старбой

⠀⠀ ⠀ ⠀⠀ ⠀ — Сегодня молодцы, все постарались, — Херин довольно расхаживала по штабу, крутя красный маркер в руках. Оставались считанные секунды до двенадцати часов, когда она зачёркнет очередной день смены в календаре и наступит экватор.       Кай обожал экватор всей душой: все самые крутые мероприятия и свечки всегда проводились именно в этот день. Хюнину нравился момент утреннего объявления детям, что же их ждет сегодня: видеть искрящиеся от восторга глаза в принципе было одним из любимых моментов в лагерной жизни. — Завтра будет аукцион. Сами понимаете, что нужно сделать, — сказала женщина, обведя всех присутствующих взглядом и остановившись на Бомгю. — Или не понимаете?       Чхве, на секунду прекратив копаться в пакете с чипсами, привезенном из города, озадаченно взглянул на Ёнджуна, потом на Тэхена, а после на Кая, который снова качался на табуретке, так и норовя с нее свалиться. — Нет?... — не то ответил, не то спросил Чхве. Эрин вздохнула, отрываясь от экрана ноутбука. — У каждого из отрядов будет что-то вроде бизнеса, который нужно организовать за день. Их цель — заработать как можно больше денег для вечернего аукциона. А лоты на него делают сами вожатые, в том числе и мы с Херин.       Бомгю сосредоточенно положил чипсу в рот. Эрин, цокнув, потянулась за пакетом, но её опередил Тэхен. — А откуда они возьмут деньги? Я не собираюсь им платить, — нахмурился Чхве. — Боже, балда, я распечатаю вам игрушечные. У каждого ребёнка будет по сто "долларов", — показав пальцами воздушные скобочки, — так что цены на развлечения должны отталкиваться от этой суммы. У вас всех будет неограниченный запас, можете приходить сюда и печатать дополнительные сколько влезет. Но посетить вам нужно каждое место, и желательно оставить мелким как можно больше денег, потому что лоты от вожатых должны стоить очень дорого.       Бомгю сидел так, словно у него от малейшей дополнительной подробности о грядущем дне лопнет голова. Кай тихо хихикнул, но тут же получил тычок в плечо от Херин. — Освободи табуретку, пупсик, она мне понадобится, — женщина выцепила стул из-под Хюнина так резко, что тот еле успел встать. — Хорошо...       Кай задумчиво почесал голову и огляделся по сторонам. Планерка закончилась, оставалась всего пара вариантов: поесть вместе со старшими лапши или сходить в душ и лечь спать. Хюнин не задумываясь выбрал второе.       После того вечера, когда они с Субином полтора часа обсуждали любимую музыку, а потом Кай случайно рассказал о себе кучу всякой ерунды, которую выдавать вот так не планировал, находиться в компании Чхве стало намного проще. Он был совсем не таким угрюмым, каким показался в начале.       Но в этот вечер спать все же хотелось больше.       Хюнин, задрав голову, стоял под тёплыми струйками воды и представлял, насколько чудесной и тёплой была его постель в корпусе. Хотелось поскорее лечь и открыть глаза уже следующим утром. Было бы неплохо попросить Бомгю разбудить его и... О, точно, Бомгю.       Кай потянулся к полке и достал оттуда свое спасение на ближайшие полторы недели, божье благословение или просто бальзам для волос, который ему любезно одолжил Чхве. Одна мысль о том, что голова его больше не будет похожа на пучок сена, невероятно грела душу Хюнина. Поэтому к корпусу он возвращался чуть ли не вприпрыжку. Лишь у самых дверей затормозил и обернулся назад.       На лавочке неподалеку от корпуса сидел Субин. Казалось, словно парень был занят абсолютно ничем. Ни телефона не было в его руках, ни банных принадлежностей, намекнувших бы о намерении сходить в душ. Кай, запомнив тенденцию Чхве падать в обмороки, поспешил занести ненужные вещи в комнату и вернуться к парню. — Хей... — Хюнин осторожно присел рядом и потрогал за плечо. — Все хорошо? — М? — Субин удивлённо повернулся, достав из уха наушник.       Кай мысленно хлопнул себя по лбу. — А, так ты... Музыку слушал... Я подумал, вдруг что-то случилось, вот и решил спросить, — переводя взгляд на обрыв, за которым все так же громко журчал ручей. — Но раз все в порядке... — Можешь остаться, — спокойно сказал Чхве, убирая наушники в карман. Кай заставил себя все же посмотреть на него. — Если хочешь. — Я... — Трудно даётся принятие решений? — хихикнул Субин, поворачиваясь корпусом к Каю. — И куда же ты поступил с такой нерешительностью? — На переводчика, — фыркнул Хюнин, закатив глаза. — Я, вообще-то, всегда знал, кем хочу быть. — Круто, я бы тоже так хотел. — А ты не знал? И куда же пошел учиться? — Смеяться не будешь? — Не могу обещать. — На препода. — А что смешного? — Литературы.       Кай не стал смеяться. По большей части потому, что не мог сделать этого физически. Образ Субина в классических шмотках, круглых очках с какой-нибудь скучной книжкой в руках предстал перед глазами так ясно, что оставалось только задыхаться от восторга. — Но это круто... — Кай нахмурился. — Кто вообще смеялся над этим? — Ёнджун. — Чего?! — Кай удивленно распахнул глаза. — Шучу, — засмеялся Чхве. — Он вообще единственный, кто меня поддержал. Так, были несколько людей, не совсем принявшие мой выбор. — Ну и придурки, — насупился Кай. — Это только твое решение и вообще... Литература — это круто. Я сам терпеть не могу читать, так что восхищаюсь теми, кому это нравится.       Субин взглянул на Хюнина не то с благодарностью, не то с грустной усмешкой. Но в глазах его определённо проскочило что-то странное. Кай стушевался. — Эй, голубки! — раздалось рядом.       Парни обернулись на звук, но Кай ещё и закашляться умудрился. Как их назвали только что? Какой кошмар.       Ёнджун, стоявший на крыльце и завернувшийся в серый плед, был похож на голубя гораздо больше, но Хюнин не стал этого говорить. — Спать собираетесь? Начало третьего на дворе, — взглянув на наручные часы, он кивнул в подтверждение своим словам. — Да, попозже немного, — Субин отмахнулся, отвернувшись к ручью. — Ну ладно, — Ёнджун еле слышно цокнул, — жопы только не застудите.       Потоптавшись еще немного, он направился в сторону своей каморки, вид которой Кая насторожил. — Субин, а почему там свет горит? — спросил младший, указывая на жилье диджея. — Не знаю, — Чхве пожал плечами. — Джун невнимательный, может, забыл выключить. — Наверное... — Кай задумался: он точно видел, как Бомгю шел в ту сторону, когда сам направлялся в душ. — Слушай, а... — Субин так резко развернулся к Хюнину, что тот неосознано дернулся в сторону, — как ты относишься... к безрассудным идеям?       Кай открыл и закрыл рот, как рыба. Слишком резкий вопрос, чтобы Хюнин мог так вот взять и ответить. "Безрассудность" звучало как что-то не очень хорошее. — Смотря какая степень безрассудности... — промямлил Кай. — По шкале от не спать всю ночь до свеситься с края крыши, — глаза Субина снова сверкнули чем-то странным, но Хюнина это, как ни странно, не оттолкнуло. — Мне не нравится ничего из этого. Я люблю сон, не хочу его пропускать, — Кай задумчиво почесал затылок. — А к чему вопрос вообще? — Я хочу кое-куда тебя отвести. Нужно узнать, доверишься ли ты мне и пойдёшь ли. — Меня пугают такие формулировки, — Кай огляделся по сторонам. Куда ему лучше начать убегать? Запереться в вожатской или в детском корпусе? Нет, глупость, Субин может попасть и туда, и туда... — Хей, — перед лицом щелкнули пальцы, — ты здесь? — А? Да, я просто... Думал над ответом. Что ты замышляешь? — Ничего такого, честно, — Чхве положил ладонь на колено Кая, а тот, распахнув глаза, уставился в землю. — Но не думаю, что ты пожалеешь, если пойдёшь со мной.       Кай ещё секунд десять взвешивал все "за" и "против". С одной стороны, Субин мог замочить его в лесу... С другой... зачем бы ему это делать? — Ну... ладно, хорошо. — Отлично, — лицо парня снова озарила улыбка, а Кай невольно засмотрелся на ямочку на щеке дольше положенного. — Я сейчас!       Субин скрылся в вожатской секунд на двадцать, после чего выскочил оттуда с пушистым пледом в руках. — Идем!       Кай осмотрел Чхве с ног до головы и нервно хихикнул, поднимаясь с лавочки. — Надеюсь, плед не для того, чтобы завернуть в него мое безжиненное тело, — пробормотал он, плетясь следом за Субином. Однако тот резко обернулся, заставив Хюнина врезаться в себя. — Кай, — позвал Чхве. Младший мог поклясться, что у него на секунду остановилось сердце. — Я не сделаю тебе ничего плохого. Понял?       Хюнин нашел в себе силы только кивнуть и молча идти за Субином до конца. Подниматься на высоченный холм, вдоль и поперек заросший травой, оказалось той ещё задачей. Однако с помощью пары бранных слов и руки Чхве Кай все же забрался. — Садись, — с улыбкой сказал Субин.       Хюнин осмотрелся. На вершине огромного холма, среди местных обитателей прозванного "вожатским", оказывается, все это время стояла потрепанная временем лавочка. Кай аккуратно присел на нее, стараясь не порвать любимые шорты о торчащие во все стороны гвозди. Решив взглянуть на время на телефоне, он с ужасом наткнулся на яркие 03:05am. — Что с тобой? — поинтересовался Субин, заметив шокированное лицо младшего.       Однако Кай ничего не ответил, а глаза его распахнулись ещё шире, потому что прохладный ветер, назойливо обдувавший плечи, исчез. Вместо него Хюнина внезапно обволокло приятным теплом. Теплом от пледа, который Субин спокойно поправлял на нём, запахивал на груди. Чхве сосредоточенно смотрел, не осталось ли где открытого места, и так громко сопел, что Каю захотелось зажать его нос пальцами. — А сам? — хмыкнул Хюнин, наблюдая за тем, как Субин дергает плечом, пытаясь избавиться от ощущения холода. — Так я в толстовке. Это ты в футболке поперся, — он неуверенно поднял руку над головой Кая, но тут же опустил. — Если бы ты меня предупредил, я бы надел что-то потеплее, — парень закатил глаза. — И не пришлось бы таскать плед. — Ну, — Субин убрал невидимую пылинку с плеча Кая, — а что если мне хотелось его притащить?       Хюнин сам не понял, почему щеки его внезапно залились краской. Понятно было только одно: Чхве тоже было холодно, но он зачем-то старался этого не показывать. — Подожди, — он закопошился внутри своего кокона, заставив Чхве засмеяться. — Вообще не весело, — Кай цокнул, наконец освободив половину пледа, и протянул ее вожатому. — Да мне не... — Ёнджуну будешь такое рассказывать, — Кай подтолкнул Субина в плечо, призывая залезть под плед. Тот повиновался, но все же ткнул в бок в ответ. — Ты не боишься щекотки? — удивился он. — Нет, — Кай пожал плечами. — И не вздумай проверять, а то получишь, — перехватывая руку Субина, что уже тянулась к его ребрам, в воздухе.       Чхве ухмыльнулся каким-то своим мыслям, переводя взгляд на раскинушийся под холмом лагерь, простиравшийся за ним лес и светлеющий горизонт. Он был здесь уже несколько раз, а все равно ощущения, как в первый. — Ты, — вдруг подал голос Хюнин, так же уставившись вдаль, – привёл меня посмотреть рассвет? — Ага, — тихо отозвался Чхве.       Кай завороженно смотрел туда, где золотистым цветом поблескивал стык земли и неба, а на облаках появлялась розовая пыль. Последний раз он встречал рассвет лет в одиннадцать, когда ездил ребенком в лагерь. Хюнин, так сильно любивший сон и посвящавший ему каждую свободную минутку, думал, что уже никогда не увидит такого. Только Субин зачем-то снова заставлял Кая чувствовать что-то странное, забытое, непривычное. — Почти как в "Маленьком Принце", — тихо сказал Чхве.       Кай теребил край пледа в руках, сомневаясь, стоило ли говорить Субину правду. — Я... не читал, если честно. — Хорошая книга, — голос Чхве звучал так спокойно и мягко, лучше любой колыбельной. — Как-нибудь прочитай.       Кай кивнул и вернулся к созерцанию неба. Он даже перестал обращать внимание на замерзшие кончики пальцев и выпустил многострадальный плед из них. Субин, ощутив, что Хюнин прекратил издевательства над его одеялом, взглянул на парня и замер на несколько секунд.       Кай словно совсем перестал замечать происходящее вокруг. Была только эта неудобная лавочка, мягкий плед и бесконечно завораживающее небо. Он щурился из-за лёгкого ветра, что безуспешно пытался сдуть отросшую челку со лба, и улыбался еле заметно каким-то мыслям. И так внезапно Чхве почувствовал острую необходимость спросить у Кая про любимый цвет, время года, семью, друзей, мечты... — Уже почти четыре. — А? — Кай словно проснулся. — А, да... — Стоит вернуться в корпус и поспать, — Субин аккуратно стянул с себя плед и передал Хюнину. — Осталось целых четыре часа до подъёма, — хмыкнул Кай, закутываясь и стараясь окружить себя теплом со всех сторон. — Как раз успею выспаться.       Хюнин неуверенно посмотрел вниз, на крутой склон. Чхве аккуратно шел вниз, выбирая тропу понадежнее. Субин замер, заметив, что трава позади перестала хрустеть, и обернулся. Хюнин отлично вжился в роль гусеницы и топтался на месте, не решаясь идти. — Ну ты чего? — Чхве наклонил голову вбок, наблюдая за Каем. — Да я... Сейчас, — парень вздохнул, сделал первый шаг и сразу же оступился. — Эй! Куда? — Субин кинулся ловить так и норовящий свалиться с горы кокон. Лишь взяв Кая за руку, он цокнул и многозначительно вздохнул. — Горе ты луковое.       Чхве осторожно начал продвигаться вперёд, пока не достиг выложенной розоватым кирпичом дорожки. Ладонь Хюнина быстро исчезла из его собственной, и вдруг стало как-то холодно. Субин старался не отвлекаться на глупые мысли и двинулся вперёд, время от времени проверяя, поспевал ли за ним Кай. Гусеница не отставала. Лишь у самого вожатского корпуса позвала Чхве по имени. — Что случилось? — Субин был готов к чему угодно, даже вытаскивать занозы и обрабатывать укусы пчел, но не к опущенному взгляду Хюнина и такому грустному голосу. — Извини, что доставляю неприятности иногда, — парень пнул валявшийся поблизости маленький камень и проследил его путь до кустов. — Я правда стараюсь быть менее неловким и... — Кай, — теперь от этого тона хотелось не замолчать, а заплакать. И желательно получить пару объятий, — всё в порядке. Если бы ты действительно доставлял мне неприятности, думаешь, я бы потащил тебя сегодня в свое любимое место? — Нет, наверное... — Хюнин поднял глаза. — Думаю, нет. — Правильно думаешь, — Чхве вновь еле сдержался, чтобы не протянуть руку к волосам парня. — Идём спать скорее.       Хюнин ещё никогда так радостно не заныривал под одеяло. Еще никогда подушка не казалось ему такой мягкой, а температура кровати такой идеальной. Кай даже попытался отдать Субину свой плед со словами: "Твой грязный! Его нужно постирать!" Однако Чхве был непреклонен. — Кстати, — сказал Субин шёпотом, чтобы не тревожить сладко спящего Тэхёна. — Не ставь будильник на завтра, я тебя разбужу. — Хорошо, — улыбнулся парень, накрываясь одеялом. — Доброй ночи, Кай. — Доброй, Субин. ⠀⠀ ⠀ ⠀⠀ ⠀