Гарем Вэй Усяня

            { Настоящее время. Конец июня }       Лань Чжань спокойно читал книгу в своей комнате. В этом дворце библиотека была ещё больше, чем в Облачных Глубинах, поэтому он часто там бывал. Почти что жил. Однако сейчас был вечер, и Ванцзи сидел за своим столом. Громкий стук в дверь отвлёк его от книги. — Господин, Правитель хочет видеть вас на озере в Главном павильоне, — доложил Дэшен. С того момента, как Ванцзи не дал убить Правителя прошло около двух недель, но слуга стал относиться к Лань Чжаню как к предателю. — Это отличная возможность...       Но Лань Чжань уже вышел из комнаты, чтобы его не слушать. Поведение слуги начинало сильно раздражать Ванцзи. В свою очередь, Дэшена настораживало поведение Ванцзи.       Не обращая ни на что внимания, Лань Чжань шёл по Главному павильону, в сторону озера. Как обычно, он был в своих размышлениях.       Из-за густых крон деревьев и кустов, которыми небольшое озеро было окружено со всех сторон, его не было видно в огромном павильоне. Солнце только-только начинало заходить. Лань Чжань осторожно спустился по узкой тропинке прямо к берегу озера, где стоял по пояс в воде Правитель. Странно, что никаких насекомых вокруг не было. Возле озера было тихо и умиротворённо, лишь где-то неподалёку пела одинокая птица. Лёгкий тёплый ветерок слегка колыхал зелёную траву. На душе Ванцзи сразу стало так же спокойно. — Правда, здесь очень безмятежно? Я прихожу сюда, когда меня что-то очень беспокоит, — Вдруг заговорил Вэй Ин. Его голос звучал тихо, но чётко и разборчиво. Лань Чжань, кивнув головой, снял свою одежду и подошёл к нему. — Я узнал об этом месте только 5 лет назад, когда стал Правителем. До этого я бывал в Главном павильоне всего несколько раз. Первый раз на каком-то важном празднике, мне тогда было всего 5 лет. Второй раз, когда подрался с одним из братьев. Мне было лет 12, и в Главный зал нас с ним привели, чтобы выдать наказание. А третий раз, в 16 лет на похоронах прошлого Правителя и нескольких его детей. Они умерли из-за болезни, которую подцепили, находясь на ночной охоте. Как я узнал позже, почти сразу после похорон скончались прошлые Главный супруг, 2-й супруг и 2-й Правитель. Я вроде должен был радоваться этому, ведь они причинили мне много боли, однако мне было их жаль.       Ванцзи сочувствующе на него посмотрел, не зная, как поддержать. Правитель продолжил свой рассказ. — После похорон меня заперли в подвале павильона Камелии. А выпустив, сказали, что я теперь новый Правитель, и что мои трое выживших после похорон Правителя братьев убили друг друга, не поделив трон. Сказать, что я был удивлён — ничего не сказать. — Как они убили друг друга? — Лань Чжань обхватил руками талию Вэй Ина. — Они устроили кровавую бойню, в результате которой выжил только один из моих братьев, но вскоре и его чем-то отравили. Скорее всего это был 3-й супруг, но он никогда не сознается. — 3-й супруг? Кто это? — Чжу Чан, из какого-то мелкого клана. Если что, сейчас он живёт в отдалённом от павильонов доме во дворце. Его двое сыновей погибли от болезни вместе с прошлым Правителем. А единственная дочь живёт вместе с ним.       Лань Чжань нежно положил руки на шею Правителя. Тот, недолго думая, страстно впился в губы Ванцзи, сплетая его язык со своим. Однако тот через пару секунд отстранился, взглянув в прекрасные карие глаза. — Пошли в мои покои, — шёпотом предложил Вэй Ин. — Мгм.                                      ***       Цзян Чэн гребнем расчёсывал свои волосы. Сегодня был вечер субботы, который обычно Главный супруг проводил с Правителем. Янлин со своей кровати наблюдала за папой, надевшем своё самое красивое ханьфу, и улыбалась. — Папа Чэн выглядит очень красиво! — Негромко сказала она. — А-Лин, почему ты не спишь? — Сердитый тон Цзян Чэна был фальшивым. Он подошёл к дочке и легонько поцеловал её в лоб, улыбнувшись. — Ложись спать. Твой брат давным-давно заснул. — Хорошо, — девочка легла в кровать. Янлин была умна не по годам и видела, когда её отцы ссорились. И могла предположить, из-за чего. Сейчас она была рада, что её папа наконец-то улыбается и выглядит счастливым.       Когда Главный супруг вышел из павильона Лотоса, на улице уже было темно. Небольшие фонари освещали дорожку, а где-то вдалеке слышались голоса стражей, охранняющих дворец. То ли от сильного завывающего ветра, то ли от слегка угнетающей обстановки, но Цзян Чэну стало не по себе. Хотелось бегом войти в покои Вэй Усяня и, крепко обняв, никогда больше не отпускать.       В Главном павильоне было неожиданно тихо. Обычно слуги ходили туда-сюда, тихо переговаривались стражи. Однако сейчас на улице не было никого, кроме нескольких солдат, неподвижно стоящих на посту. У Цзян Чэна появилось дурное предчувствие, он почти бегом прошёл по коридору до покоев Правителя. Двое стражей возле покоев Правителя как-то странно посмотрели на Цзян Чэна, и один из них сказал: — Господин, Правитель не может вас принять. С ним сейчас господин Лань Ванцзи. — Что? — Не поверил своим ушам Главный супруг. — Этого не может быть. Вы врёте! — Гоподин Главный супруг, это действительно так, — сообщил вовремя появившийся в коридоре Вэнь Нин. — Правитель и господин Лань сначала купались на озере, а потом пришли сюда.       Пару секунд Цзян Чэн колебался, будто хотел ворваться в покои Вэй Ина, но так и ничего не сказав, он вышел из Главного павильона. Можно даже сказать, выбежал. Весь в слезах. Слова Вэнь Нина прошли острым лезвием по его сердцу. — За что ты так со мной? — Совсем тихо произнёл Цзян Чэн. Он не хотел возвращаться в павильон Лотоса, но, как на зло, начался сильный дождь.       Почти бесшумно зайдя в свои покои, Цзян Чэн сел на кровать и тихо заплакал. Ему было очень больно. И никакая физическая боль не сравнится с этой душевной. Неужели первые два года Вэй Ин просто играл с чувствами А-Чэна? Разве он способен на это? Слёзы лились ручьём, и Цзян Чэн не скрывал их, ведь в покоях кроме него и двух спящих детей никого не было. — За что ты так со мной? — Снова произнёс эту фразу Главный супруг. — Папа? — Тихий голос Янлин оторвал его от собственных мыслей. Девочка быстро забралась на кровать папы и, посмотрев на него сказала: — Почему ты плачешь? — "Потому что твой второй отец полный идиот" — подумал А-Чэн. Приехав во дворец 5 лет назад, ему было сложно свыкнуться с мыслью, что своих родителей и сестру он больше никогда не увидит. Когда он познакомся с Вэй Усянем, ему стало гораздо легче. Правитель был всем для Цзян Чэна. Но сейчас, в таком огромном дворце, у Главного супруга не было никого, кроме детей. — Мы с А-Бао чем-то тебя расстроили? Ты сердишься на нас? — Нет, солнышко. Я никогда не сердился на вас с А-Бао, — сквозь слёзы говорил Цзян Чэн. Наклонившись к дочке, он поцеловал её в макушку и крепко прижал к себе в объятьях. — Моя прекрасная А-Лин... Я очень люблю тебя и А-Бао. — Папа... Что случилось? Папа Сянь тебя расстроил? — Прошептала Янлин. —Ничего. Всё хорошо. Ложись спать, уже очень поздно. — Можно на твоей кровати? — Можно, — поднявшись с кровати, Цзян Чэн снял с себя ханьфу и аккуратно переложил А-Бао на свою кровать. Янлин легла рядом с ними. — Спокойной ночи, папочка. — Спокойной ночи, А-Лин.       Цзян Чэн гладил дочку по голове, пока она не уснула. — А-Лин, моя любимая девочка, — разговаривал сам с собой Главный супруг. К тому моменту он перестал плакать. — Почему же Сянь-Сянь так с нами поступает?       Уснул он только под утро. Всю ночь размышляя над поступками Вэй Усяня, Цзян Чэн даже не заметил, как сам заснул.                                      ***       Следующий день был хоть и жаркий, но ветренный. Резкие и сильные порывы горячего воздуха поднимали с дорожек всю пыль. Дворец освещало безжалостно палящее солнце. Облака на небе никак не могли закрыть его собой. Роса на выжженной траве давно испарилась.       Слуги старались лишний раз не выходить на улицу, дабы не получить солнечный удар. Однако Правитель всё же решился идти в павильон Лотоса, был почти полдень. Ему утром доложили о вчерашнем визите Главного супруга, и Вэй Ин уже впринципе придумал, что сказать в своё оправдание. Но в покои Главного супруга его не пустили, так как тот крепко спал.       Правитель прогуливался по саду павильона Лотоса. Он сильно хотел поговорить с Цзян Чэном. По крайней мере о том, что с Лань Ванцзи у него ничего не было, они просто до двух ночи обсуждали политику. Хотя вряд-ли А-Чэн поверит ему. Но попытаться стоит.       Подойдя к беседке, Правитель увидел Янлин и А-Бао. Мягко улыбаясь, он подошёл к ним. — Папа Сянь! — Радостно закричал А-Бао. И, подбежав к Вэй Усяню, обнял его. — Я тоже рад тебя видеть, А-Бао, — он поднял четырёхлетнего сына на руки. — Как твои дела? — Очень хорошо. Фэн Лао подарил мне красивую деревянную лошадку. Хочешь покажу? — Конечно, — Произнеся это, Вэй Ин улыбнулся. Он был действительно рад отвлечься от своих постоянных дел. Всё-таки управление столькими людьми — дело нелёгкое. К тому же, он мог наконец провести день со своими детьми. Цзян Бао слез с рук отца, направившись к небольшому столику в беседке. — А-Лин, солнышко, иди ко мне. Мы с тобой так давно не виделись. — Нет! Я не хочу с тобой разговаривать! — Неожиданно заявила девочка. Улыбка тут же исчезла с лица Вэй Ина, он непонимающе смотрел на дочку. — А-Лин, что случилось? Почему ты... — но Янлин не дала ему договорить. — Ты плохой! Это из-за тебя папа Чэн плакал ночью! Ты не любишь нас! Я тебя тоже не люблю!       После она схватила ничего не понимающего брата за руку и увела в дом. Вэй Усянь еле держался, чтобы не заплакать по дороге в Главный павильон. Он чувствовал себя разбито и в целом ужасно. Он очень любил своих детей, он знал, что поступая так, они перестанут его любить, он убеждал себя, что для их блага он будет терпеть их ненависть к нему.                                      ***       Лань Ванцзи шёл по Главному павильону, пытаясь отыскать Вэй Ина. Предположив, что тот возле озера, он отправился туда. День был по-прежнему жаркий, однако небо заволокло серыми тучами. Ветер не стих, в воздухе чувствовалась влажность. Казалось вот-вот начнётся гроза. Но озеро всё равно оставалось спокойным, и ничто не нарушало его безмятежность.       Правитель сидел около самой воды, сильно сгорбившись. По его слегка подрагивающим плечам и тихим всхлипам, можно было понять, что он плачет. Ванцзи тихо присел рядом с Вэй Ином, обняв его руками. — Что случилось? Мне сообщили, что ты приходил в павильон Лотоса, — тихо произнёс Лань Чжань. — Ничего, — Вэй Ин резким рывком скинул его руки с себя и отвернулся. — Вэй Ин? — Удивился Ванцзи такой реакции. — Тебя что-то серьёзно мучает? Я могу тебе помочь. — Можешь помочь?! — Неожиданно громко заявил Правитель. — Как?! Никто не может мне помочь! — Почему ты так себя ведешь? — Как я себя веду?! Как последняя тварь?! — Правитель был на грани истерики. — Ты правда хочешь знать? — О чём ты? — Да, я изменял Цзян Чэну! Я заставил его ненавидеть себя из-за этого дебильного проклятья! — Какого проклятья?       { 22 года назад. Дворец прошлого Правителя}       Лю Сяолун сидел на подушках возле Правителя, держа на руках новорождённого сына — Вэй Усяня. В честь рождения двенадцатого сына Правитель устроил пышный праздник. За столиками тихо переговаривались супруги. — Лю Сяолун всего лишь фаворит, — возмущался Главный супруг. — Зачем всё это? — Вэй Усянь всё равно никогда не займёт трон Правителя, — поддакивал ему 2-й супруг. — Сяолун зря надеется. — К тому же, недавно умер единственный сын Главного Фаворита. Он наверняка очень разозлился, узнав о празднике. — Говорят, что его сына отравили, — тихо сообщил 3-й супруг. — Не говорите так. Здесь очень много людей, Правитель может узнать о ваших словах, — одёрнул их Второй Правитель и продолжил смотреть выступления танцоров. Однако к Правителю неожиданно выходит Главный фаворит. Он выглядит очень отчаянным. Музыка стихает, танцоры отходят в стороны. — Моего сына отравили, — холодно и громко, чтобы слышали все, заявляет он. — Но вы, Правитель, быстро забыли об этом и теперь празднуете рождение нового. — Что он творит? — Тихо спрашивает 3-й супруг. — Наверное, от горя рассудок помутнился, — усмехнулся Главный супруг. — Тихо! — Второй Правитель внимательно наблюдал за всеми действиями Главного фаворита. — Вы за всю свою жизнь совершили столько ужасных поступков, — продолжал Главный фаворит. — Я отомщу вам за это! Пусть будет проклят этот Вэй Усянь! Все, кого он будет любить мучительно умрут! А спасёт от проклятья его только двое прекрасных юнош, что сумеют перебороть свой характер и разделят в ночь с проклятым постель! Но если они узнают о проклятии не в одно время, то оба умрут! Вам не избежать смерти. И вашим сыновьям тоже.       Все люди, как зачарованные, слушали речь Главного фаворита. Тот неожиданно достал нож и резким движением перерезал себе горло, сказав напоследок "Да будет моё проклятье вашей смертью". Слуги и господа в шоке смотрели на упавшее на пол бездыханное тело. Никто не решался даже сдвинуться с места, пытаясь осмыслить, что сейчас произошло. Наконец Правитель приказал убрать тело, и все разошлись по павильонам. Всё ещё не отошедший от шока Лю Сяолун посмотрел на сына. Неужели проклятье действительно подействует? Даже если так, он всё равно не откажется от него. Всем и так было понятно, что если Вэй Усяня попытаются убить, то сами поплатятся за это.       Через несколько недель Правителю удалось выяснить, что незадолго до торжества, Главный Фаворит виделся с человеком, которого все называют Посланником Смерти. Никто не знает его настоящего имени, однако это прозвище вызывает панику у обычных людей. Судя по всему, Главный Фаворит и попросил составить его такое страшное проклятье.              { Настоящее время. На озере } — После этого Правитель серьёзно заболел, — продолжал рассказ Вэй Ин. — Мы с моим отцом жили в самом дальнем доме во дворце. Когда мне было 9, моего отца всё же настигло проклятье, он ужасно мучался перед смертью. Когда главный лекарь сказал, что у Цзян Чэна такие же симптомы болезни, как и у моего отца перед смертью... Мне надо было срочно что-то делать. Что-то, лишь бы он не умер. Я стал отдаляться от детей, думая, что смогу вынести их нелюбовь к себе. Но я так больше не могу.       Лань Чжань был в шоке от такого рассказа. Он ожидал, что у Правителя есть веская причина для таких поступков, но это... — Поэтому тебя все ненавидели? Боялись, что если будут хорошо к тебе относиться, то проклятье подействует на них? — Спросил Ванцзи. — Да. Сейчас во дворце кроме тебя и главного лекаря никто не знает о проклятии. А тогда... прошлый Правитель убил множество слуг, слышавших предсмертную речь Главного фаворита. Тех кого не убил, строго предупредил, тобы не распространяли информацию. Впринципе, его и так все ужасно боялись. — Почему ты не сказал Цзян Чэну? — Я не знаю, кто может снять проклятье. К тому же там есть важный момент, "Но если они узнают о проклятии не в одно время, то оба умрут". Судя по тому, что ты ещё жив, ты не можешь снять проклятье.       Вэй Усянь уже успокоился. Всё, чего не хватало ему в эти годы — это просто выговориться. Ему было некому рассказать о своих переживаниях и проблемах, поэтому он всё держал в себе. Но сейчас ему было гораздо лучше, будто камень с души упал. Слёзы безысходности перестали катиться по щекам, дыхание пришло в норму, плечи больше не дрожали. Лань Чжань нежно обнимал Правителя, склонив его голову на своё плечо. — Пойдём в покои? Скоро может начаться дождь, — сказал Ванцзи. Вэй Ин лишь слегка ему кивнул.       Когда они уходили с озера, оно оставалось всё таким же спокойным и безмятежным. Как будто не было только что этой почти истерики, ужасающего рассказа, слёз и боли.