love at first sight: arranged marriage edition

Дазай подавляет зевок, а затем передумывает, позволяя своей скуке проявляться в полной мере. В конце концов, это действительно такое скучное дело. Парочка потрепанных сгустков грязи думают, что они могут цепляться за концы его плаща, для того, чтобы продолжать выживать. Они несут кучу чепухи насчёт соглашений, заключённых между их пра-пра-прабабушками и дедушками о смешанных браках. Это почти доводит Дазая до слез. И на самом деле, он снова откровенно зевает им в лицо. Но они бесстыдно продолжают держаться за свои слова. – Так вы хотите, чтобы я вышел замуж за одного из ваших, - Дазай перебивает их прежде, чем они смогут продолжать плести ещё какую-нибудь чушь, чтобы забить ему уши, – И в обмен, я предоставлю вашей семье некоторый статус. Кучка грязных парней перед ним густко краснеет, но соглашается с его словами. Не то чтобы у них был какой-то выбор, ведь они на территории Дазая, на территории Портовой Мафии. Возможно, он был Боссом всего несколько месяцев, но каждый мог наблюдать за его встремительным взлетом, сначала в качестве демонического вундеркинда, а затем как самого юного руководителя Портовой Мафии в истории. И впоследствии, как приёмник Мори, после его безвременной смерти. Все знают как подчиниться ему, особенно когда это важнее всего. Дазай снова зевает и жестом просит Акутагаву передать ему его расписание. Он легкомысленно просматривает его, ведь и так знает его как свои пять пальцев. В конце концов, важно знать вещи, которых он хотел бы избежать. Это не значит, что он должен ходить на каждую из этих скучных встреч, когда он может получить то что хочет, шантажируя кого-либо пять минут. Тем не менее, он делает вид, что пишет что-то карандашом. – Я не могу жениться в пятницу, - Дазай не знает будет ли ему представлена женщина (вероятно, в надежде, что он оплодотворит её, и это повысит статус с возможным наследником. Не то чтобы он был заинтересован в воспитании ребёнка) или мужчина (вероятно, в надежде обращаясь, к своим двум ныне покойным друзьям). Но на самом деле ему все равно, – У меня есть три часа, которые я потрачу впустую. Акутагава кашляет, но поскольку он не решился сказать что-либо, Дазай его не наказывает. Пятница - это тот день, когда кто-нибудь из Русской Мафии просит о встрече с ним, в надежде на сотрудничество. Идея Пушкина о массовом произведении химических средств, которые могут дестабилизировать почву смертоносны, особенно на архипелаге, расположенном в Тихоокеанском Огненном кольце, как Япония, но Дазая такое жёсткое обеспечение контроля не интересует. К тому же, если ему действительно нужно будет преследовать маршрут взрывов, для того чтобы найти стоящего подрывника, он положил глаз на террориста, который ответственен за нападение на Марузен. Изготовление лимонов по крайней мере в разы интереснее, чем химическая смесь Пушкина. Обмен одной скучной встречи на другую кажется приемлемым компромиссом. Кучка грязи перед ним, конечно, ничего не знает о его расписании, и кажется достаточно благодарной за шанс искупить свою вину перед семьей. Один из них кланяется так низко, что чуть ли не целует землю, и его товарищи по грязи делают точно так же. Дазай снова зевает. Это действительно так скучно.

***

К тому времени, как наступает пятница, скука Дазая не проходит. Он заходит в трехзвездочный отель, который находится в тяжёлых отношениях с Портовой Мафией. Менеджер отеля чуть ли не падает духом, пытаясь предложить это заведение бесплатно для проведения свадьбы. Дазай не утруждает себя приглашением кого-либо. Единственные два человека, которых он бы хотел видеть в качестве свидетелей на его свадьбе, оба давно ушли. Один слишком рано упал в объятия смерти, а другой от трех пуль из пистолета Дазая, как только осознал свой статус крысы. ... Не то чтобы это был настоящий брак. Дазай дал новобранцу задание заложить отель с помощью лимонных бомб, и Мотоджиро слишком счастлив, у него есть пространство для экспериментов. Гин - лидер наемных убийц, расположенных в каждом углу этого места, в то время как её старший брат находится на почтительном расстоянии от Босса, в качестве личного телохранителя. Ни у кого не должно хватить смелости, для того, чтобы обнажить клыки перед Портовой Мафией, но даже если они это сделают, Хироцу и Коё находятся в штабе для решения чрезвычайных ситуаций. Три часа. Вероятнее, все это закончится через три минуты, и жизнь будет все так же тащиться за Дазаем. Медленной и без происшествий. Незаинтересованной и пустой. Возможно, он найдёт время, чтобы опробовать новые способы самоубийства. Он обязательно выпьет вино, которое делят между собой молодожёны, чтобы быть отравленным. У него во рту таблетка антидота, но он может чисто случайно забыть её раскусить... Он снова зевает. Дазай разваливается на сидении, не утруждая себя изменить позу на более официальную и деловую. Так же он не утрудил себя переодеванием в более парадную одежду. Он все так же одет в свой обычный костюм, край его брюк заляпан кровью, которая осталась после его обеденного перерыва перед помолвкой. Некая банда начала вести себя как важная особь, после того, как получила оружия с запада, Дазай должен надевать на таких собак намордники, пока они не стали слишком бешеными. Он лично договаривался с Боссом филиалов Йокогамы о сашими. Акутагаву обладают такими превосходными навыками боя на ножах, особенно в тандеме. Дазай продолжает сидеть, скучая до упомрачения, пока его взгляд не падает на предполагаемого партнёра. Кровь Дазая нагревается, и он дрожит, когда они встречаются взглядами. Оу... – Дорогой муж, - говорит Босс Портовой Мафии с мечтательным видом, невосприимчивый к тому, как все в зарезервированном зале застывают в испуге, услышав, что Дазай использует что-то другое, кроме вкрадчивого монотона, – Ты так сурово смотришь на меня... Может проще сказать о том, как сильно ты меня сейчас ненавидишь? Другой мужчина агрессивно подходит к Дазаю, и кажется что вокруг него трясётся весь отель. Другой мужчина - худощавый и миниатюрный, короткий, как пуговица, завораживающий, как смертоносный гриб. Его малый рост не предоставляет для него трудности, поскольку он избегает всех членов Овец, пытающихся удержать его от возможного удушения Дазаем. Дазай с интересом накланяется вперёд, желая узнать, чем же все закончится. – Достаточно сказать того, что я хочу вытащить твои кишки прямо здесь и прямо сейчас! – Чуя! – Чуя-сан! – Чуя-кун! Несколько тревожных возгласов раздаются одновременно, когда они пытаются оттащить этого "Чую" в конец зала, чтобы продолжить готовить его к выходу к жениху. Дазай хихикает от восторга, даже хлопает в ладоши, чтобы показать свою поддержку. Такой скернословный рот! Такая интересная угроза! Такое сердитое выражение лица! Этот Чуя знает, что он - единственная надежда семьи на выживание, этот Чуя знает его личность, и все же он продолжает эту довольно глупую вспышку гнева! Это должно обеспечить некоторое праздничное развлечение для Дазая, может быть дней на пять? Или четыре? Он все равно планировал уничтожить эту семью, но, возможно, он сможет немного скорректировать свои планы и отсрочить их смерть. Он хочет увидеть как эта петарда будет полостью утоплена и заглушена, после того как она сможет показать все свои взрывные слова и действия. Чуя - также не носит традиционную свадебную одежду, предпочитая вместо неё острый , наполовину повседневный , наполовину смертоносный костюм - почти летит к нему. Дазай щёлкает пальцами, чтобы заставить своих людей отступить. Ему интересно, что из этого выйдет. Чуя быстр, и есть эффект неожиданного, но Дазай знает, что он целится ему в шею, поэтому он не уклоняется, а просто безмятежно ждёт следующего хода. Чуя стирает расстояние между ними за полсекунды, и неожиданно оказывается на коленях у Дазая, одна рука Чуи опускается чтобы вонзить кинжал в шею. Лезвие останавливается как раз в тот момент, когда перерезает первый слой кожи. Кровь стекает на бинты, обмотанные вокруг шеи. Вдох, выдох. – Ты не увиливаешь? - Похоже Чуя не очень обеспокоен возможностью того, что он полностью истечет кровью; кажется, его больше беспокоит тот факт, что Дазай не сопротивляется. Дазай вдыхает его. Древесный и землистый, поверх металлического оттенка, исходящего от его клинка. А затем, Дазай протягивает руки так, чтобы обхватить Чую с обеих сторон за талию. Несмотря на то, что весь вес Чуи находится на его коленях, он почти воздушный и скользкий, как будто может в любой момент вырваться из его рук. Босс Портовой Мафии сильнее впивается в талию другого мужчины. Однако все остальные реагируют на эту странную интимную позу... они не имеют значения. Любопытство Дазая задето, и он с огромным интересом всматривается в голубые глаза, пылающие ненавистью, только в эти глаза. С улыбкой на лице, Дазай начинает: – Ты же говорил, что вытащишь мои кишки, почему же ты начинаешь с моей шеи? Чуя моргает, застигнутый врасплох неожиданным вопросом. – Или тебе нужен урок анатомии? - Дазай продолжает, позволяя своим рукам блуждать так, что одна из них обвивается вокруг талии другого притягивая его ближе. Другая рука в качестве клешни лежит на пупке Чуи, – Тебе нужно начать отсюда, если ты хочешь выпотрошить меня голыми руками, понимаешь? Чуя выглядит заинтригованным, как будто хочет проверить это здесь и сейчас. Дазай чувствует себя заинтересованным в том, чтобы это произошло. Прежде чем кто-либо из них начнёт рвать одежду друг друга и резать друг друга на куски, кто-то из Овец говорит: – Чуя, ты наш лидер, ты не можешь просто так этого сделать! Дазай приподнимает бровь. Возможно, ему следовало больше уделить внимания этой семье, учитывая, что Чуя лидер, но им торгуют как скотом. Хотя это объясняет, почему эмблемой их семьи являются овцы. – Какой в этом смысл? - Спрашивает Чуя, слегка наклоняясь, чтобы он мог посмотреть на седовласую тварь, которая заключила сделку, и в словах Чуи чувствовалась ярость, – Вы, ребята, хотите, чтобы я подлизался к нему? Хотите что? Украсть какие-нибудь документы? Узнать какие-нибудь секреты? Этот парень все равно хочет нас уничтожить! Дазай ухмыляется, остро, как бритва: – Я был бы не против если бы ты отсосал мне, - говорит он, возвращая внимание Чуи обратно к себе, используя левую руку, чтобы схватить того за подбородок. Чуя презрительно фыркает и наносит предупреждающий удар на ключицу: – Что, удивлён, что я знаю о твоих дерьмовый планах? – Да, весьма приятно, - соглашается Дазай. У них, вероятно, крыса, и Дазай делает мысленную пометку трахнуть своего нового мужа перед этой крысой, прежде чем убить её за измену. Чуя глядя на него моргает и кричит: – Это не крыса. Настала очередь Дазая моргать: – Ммг? Возможно у этого человека есть способность читать мысли или что-то на подобии? Способностей очень мало, и как правило эсперы находятся далеко друг о друга, так же не все люди могут выдержать свою способность. Например, у Акутагав раньше были способности, но со временем они стали дремлющими и бездействующими. ... Не то чтобы это имело значение какие теоретические способности. В конце концов Дазай сводит на нет способности своим прикосновением. Даже если Чуя использует способность чтении мыслей, он не должен быть в состоянии её использовать это с тем, как Дазай ласкает его в данный момент. – Я бы мог сказать, как в отеле воняет слишком большим количеством лимонной кислоты смешанной с нитроглицерином, - начинает Чуя, огненная ярость от более мягкого плавления перешла к чему-то слишком острому, – Или тот факт, что в этом районе слишком много наёмных убийц, их жажду крови слишком сложно игнорировать. У Дазая перехватывает дыхание. – Я бы мог сказать о том, что цвет вина для молодоженов немного странный, поэтому я могу сделать вывод, что оно отравлено. Дазай ничего не может с собой поделать, он приподнимается, сильнее прижимая Чую у себя на коленях. Его никогда не читали так хорошо. Мори, Одасаку и Анго - все они могли начать читать его хотя бы косвенно только после трех встреч. И все же, этот незнакомец, этот его новый муж— – Но все сводится лишь к следующему: ты выглядишь как кусок дерьма, который мог сделать что-нибудь подобное, - Чуя продолжал оскорблять его в лицо, и его клинок не дрогнул, когда подобрался к шее Дазая, и это самое живое, что он когда-либо чувствовал, – Ты был бы из тех, кто согласился бы выйти за меня замуж, а потом сказать "Ну, я же не обещал, что не буду убивать вас всех, не так ли, хм?" Дазай охватывает лицо Чуи двумя руками и тянет его за щеки для поцелуя. Чуя целует его в ответ, но было бы вернее сказать, что он кусает его в ответ, практически прокусывая его зубы и губы, от того с какой силой он совершает это действие. Когда они отлипают друг от друга через несколько минут, у Чуи на подбородка слюна, а его губы распухли от укусов Дазая. Его волосы растрепаны, и пылают, как лесной пожар. – Выходи за меня замуж, - сказал Дазай, и это означало по крайней мере, больше пяти лет. Он не любит его той любовью, которая направлена, на то, чтобы держать человека в безопасности и тепле. Нет, то, что чувствует Дазай, это непреодолимое желание изучить каждую прядь рыжих волос, каждую веснушку, пока не сможет сказать, что он знает, кто такой этот Чуя, изнутри-снаружи. Если брак с ним гарантирует, что Чуя будет рядом с ним, чтобы Дазай мог его изучить, значит, это то, что он хочет сделать. Чуя облизывает губы, как будто в раздумье. Он постукивает кинжалом по своей шее. — Ты должен позаботиться о том, чтобы о моей семье позаботились. – Сделаю. – ... – Я не вру на таких переговорах, - сладко говорит Дазай. Так сладко как только может, ощущая кровь Чуи у себя во рту, – Ты должен научиться этому, Чуя. Чуя корчит гримасу, как бы говоря, что ты врал мне задолго до этого. Но он пристально смотрит на него, словно прощупывая, а затем пожимает плечами, в знак согласия. Он тянется назад, извиваясь всем телом и хватает бутылку вина вместе с одним бокалом. Тот, который отравлен. Дазай поднимает бровь. Чуя соответствует этому жесту, когда он откупоривает вино и разливает с отработанной грацией. Он нюхает вино и закатывает глаза, как бы говоря, что он прав в своем предположении, отравлено. Они оба знают, что оно отравлено. С вызывом во взгляде Чуя пьёт вино, заставляя сердце Дазая биться быстрее. Дазай не может ждать даже секунды, перед тем как он вскакивает и целует своего мужа, чтобы передать ему противоядие. Чуя издаёт одобрительный стон, перед тем как поцеловать Дазая ещё раз. Что касается браков, это должен быть определённо самый интересный брак, который когда-либо проходил в Йокогаме