Шоколад и молоко

      Позже вампир решил, что ему стоит немного дать себе передышку. Тогда Оскар зашёл на кухню и заварил себе горячий шоколад, добавив туда много молока. Молоко медленно расссеивалось в тёмно-коричневом вихре, меняя его цвет на более светлый. Такой напиток он любил. И плевать, что его одноклассники тянулись к чему-то более красному, приближенному к крови.       Он взял чашку в руки и открыл дверь в столовую. Его друг оказался здесь, медленно попивая чай. Увидев Оскара, он поднял голову к нему и уже собирался уйти от греха подальше, чтобы снова не получить по башке. —Да ты сиди-сиди.—Оскар сел рядом, продолжая помешивать содержимое в чашке.       Тинто недоверчиво на него покосился и вернулся к чаю. Но как бы вампир не старался молча пить шоколадное пойло, всё равно, даже в таком горе есть место адекватной человечности и стоило бы извиниться за резкий выпад и поговорить. —Тинто… —М? —тот сделал громкий глоток. —Прости меня, я повёл себя очень глупо. —Ну…ладно, прощаю.—мальчик пожал плечами. Он и не знал, что на такое сказать. —Я осознал, что даже смерть не повод бросаться на окружающих и каждый утешает как может. Только оно довольно поздно приходит. —Думаю, я повёл бы себя так же… Только немного мягче. Просто ты же знаешь, я не любитель махаться кулаками, в отличие от Флетчера. —Знаешь, я тут подумал…ну, в библиотеке. Мне нужна твоя точка зрения насчёт одного деликатного вопроса. —Слушаю.—мальчик окончательно сосредоточился на Оскаре, отложив чай на потом.—Что бы ты хотел спросить? —Возможно ли воскресить мёртвого человека? —Ну ничего себе вопрос!       Тинто задумался, вспоминая прошедшие уроки по биологии и зельеварения. Вот только было это очень смутно. Готика однажды сумела оживить увядшие помидоры в теплице замка и они получились прекрасными на вкус. Это был единственный случай за всё их обучение. Вышло воскрешение эффектно, нечего добавить. От чёрного стручка к крепким стеблям с крупными плодами на них. Уже созревшими. Но что-то ему казалось, что с более крупными организмами это не сработает. —Не хотел бы тебя разочаровывать…но нет. В отличие от растении, у человека более сложное строение и больше умерших клеток. А ещё у людей есть…душа. А душа—это существо отдельное, нематериальное. Никто, даже бессмертные люди пока не в состоянии её изучить. Она не поддаётся ни зельям, ни заклинаниям, ни просьбам. Для неё есть только один конец после отделения: либо в Ад, либо в Рай после Чистилища. —А как же зомби и призраки? —У зомби нет души, есть только тело и звериные инстинкты. А призраки—это всего лишь иллюзии, вызванные помрачнением сознания свыше. Так что всё, чтобы ты не пытался делать—тщетно.       На глаза снова навернулись слёзы и он опять заплакал. Больше он никогда не будет иметь дел со смертными. Готика не зря его предупреждала: не водись. Взрослые тоже предупреждали: не привязывайся. Что ж, на ошибках учатся. Больше он такое не переживёт точно.       Оскар сквозь пелену слёз на глазах ничего не видел, но почувствовал, как его обняли. —Я готов погрустить вместе с тобой. Пусть говорят обо мне, что хотят. Я не хочу, чтобы мой лучший друг остался с неразделённым горем!       Мальчик поднял глаза наверх и отметил про себя, что почему-то Тинто казался чересчур тёплым для вампира. А ещё таким…неожиданно нежным. А хотя, чему удивляться? Даже наглухо отбитые ботаники, у которых одна учёба в голове, могут оставаться адекватными людьми с чувствами. Оскар тоже обнял его в ответ и про себя отметил, что ему становилось намного легче в его крепких руках.       Испокон веков их учёбы, в замке Тинто оставался с Оскаром в те моменты, когда от него отворачивались все и считали неудачником. Когда Готика шипела на него и просила свалить позорника, Флетчер насмехался в открытую, а Граф и учителя качали головой в отчаянии…       …Он был единственным, кто помогал ему спокойно разобраться в проблемах, не осуждая за тот или иной проступок или мысль.       Неважно, автоматизм ли это или… —Как думаешь, возможна ли реинкарнация? —Не могу дать точный ответ на этот вопрос, потому что официально это нигде не подтверждено. Потому что, если посудить, это явление, когда какая-то душа после смерти вселяется в тело, а душа, которая была до этого, уходит. Но куда? В противоположное тело? А если умерших будет нечётное количество, то не может человек родиться с двумя душами сразу или лишняя душа уничтожиться… Это очень странно… Так что не думаю. Или… Погоди-ка…       Тинто начал думать вслух, пытаясь докопаться до истины, а Оскар просто продолжал оставаться в его руках и слушать, прогоняя от себя скверные мысли. В какой-то момент к нему пришла настолько безумная идея психотерапии, что он встряхнул головой: чушь. Это чушь. Надо молчать, а то даже он посчитает его чокнутым и отстранится. Потому что этот неторопливый слог, объятия, даже отчасти характер… —…м? Что ты там бормочешь? —Тинто остановился на полуслове и в столовой встала жуткая тишина.       …Чёрт!       Оскар не заметил, что и сам начал рассуждать вслух. Совсем расслабился. Он заметно напрягся, виновато отведя глаза в сторону. —Э-э… Нет, нет, правда. Тебе послышалось. Я молчал. —Вампиру не может послышаться, у нас слух в 10 раз острее, чем у смертных. Ты рассказывай, что думаешь, как себя чувствуешь, не бойся. Я не осуждаю за сентиментальность. Я точно такой же, как и ты. Честно!       Оскар закрыл глаза, шумно выдохнул и посмотрел тому в голубые очи. —Только не смейся, ладно? У меня к тебе есть одна просьба. —Я абсолютно серьёзен.—тот даже деловито поправил очки. —Прошу тебя, побудь для меня Солнышком.