Гарем Вэй Усяня

|Воспоминания. 5 лет назад.       Вэй Ин прогуливался по саду около стены внутренней крепости, немного заросшей плющом и другой травой. С его вступления на престол прошло 3 месяца, он много работал и учился, чтобы стать достойным своего титула. Раньше он почти не интересовался политикой и делами дворца, будучи уверенным в том, что Правителем ему никогда не быть, но судьба сыграла злую шутку. К тому же, его мучали постоянные головные боли, мешающие нормально жить. Но он, кажется, нашёл человека, способного сделать лекарство от этой своеобразной болезни. Целительница обещала приготовить лекарство абсолютно бесплатно, однако, неизвестно, что она может попросить взамен в будущем. Но пока проблемы нет — не стоит и беспокоиться.       Находясь глубоко в своих мыслях, Вэй Усянь не сразу услышал крики. Они доносились откуда-то из-за деревьев и кустов, но Вэй Ин смог расслышать непонятную брань: — И как мы не уследили?! Фэн Лао прикажет нас выпороть, — с горечью в голосе говорил один человек, кажется это был какой-то евнух. — Это всё из-за тебя! "Не будем следить за ними, не сбегут ведь" так ты говорил? А этот придурок взял и сбежал! Где теперь его искать?! — Возмущался другой евнух. Горячо споря, они быстро двигались по саду, отдаляясь от Правителя.       Вэй Усянь пошел было за ними, как заметил недалеко от себя юношу в сером ханьфу, упорно ползущего вверх по стене. Он был в метрах 3-х от земли. — Зачем ты лезешь туда? Высота этой стены — 2 чжана Если сорвёшься, то сильно пострадаешь, — обратился к нему Вэй Ин. Кажется, этот юноша был как раз тем, кого искали евнухи. — Это единственный способ сбежать отсюда, — раздражённо ответил юноша. — А если не сбегу, то спалю этот чёртов дворец! Чтоб и пепла от него не осталось! — Почему ты так говоришь? — Вэй Ина хоть и несильно, но задело такое резкое заявление. Всё-таки этот дворец был его домом. — Почему? Ты что, больной? Кто захочет променять свободу на пожизненное заключение? — Юноша продолжал потихоньку взбираться наверх. Его нога наступила небольшую ветку, и соскользнула вниз. — Чёрт! — Ты сейчас упадешь! — Крикнул Вэй Ин, но юноша уже летел вниз. Он уже приготовился к сильному падению, однако оказался на руках у Вэй Ина. Теперь Правитель мог рассмотреть лицо юноши. Он был красив, с острыми скулами, пухлыми губами и прекрасными глазами. Вэй Усянь подумал, что это самые красивые глаза, которые он когда-либо видел. — Может, ты отпустишь меня уже? — Возмущённо произнёс незнакомец, который до этого без всякого зазрения совести рассматривал губы Вэй Ина. — Да, конечно, — засмущался Правитель, поняв, что слишко долго рассматривал юношу. — Кто ты такой и как попал сюда? — Меня зовут Цзян Чэн, — представился юноша, отряхивая ханьфу. — Меня привезли сюда в "подарок" новому Правителю, — эти слова он произнёс раздражённо. — И что в этом плохого? — Как что? Говорят, этот Правитель уродливый извращенец.       Вэй Усянь чуть не задохнулся от возмущения. — Кто говорит такую ерунду? Новый Правитель один из самых красивых юношей в Поднебесной. И вовсе не извращенец. — А ты-то откуда знаешь? — Бросил Цзян Чэн, рассматривая стену, чтобы вновь попытаться её перелезть. — Лично с ним знаком что-ли? И, между прочим, ты не назвал свое имя. — А-Сянь. — А-Сянь? А полное имя? — Не скажу. — Ну и не надо. Кто ты вообще такой? Слуга в Главном павильоне? — Может быть. Ты снова хочешь полезть на стену? Ты вкурсе, что за ней еще огромная территория, тщательно охраняемая, а потом стена в 3 чжана Ты не сможешь отсюда сбежать. Тебя поймают и накажут. — Спасибо за поддержку, — язвительно огрызнулся Цзян Чэн, но на стену лезть перестал. — Что же мне тогда делать? — Обратись к Правителю. Может быть он смилуется и отправит тебя обратно в Юнмэн, — посоветовал Правитель. — Во-первых, как ты узнал, что я из Юнмэна? Здесь что, настолько образованные слуги? Во-вторых, как я обращусь к Правителю? Старик Лао прикажет выпороть меня, как только обо всём узнает. — Отвечаю на первый вопрос: твоя фамилия — Цзян, значит ты сын главы ордена Юнмэн Цзян, об этом любой дурак догадается. А второй вопрос... Если хочешь, я могу рассказать Правителю о тебе, я с ним лично знаком. И с Фэн Лао поговорю, чтобы он не наказывал тебя, — воодушевлённо сказал Вэй Ин. — Зачем ты мне помогаешь? Что ты хочешь от меня взамен? — Просто помогаю тебе выбраться из твоего положения. А взамен мне не нужно ничего. Ну как? По рукам? — Улыбнулся ему Вэй Усянь. Цзян Чэн недоверчиво посмотрел. — Ну... мне все равно нечего терять. Я согласен. — Молодец. А теперь иди туда, где ты сейчас живёшь. Я обо всём позабочусь.       Цзян Чэн не был тем человеком, который безоговорочно всем и всему доверяет, но прекрасная улыбка и дружелюбный тон А-Сяня заставили ему поверить. Он вернулся в павильон Пиона, не сразу найдя туда дорогу. На пороге его встретил Фэн Лао, старик был явно чем-то недоволен. — Где тебя носит вообще?! — Начал он возмущаться. — Быстро пошли. Приведи себя в порядок.       Цзян Чэн хотел было что-то сказать, но старик не дал ему это сделать. Через пару часов вымытого, причёсанного и одетого в ханьфу фиолетового цвета Цзян Чэна вели в Главный павильон. Старик Лао рассказал ему около сотни правил, как вести себя при встрече с Правителем. Цзян Чэн был сильно раздосадован. Когда он договаривался с А-Сянем о помощи Правителя, то и представить не мог, что ему придётся просить помощи через его постель. — И самое главное: как зайдёшь опустись на колени и смотри в пол. Всё понял? — Да, — наотмашь ответил Цзян Чэн и вошел в покои Правителя. Убранство в них действительно было роскошным. Юноша опустился на колени и закрыл глаза. Он ужасно боялся и скрывал это раздражительностью. Вскоре он услышал приближающиеся шаги. Ему становилось всё страшнее и страшнее. — "Если что, я просто убегу. И неважно, как меня потом накажут".       Человек остановился перед Цзян Чэном. Он аккуратно взял его рукой за подбородок и приподнял. Цзян Чэн сильнее зажмурил глаза. — Посмотри на меня, — приказал Правитель. Цзян Чэну показался его голос знакомым. Он открыл глаза и... — А-Сянь?! — Цзян Чэн внезапно вскочил на ноги и скинул руку Правителя со своего лица. — Это что за глупый розыгрыш? — Закричал он. — Ты что, дурак? — Спокойно говорил Вэй Ин. — Неужели ты до сих пор не понял, кто я такой? — То есть... Ты... Вы... Правитель? — Цзян Чэн говорил медленно, стараясь осмыслить свои же слова. Внезапно он вспомнил все, что говорил Правителю в саду и немного смутился. — Я... Вы простите меня. За мои слова. — Мне было обидно, но я не сержусь. — Вы же не отпустите меня... да? — Таких как ты здесь много. Если я отпущу тебя они тоже этого захотят.       Цзян Чэн заметно поник. Последняя надежда вернуться домой, к матери, отцу и сестре просто растворилась. — Хочешь вина? — Правитель даже не знал, как его успокоить. Ему понравился Цзян Чэн, и он не хотел его отпускать. — Давайте. — Обращайся ко мне на ты. И по имени. — Как твоё имя? — Садясь за стол, Поинтересовался Цзян Чэн. — Вэй Усянь. — Буду звать тебя Сянь-Сянь, — сказал он и взял чашку вина, выпив всё залпом. — Я никогда не был за пределами дворца. Особенно в других кланах, — сказал Вэй Ин, выпив свою чашу вина. — расскажешь мне, как там, в Юнмэне? — Там очень хорошо, — начал Цзян Чэн. Алкоголь развязал ему язык, и он с удовольствием рассказывал о своей жизни в пристани Лотоса, о своей семье и кратковременной учёбе в Гусу. Вэй Ин с удовольствием слушал. Ему действительно было интересно узнать о жизни за пределами дворца. Счастливой жизни, которой он никогда не знал. Ему было всего 17 лет, но он уже стал Правителем Пяти Орденов. В таком раннем возрасте на него взвалили такой тяжёлый груз. Он боялся ошибиться, боялся сделать что-то не так. Всё время он терзал себя этими мыслями.       Но прекрасный голос Цзян Чэна заставлял его забыть обо всех проблемах. Вэй Ин не верил в любовь с первого взгляда. До этого дня. Слушая красивый голос Цзян Чэна он влюблялся в него всё больше и больше. Но внезапно Цзян Чэн замолчал. — Что такое, А-Чэн?       Вместо объяснений Цзян Чэн встал со своего места, пристально смотря на Вэй Ина. Тот тоже поднялся подойдя к Цзян Чэну. — Что-то не так? Может... — но Вэй Ину не дали договорить. Цзян Чэн впился в его губы своими. Настойчиво, требовательно, проникая языком в его рот, обводя им ряд зубов и сплетая с чужим языком. Когда он отстранился Вэй Ину понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, как дышать. — Ты такой красивый Сянь-Сянь, — низким и приглушённым голосом сказал Цзян Чэн. — Такой прекрасный и милый. Я хочу тебя. — А-Чэн, ты, кажется, пьян. Ложись спать, — мягко сказал Вэй Ин, пытаясь убрать настойчевые руки А-Чэна со своей шеи. — Сянь-Сянь, у тебя был опыт с мужчиной? — Продолжал своё Цзян Чэн. Сначала Вэй Ин не понял, о чём он. — Я расскажу тебе, но сначала ты должен выспаться. — Сянь-Сянь, не будь такой злюкой. Я знаю, что ты тоже хочешь меня, — захныкал Цзян Чэн, а Правитель никак не мог понять, почему тот начал себя так странно вести. — "Возможно это действие алкоголя или он просто пытается втереться мне в доверие таким странным путём" — думал Вэй Ин.       Но оба эти варианты были неверны. Вэй Ин понравился Цзян Чэну ещё когда поймал его на руки. Тогда А-Чэн долго рассматривал его красивое лицо, а в особенности губы. Алкоголь просто помог ему перебороть стеснительность.       Однако, Вэй Ин снял с А-Чэна ханьфу и уложил его спать. Правитель внезапно вспомнил, что час назад должен был принять своё лекарство, но, на удивление, боли в голове нет. Обычно она обостряется перед сном, однако сейчас её не было вовсе. Вэй Ин решил, что разберётся с этим потом и лёг спать рядом с А-Чэном.       Утром Правитель проснулся он лёгких и нежных прикосновений к его шее. Цзян Чэн гладил её кончиками пальцев, вызывая этим у Вэй Ина мурашки. — А-Чэн, ну хватит, — улыбаясь от щекотки, попросил Вэй Ин. — Ты обещал рассказать мне после того, как я высплюсь, был ли у тебя опыт с мужчиной. — Ц, какой неугомонный. За завтраком расскажу.       Им подали завтрак, и Вэй Ин начал свой рассказ. Он сообщил, что 2 года назад был влюблён в молодого слугу по имени Чон Пао. Тот слуга ответил ему взаимностью, они даже спали вместе несколько раз. Однако, один раз они сильно поссорились. Потом слуга стал работать в Главном павильоне и почти не виделся с Вэй Ином. Год назад они помирились, но Чон Пао вскоре умер от кровоизлияния в мозг. — Оу, мне жаль, — посочувствовал Цзян Чэн. — Всё нормально. Я давно понял, что это не было любовью. А так... мимолётным увлечением, — закончил рассказ Вэй Усянь. — Расскажи что-нибудь ещё о своей жизни, Сянь-Сянь.        ***       Вэй Ин стал много времени проводить с Цзян Чэном. Разрешил ему посещать библиотеку и тренировочную площадку, отдал в его распоряжение павильон Астры, который Цзян Чэн переименовал в павильон Лотоса. Свои лекарства он мог не принимать, ведь боль полностью ушла.       Одним тёплым осенним вечером Правитель сидел в своих покоях, разбираясь в куче нужных бумаг. Он изрядно устал, но заканчивать работу не планировал. Цзян Чэн сидел у него на коленях, то и дело целовал его в шею, оставляя яркие отметины. — А-Чэн... Ну хватит, мне надо работать, — ласково произнёс Вэй Усянь. — Сянь-Сянь, ты всё время занят работой... Про меня совсем забыл. — А-Чэн, ну разве тебя можно забыть? — Вэй Ин посмотрел на него и тут же поцеловал. —Ммм... — Цзян Чэн отстранился и уверенно сказал: — Сянь-Сянь, я хочу от тебя ребёночка.       Вэй Ин подумал, что он ослышался. — Ребёночка? — Переспросил он. — Да. Как только мы со всеми остальными адептами кланов приехали, дева Вэнь целый месяц поила нас какой-то гадостью. Это оказалось специальное зелье, позволяющее мужчине забеременнеть. До этого дня принимал специальные таблетки, чтобы эту способность блокировать.       Вэй Усянь ухмыльнулся, посмотрев на А-Чэна. — Значит ты хочешь ребёночка... Хорошо.       Он поднял Цзян Чэна на руки и отнёс на кровать. А-Чэн впился в губы Вэй Ина страстным поцелуем, проникая своим языком в его рот. Их языки сплетались в горячем танце, а глаза были закрыты. — А-Чэн... — выдохнул Вэй Ин и начал оставлять красные засосы на шее любимого. Цзян Чэн тихо простонал. — Не сдерживайся. Они быстро сняли друг с друга одежду. Цзян Чэн не переставал целовать шею Вэй Ина. Правитель навис над ним и, вылив себе на пальцы немного масла, которое всегда находилось в бутылочке около кровати, аккуратно вошёл в Цзян Чэна одним пальцем. Долго его растягивать не пришлось, ведь А-Чэн заранее подготовился. — "Знал, что так будет, да?" — Подумал Вэй Ин, придумывая, как проучить А-Чэна.       Раздвинув ноги любимого пошире, он медленно вошёл членом. — Аааа... Ах! — громко простонал Цзян Чэн. Он гладил руками грудь и спину Правителя, то и дело целуя его в губы. — Сянь-Сянь, быстрее!       Вэй Ин стал двигаться в нём быстрее, а через несколько минут, с громким криком кончил глубоко в Цзян Чэна. Тот сделал это вслед за ним. — Тебе было хорошо со мной? — Пытаясь восстановить дыхание, спросил Цзян Чэн. — Мне всегда с тобой хорошо, А-Чэн, — ответил Вэй Усянь и поцеловал любимого.        ***       Цзян Чэн прогуливался по саду. Ему было тяжело идти, ведь живот был уже большим, но Вэй Ин поддерживал его за талию. — Сянь-Сянь, неужели ты правда это сделаешь? — Возмущался Цзян Чэн. Он был сильно недоволен. — У меня нет выбора. Придётся. Но я прошу тебя, не накручивай себя, от этого хуже и тебе и ребёнку. — Если ты туда поедешь, то я тоже! — С ума сошёл?! Как же рёбенок?       Дело было в том, что клан Цинхэ Не задумал бунт против Правителя, они собрались идти с войском на дворец. Войско Правителя начало с ними бороться уже несколько недель назад, но солдаты хотели бы видеть и Правителя на войне. И для моральной поддержки, и для того, чтобы знать, что он не слаб.       С одной стороны Вэй Ин хотел поехать. Он хотел показать всю свою мощь в управлении армией мертвецов, хотел побывать в сражении и за пределами дворца. Но с другой стороны, как он мог оставить Цзян Чэна, который вот-вот родит? Если что-то случится, а его не будет рядом? Ведь Вэй Ин уедет на несколько недель точно. А роды — это очень болезненный процесс, всегда требуется поддержка партнёра.       И сейчас Вэй Ин конкретно не знал, как ему поступить. Вернувшись с прогулки, Цзян Чэн сразу лёг спать, а Правитель сидел за столом. Уже несколько дней он пытался решить, что для него важнее — государство или любимый. Отказаться от престола и сбежать было плохой идеей, ведь заклинатели его из-под земли достанут, а на их милость расчитывать совсем не стóит. — Что же? Что же мне делать?! — Вэй Ин обхватил руками голову и тихо заплакал. Со стороны кровати послышался болезненный стон. — Сянь-Сянь, помоги... — тихо, сквозь зубы сказал Цзян Чэн. — Что такое? — Вэй Ин тут же вытер слёзы и подошёл к кровати. — Мне очень больно... — он схватился за живот.        ***       Вэй Ин сидел рядом и гладил любимого по волосам, придумывая имя своей новорождённой дочке, которая мирно спала на руках у Цзян Чэна. 10 часов родов того изрядно вымотали, и теперь он был готов отрубиться в любую секунду. — Хм... Я думаю ей подойдёт имя Янлин, — решил Вэй Ин. — Как ты думаешь, А-Чэн?       Цзян Чэн замер, услышав эти слова. Янлин? Его старшую сестру звали почти также... — Вэй Янлин? Неплохо звучит, — тихо и хрипло произнёс Цзян Чэн. Несколько часов назад он чуть не сорвал голос от боли. — Какая ещё Вэй Янлин? — Возмутился Правитель. — Цзян Янлин. У неё будет твоя фамилия. Как и у всех наших будущих детей. — Моя? Но это не по правилам... — Я изменил уже несколько правил относительно политики клана. Кажется, пора заняться собственным дворцом, — с этими словами он поцеловал А-Чэна в макушку головы, а потом и дочку. — А если сын родится, а потом станет Правителем? — Просто поменяет фамилию. Ложись спать. Хоть сейчас и утро, ты всю ночь не спал, рожая А-Лин. — Сянь-Сянь... — Цзян Чэн увидел, как его любимый снова начинает мучить себя мыслями. — Езжай туда, а я останусь здесь с дочкой.       Он не хотел отпускать любимого. Но и не хотел, чтобы он потерял доверие солдат из-за него и ребёнка. — Как же я тебя оставлю? Одного, здесь... — Вэй Ин посмотрел на него. Цзян Чэн дотронулся рукой до его лица. — Я справлюсь. Правда, — с этими словами он устроился поудобнее на кровати и заснул.       Вэй Ин, держа на руках маленькую дочку, подошёл к окну. Он принял окончательное решение.        { Через год, середина апреля. }       Сразу же после рождения Цзян Янлин, Цзян Чэн получил титул Главного супруга. Тогда Вэй Ин уехал на 2 недели в военный поход, а Цзян Чэн остался управлять дворцом. У него очень хорошо получалось, и Вэй Усянь обрадовался этому когда вернулся после победы в походе.       Был час петуха, а солнце только начинало опускаться за горизонт. На небе была видна красивая полоса розово-оранжевого цвета. Дул лёгкий свежий ветерок, создавая небольшую прохладу и слегка задевая кроны деревьев. Все насекомые и растения, что жили в саду, готовились ко сну.       В беседке на шёлковых подушках рядом со столиком сидели Вэй Усянь, читающий книгу, и Цзян Чэн, кормивший его кусочками персика. Поблизости играла А-Лин. Девочке был всего год и два месяца, но у неё уже скоро должен был появиться брат. Хоть Цзян Чэн был на 5-ом месяце, он был уверен, что на этот раз у него родится мальчик. А-Чэн немного приподнялся и чмокнул Правителя в губы. Тот улыбнулся, посмотрев любимому в глаза. — Папа Сянь! — Маленькая Янлин подошла к ним, топая маленькими ножками по полу. — Ты очень любишь папу Чэна? — Очень-очень люблю, — улыбнулся Вэй Усянь своей дочке. — И мою маленькую А-Лин тоже.       С этими словами он посадил девочку к себе на колени и поцеловал в макушку. Она засмеялась, а Цзян Чэн, который наблюдал за ними, мягко улыбнулся. Может, сначала он и беспокоился, что Вэй Ин не будет любить девочку, ведь ему нужен наследник, но потом понял, что это не так. Правитель очень сильно любил свою дочку. — Будешь персик? — Ласково спросил Цзян Чэн у дочки. Она кивнула и взяла кусочек с тарелки.        { Тот же год. Начало октября. }       Девушка по имени Лин Мэй качала плачущего ребёнка на руках. Молодой господин Цзян Бао, которому было всего 2 недели истошно кричал, никак не хотя засыпать без папы, хотя был уже вечер. Правитель, как назло, уехал из дворца на день, а Главный супруг лежал на кровати в сильной лихорадке. — Ну почему же ты не засыпаешь? — Мэй уже не знала, что делать. Все слуги в павильоне были заняты странным состоянием Главного супруга, а детей свалили на помощницу няни. Уже был поздний вечер, и А-Лин, в отличие от своего брата, давным-давно спала в кроватке. Бедная девушка перепробовала уже всё, что только можно было, но маленький ребёнок продолжал кричать.        ***       Вэй Ин только начал ночную охоту, как ему сообщили, что Цзян Чэн сильно заболел. Правитель немедленно вернулся во дворец, но в покои Главного супруга его не впустили, аргументировав это тем, что болезнь может быть заразной. Внезапно Главный лекарь отвёл Правителя подальше от скопления людей и начал говорить: — Вы знаете... У Главного супруга такие же симптомы болезни, как и у вашего покойного отца. И той няни, — Цао Юншэн, так звали этого лекаря, был уже стар, но всю свою жизнь он провёл во дворце и был опытен во врачевании. Вэй Усянь доверял ему, как никому другому. Лекарь был низкого роста, с седыми волосами на голове и покрытым старческими морщинами лицом. Его руки слегка тряслись, когда он говорил Правителю такие ужасные новости. Вэй Ину потребовалось несколько минут, чтобы осознать слова Юншэна. — Не может быть... — всё, что смог он сказать. — Ты не ошибся? — Нет, господин. Я совсем уверен в этом. — Хорошо. Иди к Главному супругу, — с этими словами Вэй Ин сам пошёл в другую сторону. Он уже было хотел идти к себе, чтобы заняться работой, однако в коридоре его остановила служанка. — Господин! — Лин Мэй было, конечно, страшно обращаться к самому Правителю, но и она не была трусихой. — Прошу, помогите. Цзян Бао уже который час плачет, я не могу его успокоить. Он привык засыпать на руках Главного супруга... — Он в детской? — Спросил Вэй Ин и, получив утвердительный ответ, отправился туда.       Ребёнок, который несколько часов подряд истошно вопил, оказавшись на руках у второго отца, замолчал. Правитель с ребёнком на руках подошёл к окну. В комнате кроме их двоих и спящей А-Лин никого не было. — Что ты плачешь, А-Бао? Папе Чэну тоже сейчас плохо, — он говорил тихо, будто для себя. — Но я могу это исправить. Но тогда ему тоже будет больно, но боль будет душевная, и он не умрёт.       Бао смотрел на папу так, будто понимал, что тому очень плохо. — А-Бао... Сынок... Если я перестану видеться с тобой, ради твоего же блага, простишь ли ты меня? Хоть когда-нибудь? Я хотел стать хорошим отцом и мужем, чтобы показать своему отцу-Правителю, что я не буду таким, как он. Но мне придётся быть таким, как он... И это только моя вина. Я не хочу тебя бросать. Ни тебя, ни А-Лин, ни А-Чэна. Но я должен сделать это ради вас... — Вэй Ин сказал это всё на одном дыхании, из его глаз потекли горькие слёзы. — Папа Сянь? — Маленькая Янлин тихо подошла к нему. Видно, она проснулась от его шёпота. — Почему ты плачешь? — А-Лин, моё солнышко, — Правитель нежно обнял свою дочку и поцеловал в макушку. — Я очень тебя люблю. И А-Бао. — Я тоже тебя люблю, папа... — Ложись спать, хорошо? — Вэй Усянь из последних сил выдавил улыбку. — Сейчас я позову вашу няню. — Обычно ты спишь с нами, — девочка непонимающе заморгала. — У меня важные дела. Будь умницей, хорошо?       С этими словами Правитель уложил Бао в колыбель, А-Лин забралась в свою кроватку. Вэй Ин поцеловал их и ушёл.       Правитель сидел в своей комнате и пил вино. Ему было очень плохо. Он размышлял, как можно отвлечь себя от плохих мыслей, и заодно спасти любимого. — Стража! — Внезапно и громко сказал Правитель. — Передайте Фэн Лао, что я хочу видеть этой ночью самого красивого парня из гарема.       Когда старик Лао узнал о приказе, он был немного в замешательстве. Правитель раньше никогда не изменял Цзян Чэну... Но делать нечего, он исполнил приказ, отправив к господину прекрасного юношу по имени Цзинь Цзысюань.        ***       Словами нельзя передать те чувства, которые испытывал Цзян Чэн. Мало того, что он болел 2 недели, и за это время Правитель провёл несколько ночей с Цзысюанем, так тот еще и забеременнел. Главный супруг ощущал гнев, обиду, опустощение, замешательство, отвращение, ненависть... Он не думал, что Вэй Ин его предаст при первом же удобном случае. — Ненавижу! — Цзян Чэн с силой ударил по кровати, на которой сидел. Он был в своих покоях, недавно только очнувшись от лихорадки. — Господин, успокойтесь, вам нельзя нервничать, — сообщил лекарь Цао Юншэн. — Нет! Позовите Правителя! Сейчас же! Или я сам к нему пойду! — Он уехал из дворца вчера утром, — сказал один из слуг. — Один? Или с этой тварью Цзысюанем?! — Цзян Чэн, кажется, был на грани истерики. — Прошу вас, ложитесь обратно на кровать, — уже более требовательно сказал лекарь. — Значит с ним... Уйдите все! — Внезапно крикнул Главный супруг. — Уходите!!!       Сильно испугавшиеся слуги мигом вышли из комнаты. Лекарь вместе с ними, но Фэн Лао остался. Слёзы Цзян Чэна начали капать на подушку, нос перестал дышать, а в горле образовался ком. Он с ненавистью посмотрел на старика. — Убирайся, Лао! — А если вы что-то с собой сделаете? Вы о своих детях ещё помните? Они, между прочим, очень сильно по вам скучали.       Цзян Чэн встал с кровати, намереваясь подойти к старику, но его ноги подкосились. Его падение смягчил только Лао, вовремя придержавший господина. Цзян Чэн посмотрел на него красными глазами, и утенувшись в плечо старика, сильно зарыдал. Фэн Лао только гладил его по волосам и утешал словами.        ***       С того момента многое изменилось. Прежде всего отношения Вэй Ина и Цзян Чэна. Они то ругались и кричали, то мирились и проводили время вместе. Правитель также проводил время с Цзынь Цзысюанем и Лань Сиченем, это безумно злило Главного супруга.       В один из субботних вечеров, которые Главный супруг всегда проводил с Правителем, ему было как-то не по себе. Цзян Чэн лежал на кровати Вэй Ина, пока тот работал за столиком, но никак не мог уснуть. Что-то его тревожило, очень сильно. Он вспомнил, что год назад ему было также тревожно, когда слуга подал Правителю отравленное вино. Тогда Цзян Чэн сразу понял, в чём дело, а позже слуга сам сознался и рассказал, что это было приказом клана Вэнь. Однако сейчас Главный супруг сильно нуждался в чём-то... или ком-то, он никак не мог это понять. — "Надо что-то делать, — думал Цзян Чэн, лёжа на кровати. — Почему я веду себя, как маленький ребёнок? Ребёнок... Точно... А-Лин и А-Бао..."       Он поднялся с кровати, а дальше всё было как в тумане. Вбежав в павильон Лотоса, он направился в детскую, увидел там наёмника и ужаснулся. Правитель убил этого человека. Но Цзян Чэну всё равно было страшно за сына.        ***       На следующее утро Правитель вызвал к себе Цзынь Цзысюаня. Тот упрямо отрицал свою вину, однако несколько слуг сообщили, что накануне покушения неудавшийся убийца после разговора со 2-м супругом вёл себя странно. Но 2-й супруг настаивал на своей невиновности. В итоге замученный этими "дебатами" Правитель запретил Цзысюаню месяц выходить из павильона Камелии.        ***       Сюэ Ян нисколько не испугался, когда зашёл в покои Главного супруга, и тот сразу схватил его за шиворот. — Прошу без рук. Меня может так страстно касаться только Правитель, — с ехидной ухмылкой произнёс он. — Ах ты тварь! — Гневно воскликнул Цзян Чэн. — Это ты приказал тому слуге убить моего сына! — Но-но-но, полегче, Цзян Ваньинь. Если Правитель узнает об этом, то я расскажу ему ещё и то, что это вы мне приказали убить детей Цзысюаня, — он сказал это еле слышно. — Ты что, шантажируешь меня? — Нахмурился Цзян Чэн, но кричать перестал. — Да. У меня есть неоспоримое доказательство вашей вины — человек, который может подтвердить, что вы виделись со мной за несколько дней до смерти одного из детей. Если вы попытаетесь убить меня, то он всё расскажет. И найти его вы не сможете.       Сюэ Ян говорил всё это с широкой улыбкой. Цзян Чэн же всё больше и больше злился. С момента покушения на жизнь его сына прошло всего два дня, но он смог найти настоящего виновника. — Ты угрожал этому слуге, верно? — Предположил Цзян Чэн. — Было дело. Предлагаю вам сделку: вы не рассказываете про меня, я не рассказываю про вас. Идёт?       Главный супруг лишь отвернулся и отошёл в сторону. Сюэ Ян понял, что он согласен и ушёл из павильона Лотоса. Хоть Цзян Чэн потом пытался найти человека, знающего о его ужасном поступке, у него ничего не вышло.|