Люди влюбляются не только весной

      Звук мягких тихих шагов постепенно нарастал. Никита вошёл в свою комнату и сбросил с плеча рюкзак. Он свалился на кровать.              -Никит, иди поешь. Я тут борщ приготовила,-раздался голос с кухни.       -Я не голоден, мам,-выдавал Осипова только урчащий живот. Он не ел с самого утра. И чего бы там не хотел его желудок, парень не придавал этому особого значения.              Никита лениво стянул с себя одежду, которую сменил на домашнюю. Он уткнулся в телефон совершенно пустым взглядом. Со стороны, наверное, это выглядело так, будто он на чем-то очень сосредоточен. Словно в этом маленьком экранчике вмещалось больше интересного, чем во всём мире. Хотя, по правде говоря, окружающий мир был более чем многообразен в представлении людей. На одной лишь планете одновременно происходило столько событий, различных друг от друга. Каждый из семи миллиардов человек был занят чем-то своим. У каждого из них кипела своя жизнь, наполняясь всё больше новыми оборотами судьбы. И всё это было ничтожно по сравнению с масштабами вселенной. И это же всё было прекрасно. То, что у каждого человека жизнь идёт своим чередом, то и дело подбрасывая новые эмоции и впечатления. Но Никита от этих эмоций устал.              Никита устал чувствовать. Никита устал быть ненужным. Никита устал каждый день думать о том, что никто не сможет его полюбить. Хотя бы просто обратить внимание. Полюбить, просто потому что Осипов такой, какой он есть. Уже не говоря о каких-то отношениях, лишь бы его приняли. Приняли все его черты лица, все его вредные привычки, все его «нуу...» в разговоре. Парень когда-то, лишившись всего, был уверен в собственной ничтожности. И каждый день он жил с осознанием этого. Пока не появился Тимур, который был особенным. Он уделял ему внимание, был рядом в сложное время, просто радовался присутствию Осипова. Он дал ему надежду на любовь. Надежду на то, что может всё-таки его можно полюбить, и он не так уж и ужасен. Но вот после слов, сказанных относительно недавно все эти убеждения стали пустым звуком. Осознание того, что не был школьник лучше других и что полюбить его всё же нельзя, пришло нескоро. Никита просто хотел быть любимым. Но он не верил в то, что кто-то сможет его полюбить таким. А соответствовать чужим ожиданиям уже не было сил и желания.       

***

             -Итак, когда образуется советский союз, какие государства входят в состав, кто является инициатором объединения, рассказать мне... Осипов Никита,-учитель перевёл взгляд на парня, ожидая ответа. Тот поднялся с места, выцепляя обрывки слов из параграфа, который, по правде говоря, Никита видел впервые в жизни.       -Ну...После окончания первой мировой войны значительная часть...-Никита только изредка смотрел в лицо учителю. Но больше не из-за боязни погрузиться в эти глубокие тёмные глаза, а скорее из-за того, что наблюдал его лицо крайне редко, пытаясь хоть что-то вычитать из учебника.       -Это, конечно, всё прекрасно, что ты умеешь читать. Но я всё-таки хочу знать, что ты усвоил из темы прошлого урока. Никит, закрой учебник, -он послушно захлопнул рукой книгу и тут же столкнулся взглядами с учителем, но ученик сразу же отвернулся куда-то к двери. Гробовая тишина в классе немного напрягала его. И у парня появлялось непреодолимое желание прервать её, которое оказалось всё же преодолимым только засчёт отсутствия хоть каких-то знаний в этой области,       -Осипов, не тяни время...       -Я не готов.       -Ясно. Что ж, садись,- Тимур Абдулаевич повернулся к своему ноутбуку, изучая электронный журнал, и выбрал следующую «жертву». А Никита занял привычное положение за партой.              Раньше парень жил, с трепетом ожидая уроков истории. Но теперь всё было иначе. Занятия с новым учителем не приносили радости. Разве что два раза в неделю Осипов видел почти что родное лицо, которое теперь не имело ничего общего с его жизнью. И Никита сдерживал сердце, чтобы оно не полюбило снова. Вот и сейчас Осипов бессмысленно прожигал свою молодость, даже не вслушиваясь в историю образования СССР. Он даже не вникал в то, кто и что рассказывает. Иногда парню казалось, что учитель разговаривает сам с собой. Да и ему уже стало всё равно на то, что он говорит. Никита вздрогнул. В коридоре прозвенел звонок, и старшеклассники начали складывать вещи в рюкзаки, пока их не прервал учитель. Все остановились, чтобы дослушать его пламенную речь, но Никита спокойно продолжил собираться.              -Никит, у меня сейчас урок, после седьмого подойдешь сюда.       -Хорошо,-нет, вообще не хорошо. Осипову сорока пяти минут лицезреть эти глаза предостаточно. Но этому дебилу мало страданий в жизни подростка. Хоть и язык не поворачивается называть дебилом человека с высшим образованием. Но язык к мыслям Никиты не имеет никакого отношения.              После трёх часов парень направляется к кабинету, где вроде бы и забыли о том, что он должен прийти. Параллельный класс, судя по всему, был добродушно отпущен учителем на десять минут раньше.              -Здравствуйте, -юноша заходит в класс, закрывая за собой дверь и останавливаясь около одной из парт.       -Здравствуйте, -произносит в ответ учитель, совершенно не понимающий, что говорить в таком положении. «Привет» наверняка прозвучит неоднозначно. Так, будто они уже перешли на какие-то неформальные отношения. Не так, как должны общаться учитель с учеником. А «Здравствуйте»-несколько странное приветствие, учитывая то, что Осипов ещё не дотягивает до обращения на «вы». Так и не определив, что из вариантов лучше, учитель останавливается на втором, -Как дела?       -Мм, нормально, -нихрена не нормально. И не только из-за преподавателя, но с ним обсуждать это не хотелось от слова совсем.       -Никит, я хотел обсудить твою успеваемость. То, как ты готовишься к моим урокам ни в какие ворота не лезет. Я видел ваши прошлогодние оценки, и они кардинально отличаются от того, чем ты можешь похвастаться сейчас, хоть и хвастаться нечем. Я же вижу, что что-то не так, -Тимур Абдулаевич, судя по всему, научился читать мысли Осипова. Но тот всё равно был не готов к этому разговору.       -Что не так? Всё идёт своим чередом.       -Никит, ты почему учиться перестал? -фраза из его уст прозвучала не сочувственно, а скорее выпытывающе.       -Почему перестал? Я хожу в школу, присутствую на уроках.       -Да, присутствуешь физически, но не мысленно. Тебя будто вообще нет в классе.       -Тимур Абдулаевич, давайте на чистоту. Все мои оценки-только мои оценки. Они не портят вам жизнь. Проще оставить всё как есть,- учитель поджал губы, глядя на ученика.- Можно я пойду?       -В любом случае, что бы там ни было, я настаиваю на том, что тебе нужно вернуться к прежнему обучению- слегка неуверенно произнёс Тимур Абдулаевич,-Впринципе, это всё, о чём я хотел с тобой поговорить, так что-можешь идти.       -Ладно, до свидания,-на прощание сказал Никита, мельком взглянув на стол учителя, на котором лежали только телефон в чёрном чехле и куча ничего не значащих для ученика документов.       -До свидания,-учитель понятия не имел, что произошло. Что бы его, влиятельного и авторитетного вот так просто проигнорировали. Удивительная наглость старшеклассника не давала покоя не только потому что было затронуто самолюбие преподавателя, но и потому что что-то явно скрывалось в этом юном мальчишке.