Его друг.

Pov Юра Шатунов Последние пару месяцев моей жизни, то есть те, что я провожу в Оренбурге, пошли в тоске. У меня давно началась апатия. Квартиру я почти не покидаю. Кузнецов уже насильно гонит меня прогуляться или так, типо в магазин. Мне противно видеть людей. Точнее, я просто не могу спокойно смотреть на них. Всех их я рефлекторно начинаю сравнить с Олей. Думать, какие они все плохие, что моя Чижова превосходила бы их в сотни раз абсолютно во всём. Да. Что бы там ни было, я всё также люблю эту девушку. После того рокового дня мы так и не виделись, ни разу. По любому она сейчас в Москве отлично уживается с Барабашем… Мне пора бы прекращать вечно угнетать и унижать самого себя. Пора. Я вновь встал позже обеда. Жизнь моя скучна, как никогда прежде. Когда-то Кузя пытался будить меня раньше, но поняв, что это бесполезно, перестал. Да и к тому же я часто ворчал на него из-за этого. По пути на кухню меня заметил Кузя, смирно читающий свою новостную газету. Мигом он пошел за мной. Я быстро поставил чайник и сел за стол. — Юрок, Мишка наш в Оренбург переехал. Слыхал? — Кузнецов положил свою газету на стол. — Не-а… Он тоже ушёл чтоли? Из Мая нашего? — Ну, раз переехал, то конечно да. — он издал смешок, — А вообще, он уже месяца так два назад оттуда ушёл. Жил у знакомого, потом решил сюда, к нам. — Мы в Оренбурге скоро весь Ласковый май соберем, — я, наконец, улыбнулся. Явление это редкое. — И назовем группу «Грубый ноябрь», — мы с Кузей во весь голос рассмеялись. — Я сегодня на завод свой пойду по поводу квартиры разбираться, а то они заебали уже. Для кого месяц пашу там? Ах да, забавная история. Кузя около полутора месяцев назад устроился на завод. Да, там деньги нужны, ага… Но устроился то он вовсе не из-за них, а из-за обещанной квартиры даром. Говорит, надоело ему снимать, обеспечивать жизнь какому-то дядьке, не хочет так Кузя. Pov Оля Чижова Игорь продолжает бегать за мной, словно во мне находится его ребёнок. Я против, конечно, ничего не имею, но часто его называют моим супругом, это не очень круто… Порой даже пугает меня… Кстати, я всё также живу у своих друзей. Сашка с Игорем стали мне как братья, правда. Они всегда за меня горой, отличные ребята. Саша уже придумал имена. На случай, если родиться девочка — Лена, а если уж мальчик — Кирилл. Мне эти имена не нравились. Не скажу, что плохие, но я бы хотела назвать ребенка как-нибудь иначе. Игорь ругает меня, что я до сих пор хожу на свою дурацкую работу. Говорит, что и сам может всех нас вместе взятых обеспечить один. Но я его не слушаю. Я и так живу у них, а тут ещё и за их счет? Нет, так не бывает. Мне весьма неудобно… С родителями я стала общаться значительно меньше после того дня, когда они узнали о моей беременности. Папа до последнего настаивал на аборт, а мама уже давно смирилась. Ругают и ворчат они и по сей день, конечно, но не изменить уже ничего. О аборте и речи быть не может и теперь не только по моей воле, потому что я так сказала, а ещё и с медицинской точки зрения, ведь уже шестой месяц моей беременности пошел, как никак. Прошло уже так много… С родителями я общаюсь и даже не скажу, что прям плохо. Нормально контактируем, но с ними я жить не горю желанием, да и Игорь против, говорит, что я там себе выкидыш на нервной почве заработаю. Нервничать он мне не позволяет, заботливый очень. Барабаш всё также не знает о моей беременности… Он живет в мире, где я живу у родителей, не работаю, где всё у меня всегда отлично. Я вру ему… во благо? Честно признаться, я никогда не верила в существование лжи во благо, да и сейчас не верю… Но я не могу говорить Барабашу правду, потому что моя жизнь не так уж и хороша, а если он узнает об этом, то примчит первым же рейсом ко мне, в этом я не сомневаюсь. Из Ласкового тоже уйдёт, непосредственно. Такого мне тоже не нужно. Я хочу, чтобы он достиг успехов в своем деле. Голос у него потрясающий… интересно, он стал солистом в группе? По сути должен, ведь когда я уходила из Ласкового мая, там солистов совсем не хватало. Пахомов с Шатуновым ушли, да и Крестовский на отходную собирался, вроде как, не знаю, не помню. Шатунов? Не хочу. Не хочу говорить о нём, думать, вспоминать. Я люблю его, всё также без изменно. Как представлю, что у него там новая появилась… Ненавижу себя и по сей день за тот случай. Я так и не узнала сто процентную правду о происшествии того дня, но примерно, конечно, понимаю. Я давно построила свою логическую цепочку. Я не могу быть уверена в том, что она верна, но как мне кажется… Pov Юра Шатунов Глубокий вечер того же февральского дня. Мы с Кузей пьём (снова) в честь предстоящего новоселья, ведь обещанную квартиру ему ближайшие пару дней выдадут. То есть… на этой неделе ожидается новоселье! Отлично. Наконец, отвлекусь, выйду в люди, пообщаюсь. Внезапно раздался звонок телефона. Я настороженно посмотрел на Кузнецова: кто может звонить в десятом часу? Ладно, мало ли. Я встал со стула и пошел к трубке. — Алло? Кузь? — послышался голос из телефона. — Нет. Это не Кузнецов. Вы кто? — Я — Михаил Сухомлинов. А вы? Я точно уверен, что звоню по номеру Кузнецова Сергея! — резко раздалось по ту сторону трубки. Я издал смешок от такой твердости нашего Мишки. — Здравствуйте, Господин Сухомлинов, — я засмеялся. — Вы можете называть меня Мосье Шатунов, — тут мы засмеялись вместе. — Юрка, дурак! Ты чего там делаешь? — спросил он, — Стой! Не отвечай! Вот не поверишь! Я звонил Кузе, чтоб твой номер узнать. — Потрясающее совпадение. Шутка, это я, великий Мосье Шатунов всё предусмотрел, — я вновь рассмеялся. — Ну Юра-а-а!.. — Ну Миша-а-а…! — передразнил я его. — У меня тут новости как бы важные, — он прокашлялся. — Я ж в Оренбург на днях приехал. Живу пока в гостинице. Хотел, чтобы мы с тобой вдвоем квартиру первое время снимали. Ты не против? Я тут подыскал одну, уже давно звонил хозяину… Я задумался… Стоит, действительно стоит предложение Михи своего. Переезд от Кузи должен пойти мне на пользу. Я, может, хоть пить стану меньше. Ну и, конечно, самостоятельнее. Мне уже не пятнадцать, пора не пропускать этот факт мимо себя, не игнорировать его. К тому же сейчас Кузнецов переезжает как раз. Отличный шанс? Судьба принесла приятный сюрприз? Это путь к долгожданной счастливой жизни? Не знаю, но отказывать от предложения Сухомлинова я не намерен. Поговорив с другом ещё около десяти минут мы окончательно договорились. Он сейчас же позвонит хозяину, и уже завтра съезжаемся там. Осталась самая трудная часть — рассказать о своих планах Кузнецову. Pov Оля Чижова Мы с Игорем спокойно обедали, обсуждая планы, работу, ребенка моего. В квартиру вошел Прико, что этим утром ушёл хрен знает куда, не предупредив нас. Игошин уже собрался его ругать, но Саша, видимо, пришел с важными и радостными вестями. — Ну говори уже, — я улыбнулась, смотря на предвкушающее лицо друга. — Ребят, я вот… только что вот с Кузей нашим водился… Новоселье! — радостно крикнул он, как ребёнок. — Та-а-ак… Ты хочешь сказать, что мы приглашены, так ведь? — Игорь скрестил руки. — Да! Там будет ту-уса! — Саша начал кружиться на месте. Я невольно засмеялась с его поведения. Такое поведение Прико не редкость, но каждый раз происходит так резко и неожиданно и каждый раз поднимает мне настроение. — Оль, ты пойдешь? — Игошин нахмурившись взглянул на меня. — Что за вопросы, Игорь? Конечно! Конечно я пойду. — Ну, э… ты беременна, и я подумал… — виновато смотря в свою тарелку, говорил друг. — Подумал, что я там собираюсь напиться, а потом с кем-нибудь переспать? — я поиграла бровями. Мы с Сашей посмеялись с этого, а Игорь засмущался снова.

***

Время начало всего празднования — семь вечера. Начала я собираться только в пять, а стоило раньше, ведь я совсем не подумала о том, что мне нужно закрыть свой живот от посторонних. Я не хочу, чтобы кто-то знал о моей беременности. Наверняка ведь есть люди, которые могут посчитать странным присутствие беременной девушки на празднике с алкоголем. Такие есть, уверяю. Я копошилась в шкафу около двадцати минут. Моей отличной находкой стал мешковатый вязаный свитер. Я совсем не помню, откуда он взялся. Для меня это не важно совсем. Главное, утаить мою беременность, а этот свитер прекрасно подходит для моей затеи. Надев его я, как и обычно, нанесла не яркий, повседневный макияж. В комнату вошёл Игорь. Реакции моей на это не было, ведь комната, в которой я сидела — его комната. Я слышала, как он, стоя за моей спиной, снял с себя футболку и открыл шкаф, дабы найти подходящую одежду. — Я уже говорила, что сначала нужно достать вещь, которую наденешь, а потом уже снимать свою, — я улыбнулась и повернулась к нему. — Да-да-да… Лучше б помогла мне. — Игорь скрестил руки и задумчиво начал смотреть на вещи, лежащие в шкафу. Я поднялась со своего места и подошла к нему. Я быстро прошлась по некоторым вещам, хоть это и было ни к чему, ибо я и так знаю всю одежду и Игоря, и Саши наизусть. — Надень свою чёрную рубашку. — Хочешь, чтобы я вновь выглядел секси? — мы засмеялись. Я кивнула и, попутно дав ему легкий щелбан, вышла из комнаты. Уже спустя двадцать минут мы садились в такси, которое заказал нам Прико. В этот момент я и подумать не могла, что столь весёлый праздничный вечер окончится так, как… Pov Юра Шатунов Мы с Кузнецовым давно всё подготовили. Алкоголь, салаты, выпечка и так далее. Всё тако-ое аппетитное…! Но ничего из этого мне пока пробовать нельзя. Я и так уже кучу ложек цезаря умял. После чего мне, конечно, досталось от Кузи. Он действительно серьезно отнесся к своему новоселью. Наготовил тут разных вкусностей, позвал кучу людей… Кстати список гостей он мне так и не огласил, хотя я не раз спрашивал, кто придет. Но насколько я знаю, придут человек десять точно. Мы с Мишкой вообще за гостей не считаемся, ведь с самого утра уже тут пашем, а на счет остальных не знаю… Уже около семи часов народ начал набираться. Пока я абсолютно никого не знал, меня знакомил со всеми Кузя. Хотя, честно признаться, мне это всё совсем не интересно. У меня в планы не входили новые знакомства. Семь вечера. Всё, наконец, готово. Люди приходят и приходят. Я просто сидел за столом и думал о своём. Кузя там подался в официанты, а Мишка познакомился с каким-то пацаном и бросил меня тут на произвол судьбы. Неожиданно ко мне подсела девушка. Я не смог так резко выйти из своих мыслей, поэтому первые две секунды не слышал, что она мне базарит. Что-то меня в ней отталкивало… Вроде обычная мадам. Брюнетка в синем платье. Может дело в её красной помаде? Нет, я несу чушь. — Что, прости? — переспросил я, наконец выйдя из своих раздумий. — Я говорю, познакомиться не желаешь? — она ухмылялась. Её пошлая ухмылка тоже, возможно, отталкивала меня… — Не против пообщаться, — кратко ответил я. — Я Маша, тебя, красавчик, уж знаю. Юра Шатунов, — она оценивающе осмотрела меня с ног до головы и провела рукой по моим волосам. Дураку понятно, что ей надобно меня соблазнить, Боже… — У меня девушка есть, — рефлекторно сказал я и встал с дивана. Что я несу? Какая девушка? Я до сих пор не отвык от отношений с Олей, какой ужас. Нужно отвлечься, нужно… Pov Оля Чижова Даже в подъезде я слышала множество голосов, доносящихся из квартиры Кузнецова… Да уж, первый день после переезда, а соседи уже, наверняка, ненавидят его. Забавно, однако. Дверь, как не странно, на замок заперта не была. Каждый второй мог попасть на их тусовку? Отлично. Войдя в квартиру, Игорь крепко взял меня за руку. Не удивительно, я была уверена в том, что он не планирует отходить от меня на этой вечеринке. Сразу он повел меня к праздничному столу — самому интересному месту в квартире. Я огляделась и увидела… Юру? Нет, этого не может быть. Всякое может показаться… Юра не может быть здесь, он в Москве… Да нет же. Это точно мой Шатунов. Что он тут забыл? Зачем меня не предупредили? Мне страшно… — Игорь, ты видишь?.. — я показала взглядом на своего бывшего, любимого парня. — Что? Что там та… — внезапно он замолчал. — Шатунов… Так, Оля, не бойся. Всё, всё отлично! Хочешь, может, уйти? Хочешь, я спрячу тебя. Сделаю всё, что захочешь, только не нервничай. — Я так… так хотела забыть. Почему он снова тут, Игорь? Ну почему так, почему? Я ненавижу! — к моим глазам подступили слёзы. Игошин прижал меня к себе и стал гладить мою голову и тихо шептать мне слова поддержки. Pov Юра Шатунов Я поднял глаза и взгляд мой остановился на обнимающейся паре. Да уж, везёт же кому-то в жизни. Любовь… Девушка отстранилась от парня, и я раскрыл глаза от изумления. Эта пара — никто иной, как… Игошин и Чижова. Может мне кажется уже? Может, я настолько одержим Олей? Что, блять, происходит? У Чижовой новый парень? Новый-старый парень — Игорь? Я не врубаюсь может… Что она вообще тут делает? Чего она не в Москве со своим Барабашем? Может, приехала специально, чтобы придти на новоселье? Тоже мне праздник… Моя Оля подняла голову, наши взгляды пересеклись. Я чуть не подавился виноградом… Может уйти отсюда? Нет. Чего я как баба? Я сейчас боюсь своей бывшей? Из-за страха хочу свалить с праздника? Что со мной стало?! Я решил повести себя храбро, по мужски. Я, несмотря на свой огромный страх, подошел к тем двоим. Эта первая наша встреча после того расставания… Я тогда так и не объяснился Оле. Ну, думаю, это незачем. Она и так все прекрасно поняла. — Привет, — я пожал руку Игошину. В глазах Оли тоже читалась некая неуверенность. — Приве-е-ет! Ты как тут вообще? Давно в Оренбурге? — Игошин вопросительно смотрел на меня, а Оля… Оля ни слова не сказала. — С октября уже. В первой половине его приехал, вот, живу. Сначала у Кузнецова жил, на днях мы с Мишкой Сухомлиновым съехались. — Ой, Юр, потом ещё поболтаем, раз уж ты в Оренбурге теперь. Мишка, я так понимаю тут, я пойду с ним похожу. Ты за Олькой пока присмотри, пожалуйста. Я одну её не оставляю просто, — он умотал от нас. Неловко, очень неловко сейчас находится рядом с Чижовой. У меня есть немало вопросов к ней, но мне просто не удобно начинать беседу. — Оля…э… привет… — я опустил смущенный взгляд в пол. Не понимаю, что со мной происходит. Я как неженка, трус, это очень плохо. — Привет, Юра. — Пойдём в… спальню Кузи может? Там тише… Тут мы даже друг друга не услышим. — Да, пошли… Я осторожно взял её за руку и повел в предложенное место, единственное тихое место в квартире. Мы вошли, я закрыл за собой дверь. Сев на кровать, мы с Чижовой просто молчали. А ведь… если бы мы были года два назад, у нас бы рты не закрывались… Что же с нами стало, Оля? — А ты что в Оренбурге делаешь? — Я живу тут ещё с октября, — она смущенно хихикнула. То есть… с того дня, когда я застал их с Орловым? А… сам Орлов где? Почему она не с ним? На один вопрос мне ответили, но после ответа, пришло ещё больше вопросов, чем было до этого. — А ты зачем переехать решила? — Я… просто, ближе к родителям, да… — А… Игошин почему с тобой ходит? Вы с ним… встречаетесь? — я растерялся. После моего вопроса лицо Оли стало быть шокированным. — Мы с… Нет, вовсе нет! Игорь просто славно помогает мне сейчас. Приютил, вот… — её взгляд вновь опустился. Приютил? Они вместе живут? За что мне всё это?! А Орлов? Как же Орлов? На его счёт у меня больше всего вопросов, но спрашивать о нём я не решился. Только сейчас я заметил свитер Оли. Это ведь тот, который я когда-то подарил ей, точно! Об этом я тоже решил умолчать, не привлекать лишнего внимания на себя. Так, с Олей я действительно проходил целый вечер. Сначала мы минут сорок просидели в спальне. Уже тогда в нашей беседе пропала скованность и смущение. Безусловно, всё было не так, как раньше, но уже куда лучше. Затем мы пошли к столу. Посидели там около часа, покушали. Нам надоело, и мы направились на кухню, где просидели ещё примерно час. — А… Как там Орлов? Давно хотел спросить, — я плавно перевёл беседу, задал вопрос, что беспокоит меня полгода. Вместе ли Чижова с Орловым? — Орлов?.. — она задумчиво опустила взгляд в пол. — А! Барабаш? Юра отлично, поёт там, вроде бы. Правда, с Разиным вообще не поладил, при каждом звонке мне на него жалуется, — девушка хихикнула. Чёртов Барабаш… Он увёл мою Олю, ненавижу. Как бы я ни старался быть добрым по отношению к нему, но это невозможно! Он забрал единственную радость моей жизни, отнял самое дорогое! Возможно, зря я затеял этот разговор. Я уж было думал, что эти двое наконец расстались и совсем прекратили общение, но, как оказалось, они встречаются даже на расстоянии… Да, отношения на расстоянии — вещь тяжелая, благо, у нас с Олей не было такого, но, думаю, даже если б было, мы бы прошли этот период, он никак не помешал нашей безграничной любви. Сколько бы недель или месяцев не прошло, я всё равно беспрерывно думал о Чижовой. Не проходило ни дня, когда она бы не была в моей голове. Мысли о ней порой успокаивают меня, если я думаю не о том, что она сейчас в отношения с Орловым, а о том, как нам было с ней хорошо, о том, что эта потрясающая девушка когда-то любила меня. Раз любила, значит я стоил чего-то. Эти мысли и по сей день поднимают мне самооценку. Pov Оля Чижова Как же хорошо сейчас вновь общаться с этим парнем… Скованность, естественно, присутствует, ведь мы, как расставшаяся пара теперь, думаю, всегда будем чувствовать себя неловко вдвоём. Трудно просто думать о том, что мы расстались. Неужели я сейчас сижу не со своим парнем? Не с Юрой, который может в любую секунду поцеловать меня? Неужели я не могу просто так, может и не впопад, сказать ему о том, как люблю? А я ведь люблю. Без изменно люблю, даже больше себя. — А… как там Орлов? Давно хотел спросить, — Шатунов скрестил руки. Я, сначала, вовсе не поняла, что за Орлов? Позже, конечно, вспомнила, что мой Барабаш — это и есть Орлов. Я так привыкла называть его по настоящей фамилии, что аж совсем забыла о его Майском псевдониме. Что уж говорить о самом вопросе? Он вызвал у меня огромное смущение. Я не особо понимала, какого ответа ждёт Юра на мой вопрос, поэтому ответила весьма кратко. После моего ответа Шатунов заметно расстроился. Как же… как же жаль. Я не смогу сейчас в знак поддержки… Даже в знак поддержки обнять не могу! А раньше и повода не нужно было… В общем-то Юра закрылся в себе, по насовсем понятной мне причине. В этот момент мне стало как-то неловко. Моему любимому парню плохо, а я? Я бездействую. Тупо бездействую. Меня начал настораживать ор, доносящийся с гостиной, где находятся все гости. Я долгое время молчала, ведь это вечеринка, всякое тут может быть. Веселятся — думала я. Из гостиной уже слышались маты и настоящая ругань. Тогда я серьезно забеспокоилась. Может, там что-то серьезное? Может, драка? Помощь нужна? — Юр… слышишь? Там, похоже, какой-то конфликт… Глянем? — я смотрела на него с надеждой и отчаянием. Он резко направил свой хмурый, серьезный взгляд на меня и кивнул. Парень взял меня под руку, и мы отправились в комнату, откуда доносились крики. Я серьезно испугалась, когда увидела уже трёх плачущих от чего-то девушек. Видела также людей, что прикрывали рты руками и смотрели куда-то вглубь комнаты. Внезапно я услышала, как люди с глубины, стоящие, можно сказать, на первых рядах всего шоу, начали кричать «Нет-нет-нет!». Затем послышались ахи, охи. Мне стало совсем страшно. Шатунов крепко сжал мою руку. Мы пробрались чуть в толпу. Юра взглядом спросил у неизвестного мне молодого человека: «Что там?». — Там драка была. — кратко ответил тот парень и начал вставать на носочки, чтобы стать повыше и увидеть происходящее. Резко люди начали отходить назад, почти все стоящие впереди люди ушли, задние слои прошли вперёд. Передо мной предстала странная картина… Открытое настежь окно, ветер из которого поднимал шторы, из-за чего они взлетали. Возле подоконника сидит парень. Всё лицо у него в крови, везде ссадины и царапины. Он смотрел в пол, выглядел словно психически больной. Глаза его широко раскрыты, не моргая. Рукой он держался за лоб. — Оля… постой тут, прошу тебя. — Шатунов взял моё лицо в свои руки и жалобно посмотрел на меня. Неясно, к чему это было, но я медленно кивнула. После моего кивка он осторожно прильнул к окну и посмотрел вниз. Две-три секунды он поглядел туда, после чего шокировано взглянул на меня. Юра быстро подошел ко мне и обнял. Чего-чего, но этого я никак не ожидала. Причина вот такого уж совсем непонятно. В его объятьях так уютно… но всё же, после таких разлук — непривычно. — Что случилось, Юра? Чего ты так? — я слегка отстранилась от него. — Пожалуйста, не переживай… Давай мы с тобой пойдём отсюда? Давай… прогуляемся? Хочешь? Всю ночь с тобой гулять смогу, ну… если Орлов… Да чёрт с ним. Пойдем отсюда, пошли. Я вопросительно смотрела на парня. Что с ним случилось? Что вообще случилось? Он абсолютно не объяснив мне ничего повёл меня из квартиры. Я жажду объяснений! — Может, скажешь мне наконец, что случилось? Почему ты так встревожен? Почему… мне не стоит переживать? По какой причине мне вообще стоит переживать? — я начинала нервничать. Шатунов молчал. Молчал. Мы вышли из дома на улицу. Встали неполадку от подъездной двери. Юра просто стоял и отчаянно смотрел на меня. — Раз уж мы уходим… Мне нужно было Игоря хотяб предупредить! Знаешь, как он волнуется за меня? Вообще никуда без присмотрела не пускает. Я один раз пошла в маг… — мою речь перебил Шатунов. — Не получится. Игоря нет. — серьезно смотря на меня, сказал Юра. Я согнула брови. — Чего? Игошин ушел с вечеринки? Нет-нет! Он бы взял меня с собой, я уверена. Мне действительно нуж… — Ушёл, да. — перебил меня парень. — Боюсь, что навсегда. Меня начинало раздражать то, что он говорил загадками, но несмотря на это… Я поняла, что он имеет ввиду. Но… я не могла понять: С чего он это взял? Откуда такая информация? — Это он кричал, Оля, он дрался. И он… он выпал с окна. Думаю, ты понимаешь, что при падении с такой высоты шансы на выживание… очень малы. Я раскрыв глаза смотрела на Юру. Нет, такого не может быть. Как это, Игоря нет? Не верю, нет! Он жив, да, жив. Это я просто внушала сама себе. Мои мысли прервали сирены. К дому подъехала скорая помощь и полиция. Я уже сама едва не теряла сознание. Я формально отказывалась верить в происходящее. Я просто не хотела, не могла принять это всё за реальность. Решено, пока я не увижу тела Игоря, я ни за что не поверю в слова Шатунова, и плевала я на врачей и полицейских, что заходят в наш подъезд. Окно, куда, видимо, упал Игорь…трудно даже думать об этом… Окно выходит на другую сторону дома, куда я и поспешила. Я шла так быстро, что аж Юра не успевал за мной. Он до последнего кричал мне что-то, я совсем не слышала его из-за громкого звона в ушах. Когда я, наконец, увидела тело друга… мёртвое тело. Глаза его были открыты, пусты. Игорь… мой Игорь лежал животом к асфальту… Дальше всё Как в тумане. Я потеряла сознание… Pov Юра Шатунов — Оля, не нужно, не смотри! Не порть психику, умоляю тебя! — я еле успевал за ней. Ей определенно было убедиться в смерти друга. Я понимаю её. Понимаю, какого это потерять дорогого тебе человека, ведь сам когда-то потерял — маму. Этот проклятый день теперь может снится мне только в кошмарах. Я всё ещё помню её труп…я помню. И я не хочу, чтобы моя Оля также годами вспоминала этот ужасающий момент, не хочу, чтобы она мучилась. Не успел я дотянуться до её руки, как ноги Чижовой подкосились, и она упала. Благо, конечно, я поймал её. Чёрт, ну что за чёртов день? За что это всё нам? Идти с Олей на руках куда-либо я не стал, ибо через пару секунд к нам, естественно, прибежали врачи из скорой помощи. Я сидел с любимой девушкой на руках, она нуждалась в помощи. Мужчина привёл её в сознание, но она чувствовала себя всё также смутно, ибо еле ходила. Мы с ней с горем пополам дошли до машины врачей. Мы ехали, а прямо перед нами лежал труп Игошина. Ничего хуже и быть не может, особенно для Оли. Я знаю, как они любили друг друга. Игорь, возможно даже, никогда не переставал испытывать симпатию к Чижовой. Несмотря на все наши бывшие конфликты и стычки, мне всегда было жалко этого парня. Теперь я стал ещё больше его понимать. Сейчас Орлов играет мою роль, по нашему прошлому сценарию, а я, следовательно, Игорь. Именно поэтому я, кстати, стараюсь понимающе относится к Орлову. Потому что сам являюсь создателем его грехов. Я начал всё это. Я. Ненавидеть его — глупая идея. Если ненавидеть, то только себя. Я когда-то увёл Олю у Игоря. Потом я позволил ей разлюбить себя. Просто так Чижова бы не перестала любить меня, я уверен. Дело во мне. Я — причина своих несчастий. Олю завели в кабинет. Она была очень сонная. Меня попросили выйти и бунтарствовать я, конечно, не стал. Я просидел в коридоре, нервно теребя пальцы, около двадцати минут. Потом ко мне вышла медсестра. Она тепло улыбалась, что заставляло даже меня забыть о каких-то проблемах. — Папаша, можете радоваться. С ребенком всё хорошо. — она радостно кивнула. — Но не позволяйте девушке больше нервничать, хорошо? Первая беременность, как никак. Сестра вновь зашла в кабинет, тихо закрыв за собой дверь. Я же был в ступоре. Что значит… ребёнок? Я понимал, но не принимал, да. Ну ясно уж, что я понял, что Оля, видимо, беременна, но как такое возможно? Нет… слишком много нагрузки на день, я сам сейчас тут сознание потеряю. Нужно срочно обговорить это с Олей. Главное, как сказал врач — это не нервировать её, нельзя. Я не прощу себе, если при мне с Чижовой что-то случиться. Что мне делать? Идти домой? Медсестра ничего не сказала мне по этому поводу. Я поспешно встал со скамейки и легонько постучал в дверь. Сразу же мне её открыла та же девушка. — Извините, а… — Мужчина, вы сможете довезти девушку до дома? Если нет, то она останется в больнице. — перебила меня она. — Я смогу. Смогу… Я отошел от двери. Через минуту оттуда вышла Оля, наконец. Она виновато смотрела в пол. Похоже, уже знает, что мне рассказали о её беременности… Ладно, обговорю это чуть позже, сейчас точно не стоит. Я взял её за руку, и мы пошли к выходу из больницы. Я быстро заказал такси на свой адрес. Чижова ночует у меня — это не обсуждается. Между нами было какое-то явное смущение, ведь не проронили мы ни слова. До одного момента. — Куда ты привез меня? — спросила Оля, подходя к моей подъездной двери. — Ты ночуешь у меня, хорошо? — ответа не последовало. Обиделась? На что? Мы поднялись к нашей с Мишкой квартире. Она, благо, была абсолютно пуста. Сухомлинов значит сейчас разбирается с Игошиным. Я некрасиво поступил по отношению к Кузе, конечно… ему тоже поддержка нужна… Чёрт с ним. Мне Оля куда важнее. Я постелил ей на кровати Миши. Если вернётся, пусть в гостиной спит, нечего тут. Именно тогда я и решил, наконец, начать диалог о интересующий меня, с недавних пор, теме. — Медсестра сказала мне… что ты беременна, и… — смотря в пол, начал я. — Почему ты не говорила мне? Мы же, вроде, люди не чужие… ну, это я так думал… — Юра, не говори так. Ты мне как родной, несмотря на то, что мы уже давно не вместе. — это фраза разбила мне сердце. — Я просто боялась… боялась реакции. Я хотела максимально утаить это, понимаешь?.. — Из её глаз полились слёзы. Я сел возле Чижовой. Голова её сразу упала на моё плечо. Я положил руку на плечо Оли и чуть прижал к себе. — Не нервничай, пожалуйста, врач сказал… — я вздохнул. — Может, расскажешь мне подробнее о своей…беременности. Pov Оля Чижова — Может, расскажешь мне подробнее о своей беременности? Когда вы с Орловым успели? С Орловым? Что значит с ним? Это не его ребёнок… Почему Шатунов так убежден, что это мы с Барабашем… Ладно, пути с ним наши должны разойтись, по крайней мере в любовной теме. Нужно соврать, определенно. Если я скажу Шатунову, что ребёнок его, то… он точно меня не оставит. Прошло много времени. Он, наверняка, давно не влюблён в меня. К чему привязывать его к себе с помощью ребенка? — Ну, мы… Незадолго после нашего с тобой расставания. Как же противно это звучит. Надеюсь, Юра не подумает, что я какая-нибудь…гулящая? — Оу… А сам Орлов? Он знает? Как отреагировал? — Ну, я, конечно, сказала ему… по телефону, да. Мы давно не виделись с ним и… Что за бред я несу? Зачем я это делаю? Возможно, если б я с самого начала сказала ему правду, то всё могло повернуться иначе. Может Юра тоже любит меня, кто знает? Наш неловкий, скованный разговор затянулся ненадолго, ведь в скоре я уснула из-за сильного стресса и похоже, прямо на плече Юры. Мне безумно комфортно с этим человеком. Я точно знаю, что он никогда не обижает меня, что всегда поддержит. Я люблю его. Безумно люблю, и это плохо, ведь не видать мне взаимности в этом плане. Кто знает… может у Юры уже новая нарисовалась? На следующее утро мы поехали в полицейское отделение, дабы отдать свои показания. Насколько я поняла (Шатунов не вмешивал меня в эти дела, чтобы я не волновалась, поэтому все приходилось додумывать по собственной логике), того парня, что дрался с моим Игорем… Ему дали начальный срок — девять лет. Отлично, пусть гниет в своей тюрьме, как бы жестоко это не звучало. Я не прощу ему этого никогда. Игошин был действительно частью моей жизни. Он всегда участвовал в ней. Какие-то промежутки времени он буквально являлся моей жизнью. Например, в период наших с ним отношений. Его я и вправду любила. Возможно, конечно, не так, как своего Юру, но любила. Позже состоялись похороны, на которые я, естественно, не попала. Шатунов не разрешил мне. Он старается как лучше для меня, я знаю это. Он лишь хочет, чтоб я не измотала себя, чтобы не нервничала и не переживала. Безусловно Юра понимал, как для меня важен Игошин, но всё лишь я связи с моей беременностью… Я переехала к родителям. Да, я не жила с Юрой. Я провела там буквально одну ночь. С Сашей я жить не могла. Дело не в Прико, естественно. Просто та квартира… в ней ведь жил Игорь. Мы все там жили… Я бы ни за что не смогла там спокойно жить. Родители не гнали меня, конечно. Они старались оказать мне максимум поддержки. Знали, как мне был дорог Игошин. Они и сами в нём души ни чаяли. Это можно судить по тому, что они доверили ему опекать меня. Я пару месяцев жила именно под его присмотром.