О трудностях выбора

Лёжа на узкой кровати в лаикской келье, Ричард озадаченно хмурился и перебирал лежащие перед ним письма. Только сегодня мэтр Шабли вручил ему еще два. И что же решить, кому ответить? Дверь в келью открылась совершенно бесшумно. - Дикон? - Эстебан? - вздрогнув от неожиданности и мгновенно позабыв о письмах, Ричард обернулся, глядя на скользнувшего в келью Колиньяра. - Как ты себя чувствуешь? Что сказал лекарь? Эстебан раздосадовано поморщился. - Лекарь велел оставаться сегодня в постели, хотя я говорил ему, что прекрасно себя чувствую! - Эстебан, тебя же чуть не задушили! Мы с Северином и Анатолем чуть с ума не сошли, когда этот сумасшедший на тебя бросился! - Они чуть с ума не сошли, - словно поправил Эстебан. - А спасать меня бросился ты. - А как иначе? - пожал плечами Ричард. - Ты мой лучший друг. В Лаик к сыну Эгмонта Окделла дружелюбно отнеслись решительно все, но Эстебан Колиньяр, в первый же вечер усевшийся рядом с новичком за стол, стал самым близким другом, вызывая шутки братьев Катерршванц - мол, теперь уже не они самая неразлучная парочка в Лаик! - Дикон, - Эстебан вдруг сдвинул брови, - вот и скажи мне, как друг, наша команда выиграла? - Не засчитали, - махнул рукой Ричард. - Сам подумай, до того ли было капитану Арамоне. Он же с ума сходит, вот узнает обо всём твой отец... - Да не буду я ему ничего говорить, - фыркнул Эстебан. - Что я, дурак что ли, капитана под удар подставлять? Если он от переживаний еще хоть чуть похудеет, его просто ветром унесет! Ричард хихикнул. Несмотря на далеко не юный возраст, капитан стройностью талии мог перещеголять любого унара. - А вот что не засчитали... - Эстебан досадливо вздохнул. - Ну надо же, а, мы ведь, считай, обставили Придда с его Олененком, а тут такое! - Ну, им тоже не засчитали, - заметил Ричард. - Правда, они не расстраиваются. Хотят в полночь наведаться в старую галерею. Посмотреть, правда ли там призраки появляются или это просто байки. - В старую галерею? - с благоговейным ужасом переспросил Эстебан. - И в это время мне велят оставаться в постели! Где справедливость?! - Зато ужин прямо в келью. Я сам тебе и принесу. - Не надорвись, - с нарочитой озабоченностью в голосе посоветовал Колиньяр. И правда - кормили в Лаик просто до отвала. Ходили слухи, что попечительский совет даже требовал от Арамоны урезать унарский рацион, приучать заранее к суровости военного быта. Арамона слал в ответ пространные письма, доказывая необходимость полноценного питания для растущих организмов, и продолжал баловать унаров купленными на собственные средства кэнналийскими фруктами и дриксенскими пряниками. Среди унаров ходила шутка, что стройность капитана как раз и объясняется этой щедростью - угощая унаров, Арамона явно забывал о себе. - А потом, когда подкрепимся, - Эстебан подмигнул, - можно и в галерею. Ты же не думаешь, что я пропущу такое развлечение и уж тем более, позволю тебе пойти к призракам без меня? - Честно говоря, не знаю, пойду ли я, - Ричард вдруг вздохнул и указал рукой на ворох писем на кровати. - Мне надо решить, что делать вот с этим. - Ого! - оценил масштаб проблемы Эстебан. - Ого, - кивнул Ричард. - Сегодня принесли еще два письма. От Ги Ариго и от Вальтера Придда! - От Придда? Что, и он тоже? - Ну да. Целый том написал о том, как прекрасно мне будет быть его оруженосцем. А Ариго - тот чуть ли не стихами... - Да они за тебя драться готовы! - с завистью протянул Эстебан. - Все друзья твоего отца... - И не только они. Похоже, сам кардинал заявил, что сын Эгмонта Окделла просто необходим в столице. А я решительно не знаю, чье имя мне назвать, Эстебан! Просто не знаю! А до Фабианова дня всего ничего! - Дикон, честное слово, я бы охотно тебе помог, - Эстебан хлопнул друга по плечу. - Назвал бы любого из этих, вот только мне тоже вчера прислали письмо. Отец пишет, с моими результатами я могу рассчитывать разве что на Рокэ Алву. - Ворон? Его же никто никогда не называет! - Вот именно. И я не хочу! Еще бы ты хотел, подумал Ричард. Кто же захочет себе в эры первое страшилище во всём Талиге? Горбатый, хромой, кривой на один глаз. И как будто этого мало - огромная бородавка на аристократическом носу. Да Каменная Карга, которой в Надоре детей пугают, наверняка симпатичнее выглядит! Многие шептались, что во дворец Рокэ Алва допущен исключительно потому, что король уверен - пока рядом страхолюдный кэнналиец никакие лишние воздыхатели возле королевы увиваться не посмеют. - Мало того, что страшен, как ызарг, так, говорят, еще и редкостный зануда! - поёжился Эстебан. - А в доме у него подают гранатовый сок вместо вина! Да наш Арамона в сравнении с ним запойный пьяница! Ричард представил бы себе, как обиделся бы капитан, позволявший себе лишь бокал лучшего кэнналийского раз в год - всё на тот же День святого Фабиана. - Я был бы не против стать оруженосцем цивильного коменданта, - мечтательно произнес Эстебан. - Ну да, этот берет от жизни всё, - Ричард отыскал глазами письмо от графа Килеана. - А знаешь, Эстебан, если ты этого хочешь, так и назови его имя! - Я? - Эстебан ошарашенно хлопнул ресницами. - Ну да. Он не сможет тебе отказать, ты же знаешь обычай. Оруженосец выбирает эра. - Знаю. Но он ведь наверняка ждет, что его назовешь ты! - Они все ждут, - Ричард помедлил, словно решаясь. - Но им придется разочароваться, Эстебан. Я уже решил, чье имя я назову. А ты мой лучший друг, и у тебя должен быть лучший эр. Такой, какого ты сам захочешь. И если ты хочешь цивильного коменданта, - Ричард сделал широкий жест, - он твой. - Дикон, ты серьезно? Ричард лишь глазами сверкнул. Ну да, конечно, тверд и незыблем. Окделлы словами не разбрасываются. - Дикон, спасибо! - Эстебан сгреб его в охапку - под стать своему гербовому животному. - Ты настоящий друг, честное слово, я никогда не... Погоди, - вдруг опомнился он, - а чье же имя назовешь ты? Ричард прищурился. - Не беспокойся, я уже решил. Вот прямо сейчас. В Фабианов день сам увидишь. И я тебе обещаю, это будет незабываемо! Да уж, подумал он про себя, едва ли кто-то сможет забыть, как Ричард Окделл, сын героя, лучший из фабианцев назвал своим эром Ворона. Весь высший свет просто удар хватит. Поголовно. Но, может, и лучше - никто возразить не успеет. В одном Ричард был уверен точно - оруженосцем Алвы Эстебан не будет. Окделлы друзей в беде не бросают. А что до него самого - его Вороном не напугать. К тому же, вдруг окажется, что всё, что рассказывают о Рокэ Алве - тоже байки, вроде лаикских историй о призраках? Вдруг у Ворона есть какая-то тайна? И раскроет ее он, Повелитель Скал. Но даже если ничего такого нет, оставался еще один несокрушимый аргумент за эту авантюру. Ричард усмехнулся, вспомнив фразу, которой Арно неизменно отвечал Валентину, пытавшемуся удержать его от очередной выходки "Сузы-Музы": - Как для чего? Да ты представь, как все обалдеют!