Срыв

      — Вы хоть понимаете, что о таком нужно говорить! А если бы он таблеток наглотался или вены перерезал!       — Эндрю, тише, разбудишь.       Аарон медленно садится. Засохшие слезы раздражают, ему нужно их смыть.       Он сразу же находит глазами Нила. Тот стоит подле Эндрю. Они оба в коридоре, но дверь приоткрыта и Аарон без проблем видит их обоих.       Догадаться с кем разговаривает брат дело трёх секунд.       — Живой? — Эндрю смотрит на него через щель в двери. Не заходя. Нил смотрит ниже. Аарон понимает, что он все ещё без кофты.       Он натягивает её даже слишком быстро, по мнению Эндрю, ведь тот поджимает губы, отворачиваясь.       За столом на него никто не смотрит. Все пялятся в тарелки не поднимая глаз. Он чувствует себя неуютно. Неужели они теперь всегда будут такими?       — Эндрю, ты должен заставить его написать заявление! — не выдерживает Ники. И почему он говорит так словно его здесь нет?       — Его дело. Не хочет пусть не пишет, — Эндрю выглядит никаким. Вновь то незаинтересованное выражение лица. Словно ему глубоко плевать на происходящее. Хотя каждый из них знает что это не так.       — Но это…       — Завались, — перебивает его Кевин, почти ударяя по столу. — Тебя это вообще не касается.       Ники обиженно мычит, но от дальнего спора отказывается.       Он вновь начинает, когда они садятся в машину.       — Неужели ты это так и оставишь? Аарон для тебя что, вообще ничего не значит? Ты позволишь его насильникам ходить по этой самой земле?!       Аарон против воли вздрагивает на слове насильник. С такой стороны он никогда это не рассматривал. Он думал о том, что все эти лишь запугивание. Угроза. Предупреждение. Но никогда не думал о том, что в первую очередь они насильники, которые.       Эндрю хлопает дверью с такой силой, что мысли вылетают прочь быстрее, чем он успел бы закончить фразу.       — Есть осложнения? Травмы? Переломы? — Эндрю гладит его по спине, пока он дышит. С той ночи в Колумбии он перестал задыхаться. Но вместо этого пришли кошмары.       Эндрю будил его раньше, чем Аарон успел бы сойти с ума.       — Мое ухо не слышит, — шепчет он. Давно надо было рассказать.       Он вслушивается в храп Ники, в сопение Кевина и осторожно облокачивается на Эндрю. Тот сидит совсем рядом. Разве это плохо? Плохо, что он стал таким тактильным? Разве все не должно быть наоборот? Он должен был отгородиться от этого, боятся прикосновений. И так это и было. Он шарахался даже когда Кевин, забывшись, лёгонько касался его плеча, или спины.       Но с Эндрю все было не так. Тот никогда не искал контакта сам. Арон даже не помнил сколько раз он касался брата за последние два года. Наверняка меньше пяти.       — Возможно восстановить? — Аарон качает головой.       — О чем мы ругались? — он никак не мог найти сил спросить об этом. Похоже, время пришло.       — О Ниле. Ты говорил, что я не должен так сильно увлекаться. Что я погружаюсь в омут с головой. В чем-то ты прав.       Аарон молчит, Эндрю признал заинтересованность в Ниле. Неужели все настолько серьезно?       Аарон засыпает, думая о том насколько странной порой были бы Эндрю и Нил.       Что ж, поживем увидим.       Стоит ли говорить, что двоих парней Эндрю убил на следующей же недели, после срыва Аарона. Мелкие сошки, пару звонков и они в его руках. Но третий. Таинственная личность. Аарон как-то обронил, что он был в маске. Так или иначе, а все расследование упиралось в семью Морияма. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что за этим стоит Рико. Ну ничего, рано или поздно он воздаст ему по заслугам. Никто не имеет права трогать его брата. А уж причинять ему боль и доводить до нервного срыва тем более.       Да, пусть сейчас Рико и король, победивший в этом этапе. Но ничего, любая пешка может стать королевой.