Красное на белом

– Нет ну вы!.. – Коко сердито ходила по палате взад-вперед с того самого момента как Валмет очнулась.   Разорванный и сшитый бок ныл тупой болью проходящих обезболивающих при каждом вдохе. Но сильнее всего болело сердце от вида расстроенной и разозленной девушки. – Волосы обстригла, сбежала, подвергла себя опасности… – не унималась девушка. Возле двери улыбчиво курил Лем, наблюдая как Валмет все больше становилась красной и вжималась в кровать. – Коко, мне… – одного взгляда Коко хватило, чтобы заткнуть бывшего майора финского спецназа. Девушка еще пометалась так молча прежде чем присесть на стул рядом с ее койкой. – Ты жива, отомстила за своих павших товарищей, надеюсь тебе стало легче от этого, и ты теперь со спокойным сердцем вернешься ко мне. – Коко… – Валмет была на грани слез от облегчения, что девушка не прогонит ее после того, что она натворила. – К тому же «дракон» обезглавлен, Минами теперь ничего не угрожает, ну пока… – девушка вздохнула, – Ну блин не такой же все ценой! – она вскрикнула и схватилась за голову, ероша свои серебристые волосы. – Счет за вертолет, плата чиновникам за наш перелет, плата за перевоз тяжело раненных, взятка за перевоз нелегально въехавшего Йоны, плата за палаты, взятка за молчание врачей и полиции! – пальцы на ее руках почти закончились от этих перечислений. – И это нам повезло, что никто не понял кто такой Йона, – прошептала Коко, сгибаясь на стуле и массируя виски костяшками. – Кто же знал, что в этой части Африки гулей приказано истреблять любыми способами. «Йона!» - смущенная количеством созданных проблем, Валмет вздрогнула, тут же чувствуя пронзающую боль в боку. Как она могла забыть про него, ведь последнее, что она помнила это кровавое пятно, растекающееся по его спине. - Коко, Йона?!.. – она резко приподнялась, чтобы быть с Коко на уровне, но боль так скрутила ее, что девушка смогла уложить ее обратно одной рукой. - Да куда ты! Жив он, все с ним хорошо, - вздохнула она, привычно выдавая ложь на одном дыхании.   Прошло два дня с того случая, а Джонатан не приходил в сознание. Врач, что оперировал его, прятал глаза, говоря ей, что на ноги он больше не встанет. Перебитые раздробленные позвонки, большая кровопотеря, разрыв внутренних органов. - «Чудо, что ваш племянник остался жив, другой бы человек скончался на месте или умер в первый день от сепсиса, но он держится. Главное поддержка, мисс Хекматьяр. Я видел много детей живущих без ног, думаю у него должно получится, особенно с вашей помощью». Этот диагноз мог бы ввергнуть Коко в отчаянье, неконтролируемый гнев, заставивший ее гнать всех гончих ада за сбежавшей Карен Лоу, если бы не одно «но». Йона человеком не был. Ей было непонятно почему его хваленная регенерация не срабатывала, почему пуля пусть и разрывная прошла так легко, почему его чутье не сработало на появление угрозы. Но была надежда, что почему-то замедлившийся процесс в его теле вновь пойдет по своим рельсам. Человеческая кровь, которую ему переливали прямо сейчас, обнадеживала ее еще больше. - Коко, ты злишься на меня? – пискнула женщина в двое крупнее и в четверо сильнее хрупкой девушки.   Коко помолчала, зажмурив глаза, а потом вдохнула полной грудью и выдохнула, натягивая привычную улыбку. - Уже нет, Валмет. Я рада, что вы оба живы. Отдыхай, ты всем нам нужна, - сказала Коко, вставая и покидая палату. - Есть, Коко! – услышала она напоследок бодрый голос Валмет из палаты. Девушка хмыкнула, улыбка тут же увяла на ее лице. Лем шел за ней по пустому коридору госпиталя. Встречавшиеся им медсестры лишь косились на его зажатую в зубах сигарету и кобуру под мышкой, но молчали. Возле двери одной из палат стоял Люц и Тодзе. Они выпрямились, когда она подошла. - Еще нет, Коко, - ответил японец в очках на ее вопросительный взгляд. Коко вздохнула и зашла в отдельную палату, где обвитый проводами и пищащими аппаратами лежал Джонатан. Вот только вопреки словам Тодзе он был в сознании и меланхолично наблюдал за проплывающими в окне облаками. - Йона! – воскликнула девушка и подбежала к его койке. - Привет, Коко, – он медленно перекатил голову на другую сторону подушки и казалось это отняло у него все силы, по крайней мере сил навести глаза на ее лицо, а не грудь, у него похоже уже не было. - Как же ты меня напугал, - девушка искренне улыбнулась ему и вдруг почувствовала то, что так долго сдерживала с самого известия о его состоянии – комок в горле и жжение в глазах от образовавшихся слез. Это испугало ее, и она застыла над ним в растерянном непонимании себя.  - Я часто делаю это с людьми, - шутки в его речах были такими редкими, что Коко могла вспомнить их всех. Она рассмеялась и одна слезинка все же упала на его руку. - Я в порядке, - Коко распахнула глаза, когда почувствовала его холодную руку на своей щеке. Он смотрел на нее, но этот его взгляд был ей не знаком. Его большой палец погладил ее возле уголка глаза, утирая еще одну слезинку. – Я выполнил твое поручение. Я вернул ее, - его рука стала опадать, но Коко перехватила ее. - Мое поручение? – она непонимающе захлопала намокшими ресницами. - Ты приказала позаботиться о Валмет, когда та сбежит за местью. Может я вернул ее и не такой целой, но живой, - он сжал ее руку в ответ, поглаживая по пальцу, где все еще был укус, и прикрыл глаза, вдыхая запах взволнованной и смущенной Коко. Пожалуй, то как пахло ее желание ему нравилось больше.   - Да? – пыталась вспомнить девушка, когда она успела, и вдруг… - Ой… - она вспомнила, вернее вспомнила, что забыла и что именно после этого дня Валмет и Джонатан пропали. Ее щеки и уши покраснели против ее воли. А ведь она считала себя сдержанной и хорошо контролирующей свои чувства и эмоции, но с Джонатаном всегда было сложно. Она приложила ладонь к горящему лицу, массируя переносицу. - Йона, послушай, а… - она все же смогла посмотреть на него и замерла. Джонатан уже спал. Он был бледен, немного изможден травмой, но безмятежность, опустившаяся на него рядом с ней, завораживала и умиляла. Коко улыбнулась, погладив его руку большим пальцем. А после, приподняла ее и поцеловала костяшку указательного, совсем забыв, что позади на нее внимательно смотрит Лем. Привычной улыбки на его лице больше не было.

***

Через пару дней они покинули стены госпиталя. Валмет шла понуро рядом, глядя с высоты своего немаленького роста на сидевшего в кресле-каталке Йону и вспоминала разговор накануне. - «Почему замедлилась регенерация? – казалось он удивился ее вопросу, но увидев заинтересованные лица всех вокруг, задумавшись, стал пояснять. – То снадобье, которое ты мне дала, «сонная трава», думаю в нем дело. Оно, пожалуй, одно из немногих средств, что так хорошо влияют на гуля, раньше мне не доводилось с ним сталкиваться, вот тело и не может быстро справиться с ним. К тому же доза…» Выражение лица Коко, после услышанного, бросало в дрожь. - Долго мне еще быть так? – вздохнул Джонатан, когда его закатили в пикап, как инвалида. Уже через день, после того как он очнулся, все его повреждения восстановились, возвращая ему возможность жить обычной жизнью. Но пришлось скрывать этот факт от местных врачей и быстро выписываться под предлогом лечения в штатах. - Пока не покинем страну, - улыбнулась ему Коко. – Наслаждайся пока можешь, - она засмеялась, увидев его хмурое лицо. Отовсюду послышались смешки команды. Их главной забавой в последние дни стало наблюдение за пытавшимся казаться больным Джонатаном и заботящейся о нем «тетушкой» Коко.   - Наконец-то прочь из этого пекла, - вздохнул Люц, оттягивая уже намокший от жары ворот рубашки. Взглянув на него, Джонатан резко вспомнил, что одного члена команды не хватает. - Где Чинацу? – девушка совсем вылетела у него из головы, к тому же он оставлял ее не в самом безопасном состоянии. Люц вздрогнул, но вопреки опасениям Джонатана не побледнел, а наоборот покрылся румянцем.  Парень заинтересованно засверлил его глазами. - Ну… - начала Коко, судя по запаху, явно нервничая, - Тут такое дело… Джонатан переводил взгляд между ней и Люцем, старательно отводящим взгляд.   - В общем, наверно за день, до того как ты связался со мной, мой брат Каспер вымолил у меня ее на пару дней для одного дела. Я не собиралась ее отдавать, но она сама настояла, чтобы поучаствовать. В обмен Каспер заберет оставшиеся дела в Африке, а мы отправимся в Европу, - Коко повернулась к нему и виновато улыбнулась. – Я созванивалась с ним утром, с ней все хорошо, где-то через неделю она к нам присоединится. Этот идиот так и не смог найти себе гуля для работы, вот и проел мне все мозги, что у меня их двое и надо делиться с семьей… - продолжила ворчать Коко. - Вот как, - взглянув еще раз на Люца, Джонатан засомневался в прогнозах Коко. Неужели Чинацу решила признаться в своих непростых чувствах к мужчине? Или сорвалась от его запаха, но остановилась вовремя, чтобы не навредить? Чинацу была его идеей и ответственностью. Пробежав глазами по лицам остальных, Джонатан не заметил тени пережитого срыва гуля. Да и скрывать бы не стали. Как мужчина гуль он взял на себя ее попечительство, как младшей по силе. В глазах его сородичей она бы считалась его самкой. Хотя после тех коктейлей ее запах поменялся, становясь более схожим с его, говоря тем, кто мог почувствовать, о некой родственной связи.  Сам же он старался не думать об этом и не давать каких-то классификаций, эта слабость была уделом людей. Они были товарищами по работе. Но… Люца будет ждать разговор с пристрастиями, когда они останутся одни. По спине бывшего снайпера пробежали мурашки от ощущения чего-то надвигающегося.