Лифт

Чонгук обычно не опаздывает на работу, каждый день выходит ровно в восемь тридцать, чтобы за полчаса доехать до места. Сегодня не исключение. Спокойно позавтракав яичницей с хрустящим беконом и горячим чаем с тремя ложками сахара, он оделся в брючный костюм (ужасные правила компании), поправил воротник рубашки и, взяв сумку, выходит из квартиры, закрывая дверь на ключ. Тэхён обычно не опаздывает на работу, но не из-за страха, а больше по другой причине. Обычно он выходит за час до начала рабочего дня, чтобы забежать в кофейню, попить горячий капучино с приятной пенкой, посыпанной шоколадной стружкой, и скушать большой французский круассан с клубничным джемом внутри. Благо он может себе это позволить ведь работает в здании напротив этой кофейни. Поэтому после ополаскивания лица холодной водой и чистки зубов он натягивает на себя белую футболку, сверху клетчатую рубашку, и чёрные джинсы на ноги (отлично, когда на работе нет дресс-кода). Обувается в кеды и, хватая рюкзак, выходит из квартиры ровно в восемь тридцать. Ничего удивительного в том, что на площадке он встречает своего соседа, так почти каждый день, но как только он видит Чонгука, то невольно улыбается, чувствуя прилив радости, и старается быстрее закрыть дверь. Чонгук проходит в лифт, придерживая рукой железную дверцу для своего соседа, тот забегает и кланится. — Доброе утро, Тэхён. — Доброе утро, Чонгук, спасибо, что подождал. — А как иначе? Они оба знают, что это не только из-за уважения.       Двери лифта закрываются. Они покидают десятый этаж. Девятый этаж. Странные улыбки не сходят с их лиц ровно до того момента, пока оба не накидываются друг на друга, встречаясь губами. Сумка и рюкзак падают на пол, потому что у рук сейчас совсем другая цель - исследовать чужое тело. Чонгук прижимает Тэхёна к стене лифта: сегодня его очередь — придерживает его за талию, сжимая мягкие бока. Это что-то на замену приевшимся "как дела?" и "всё нормально, а у тебя?". Восьмой этаж. Тэхён зарывается пальцами в уложенные ранее волосы Чонгука, кусает за губу и чуть оттягивает. Нога соседа располагается меж его ног, сильнее придавливая к железу и соприкасаясь с довольно чувствительным местом. Седьмой этаж. Чонгук раскрывает чужой рот, касаясь подбородка двумя пальцами, и языком врывается в горячую полость, сплетаясь с тэхёновым. Шестой этаж. Становится жутко мокро от страстного поцелуя, они разрывают контакт на пару секунд, давая друг другу отдышаться и вытереть лишнюю влагу. Пятый этаж. Тэхён смотрит на табло с номером этажа, который они проезжают, и расстраивается, что осталось так мало времени. Он хватает Чонгука за чёрный галстук и резким движением притягивает к себе. Тот довольно ухмыляется и целует в уголок губ. Четвёртый этаж. Чонгук переходит на мягкие, словно свежевыпеченные булочки, щёки, спускается на линию челюсти, целует шею, добирается до уязвимого места за ухом, где Тэхёну всегда до ужаса щекотно и приятно одновременно (и Чон единственный, кто знает об этом), проходится там языком, оставляя мокрый след. Третий этаж. Тэхён смеётся и отталкивает Чонгука, чтобы самому долго и нежно напоследок поцеловать в розовые, такие желанные губы, растянутые в улыбке. Второй этаж. Ким обеими руками держит чонгуково лицо, разрывает поцелуй и чмокает того в нос, а затем опускает руки и они как ни в чём не бывало одновременно подняли свои вещи, поправили одежду и волосы, и ровно встали, смотря на табло с этажом. Первый этаж. Двери лифта раскрываются, Чонгук и Тэхён выходят в коридор, а потом из дома и снова становятся дружелюбными соседями. — Хорошего дня, Чонгук. — И тебе хорошего дня, Тэхён. — Отвечает Гук и они расходятся в разные стороны, размышляя уже о собственных насущных делах.