Из пепла

С присоединением нескольких кланов Севера к Вэнь территория и ресурсы под из руководством расширились почти в два раза с момента начала завоевательной кампании Вэнь Жоханя. Вопрос времени, когда он закончит наращивать свою силу и наложит лапу на четыре великих ордена. Если проследить весь путь движений Вэнь Жоханя, то это становится ясно любому мало-мальски умеющему пользоваться мозгами. Для Вэй Юнь было загадкой то затишье, которое четыре клана предлагали Вэнь. Пока продолжается политика «моя хата с краю», они и сами не заметят, как окажутся под полным контролем. На ее взгляд только Не Минцзюэ был готов действовать, но опять же тут был замешан больше личный мотив. Желание отомстить за своего отца похвально, но именно его другие главы используют как оружие против любых инициатив молодого главы Не. «Пока потери не затронут лично каждого или не будут настолько большими, что совершенно невозможно игнорировать подобную наглость, никто и не пикнет», — думала Вэй Юнь, пока они выходили из зала совещаний. С сожалением она отметила собственную беспомощность. Как человек деятельный и независимый, она не любила состояние подвешенности. А именно в нем словно мухи в сиропе застряли секты. Руки чесались врезать то Вэнь Чао, то Цзинь Цзысюаню, и если для второго у нее были припасены ядовитые слова загодя, то первый просто раздражал. Их с Цзян Чэном глава Цзян отпустил на стрельбище, найти Вэй Ина и остальных шиди. Не обращая внимания по сторонам, Вэй Юнь быстро шла вперёд. — И что это было? Мы толком ничего не обсудили, только послушали восхваления Цзинь Гуаньшаня, — раздражённо говорил Цзян Чэн. — Надо было ради этого затевать совет? Главное, чтобы Вэй Усянь ничего не натворил там. Однако когда они появились на площадке, Вэй Ина нигде не было. Третий шиди тотчас возник подле Вэй Юнь. — Дашицзе, вы уже закончили? Когда начнутся соревнования? — А ты сгораешь от нетерпения, — заметила девушка. — Неужели чувствуешь себя настолько уверенным? В ответ шиди изобразил суровое лицо, которые неуловимо напомнило всем госпожу Юй. — Победа или смерть, — объявил он торжественным тоном, напугав впечатлительного второго шиди. — Госпожа Юй действительно сказала это? — в ужасе спросил он, не замечая выражения лица Цзян Чэна, который не знал сердиться ему или тоже бояться. — Эй, не выставляйте мою мать непонятно кем, чёртовы бездельники! «Она не нуждается в преувеличении! Она и есть преувеличение всего!» — мысленно закричали ученики, но благоразумно сомкнули уста перед своим будущим главой. С другой стороны, близнецы Вэй не умели молчать. — Если сократить речь госпожи Юй до трёх слов, то третий шиди передал наиболее схожий ответ, — хмыкнула она, игнорируя горячий взгляд Цзян Чэна. — Поэтому у вас нет иного пути. Руки в ноги и бегом присоединяться к тренировке! — Перед смертью не надышишься, — попытался договориться второй шиди, но увял довольно быстро, притом что дашицзе и слова не сказала. Вэй Юнь оставила группу на Цзян Чэна, намереваясь найти Вэй Ина. Через четверть шичэня ей пришлось признать поражение. Почему здесь все такое запутанное?! Это же просто место для состязаний, проводимых раз в год, для чего все эти лишние постройки, путающие людей?! Со вздохом раздражения Вэй Юнь посмотрела на очередной тупик перед собой. Архитектура начинала утомлять. Бесконечные коридоры комплекса могли вывести к другому коридору или не вывести никуда. Вэй Юнь уже дважды возвращалась назад и не хотела больше этого делать! Вэй Юнь отошла на пару шагов и с разбегу прыгнула на стену. Ветер бросил пряди волос назад, приятно обдувая кожу. Из-за слепящего солнца Вэй Юнь прищурилась. Она легко перепрыгнула через стену и также легко и грациозно приземлилась, не позволяя пыли подняться. Смахнув челку, девушка оглянулась. В двух шагах от нее, замерев посреди движения, стоял человек. Грубоватое загоревшее лицо резко выделялось на фоне белоснежной верхней одежды с красными язычками огня на рукавах. — Что ж… Неожиданно, — прокомментировал мужчина, складывая руки на груди. Ткань плотно натянулась, очерчивая мышцы плеч. Узкие черные глаза смотрели с интересом. — Позволь спросить, что ты потеряла в этой части дворца, юная дева из Пристани Лотоса? Он вообще не двигался, вероятно весьма уверенный в себе, чтобы задавать вопросы таким властным тоном. — Я задал тебе вопрос. Проще ответить, если не желаешь проблем. Опешив, Вэй Юнь сказала: — Если спрашиваешь чужое имя, разве ты не должен представиться первым? Мужчина фыркнул. — Ты слепая или не замечаешь мантии какого цвета на мне? Вэнь не будет оправдываться перед тобой, незнамо как попавшей во внутренний двор. Чего, это внутренний двор? Вэй Юнь почти закричала от негодования. Она двигалась ровно в противоположную сторону! — На тебе фиолетовая форма, а также колокольчик ясности Юньмэн Цзян. И я вижу перчатки для стрельбы из лука. Ты одна из учениц, приехавших на соревнования? — Какое поразительное наблюдение, у вас зоркие глаза, молодой господин Вэнь, — с приглушённым, дабы казаться правдоподобным, удивлением сказала Вэй Юнь. Неужели Вэнь считает, что этого достаточно для ее смущения? Хозяйское поведение намекало на высокое положение, что сулило проблемы в будущем. Вэй Юнь почти слышала упрёки госпожи Юй, если той станет известна несомненно перекрученная молвой ситуация. Тяжесть, давившая на нее с начала разговора, напоминала давление от присутствия Вэнь Жоханя. Этот человек явно совершенствующийся высокого уровня. Он сильнее физически. Но возможно, медленнее. Неожиданно кончики ушей незнакомца прекраснели. Вэй Юнь бы не заметила, если бы не оглядывала все подряд, ища выход из ситуации. — Хмпф! Разумеется. Он скрестил руки и горделиво приосанился под недоверчивым взглядом. Что за… Образ Цзинь Цзысюаня возник перед глазами. Что ж, теперь она понимает причину появления прозвища «павлин». Поза Вэнь была прямой отсылкой к расправившей яркий хвост птице. Сдержав смешок, она кивнула. — Раз вы догадались, с какой целью я тут, то вы несомненно понимаете, что мне нужно вернуться на стрельбище, — она изобразила улыбку. — Было приятно познакомиться, незнакомый господин Вэнь. Вэй Юнь не удержалась от шпильки в конце и с готовыми расползтись в издевательскую усмешку дрожащими губами обогнула его. Точнее попыталась. Ее грубо схватили за запястье, практически сдавив кости слишком сильной хваткой. Это действие ошеломило до такой степени, что мозг Вэй Юнь не справился с расшифровкой враг ли он. В то же мгновение Вэй Юнь ударила по чужой руке, вынуждая отпустить ее как горячую сковороду. Лишь отпрыгнув от мужчины, до Вэй Юнь дошло, что она рефлекторно ответила на то, что посчитала нападением. Хотя едва ли она сильно ошиблась. Никто в здравом уме не будет прилагать столько силы, чтобы просто остановить случайную девицу из именитого ордена. Не ожидая сопротивления, он чуть не упал и разозлился ещё сильнее. С непониманием обернувшись, Вэй Юнь наткнулась на странный взгляд. Её снова поймали. Хватка на запястье стала причинять настоящую боль. — Отпусти меня, — процедила она, взглядом сжигая оппонента. — У меня нет никаких намерений шпионить, лучше направь свою энергию против строителей этого дворца, где каждый поворот лишён логики, а дома стоят, где хотят. Не привыкший к неповиновению Вэнь опешил, позволяя девушке ускользнуть. Вэй Юнь вернулась на стрельбище мрачная как туча. Судя по открытому барьеру в ущелье духов и уменьшившейся шеренги учеников, соревнования начались. — Где ты была? Ты почти опоздала, — сказал Вэй Ин, когда сестра появилась рядом. — Чего такая злая? Если оглядеться, то можно заметить глав сект, сидящих на верхней площадке, а также Вэнь Чао и Вэнь Жоханя на вершине. — Кое-кто подпортил настроение. — Хм? Кто? Сестра, что-то случилось, скажи мне? Вэй Юнь сердито посмотрела на брата, постепенно начинающего беспокоиться. У нее частенько бывали перепады настроения, однако, то была шутливая злость. Сейчас он видел, что Вэй Юнь не смешно. — Наша очередь заходить, обсудим это потом, — отмахнулась девушка, и, не дожидаясь, первой прошла барьер. Цзян Чэн и Вэй Ин переглянулись за ее спиной. Показав большой палец Лань Ванцзи, Вэй Ин присоединился к сестре. В ущелье они не могли поначалу обнаружить духов, и Цзян Чэн предложил всем разделиться. — Мы с Вэй Усянем пойдем туда, — показал на какую-то узкую тропинку Цзян Чэн, — а вы туда. — Какой смысл в том, что вы с А-Ином вместе? — резко спросила Вэй Юнь. — Кроме нас тут ещё наши шиди. Мы разделимся на три группы, в каждой по три человека. Во главе групп будем мы с Цзян Чэном и Вэй Ином. Четвертый и второй шиди пойдут со мной. — Думаю, с ней лучше не спорить, — шепнул Цзян Чэну Вэй Ин и многозначительно кашлянул. Так и поступили. Ущелье было подобно лабиринту. Однообразный пейзаж, сумерки и духи, вылетающие в неожиданный момент. Шиди стреляли не так хорошо, как Вэй Юнь, но толк от них был. Вэй Юнь методично зачищала дорогу перед собой, преследуя вовсе не духов. Каждый раз, когда бело-красные одеяния мелькали вдали, она целенаправленно шла туда же. В самом начале ей довелось увидеть, как группа из пяти Вэнь выбыла в один момент. Они все промазали по одному и тому же духу, которого затем с замешательством убила Вэй Юнь. (Она не знала, что в тот момент, когда пять бесцветных символов солнца зажглись над ущельем, один единственный яркий цветок лотоса перекрыл их, а солнце заслонили тучи). Чем ниже они спускались, тем холоднее становилось. Шиди, у которых развитие было ниже, едва ли не дрожали, безуспешно растирая озябшие руки. Вэй Юнь заставила их обойти ещё одну скалу. — Возвращаемся, — вздыхая, сказала она, когда и там не нашла, что искала. — Неужели никто из вас не взял согревающие талисманы? — Н-нет-т-т, д-д-даш-ши-… — Хорошо, я поняла. Не разговаривай больше. Когда они проходили мимо поворота, Вэй Юнь уловила тонкий упругий звук натянутой тетивы, а затем стрела была выпущена. С того места вверх поднялось и засияло солнце. Глаза Вэй Юнь загорелись. Однако не успела она и шагу сделать, как услышала крик: — Да что ты делаешь, по-твоему?! Это моя добыча, ты ослеп?! Кто-то попытался оправдаться, но судя по заиканью не смог. Вэй Юнь нахмурилась. Как бы она не презирала орден Цишань Вэнь за его поступки, она прекрасно понимала, что за фасадом скрываются разнообразные люди. В том числе и невинные, как ее шиди. Знаком приказав младшим сидеть и ждать ее, Вэй Юнь бесшумно прокралась и выглянула из-за камня. Высокий парень с вышитым солнцем на рукавах, бурно возмущался, нависая над съежившимся юным подростком. Бедолага прижимал к груди лук и не знал, куда деваться. Вэй Юнь почти выскочила из убежища, как третий Вэнь вмешался: — Да хватит уже, так всех духов поймают. Его превосходительство не порадует проигрыш, нам нужно идти дальше. Оставь его. Осознав правоту другого, высокий парень махнул рукой. — Считай, что тебе повезло. Но отныне ты идёшь отдельно! Мне не нужно, чтобы лишний груз плелся и отбирал мою добычу. Понял меня, Вэнь Нин? Глядя на пассивное поведение предполагаемого жениха, Вэй Юнь ощутила неловкость. Вся злость испарилась, оставив лишь недоумение. Это Вэнь Нин? А где же тот наглый высокомерный юноша, которого уже представила Вэй Юнь? На кого ж теперь излить свой гнев, не на этого поникшего мышонка же? Детская припухлость ещё сохранялась на лице Вэнь Нина, тонкие брови изгибались в смущении, да и в целом он вызывал желание погладить его. Его очевидное мастерство как стрелка затмевалось робким характером, даже сейчас Вэй Юнь видела, как ему некомфортно от внимания. — Тебя зовут Вэнь Нин, любезное имя Вэнь Цюнлинь, верно? — выходя на открытую площадку, спросила Вэй Юнь. Вздрогнув, Вэнь Нин заметался в поисках укрытия. Однако находясь прямо посередине между высокими скалами, он не мог спрятаться от пронизывающего взгляда незнакомки. Та казалось готова была выпотрошить его незнамо почему. Ее поступь была тихой и грациозной, словно кошка неторопливо прогуливалась под солнцем. Она была чем-то похожа на его сестру: Вэнь Нин невольно выпрямился, в ушах звенели строгие слова Вэнь Цин: «Ну и чего ты сутулишься, словно провинился чем-то? Встань ровно и говори четко!» Поняв, что деться некуда, придется держать ответ, Вэнь Нин опечалился ещё больше. В то же время Вэй Юнь в полной мере ощутила себя извергом. Иначе отчего мальчик реагировал прямо как на своих обидчиков? — Это так, молодая госпожа, — наконец сказал Вэнь Нин, заикаясь на каждом слове. — Вы знаете меня? — Заочно, — максимально вежливо сказала Вэй Юнь. — Меня зовут Вэй Юнь, я главная ученица ордена Юньмэн Цзян. С этим она посмотрела на Вэнь Нина так, словно это должно было все объяснить. Разочарованный Вэнь Нин не знал, что хотела от него дева Вэй. Конечно, он слышал о близнецах из Пристани Лотоса. Кто бы нет? Вэнь Цин и Вэй Юнь часто упоминались вместе, как две самые видные заклинательницы своего поколения. С другой стороны, о самом Вэнь Нине даже сам Вэнь Чао не знал, что уж говорить о других кланах. Хотя может ему не следовало брать второго молодого господина за образец. — Хорошо, до меня дошло, что ты не в курсе матромониальных планов своего клана, — вздохнула Вэй Юнь. Это не звучало как упрек, но Вэнь Нин любезно додумал его в своей голове. — Передай своему старшему дяде, что ты думаешь об этом, — строго сказала Вэй Юнь, видя эту реакцию. — У меня тоже нет никакого желания связывать свою жизнь с кем-то из клана Вэнь. Слова прозвучали так неожиданно, а смысл их не сразу дошел до юноши. Он округлил глаза и даже отступил назад в полной растерянности. Старшему дяде? Его превосходительству, Вэнь Жоханю?! Госпожа Вэй его будущая невестка?.. С чувством удовлетворения от высказывания собственной позиции по надоевшему вопросу, Вэй Юнь оставила удивлённого Вэнь Нина, не подозревая, какое недопонимание повисло между ними. Время в ущелье текло быстро. Вэй Юнь ощутила лёгкую усталость от беготни за Вэнь Цюнлинем и духами. Ее шиди весело переговаривались за спиной, согревшиеся и взбодрившиеся. Они полностью перешли на задний план, видя, что дашицзе отлично справляется и от них требуется минимум помощи в виде подачи и сбора стрел. Благодаря исключительному таланту Вэй Усяня и Вэй Юнь в Пристани Лотоса укоренилось мнение, что никому из них не одолеть их. Сначала это разжигало огонь конкуренции, но затем пламя потухло, сменившись смирением и некоторой гордостью. Главное ведь, чтобы имя их секты звучало в пятерке победителей, верно? Так какой смысл тянуть одеяло на себя? Поэтому они и не пытались. Над ущельем одновременно расцвели два символа: фиолетовый лотос и тусклое солнце. Все трое подняли взгляд на темное небо. — Вы только посмотрите: сколько ещё Вэнь собираются доказывать свою неумелость? — присвистнул четвертый шиди, хлопая себя по пухлому боку. — Для них стрельба действительно не самый лучший вид соревнований, чтобы показать всем свое превосходство, как они того желают, — сказала Вэй Юнь. «Плохо, что Юньмэн Цзян уже который раз появляется рядом с символом очередного поражения Цишань Вэнь. Не хотелось бы слушать их визги по этому поводу». Настоящего соперника Вэй Юнь встретила в конце соревнований. Преследуя бродячего духа, она высокими прыжками преодолевала пропасть между скалами. Ее пальцы с натруженными мозолями горели от трения с тетивой. Натянув лук, Вэй Юнь прищурилась на мгновение. Лёгкий, почти неразличимый звук предупредил её в последний момент приподнять лук, дабы стрела пролетела над духом. С другой стороны кто-то поразил духа Вэй Юнь. Лань Сичэнь опасливо расширил глаза, видя, что секундой ранее невидимый им ученик тоже выбрал целью его духа. К сожалению, он промахнулся. Лань Сичэнь хотел было найти ученика и извиниться, что невольно отобрал чужую добычу, но замер, когда увидел, что стрела пролетела дальше. Там, где, как он думал, была просто скала, обнаружилась щель, через которую выглядывал спрятавшийся бродячий дух. Его и убил меткий ученик. Вэй Юнь смахнула пот со лба, мысленно поздравляя себя, что успела увидеть размытую тень. Она обернулась и натолкнулась на Лань Сичэня, шедшего в ее сторону. Его добродушное лучистое лицо сразу подарило тонну свежести, просто глядеть на юношу было достаточно, чтобы ощутить прилив сил. Особенно в таком темном и мрачном месте, как это ущелье. — Разве это не Первый Нефрит клана Лань? — Ты прав, это Лань Сичэнь! Но почему он выстрелил в духа дашицзе? Вэй Юнь резко посмотрела на шиди через плечо, и те замолчали с неловкостью. Однако Лань Сичэнь уже услышал их. Его вид принял траурное выражение, словно он убил любимого котенка Вэй Юнь. — Прошу прощения, молодая госпожа Вэй, — он церемонно склонил голову в совершенно ненужном жесте. — Я поспешил, надеясь заполучить очко для Гусу Лань, и не проверил как следует свое окружение. — Нет нужды в извинениях, — отказалась Вэй Юнь, закрепляя лук за спиной. — Это соревнования, если мы будем вот так уступать цели друг другу, то не выявим истинного победителя. — Тем не менее я бы не хотел отбирать чужую добычу. Вэй Юнь улыбнулась подобному напору. Какой любезный этот Первый Нефрит! Совершенно отличается от своего холодного брата, который хоть и придерживается вежливости, но может заморозить одним видом. Он немного напоминал дядю Цзяна, но если у дяди вежливость была способом спрятать свои чувства, то у Лань Сичэня похоже подобное поведение было частью его личности. — Осторожнее, молодой господин Лань. Однажды кто-то воспользуется вашей обходительностью, — усмехнулась девушка. Лань Сичэнь увидел эту насмешливую улыбку теперь уже вблизи и убедился, что верхние клыки действительно длиннее и острее остальных зубов. «Очаровательно», — подумал он. Звук удара в барабан из кожи Цюнци ознаменовал окончание состязаний. Лань Сичэнь убрал оружие. Ему было трудно обходиться с такой хрупкой вещью, даже если луки для учеников Лань были сделаны из особо прочного материала. Сокрушительная физическая сила с одной стороны мешала в повседневной жизни, особенно если Лань спускались со своей горы, но с другой помогала развивать самоконтроль. Лань Сичэнь невольно взглянул на тонкие изящные пальцы молодой госпожи Вэй. Светлая кожа местами пересекалась старыми шрамами, а, учитывая ее навыки по стрельбе, Вэй Юнь наверняка провела много часов на тренировочной площадке. Вэй Юнь пошла вперёд с прямым разворотом плеч и твердой поступью, совсем не похожей на манящие неторопливые шаги иных дочерей благородных кланов. Хотя это был просто выход из ущелья, но Вэй Юнь шла будто перед ней лежала дорога к вершине. Девушки в Гусу Лань были совсем другими: такими же самодостаточными и гордыми, но более строгими, более понятными мировоззрению Лань Сичэня. Он улыбнулся вслед уходящей группе из Юньмэн Цзян. Ему не стоит так долго думать о юной леди из чужого ордена. В конце концов, он прекрасно знал историю обречённой любви своего отца.

***

— Что?! — громко воскликнул Вэй Усянь. — Лань Чжань досрочно покинул ущелье?! Когда это случилось?! — После того, как ты сорвал с него повязку, — объяснил Цзян Чэн, заставив Вэй Усяня оглянуться. — Это просто повязка на голову, что в этом такого? — Ты знаешь, как они ценят свои налобные ленты. Ты просто напрашивался на неприятности. Позади них стоял Лань Ванцзи, глядя вниз, пока Лань Сичэнь успокаивал его. Вэй Юнь с некоторым сомнением наблюдала эту сцену. Если не знать контекста, то казалось, будто Вэй Ин обесчестил Второй Нефрит клана Лань. — Ты больше ничего не натворил кроме этого? — спросила она у брата, и тот тут же покачал головой, чем убедил ее в обратном. — Нет, клянусь! Я действительно просто хотел помочь, но он сам не поверил мне. Хотя до этого я, конечно, подшутил на эту тему, но я не ожидал, что он так отреагирует! Иначе бы не сделал этого. В голосе чувствовалось искреннее сожаление, что было редкостью для игривого Вэй Ина, находящего спокойствие только перед лицом госпожи Юй. — Лань Ванцзи будет вечно тебя ненавидеть, — заявил Цзян Чэн, когда мальчик послал Вэй Усяню еще один яростный взгляд. Оба близнеца вздрогнули. Нажил ли Вэй Ин себе кровного врага? Вэй Юнь не понимала и, немного подумав, не пожелала понимать. Незнание законов не освобождает от ответственности, однако тут не шла речь о принятии наказания. Скорее Лань Ванцзи просто взъярился на то, что Вэй Ин затронул больную тему. Это как по незнанию сказать ребенку, потерявшему родителей, что твоя мать раздражает бесконечными придирками. Отвернувшись, Вэй Юнь посмотрела на верхнюю площадку. Вскоре ученики увидели сварливого Вэнь Чао, сидевшего напротив глав секты. Развернулся свиток, и диктор начал проецировать свой голос. — Чемпионом соревнований по стрельбе из лука в этом году становится… Аудитория напряглась. — Орден Юньмэн Цзян, Вэй Усянь! Цзян Чэн, сначала взбодрившийся, тут же поник. Не замечая этого, Вэй Ин горделиво поднял нос к верху, слушая поздравления шиди. — Второе место занял Лань Сичэнь из ордена Гусу Лань! Невольно Вэй Юнь оглянулась на невозмутимого Лань Сичэня. В отличие от Юньмэн Цзян, радовавшихся открыто и громко, с той стороны царила тишина. Разве что ученики стали более воодушевленными и то и дело смотрели на юношу с уважением. — Третье место разделяют орден Юньмэн Цзян, Вэй Юнь, и орден Ланьлин Цзинь, Цзинь Цзысюань! Ее шиди буквально разорвались от радости, ещё больше чествуя своих главных учеников. Казалось, они были готовы наброситься на Вэй Юнь с объятиями, прямо как на Вэй Ина ранее. — Так оно и есть! Наши дашисюн и дашицзе самые лучшие! — Нет никаких сомнений! — Вэй-шицзе невероятная! Оттенок недоверия прошёлся по толпе, когда они все уставились на двух близнецов, стоящих рядом. Вэй Ин громко поздравлял сестру. Цзян Чэн совсем разочаровался. Не говоря ни слова, Вэй Юнь пихнула его локтем, и на вопросительный взгляд подмигнула. — Четвертое место достается Лань Ванцзи из клана Лань. Вэй Ин засиял, будто победа Лань Чжаня была его гордостью. — Вау, — прошептал кто-то. — Двое из пяти — из клана Лань, двое из ордена Юньмэн. Впечатляюще. — А, — сказал четвертый шиди Юньмэн. — Лань Ванцзи ушел на полпути, но все же сумел занять четвертое место! — Посмотрите на клан Вэнь, — добавил третий шисюн. — Они даже не финишировали в первой пятерке. Это так неловко. Услышав размышления своего шиди, Цзян Чэн слегка кашлянул, чтобы напомнить им, где они находятся. — Заткнись, — предупредил он. Зловещий ветер, казалось, усилился, когда Вэнь Жохань начал злиться. — Очень мило, — усмехнулся он. — Четыре клана действительно обладают большими талантами. Поскольку соревнования закончились, я ухожу. Мои гости, не торопитесь. — До свидания, ваше превосходительство, — хором произнесли ученики Вэнь. Не Минцзюэ не смог удержаться и закатил глаза от зрелищности. Вэнь Чао шел перед ними, скомандовав: «Всем встать!» Цзинь Гуаншань нервно смотрел вслед уходящему главному культиватору, слегка обмахиваясь веером. — Можно сказать, что он недоволен, — заметил глава ордена Цзинь. — Эти молодые люди привлекли внимание. Беда идет к нам. — Это было соревнование, не так ли? — спросил Цзян Фэнмянь. — Будущее наших кланов находится в руках этих молодых людей. Кроме того, будущее непредсказуемо. Он и наставник Лань Цижэнь переглянулись, не нуждаясь в словах. В конце концов, именно их ученики заняли призовые места. Ученики начали расходиться, отправляясь группами в родную секту. Воспользовавшись моментом отвлечения Вэй Ина, Вэй Юнь подошла к Цзян Чэну. У нее было больше опыта по эмоциональной сфере, и с тринадцати лет она четко осознавала растущую зависть и собственное унижение Цзян Чэна. Родители никогда не должны вмешивать в свои конфликты детей. Там, где госпожа Юй и дядя Цзян барахтались со всеми скандалами, в итоге оказались оба их родных ребенка и оба воспитанника. Если Цзян Яньли в силу мягкости не понимала, как ей наладить отношения семьи, то Цзян Чэн благодаря взрывному характеру, унаследованному от матери, не мог это сделать. — Я надеюсь, наследник ордена гордится своими главными учениками? Первые попытки Вэй Юнь поговорить с Цзян Чэном были абсолютным провалом. Не привыкшая подбирать слова, тогда девочка ещё больше обижала его. Сейчас Цзян Чэн лишь с непониманием посмотрел на нее. — Эй, хочешь сказать нет? Какой ты однако! В будущем мы с Вэй Ином будем на переднем краю, в то время как тебе дадут возможность наслаждаться видами оттуда. Проследив за указующим пальцем, Цзян Чэн наткнулся на верхнюю площадку, где все это время восседали главы кланов. Он моргнул. — Что за чушь, — тем не менее Цзян Чэн почувствовал себя лучше. Его неуверенная гримаса растаяла, возвращая негодующее выражение, когда они заметили столпотворение впереди. Вэй Усянь лежал на вершине из вопящих тушек шиди, очень довольный собой. — Слезь оттуда, балбес! — закричал Цзян Чэн. — Лучше ты иди сюда, Цзян Чэн! Тут такие виды открываются! — Шисюн, пожалуйста! — Дай нам встать, мы раздавили третьего шисюна! — панически закричал пятый. Подобные развлечения были слишком дикими для остальных орденов, кроме, пожалуй, Цинхэ Не, ученики же Лань, Цзинь и Вэнь отходили подальше. Глава Цзян появился рядом, с невозмутостью не обращая внимания на то, что творили члены его ордена. Вэй Юнь подошла к нему. — Думаю, твой ответ отрицательный, — заметил дядя Цзян, опережая мысли Вэй Юнь. — Как вы узнали? Помедлив, он ответил: — С самого детства ты проявляла особую независимость. Я никогда не сомневался в твоей сознательности и зрелости, и так же разумеется я в курсе, что ты не будешь делать то, что не по душе. Помолвка с посторонним сердцу человеком — не то, чего я и тем более ты желаешь для себя. Вэй Юнь заметила оттенок глухой тоски в голосе Цзян Фэнмяня и смутилась, вспоминая низменные слухи, что окружали близнецов. Память Вэй Ина не сохранила воспоминания о днях, проведенных с семьёй, однако Вэй Юнь помнила мать и отца. Цансэ отличалась буйным нравом и всегда находила приключения там, где другой человек увидит лишь рутину. Ее улыбка передалась Вэй Ину, как и склонность к шаловливому поведению. Вэй Чанцзэ же напротив немногословен, но надёжен словно скала. Его широкие плечи не раз закрывали детей от промозглого ветра. Помнила она и дядю Цзяна. Он действительно любил Цансэ, а потому стремился урезать общение с ней, когда семья Вэй появлялась в Пристани Лотоса. Слухи не были правдой.