Брошенные РЕДАКЦИЯ

Громкие удары в дверь вырвали Яна из объятий сна. Кто пришёл так поздно? На часах далеко за шесть вечера, на улице темень, а кто-то так ломится в квартиру. Матери не было дома, поэтому первой мыслью было, что она вернулась. Однако незваный гость был настойчив, и его стук с каждой минутой становился всё сильнее. Сонный парень поднял голову от письменного стола, где выполнял домашнее задание, и его взгляд сразу же устремился на часы. Поспать нормально даже нельзя. Гость не уходил ни через пять минут, ни через десять. — Так продолжаться больше не может, — недовольно буркнул Ян, поднимаясь со стула. — Так и с ума сойти можно… Прихватив с собой на всякий случай кухонный нож, подросток на носочках подошёл к входной двери и припал к глазку. И он удивился, увидев на лестничной площадке не замызганного алкаша, а вполне опрятного Колю, который, нервно потирая затылок, ходил из стороны в сторону. Простояв несколько секунд в ступоре, парень положил «оружие» на тумбочку и неторопливо открыл дверь, освещая тёмный подъезд светом из прихожей. — Привет. Ты зачем так поздно пришёл? Что-то случилось? — первым нарушил тишину младший. — Если ничего серьёзного, то я закрываю… — Стой, — Коля потянул дверь на себя, распахивая её полностью. — Смотри, что нашёл, — он кивнул на стоявшую рядом швейную машинку. — Ты зачем её сюда притащил? Совсем дурак? Она же тяжёлая! Ну точно псих… Где ты её вообще взял? Неужели украл? — Почему ты такого плохого мнения обо мне? — Коля недовольно закатил глаза. — Отвали. Я же сказал: нашёл. В кладовке валялась, а ты мне мозги компостируешь. Я сам не знал, что она у нас есть. Подумал, почему бы к тебе не принести. — Почему ко мне? Ты же у нас этим занимаешься. — Во-первых, ты мой помощник. Во-вторых, мой батя теперь твою мать к нам зовёт, так что там покоя нет. А в-третьих, лицо попроще сделай. Я вообще мог отказаться, так что заткнись. — Спасибо-спасибо, — хмыкнул Ян. — Так я войду? Ян оглянулся вглубь квартиры. — У меня не убрано… — Похуй. Хулиган одной рукой отодвинул мальчишку в сторону и без особых усилий занёс машинку в комнату, поставив её на стол. — Ты рефераты пишешь? — спросил Коля, рассматривая мелкий, неаккуратный почерк, который, тем не менее, казался ему чем-то привлекательным. — У тебя почерк красивый. Много тренировался? Ян подскочил к столу, пытаясь закрыть текст руками. Коле такой манёвр не понравился: он накрыл ладони парня своей огромной рукой, прижимая их к тетради. — Отпусти, — Ян недовольно нахмурил брови, уставившись на него. — Сначала ответь на вопрос. — Зараза, — Ян прикусил губу. — Я просто много пишу. — Не думал стать писателем? — Я не люблю придумывать что-то своё… Это слишком сложно. Мне вообще трудно сосредоточиться на чём-то одном. Я постоянно путаю слова и буквы. Забавно, да? — Твои ошибки не сравнятся с моими, — Коля поднял взгляд от тетрадей на мордашку перед собой. — С этим же можно что-то сделать. Побольше читать, тренироваться, учиться, в конце концов. Всё приходит с практикой, — задумчиво бормотал Ян. — Ничего не появляется просто так. Знаешь, люди иногда даже не задумываются, сколько усилий человек прикладывает ради результата… Им легче верить, что это в генетике заложено или ещё в чём-то. Об усилиях вспоминают в последнюю очередь. — Неожиданная философия от Васька, — ухмыльнулся Коля. — Правильные вещи говоришь, даже добавить нечего. — Прости… Иногда я говорю много лишнего. — Ты-то нет, а вот твой дружочек — да. — Ты о чём? — Не «о чём», а о ком. Я о Дане твоём базарю, — Коля прильнул к его уху и хрипло прошептал: — Или ты подумал о своём «дружке» в штанах? Какой ты озабоченный пидорок. Ян дёрнулся, пытаясь вырвать руки. — Какая у тебя мечта? — неожиданно спросил старший и начал большим пальцем поглаживать запястье парня, словно предупреждая, чтобы тот не пытался вырваться. — Сначала отпусти. — Нет. — Но я же уже ответил на твой вопрос! Ты должен! — Ещё один ответ — и тогда, зуб даю, отпущу. — Нечестно играешь… Эх, ладно, — Ян перешёл на шёпот. — В детстве я мечтал, чтобы мама перестала пить, а батя — употреблять. Наверное, такая мечта у всех детей в подобных семьях… Но прошлое не изменить, так что теперь на её жизнь как-то пофиг. Сейчас я хочу поступить на лаборанта после девятого, а потом пойти в медицину. — Почему это мечта? Это же вполне достижимая цель. — Нет. Обучение в университете очень дорогое. Если бы у меня были нормальные родители, всё было бы намного проще. Иногда мне даже просыпаться не хочется, чтобы не видеть весь этот ужас, — Ян грустно улыбнулся. — Надеюсь, буду хотя бы нормальным лаборантом… Но, конечно, в идеале — судмедэкспертом… А у тебя есть мечта? Или цель? — Я об этом никогда не думал, — Коля наконец выпустил его руки и засунул их в карманы штанов. — Конечно, хотелось бы изменить окружение и жизнь, но это чертовски сложно. Я вырос в блатной среде, перевоспитываться тяжело. Я начал пиздить других только для того, чтобы не пиздили меня. — Но Даня тебе пиздюлей дал, — Ян нарочно прокашлялся в кулак, скрывая усмешку. — Это не считается, я тогда был пьян. — Ага-ага, верю. — Сейчас ты у меня отхватишь. Не дерзи мне. — Молчу-молчу… Коля с виноватым видом прикусил губу, сдирая зубами сухую кожу. Видя это, Ян решил перевести тему: — Почему ты не ушёл после девятого? — Из-за пацанов, — почти сразу ответил тот. — Ты об этом жалеешь? Коля не ответил сразу. Он тяжело опустился на край кровати, и старые пружины жалобно скрипнули под его весом. Сгорбившись, он упёрся локтями в колени и с силой запустил пальцы в короткие жёсткие волосы, словно пытался выкорчевать из головы мысли, которые годами забивал поглубже. Его плечи, всегда напряжённые и готовые к удару, сейчас бессильно опали. В этом жесте было столько несвойственной ему усталости, что Ян на мгновение замер. Младший сделал осторожный шаг вперёд и медленно протянул руку, накрывая ладони Коли своими, мягко заставляя его открыться. Когда пальцы хулигана нехотя соскользнули вниз, Ян не убрал руку, а осторожно коснулся макушки. — Всё ещё можно изменить, Коль… — Ян начал медленно перебирать его волосы, стараясь вложить в это движение всё то спокойствие, которого так не хватало им обоим. — Не расстраивайся ты раньше времени. Коля сидел неподвижно, боясь даже вздохнуть, словно это мимолётное проявление нежности могло рассыпаться от любого резкого звука. Он привык, что руки людей прилетают к нему в виде кулаков или пощёчин, но эти ладони… они были тёплыми, от них не веяло опасностью. — Тебе просто нужно понять, чего ты на самом деле хочешь, — продолжал Ян, и его голос стал похож на убаюкивающий шёпот. — Принять решения, которые всё поменяют. Это страшно, я знаю. Но мы же не идеальны, Коль. Все косячат. Главное — это иметь что-то там, внутри, к чему хочется стремиться. Чтобы завтра не было таким же паршивым, как вчера. Коля медленно поднял голову. В его глазах, обычно колючих и дерзких, сейчас плескалась неприкрытая, почти детская растерянность. Он смотрел на Яна снизу вверх, и в этом взгляде читалось немое признание: «Я понятия не имею, как это делать» — Ты так говоришь, будто это легко, Васёк… Ты тоже считаешь меня монстром, как и все остальные? — Раньше считал, пока не увидел твою хорошую сторону, — успокаивающе прошептал Ян. — Ты такой странный. Я же тебя пиздил, а ты сейчас ко мне так относишься. Не должен ли ты меня ненавидеть после этого? — Должен. Но ты же первый изменил своё отношение ко мне. Я даже не знаю почему… — Я тоже не знаю… Коля подался вперёд и обхватил Яна за талию, притягиваясь ближе и утыкаясь лицом в живот. Его широкие ладони медленно двигались по спине, проходясь вдоль позвоночника. Ян не шевелился, но его рука всё так же лежала на затылке. Внутри у него всё смешалось. Он помнил, как Коля его бил, помнил страх и унижение, и эти воспоминания всё ещё ныли где-то под рёбрами. Было сложно просто взять и забыть всё то зло, которое этот человек ему причинил. Но сейчас, видя Колю таким — потерянным и разбитым, — Ян понимал, что старая ненависть только мешает, поэтому решил больше не тратить силы на злость. — Коль… Коля медленно поднял голову, глядя на Яна снизу вверх. И, не говоря ни слова, перехватил парня под бёдра и одним уверенным движением усадил к себе на колени. От неожиданности Ян вскрикнул, инстинктивно вцепившись в плечи. А Коля просто накрыл его щёку ладонью. Большой палец медленно, почти невесомо провёл по скуле, заставляя невольно вздрогнуть. Коля не отводил взгляда, внимательно рассматривая лицо парня, будто видел его впервые. В комнате стало очень тихо; Ян чувствовал, как внутри всё напряглось от этого затянувшегося молчания. Было слышно только их сбивчивое дыхание. Наконец старший медленно подался вперёд. Когда их губы соприкоснулись, Ян зажмурился. Это не был поцелуй в привычном понимании — скорее долгое, осторожное касание. Коля не давил и не пытался перехватить инициативу, он просто замер, прижавшись к губам Яна. В этом жесте было непривычно много нежности. В этот момент всё, что случилось между ними раньше — драки, оскорбления и страх, — на мгновение перестало существование, оставляя только это острое чувство близости здесь и сейчас. Когда Коля отстранился, его лицо снова приняло привычное ехидное выражение, но в глазах всё равно осталась та странная мягкость. — Всё-таки я педик, — горько усмехнулся он, глядя Яну прямо в глаза. — Никогда бы не подумал, что мелкий пацан вроде тебя сможет так забить мне голову. Если бы не ты, то… — То?.. — То мне бы не пришлось так страдать. — Значит, теперь настала твоя очередь. — Гений мысли, пиздюк. Ещё месяц назад Коля крыл его матом, а сейчас жадно впивался в губы, властно прижимая к себе. Их языки сплелись, а сердца стучали в унисон. Коля резко подхватил своего «паршивца» и повалил на кровать. Сжимая мягкие бёдра Яна своими ручищами, он активно покрывал поцелуями тонкую шею, оставляя заметные засосы. — Нет, только не шея, все же увидят, Коля! — сквозь стоны прошептал Ян. В ответ хулиган рванул пуговицы на его клетчатой рубашке и прижался к ключице. Облизывая выпирающую косточку, он горячо дышал, доводя парня до мурашек. Ян покорно лежал, наслаждаясь лаской и зарываясь пальцами в волосы на затылке, то сжимая, то разжимая кулаки. — У тебя было уже? — неожиданно спросил Коля, заглядывая в голубые глаза. — Я хочу знать. — Давай не будем об этом… — Я хочу знать, — голос Коли погрубел. — Пожалуйста… Сердце Яна сжалось от непривычно уязвимого выражения его лица. — Зачем тебе это?.. Я не хочу тебя разочаровать. — Просто скажи. Я приму любой ответ, даже если тебя реально переебала вся школа. Ян упёрся коленом ему в пах и, вцепившись в плечи, попытался оттолкнуть. — Ты… Ты, как обычно, хуйню морозишь! — Прости, — виновато прошептал Коля, снова целуя кожу на шее. — Прости… — Не было у меня никого, — раздражённо ответил Ян. — Доволен? А теперь отстань. — Я просто не хочу делать тебе больно, вот и спросил… — Отстань! — Ну Ян… Прости, пожалуйста. Коля залез ладонями под рубашку, ведя пальцами по позвоночнику и слегка впиваясь ногтями в кожу. Ян только начал расслабляться, как вдруг в тишине квартиры отчётливо грохнула входная дверь, а в коридоре раздались пьяные голоса. Коля среагировал мгновенно — буквально отшвырнул Яна от себя и вскочил на ноги. Ян, едва не свалившись с кровати, задрожал. Пальцы не слушались, он судорожно пытался попасть пуговицами в петли, но ткань выскальзывала из рук. — Это твой батя пришёл, — прошептал Ян, округлив глаза. — Ты же сказал, что они ушли надолго! — Блять, я сам слышу, не пизди, — огрызнулся Коля. Он в два шага пересёк комнату и рванул на себя створку окна. В лицо ударил сырой вечерний холод. — Видеть они нас вместе не должны. Ты со мной? — Куда?! Мне ещё конспекты дописывать надо! Коля обернулся, на его лице промелькнула наглая ухмылка. — Ко мне. Я хочу закончить то, что начали. Щёки Яна моментально залило краской. Он попытался придать лицу строгое выражение и наспех запахнул рубашку, сложив руки на груди. — Я ещё маленький для такого. И вообще, я на тебя обиделся. Уходи давай. Коля не двинулся с места. Он бесцеремонно опустил взгляд вниз, на пах Яна, и коротко хохотнул. — Да? А член у тебя почему-то стоит колом. Ты сам посмотри. Ян вспыхнул ещё сильнее и прикрылся полой рубашки, до боли закусив губу. Коля явно хотел вставить ещё какую-то колкость, но шаги в коридоре стали совсем громкими — кто-то тяжело шоркал по линолеуму, приближаясь к двери. Коля молча выскочил на подоконник и исчез в темноте. Ян едва успел сесть за стол и схватить ручку, как дверь распахнулась. В комнату зашла мать. От неё разило спиртным, но она попыталась изобразить на лице заботу. Увидев сына, она натянула свою привычную, фальшивую улыбку, которую Ян ненавидел больше всего на свете. — Привет, с-сыночек… У тебя кто-то б-был? Обувь чья-то… На входе стоит и к-курточка висит. Или это… твоё?.. — Моё. У тебя мозги совсем заспиртованные. — Я н-немного выпила… — Ты что-то хотела? — О, а откуда у тебя эта швейная машинка? — На улице нашёл. — У меня такая же в детстве б-была… — Мама! — не выдержав, Ян схватил её за плечи. — Ты чего-то хочешь от меня? Говори прямо. Её пьяные глаза смотрели словно сквозь него. — Просто х-хотела тебя увидеть. Мне что, н-нельзя? Нельзя увидеться со своим любимым с-солнышком? — Опять деньги нужны? — …Н-немного. Подросток раздражённо оттолкнул её. — Немного? Ты уже второй раз за месяц ко мне за этим приходишь! — Это последний раз, о-обещаю… — У своих трахарей проси. У меня ничего нет. — Есть. Ты что, м-матери родной врёшь? — Ты мне каждую секунду врёшь! У тебя изо рта одна ложь выходит. Я сказал «нет», значит «нет»! — Не смей так со мной… р-разговаривать! Она резко замахнулась, надеясь влепить сыну пощёчину, но Ян успел отпрянуть к самому окну. В этот же момент дверь с грохотом ударилась о стену, и в комнату, пошатываясь, ввалился Григорий. Его тяжёлый, мутный взгляд не предвещал ничего хорошего. Понимая, что сейчас его начнут просто забивать в угол, Ян, не раздумывая, перемахнул через подоконник. Снаружи была непроглядная темень, и хотя он знал, что под ним всего лишь первый этаж, от страха и высоты на мгновение перехватило дыхание. Коля, который всё это время стоял у подъезда, моментально отбросил сигарету и в несколько прыжков оказался под окном. — Ёбушки, прыгай! Я поймаю, давай! — крикнул он, выставляя руки. Ян сорвался вниз. Коля принял его на себя, едва не завалившись назад от веса парня, и тут же начал судорожно осматривать его, ощупывая плечи и руки. — Ты как? Цел? Нигде не ударился? — голос Коли сорвался на рык. Он поднял голову, глядя на освещённый прямоугольник окна, где маячили тени родителей. — Блядь, скотина… Я его сейчас реально грохну! Коля рванулся было к подъезду, но Ян мёртвой хваткой вцепился в куртку. — Не надо! — взмолился он, срываясь на крик. — Пошли отсюда. Пожалуйста! Всё в порядке, просто уходим! — Отпусти, я ему ебало вскрою! — Пожалуйста, успокойся… Всё х-хорошо, — Яна затрясло, челюсть начала мелко ходить ходуном. Коля перевёл взгляд на него — бледного, босого, стоящего в одной расстёгнутой рубашке на холодном ветру. Ярость мигом сменилась тревогой. Не говоря ни слова, он приобнял Яна за плечи, и они побрели к соседнему дому. Как только они переступили порог Колиной квартиры, Яна накрыло окончательно. Он задрожал так сильно, что зубы начали выбивать дробь. Коля молча подхватил его на руки, донёс до дивана и начал набрасывать сверху всё, что попалось под руку: пледы, старые одеяла, свою куртку. Он кутал его так плотно, будто пытался спрятать от всего мира. — Если заболеешь, я тебе голову сверну, так что сиди тихо, — сурово произнёс Коля, поправляя край одеяла, и внезапно поцеловал в лоб. — Усёк, пиздюк мелкий? Нужно было сразу со мной прыгать, а ты всё «нет-нет». Какие, нахуй, конспекты? Блядь, бесишь ты меня. — Прости… — Ещё и обиделся он. Я прощение уже попросил, а он всё равно носом вертит. Раньше ты был послушнее. — Раньше я тебя боялся. Услышав это, Коля замер. Он несколько секунд смотрел в одну точку, переваривая эти слова, а затем молча залез под одеяло и силой притянул худое тельце к себе, заставляя уткнуться носом в плечо. — Не боишься, что я ночью тебя съем? — хрипло спросил он и слабо прикусил Яна за мочку уха. Младший вздрогнул, но не отстранился. — Мы уже спали вместе, так что нет… — Тогда я себя контролировал, — Коля прижал его ещё крепче, почти до хруста рёбер. — Дурак… — выдохнул Ян, закрывая глаза. В этот момент на диван, мягко переступая лапками, запрыгнул Рыжик. Он прошёлся по одеялу, выбирая место поудобнее, и громко, довольно замурчал, тыкаясь влажным носом в плечо Яна. Ян почувствовал, как на душе сразу стало светлее. Он осторожно, боясь потревожить объятия Коли, потянулся рукой к пушистому комочку и начал медленно гладить его за ушком. Кот в ответ прищурил глаза и потянулся, подставляя свою мордочку под ладонь, а затем доверчиво прижался к самому боку Яна. — Смотри, пришёл… Как же я рад, что ты здесь, Рыжик. — Такой же мелкий пиздюк, как и ты… Всё, спи. И ты тоже. Котёнок, ещё немного понаблюдав за парнями, устроился в ногах и вскоре сам свернулся уютным клубком, окончательно убаюкивая их своим ритмичным «урчанием». Они могли быть сколько угодно разными: у них были непохожие характеры, разные интересы и цели на будущее. Но сейчас всё это отошло на второй план, потому что их связывало нечто более весомое. У обоих за спиной были родители, которые давно променяли собственных детей на алкоголь и наркотики. Взрослые, для которых бутылка водки была важнее, чем жизнь собственного сына. Здесь, в полумраке квартиры, реальный мир с его вечными скандалами и пьяными криками наконец-то остался за дверью. Им больше не нужно было вздрагивать от каждого шороха в коридоре или ждать очередного удара. Наконец-то можно было расслабиться и насладиться дыханием и сердцебиением друг друга.