежливо усадил всех недовольных нокаутом. Неизвестно сколько времени так продолжалось, но эта троица успела утихомирить всех недовольных до того, как прибежала бдительная охрана. Последние почти не опоздали. Элизабет успела снова натянуть на себя капюшон, скинутый ранее. Охранники порядка не поверили, что всю эту потасовку начала девушка, поэтому они просто уволокли за собой первых попавшихся под руку парней. Так, для профилактики. — Фух, обошлось… а длинноволосый-то не промах, да, Билл? — Ты совсем тупой, Мунд? Это девушка, — В ответ на слова Билла Мунд покатился со смеху. — Ты гонишь!       Повисла тишина. Элизабет обернулась к ним лицом и многозначительно посмотрела на них стальным взглядом. — Вы бой Давида пришли смотреть или как? — Она указала большим пальцем на арену позади себя.       Приятели моментально нахмурились. Видно было, как весь веселый настрой куда-то моментально улетучился, оставляя лишь непонятное напряжение между ними тремя. Внезапно по залу волной прошелся звон гонга и выкрики и аплодисменты поглотили это напряжение, не оставляя во внимании ничего, кроме октагона.