Больно не будет

      В Большом зале было шумно. Студенты Хогвартса толпились в самом конце, не решаясь сесть за свои столы. Естественно новость о нападении на Хогсмид разнеслась по школе в считанные секунды, и поэтому сейчас студенты с настороженностью смотрели на студентов Когтеврана, чьи ряды навсегда покинул Бобби Ренгон.       Эйприл довольно быстро смогла отыскать мародеров, поэтому прямо сейчас стояла рядом с ними. Отчего-то в кругу мальчишек было спокойно. Может, она подсознательно чувствовала, что здесь она будет в безопасности, а может просто боялась слишком долго находится в компании девчонок. Да, она не помнила большую часть того, что происходило с ней, когда она пользовалась черной магией, такой уж был у нее эффект, но она все равно боялась, что однажды вновь станет пользоваться ей, поэтому общество подруг она обходила стороной. По крайней мере в тех случаях, когда находилась рядом с большим скоплением людей. Она больше не могла допустить того, что, судя по всему, когда-то сделала, но, увы, уже не помнила. — Что произошло? — Питер озирался по сторонам, явно кого-то выискивая. Вскоре он нашел того, кого искал, разглядев среди толпы когтевранцев знакомую темную макушку, и выдохнул, успокоившись. — Ну, в том смысле, зачем нас собрали?       Сквозь шум и гам, исходящий от толпы было сложно что-либо разобрать. Конечно, все знали, что был убит староста Когтеврана, но никто не знал, для чего понадобилось так срочно собираться в Большом зале. Уж не попрощаться же наверняка они все здесь собрались. По словам Вики Уолтерс, тело Бобби было настолько обезображено, что после этого кошмары еще месяц снится будут у любого, кто хоть одним глазом взглянет на него. — Хотелось бы мне знать, Хвост, — Джеймс стоял около стены, прислонившись к ней одним плечом. — Возможно, директор вновь проведет инструктаж, как в начале года, а потом придумает что-нибудь новенькое, чтобы мы поверили, что находимся в полной безопасности. Но это не так.       Эйприл нахмурилась. — Давно ты стал мыслить так пессимистично? — спросила она, выглянув из-за плеча Сириуса, в объятиях которого стояла чуть поодаль брата. — На тебя так влияет будущая стажировка в министерстве?       Поттер покачал головой. Лицо его было серьёзно, тело напряжено, глаза чуть сужены. Взглядом карих глаз он блуждал по слизеринцам, сам того не осознавая, снова и снова возвращаясь к Снейпу, которому теперь хотелось отомстить вдвойне. — Просто я подумал, что было бы, если бы сегодня пошли в Хогсмид, — сказал он. — Кого-нибудь бы точно ранило, а я, между прочим, пообещал отцу заботить и защищать Эйприл.       Сириус свободной рукой сжал плечо Джеймса, что было не совсем удобно, учитывая то, что сделал он это левой рукой. — Да брось, Сохатый, — тихо сказал Блэк. — Может быть, в Хогсмиде было все не так ужасно. Бобби оказался не в том месте не в то время, вот и попал под раздачу. С чего ты взял что что-то подобное может случиться с Эйприл? Она же всегда рядом с нами. Мы бы защитили ее, а если нет, то она и сама девочка не промах. Забыл, как она неделю назад наваляла Мальсиберу? Я до конца жизни его танец не забуду.       Эйприл уткнулась лицом в плечо парню, скрывая улыбку. Да, он прав она может сама за себя постоять и тот случай с Мальсибером, когда он отбивал чечётку посреди школьного двора на потеху первокурсникам, доказывает это в полной мере. — В любом случае Пожиратели смерти что-то совсем разбушевались в последнее время, — возразил Джеймс. — И что-то мне подсказывает, что к этому приложили свою руку змейки. Вон, смотрите, как они улыбаются.       И действительно слизеринцы чуть ли не в открытую выражали свое явное наслаждение от происходящего. Они то и дело окликали кого-нибудь из когтевранцев, напоминая о недавней потере. — Я думаю, что им пора поправить гримасы на лицах, — Сириус поморщился. — Слишком уж они веселые.       Незаметно для других он облегченно выдохнул, когда заметил брата и двоюродную сестру, что стояли чуть поодаль. Они в отличие от других не улыбались, а, как и полагалось настоящему Блэку, вели себя подобающим образом. Хоть чему-то полезному их научили родители. Краем глаза парень взглянул на Эйприл, которая обхватила его за торс двумя руками, прижавшись ближе. И как только Поттер смогла наладить общение с Регулусом, когда с самого начала ненавидела его? Фантастика. Это было загадкой, ответ на которую девушку спрятала глубоко в сердце, грозясь унести его с собой в могилу. — А куда Люпин подевался? — будто бы опомнившись, поинтересовался Джеймс, осмотревшись по сторонам. — Вечно его где-то волки носят. — Да вон он, — Питер быстрее всех высмотрел друга, указав на него куда-то в сторону. — Разговаривает с Эмили.       Синхронности мародеров могли позавидовать даже те, кто понимает друг друга с полуслова, ведь как только Хвост произнес последнее слово, оставшиеся трое друзей повернулись в ту сторону, куда указывал друг. Лунатик действительно стоял в компании Стюарт, беседуя с ней о чем-то шёпотом. Чуть дальше за ними стояли Лили, Марлин и Алиса. Первая и последняя отчаянно жестикулировали, пытаясь привлечь внимание подруги. — Я отойду ненадолго, — нехотя сказала Эйприл, выпутавшись из объятий Сириуса, чему тот был явно против. — Меня девочки зовут.       Оправдание так себе, но уже в следующую минуту Поттер, обойдя Римуса с Эмили, очутилась подле подруг. — Ну, что, Лис, ты уверена, что еще хочешь в Хогсмид в следующие выходные? — поинтересовалась Маккиннон. Как только Эйприл подошла к ним. — Я уверена, что нет, а если всё-таки да, то я уверена, что девчонки меня поддержат и мы никуда не пойдем. Ведь поддержите?       Две гриффиндорки переглянулись. Прил быстро отвела взгляд в сторону, посмотрев на Марлин, которая казалось в первые за последние два года смотрела не со злобой, а просящим помощи и поддержки взглядом. — Мне кажется, что Марлс права, — Лили нахмурилась, пробежав взглядом по каждому из собравшихся здесь студентов. — Если Пожиратели смерти добрались до Хогсмида, там явно небезопасно и профессор Дамблдор скорее всего запретит нам туда ходить.       Алиса покачала головой. Она была согласна с Лили. Если на Хогсмид напали, то там небезопасно. Уже небезопасно. Небезопасно хотя бы троим из их компании, потому что кровь их нечистая. Грязная. А Пожиратели, как известно, очень хотят уничтожить всех волшебников с нечистой кровью, чтобы править над теми, кто остался. Им с Эйприл, конечно, бояться было нечего. У обеих кровь была чиста, а у Эйприл так в крови еще прослеживалась связь с Блэками, так что она, по мнению подруги, была в полнейшей безопасности. — Я все равно придумаю что-нибудь, чтобы мы провели время вместе, — пожала плечами Фортескью. — Не в Хогсмиде, так в другом месте.       Переглянувшись с другими девочками, Поттер покачала головой. Находиться в компании подруг ей было сложно. Дружба медленно растворялась и совсем скоро от нее не останется и следа. Этого было не изменить. Они уже не те малолетние девочки, которые только-только приехали в Хогвартс, не зная, что делать и как себя вести. Эйприл была уверена, что Алисе не удастся вернуть дружбу, хотя бы потому, что с Маккиннон она не хотела больше иметь никаких связей. Взглянув на блондинку, Прил едва заметно покачала головой. А они ведь были подругами. И как только из-за одного парня они умудрились так поссориться? Усмехнувшись, Поттер вернулась к парням и как раз во время. В Большой зал вошел директор школы Альбус Дамблдор и вошел он не один. Следом за ним вошел... — Папа?! — синхронно воскликнули близнецы, уставившись на мужчину.       Флимонт Поттер предстал перед студентами в черной мракоборческой мантии. Руки его были сложены за спиной, что говорило о том, что он был очень напряжен. О напряжении говорили и серьезные глаза, и сомкнувшиеся в тонкую полоску губы. Было видно, что мракоборец на ногах стоит как минимум сутки, но он все равно старался выглядеть бодрым и уверенным в себе. На студентов он смотрел как будто вскользь, ни на ком не задерживая взгляд темно-карих глаз.       Взгляд свой Флимонт задержал лишь на слизеринцах. Видимо, он подозревал кого-то из них, хотя может он хотел пригласить кого-нибудь из них потом на личную беседу, чтобы разузнать побольше об их родителях. — Зачем мы здесь собрались?! — воскликнул староста Слизерина. Как и сокурсники, он был не особо-то доволен тем, что его вызвали в Большой зал, где заставили торчать вот уже как полчаса. — Подумаешь, какого-то парнишку убили! Таких еще тысяча. Все можем расходиться.       Его поддержали сокурсники. Но вот в отличие от него больше в слух никто ничего сказать не осмелился. А Флимонт тем временем холодно улыбнулся. — Мистер Спаркс, — обратился мракоборец, чем удивил слизеринца, думавшего, что глава мракоборческого центра не знает его имени. — Собрались мы здесь как раз из-за убийства. Убили вашего сокурсника. Да, он был на другом факультете, но это не значит, что вы должны относиться к нему так не почтительно. Что бы вы говорили, если бы погиб кто-то из ваших товарищей? Близких друзей? Что говорили бы ваши друзья, если бы погибли вы?       Джеймс усмехнулся, наблюдая за тем, как отец разом заставил заткнуться всех слизеринцев. Сейчас они стояли тихо словно и не говорили ничего такого, что могло бы разозлить прославленного мракоборца. — Наши родители еще покажут тебе тысячу и один способ, чтобы умереть, — прошептал шестикурсник с Слизерина.       Поттер стрельнул глазами в его спину. А тот, будто бы почувствовав недобрый взгляд, обернулся и уставился на него в ответ. — Что, Поттер что-то не так? — с ухмылкой поинтересовался он.       Джеймс коварно улыбнулся. — Смотри, чтобы я тебе не показал тебе тысячу и один способ, как опозориться, или тысячу и один способ, как наглотаться мыла в Большом зале. Я могу долго продолжать этот список. Выбирай, что понравится, и ты станешь подопытным кроликом.       Слизеринец косо взглянул на сокурсника, но отвечать ему на его колкость не стал. Не хотелось ему ссориться с человеком, чей отец глава мракоборческого центра. К тому же его отец был прямо сейчас стоял рядом с Альбусом Дамблдором, дожидаясь пока в зале прекратиться гомон. — Успокоились? — спокойно спросил Флимонт, оглядев зал. — Надеюсь, мне больше не придется объяснять вам значимость нашей с вами встречи. Наверняка ваши старосты уже сообщили о том, что сегодня было совершенно нападение на Хогсмид, в ходе которого были убиты и пострадали несколько человек, среди которых был и ваш товарищ по учебе. Я не буду говорить вам, как именно это произошло, но прошу ваших деканов провести с вами беседы на эту тему.       Поттер обвел взглядом четырех профессоров, которые занимали свои места за преподавательским столом. Они кивнули почти синхронно, из чего следовало, что чуть позднее студентам следует ожидать скучнейшую беседу. — А в Хогсмид ходить можно? — спросил какой-то третьекурсник, несмело подняв руку. Ну а что? Он имеет полное право на этот вопрос. Все-таки им совсем недавно разрешили ходить в волшебную деревню0 и будет обидно, если им запретят это делать.       Флимонт переглянулся с Дамблдором и, недолго подумав, ответил: — Этот вопрос мы обсудим с вашими деканами, и они чуть позднее сообщат вам наше решение, — ответил он. — Но если все-таки походы в Хогсмид будут разрешены, я настоятельно прошу вас не ходить туда в одиночку. Пожирателей смерти отличает от нас только то, что они хорошо умеют скрываться. Вы не сможете отличить их от других волшебников. Именно поэтому ходите в Хогсмид небольшими группами. Особенно это касается маглорожденных. Как известно, основной целью Пожирателей смерти являются именно они. Если у вас еще есть ко мне вопросы, задавайте.       Несколько минут в зале царила тишина. Никто не решался задать вопросы. — Если в мире так опасно, то не будет ли логичнее защитить Хогвартс? — поинтересовался Фрэнк.       Многие загалдели, соглашаясь с вопросом семикурсника. Все прекрасно понимали, если не сегодня, так завтра в Министерство, а конкретно в мракоборческий центр, начнут прилетать совы с гневными просьбами родителей о том, чтобы отправить в Хогвартс делегацию мракоборцев с целью охраны древнего замка. — Хороший вопрос, — согласился Флимонт, переглянувшись с Дамблдором. — Завтрашним днем в школу будут отправлен отряд мракоборцев, которые будут днем и ночью защищать Хогвартс от проникновения в нее вражеских сил.       Гробовая тишина окутала Большой зал. Студенты тревожно переглядывались. Каждый из них постепенно начинал осознавать всю суть проблемы. Некоторых из них уже начали забирать родители. Вчерашним днем, будто бы предчувствуя скорое нападение на Хогсмид, родители некоторых студентов, в основном родители первокурсников, поспешили забрать своих отпрысков домой. — Если на этом ваши вопросы закончились, то можете расходиться по своим гостиным. Эйприл, Джеймс, останьтесь на пару минут. Мне нужно с вами поговорить.       Студенты медленно начали расходиться. Вслед за ними удалились и деканы их факультетов. С каждым факультетом вскоре должна состояться беседа, в итоге которой будут приняты решения по обеспечению их безопасности. — О чем ты хотел поговорить? — спросил Джеймс, проводив глазами мародеров.       В Большом зале остались лишь они трое. Флимонт смотрел на своих детей, поджав губы. Он не знал, как сказать им о том, что дела гораздо хуже. О том, что в мире сейчас небезопасно. О том, что он и Юфимия каждый день рискуют жизнями, чтобы спасти других. О том, что оба они являются негласными членами Ордена феникса. — Я, кажется, уже говорил вам, что мы с мамой желаем забрать вас домой...       Близнецы переглянулись. Этот разговор они уже заводили на рождественских каникулах, и тогда им удалось убедить родителей в значимости школы именно сейчас, когда им оставалось совсем ничего до выпуска. Всего лишь какой-то год и все. Но сейчас после того, что произошло в Хогсмиде, они сомневались, что им снова удастся убедить родителей в том, что школьное обучение для них очень важно. — Папа, но... — Можете послушать меня всего несколько минут и не перебивать? — спросил Флимонт.       Мужчина вздохнул. Сказать было необходимо слишком многое. Как Джеймсу, так и Эйприл. В особенности ему хотелось поговорить с дочерью. Предупредить ее. Открыть глаза на правду. — Итак, — мракоборец сел на край стола, внимательно осмотрев каждого своего ребенка. — Ранее мы с матерью просили остаться вас дома, но сейчас мне кажется это бессмысленным. Ни я, ни Юфимия дома почти не появляемся. И там, вне стен этой школы, очень опасно. Мы не сможем вас защищать, поэтому разумнее всего будет оставить вас здесь, в Хогвартсе. Там, куда до сих пор не смог попасть не один из Пожирателей смерти.       Флимонт нахмурился. Он не знал, как продолжить дальше, а ведь сказать нужно было многое. Времена сейчас были неспокойные. Волшебники умирают каждый день, а волшебники, которые ведут игру против некого Темного Лорда, умирают в разы быстрее, если попадаются ему под руку. Так было в первые месяцы после того, как образовался орден. Люди исчезали. Некоторые волшебники пропадали без вести и не возвращались, некоторые возвращались спустя какое-то время и уходили из Ордена. Одним словом ситуация была так себе. И Флимонт с Юфимией рисковали каждый день, обрекая своих детей на жизнь без родителей. — Ты же не только за этим позвал нас сюда, да, папа? — спросил Джеймс. — О том, что вы с мамой всё-таки решили оставить нас в Хогвартсе, можно было написать в письме или и вовсе не говорить. Мы и так бы поняли это.       Мужчина кивнул. — Верно. Я пришёл еще для того, чтобы сказать вам о том, что вам сейчас важно оставаться сильными. Мы с мамой не всегда будем рядом. Мы рискуем каждый день, защищая маглорожденных. И, спасая их, рано или поздно это может плохо закончиться. Я не хочу напугать вас, но... — Флимонт вздохнул. Видеть растерянные и напуганные глаза своих детей ему было больно. — Но я просто хочу, чтобы вы знали, что вы не одиноки и прежде всего вы есть друг у друга. Это многое значит. Джеймс, а сейчас можешь оставить нас с Эйприл?       Сохатый, не особо желая оставлять сестру и отца, у которых явно появились какие-то секреты, спустя пять минут препирательств всё-таки ушел, а Прил осталась с отцом наедине. — Доченька, — мракоборец замялся. — Прежде чем начать просто пообещай, что попытаешься понять то, что я буду тебе объяснять. Хорошо?       Эйприл кивнула. Честно, ей было немного все равно на то, что собирался сказать отец. Вот такой уж эгоисткой она была, но сегодня произошло слишком много эмоциональных потрясений, что для нее были очень вредны. Поэтому девушка надеялась на то, что отец не задержит ее надолго, и она сможет потом отправится в более уединённое место, чтобы побыть немного в одиночестве и успокоиться. — В общем, дело в Сириусе.       Брови девушки в удивлении взлетели вверх, что было не удивительно, ведь ей казалось, что отец давно уже смирился с мыслью, что его единственная дочь вновь доверилась Блэку. — А что с ним не так? — спросила девушка, стараясь сделать это как можно равнодушнее. Не получилось. — Дело не столько в нем, сколько в его родителях, — пояснил Флимонт. — Понимаешь, мой отдел уже больше года выслеживает Пожирателей смерти и их предводителя. Мы строим догадки о том, кто может оказаться на стороне зла. Его родители, а точнее его отец в молодости очень сильно увлекался чёрной магией. Он погряз в ней, — мужчина ненадолго замолчал. Всё-таки сложно было говорить о уже бывшем лучшем друге. — Понимаешь, его отец вполне мог оказаться Пожирателем смерти, а если так, то очередь вскоре может дойти и до Сириуса. — Папа, но...       Флимонт поднял вверх указательный палец, прося дочь помолчать. — Прошу дай мне высказаться. Я знаю, что тебе неприятно это слышать, но черная магия опасна и она вполне может передаться по наследству. По крайней мере у Сириуса точно есть к ней предрасположенность. Осталось только дать ей толчок, а ведь сейчас по всей стране идут военные действия. Гибнут волшебники наши близкие, друзья, и ты только подумай, что произойдет, если погибнет кто-то, кто дорог для Сириуса. Он может сорваться. Черная магия завладеет им. Поэтому я бы попросил тебя держаться с ним поосторожнее и по возможности не слишком привязываться. Я тебя знаю как облупленную. Ты не посмотришь даже на то, что он злодей и продолжишь общение, но смотри, как бы он не погубил тебя.       Эйприл глупо проморгала глазами, решив, что все это, наверное, послышалось ей. Что она просто слишком переутомилась и сейчас словила лёгкую галлюцинацию. Ну не может же отец прямым текстом намекать ей расстаться с человеком, которого она любит всем сердцем. — Папа, ты, наверное, шутишь? — решила уточнить девушка. — Если нет, то я могу с уверенностью тебе сказать, что чего-то подобного не будет. Сириус вырвался из-под влияния родителей. А уж, поверь, я знаю, что на формирование и развитие человека влияет именно его близкое окружение. А раз уж Блэк сбежал, то и бояться нечего. — Но... — Пап, я не хочу ничего слышать, — воскликнула Эйприл. — Я не хочу слушать беспочвенные обвинения, так что если у тебя все, то я пойду. До встречи на летних каникулах.       Убедившись, что отец больше ничего не хочет ей сказать, Поттер вырвалась из Большого зала, стараясь как можно тише закрыть большие дубовые двери. Всё-таки не хотелось показывать отцу, что она разозлилась. А разозлилась она сильно.       Флимонт так и продолжил стоять в Большом зале, про себя думая, что Грюма больше слушать не будет. Плохая эта идея. Эйприл права. Сириус действительно хороший человек и в этом сомневаться бесполезно. Намереваясь направиться к Дамблдору, чтобы решить еще парочку вопросов, он тихо прошептал: — До встречи.

***

      Поместье, возможно, самого величественного волшебника всех времен стояло напротив кладбища. Марк Смит долго плутал бесчисленного количества старых могил, прежде чем нашел ту самую, почти незаметную тропинку, ведущую в сторону поместья. Таких тропинок было бесчисленное множество. Мужчина точно знал, что одна из них ведет в лес, другая выходит в деревню, а ещё одна ведет к потайному озеру. Остальные тропинки вели в разные концы кладбища, где были похоронены не только люди из могилы, но и вся семья его хозяина. Темный лорд похоронил здесь свою семью много лет назад и с тех пор ни разу здесь не появлялся. С тех пор и места-то стали такими мрачными. А ведь здесь когда-то кишела жизнь. Вот только места эти поглотила самая что ни наесть черная магия.       От этого места Смита в дрожь бросало и он, по возможности, старался здесь никогда не появляться. Но сегодня проходило очередное собрание и он обязан был на нем присутствовать, потому что Тёмный лорд сам просил его явиться. А неповиновение в их случае каралось смертью.       Поместье, в котором обычно проходили собрания, тоже не отличалась особым гостеприимством. Мрачное поместье, в котором тут и там висела паутина. Мрачные ковры, грязные, местами разбитые окна. Это помещение было давным-давно заброшено. Так могли подумать те, кто попал сюда первый раз. Но на самом деле прошло не слишком много времени с тех пор, как был убит Том Реддл, бывший хозяин особняка. Однако не время было поминать незнакомого ему человека. Марк должен явиться на собрание за считанные минуты. — Марк.       Смит остановился и закатил глаза. Кристофер был, наверное, одним из немногих человек, кого сейчас он видеть совсем не хотел. Конечно, Темный лорд обещал ему, что с братом его отношения наладятся, но сейчас перемирия и близко не было. Он так и не смог найти общего языка с сыном давно почивших родителей. Слишком уж они были разными от внешности до характера. — Кристофер, — сухо сказал он. Обычно при виде брата должна проявляться улыбка, но сейчас на нее не было даже намека. — Какими судьбами? — Вообще-то я иду на собрание точно так же, как и ты, — сказал он. — И я искренне не понимаю, почему ты меня так невзлюбил.       Марк ушёл. Он не хотел отвечать на этот вопрос, поэтому вошел в зал, где уже собралось большинство Пожирателей смерти. За столом он занял место между Орионом Блэком и еще каким-то малознакомым ему волшебником. Общество старшего Блэка он не мог терпеть от слова совсем, но и рядом с братом, в конце стола, ему тоже сидеть не хотелось. — Итак, — в зал ворвался Воландеморт. Ни приветствия, ни какого-то другого жеста или какого-то небольшого отступления от темы собрания не было. Он сразу перешёл к делу. — Наши с вами дела идут хорошо. Но как вы уже успели заметить наши с вами ряды поредели. Некоторых, увы, самых слабых из нас поймали и отправили в Азкабан. Сделал это никто иной, как Флимонт Поттер.       Марк почувствовал, как рядом сидящий Орион едва заметно вздрогнул. Ну, конечно, они же с Флимонтом раньше были друзьями. Неудивительно, что он волнуется за судьбу лучшего друга. — Нам надо убить его, — сказал кто-то в начале стола.       Смит повернул голову в сторону Иоланты. По ней можно было сказать, что ей абсолютно все равно на судьбу единственного сына. — Не он сейчас наша главная проблема, — возразил Темный лорд.       В зале на секунду повисла тишина. Пожиратели смерти притаились. Они и слова не могли сказать. Все гадали, кто же для их господина враг номер один. — Альбус Дамблдор, — сказал тихо волшебник. — Наша проблема Альбус Дамблдор. Насколько мне известно, он собрал что-то наподобие команды, которая будет бороться с нами. Но кто они, что затевают — мне неизвестно. Поэтому я предлагаю отправить в Хогвартс парочку наших шпионов. Чтобы этот человек следил за ним день и ночь, втерся в доверие, чтобы выяснил его будущие планы, его мысли на наш счет. Есть идеи?       Марк нахмурился. Он не понимал, для чего в Хогвартсе еще один шпион, если он сам является таковым. Да, изначально Смит направился в школу по просьбе Иоланты, чтобы присматривать за Эйприл, но позднее-то он стал именно шпионом. Докладывал о том, что творится в магической школе каждое собрание, докладывал о делах Дамблдора и других профессоров. Но, видимо, этого ему было мало.       Идей ни у кого из Пожирателей не было. Предлагать свою кандидатуру они отказывались, потому что Дамблдор прекрасно знал каждого из них и легко бы смог разгадать их планы и, того и гляди, сдать в Министерство магии, где сам был членом Визенгамота. — Нет ни у кого идей? — спросил Тёмный лорд некоторое время спустя. — Хорошо, тогда разберем следующий вопрос. С первым я разберусь самостоятельно. Итак, наши дорогие близнецы Смит и Катрин, для вас задание. Вам необходимо завербовать своих однокурсников. Вам необходимо так расписать нашу жизнь, чтобы они сами захотели вступить в наши ряды. Делайте, что хотите, но вот только сделайте так, чтобы об этом не узнал Дамблдор или кто-нибудь другой из ваших преподавателей. Надеюсь, вам ваше задание понятно?       Переглянувшись, что было сделать не очень-то удобно, ведь Катрин и Виктор со Стефаном сидели на разных концах стола, они почти синхронно кивнули, что порадовало Темного лорда. — На этом, я думаю, наше собрание можно закончить.       Пожиратели смерти медленно потянулись из мрачного зала. Ушли все, кроме Марка. Он темными глазами прожигал спину своего повелителя, дожидаясь, пока он обратит на него внимание. — Не обязательно прожигать меня глазами, Смит, — холодно сказал Том Реддл, медленно повернувшись. — Если ты хочешь что-то спросить, то спрашивай, а не испытывай мое терпение.       Под взглядом голубых глаз Марк даже не вздрогнул. Он спокойно смотрел в глаза волшебника, зная, что ему это не нравится, но он сам виноват в этом. Сам не выбрал его для задания. — Хорошо, — тихо, пытаясь скрыть злобу, сказал Смит. — Может быть, вы ответите на мой вопрос?       Темный лорд кивнул и жестом приказал волшебнику сесть, после чего откупорил бутылку крепчайшего огневиски, почти тут же разлив его по бокалам. — Угощайся, друг мой.       Холодная улыбка коснулась губ волшебника, после чего он пригубил огненный напиток. Марк же к напитку не притронулся. — Когда вы говорили, что в Хогвартс нужно отправить шпиона, почему вы не выбрали меня? — поинтересовался Смит. — Ну, я имею в виду, я же работаю в Хогвартсе не первый год. Мне бы скорее всего было бы проще добыть нужную для вас информацию, милорд.       Глухой удар хрусталя о деревянную поверхность разлетелся по довольно внушительному залу и исчез где-то в его стенах. — Вот, что тебя волнует, друг мой, — сказал Волан-де-морт, задумавшись. — Я думал, что ты мог понять все сам и тебе не нужно разжёвывать каждое слово, каждую мою мысль. В том, что ты работаешь в Хогвартсе, есть масса плюсов, но ты не годишься для шпиона. Дамблдор знает тебя и успел изучить. Поверь мне, я знаю этого человека. Он видит человека насквозь, поэтому нам нужен кто-то малознакомый ему.       Смиту хотелось ударить себя рукой по лбу. А ведь господин-то действительно прав. Дамблдор столько раз звал Марка на личные беседы, что наверняка успел изучить досконально. Удивляло только то, что он не успел раскусить его небольшой секрет. — Да и к тому же, — продолжил Том, — месяц назад тебе дано было задание переманить на нашу сторону девчонку Поттер. Почему ты до сих пор его не выполнил? Это ведь просто. Возьми и перемани ее.       Смит чуть не рассмеялся, но, вовремя подумав, что смех в данной ситуации будет не совсем уместен, сумел сдержаться. — Мой лорд, — тихо сказал он. — Было бы это так просто, Эйприл давно бы была в наших рядах. Но она вечно таскается с братом. Ее невозможно выловить на личную встречу, чтобы в красках расписать нашу с вами жизнь. К Иоланте она тоже ездить перестала. Флимонт запрещает. И, кстати, о Флимонте. Если нам не удастся переманить девочку на нашу сторону, она тут же может доложить обо всем своему отцу, а тот отправит нас прямиком в Азкабан. И самое главное. Она перестала заниматься черной магией. Я видел ее тогда, когда она занималась ей, и тогда, когда нет. Это два разных человека. Ту, которую учил я, желала этого, ту, которую я знаю сейчас, шарахается от темной магии, как от смертельной заразы, так что, увы, Поттер на нашу сторону переманить не удастся. Прошу прощения, мой лорд.       Том улыбнулся, допивая уже второй бокал огневиски. — Иоланта говорила иначе, — возразил он. — Наша общая знакомая говорила, что ее внучке нужно испытать разочарование. Ее должны пронзить сильные негативные эмоции, чтобы она перешла на сторону тьмы, а для этого необходимо сделать ей как можно больнее. Есть идеи?       Марк задумался. Причинять боль девочке, которую знал не первый год не хотелось, но, увы, он был слизеринцем, а всех в Слизерине в первую очередь волновала собственная шкура, то же самое было сейчас и с ним. — Она очень дорожит семьёй и друзьями, — сказал он задумчиво. — Она не выносит ссор с ними.       Тёмный лорд задумчиво кивнул. — Может быть, что-то еще? — Смерть любого из них она тоже вынесет навряд ли, — добавил Смит.       Тёмный маг кивнул, принимая эти слова к сведению и решая, что делать дальше. — А кто самый дорогой для нее человек? — Скорее всего это ее брат, — пожал плечами Марк. — Джеймс Поттер. Брат-близнец. — А вот это интересно, — сказал Воландеморт, — Если мы хотим вывести девчонку на эмоции, то ее брат должен стать нашей главной целью. Нужно убить его. Найди человека, кто может сделать это. Сам руки не марай, как я уже говорил, Дамблдор видит тебя насквозь.       Смит улыбнулся уголком губ. — Есть у меня один человек на примете, — сказал он. — Он терпеть не может Джеймса, и я уверен, что он при первой же возможности убил бы его не мешкая.       Тёмный лорд кивнул. — И кто же это? — Северус Снейп.

***

19 сентября 1977

      В это субботнее утро вместе того, чтобы наслаждаться объятиями Морфея, Эйприл вот уже два часа плутала средь школьных коридоров, пытаясь найти брата. А ведь начиналось это утро как обычно. Она проснулась, заскочила на пару минут в ванную комнату, чтобы почистить зубы и привести себя в порядок, после чего выскочила из своей комнаты, спустилась по лестнице и, выйдя в гостиную отправилась в коридор, ведущий в спальни мальчиков. Там, найдя нужную комнату, девушка, не стуча, тихо открыла дверь и проскочила внутрь. Увиденное заставило Поттер замереть.       Первым, на что она обратила внимание, был бардак. Конечно, она знала, что мальчики не отличались аккуратностью, но это нельзя было назвать их обычным беспорядком. По всему полу тут и там были разбросаны вещи, в которых Эйприл признала вещи брата. Покачав головой, девушка подняла взгляд выше. На стене, над кроватью Джеймса раньше висели фотографии Лили Эванс. Сейчас же вместо них остались лишь обрывки, а маленькие кусочки лежали на кровати и полу. Можно было предположить, что фотографии были исполосованы ножом, потому что подушка была так же чем-то порвана. Следующее, что девушка увидела, были перья, измазанные чем-то красным, подозрительно напоминающим кровь. Поттер пошатнулась и несколько минут не в силах отвести взгляда смотрела на это красное месиво. После этого нехотя она перевела взгляд на кровати друзей. Те так же были не заправлены, но, в отличие от кровати Сохатого, стояли в целости и сохранности. — Что за чертовщина тут творится? — спросила тихо Эйприл, осев на стул.       Что-то здесь произошло. Это было понятно с первого взгляда, но вот что произошло и куда делись мародеры только оставалось выяснить. Этим-то девушка и занималась битых два часа. В начале, решив, что кто-то (предположительно Джеймс) порезался и мародёры не в силах самостоятельно остановить кровь друга отправились в Больничное крыло, Поттер отправилась именно туда. Эта затея не увенчалась успехом. Мародеров не было и вообще их никто не видел со вчерашнего вечера. Так что этот пункт плана пришлось вычеркнуть.       Не зная, куда податься, Эйприл обошла все коридоры, заглянула в каждый кабинет, потайные ходы и даже прошлась по библиотеке. Мародеров не было, и где искать их четверых девушка не представляла. — Эйприл!       Обернувшись, Поттер заметила стремительно спускающуюся по лестнице подругу. Что-то в ее тоне заставило девушку напрячься, так что с трудом дождавшись, пока староста поравняется с ней, она спросила: — Что случилось?       Лили ответила не сразу. Несколько минут она стояла, пытаясь отдышаться. — Ты не видела Джеймса?       Эйприл выдохнула. Хотя бы лучшая подруга не принесла плохих вестей, хотя девушка уже об этом и подумала. Всё-таки кровь в комнате мальчишек не давала ей покоя. — А зачем тебе мой брат? — спросила Поттер, пожалуй, резче, чем собиралась. — В любви признаться решила?       Эванс возмущенно посмотрела на подругу. — Какая любовь? — спросила она. — Ты в своем уме? Профессор Макгонагалл разыскивает твоего брата. Им что-то нужно было обсудить, поэтому она и попросила меня привести его. Так ты видела Джеймса?       Эйприл покачала головой. Что ж, теперь не одна она его ищет. Может, стоило обратиться к профессору Макгонагалл? Глядишь, парни нашлись бы гораздо быстрее. — Не видела, — ответила она всё-таки. — Понятия не имею, где они.       Лили удивлённо взглянула на подругу. — Как так? — удивлённо спросила она. — А вот так, — пожала плечами Поттер. — Я, как обычно, утром зашла к ним, потому что мы всегда ходим вместе на завтрак. Ну, вот, зашла, а в комнате их не оказалось. Сама их уже два с половиной часа ищу. А они как сквозь землю провалились.       Лили нахмурилась. В отличие от многих других студентов легкомыслия у девушки не было, поэтому она начала накидывать самые плохие варианты. Ну а что вы хотели? С момента убийства прошло не так много времени. Воспоминания похорон все еще были свежи в памяти. — Может быть, они в Хогсмиде? — спросила Эванс, перестав перечислять самые плохие варианты. — Нам же туда ходить так и не запретили. Сама же помнишь, министр магии посчитал, что то нападение с убийством было просто несчастным случаем. Нам было просто рекомендовано держаться группами. А их четверо. Слушай, а может их похитили?       От этого заявления Эйприл захотелось смеяться. Честно, она и сама в первую очередь подумала именно об этом увидев бардак в комнате парней, но потом она начала мыслить здраво. — Четверых сразу? — спросила она насмешливо. — Тут тогда действовала вооруженная группа. Одному-то человеку с четырьмя точно не справиться.       Лили нахмурилась. — Элемент неожиданности, — сказала она. — А вдруг они спали. Ничто не помешало похитить их.       Эйприл покачала головой. — Если все произошло так, как сказала ты, то похитителей должно было быть как минимум четверо, — пожала плечами девушка. — А это почти невозможно. Пароль от гостиной знают только гриффиндорцы, а никому из нас не могло и в голову прийти напасть на собственных сокурсников.       Эванс пожала плечами. Откуда ей было знать, что могло произойти и куда могли подаваться эти четверо неугомонных гриффиндорцев. Может, они просто пошли прогуляться, но что-то во взгляде заставляло думать, что во всей этой ситуации все не так просто, как кажется на первый взгляд. — Знаешь что, — сказала задумчиво Эйприл. — Они вполне могли отправится в Хогсмид. Так что пойдем туда. — И я? — удивленно спросила Лили.       Поттер кивнула. — Ведь Джеймса ищет Макгонагалл, — напомнила она подруге и первой направилась прочь из замка.       До Хогсмида девушки дошли довольно быстро, даже несмотря на то, что перед этим Эйприл решила заглянуть к Черному озеру одному из самых излюбленных мест мародеров. Там их не оказалось, поэтому подруги быстро дошли до небольшой деревеньки, где первым делом заглянули в паб "Три метлы".       В это субботнее утро здесь было достаточно народу, но даже это позволило Поттер заметить, что брата и друзей здесь нет. — Девочка-бунтарка, — вместо приветствия сказала Розмерта, стоя за барной стойкой. — Решила немного сменить компанию? Где ты потеряла брата и друзей? Я неделю вас уже не видела.       Вопрос владелицы паба не удивил девушку. Эйприл с мародерами всегда сидели именно здесь, проводя здесь свои выходные. Розмерта любила их и, пожалуй, любила не только за то, что мародеры могли ее развеселить, скрасив рабочие будни, но и всегда оставляли неплохие чаевые. Ну а что? В компании была большая часть чистокровных и они могли себе это позволить. — Они не приходили сюда сегодня? — вместо ответа на вопрос поинтересовалась Поттер, хотя вскоре поняла, какой глупый вопрос она задала. — Я же сказала, неделю целую вас не видела, — еще раз повторила женщина, которая была всего лишь на пару лет старше студенток.       Покачав головой от отчаяния, Эйприл поблагодарила знакомую и на прощание сказала, что они обязательно зайдут на следующих выходных. Обещать прийти завтра она не стала. Вдруг брат и друзья не найдутся. Встряхнув головой, она и Лили буквально полтора часа еще бродили по Хогсмиду, заходя во всевозможные магазины. Но ни в одном из них мародеров не видели уже целую неделю, что порядком настораживало. — Может, они вернулись в комнату? — спросила тихо Эванс, видя, как переживает подруга. — Скорее всего они вернулись. Жаль, что нельзя их найти в один миг с помощью какого-нибудь заклинания.       Эйприл взглянула на подругу и спустя примерно минуту, за которую до нее доходил смысл сказанных девушкой слов, она обняла подругу. Было такое заклинание! Вернее не заклинание, а заколдованная карта, которая позволяла видеть все и всех в пределах Хогвартса. И как она раньше об этом не додумалась? — Лилс, ты гений, — искренне воскликнула Поттер. — Нам нужно в комнату мальчишек. У меня появилась идея.       До школы девушки бежали со всех ног, точно так же они бежали и в родную гостиную, ни на миг не прерываясь. От беспрестанного бега сердце усиленно колотилось, но Эйприл не обращала на это внимания. Задыхаясь, она сказала пароль и, едва портрет успел отъехать, проскочила внутрь гостиной. — Подожди здесь, — замерев перед входом в коридор мальчишек, сказала Прил.       Лили возмущённо посмотрела на подругу. — Почему мне нельзя с тобой? — спросила она. — Я же староста и имею право пойти туда с тобой. Всё-таки не зря же я таскаюсь за тобой целых два часа.       Поттер покачала головой. — В эту комнату может входить лишь одна девушка, — сказала она. — Поверь, ты не захочешь видеть бардак, который присутствует в их комнате.       Эйприл приукрасила. То, что творилось сейчас в комнате мародеров, можно было назвать лишь хаосом. Но об этом девушка говорить не стала, как и о том, что на полу в их комнате распласталась лужа крови. — Но Марлин же там была.       Прил удивлённо посмотрела на подругу. Укол ревности пронзил сердце. — Когда это Маккиннон там была? — прищурившись, спросила она. — Мне кажется, или у меня скоро появится повод выдернуть старой подружке все волосы?       Лили испуганно покосилась на подругу. — Она была там, когда встречалась с Сириусом, — поспешила сказать она, прежде чем подруга начнет продумывать план мести.       Это ничуть не успокоило Эйприл и чтобы нечаянно не сорваться на подругу она бегом поднялась в комнату брата и проигнорировав бардак она заглянула в сундук брата, на самом его дне отыскав карту мародёров. — Хорошо хоть карту не порвали, — выдохнула она. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость.       Разложив карту на кровати Сириуса (кровать брата была заляпана кровью и девушка бы не стала садиться туда), она принялась тщательно просматривать всю карту, выискивая знакомые имена. Спустя примерно двадцать минут поисков Поттер обречённо выдохнула. Ни брата, ни друзей в школе не было. — И куда же вы запропастились? — спросила она. Страх в груди нарастал все больше и ей становилось все сложнее его игнорировать. — Шалость удалась.       Шалость не удалась, но это не помешало девушке прихватить карту с собой и спуститься обратно к Лили, которая дожидалась подругу, сидя на диване. — Ну что? — поинтересовалась староста, не понимая, что так долго в комнате мальчишек делала подруга. — Нашла что-нибудь интересное?       Эйприл покачала головой. — Одно я могу сказать точно. В Хогвартсе их нет, — сказала она обречённо.       Лили вздохнула. — Я тебе точно говорю их похитили! — сказала она уверенно. — Кто мог их похитить? — Пожиратели смерти!       Решение нашло само себя. Поттер внезапно для самой себя вспомнила, как зимой ее в заложниках держал Снейп. Тут же вспомнились слова Регулуса "Снейп даже не стал скрывать, что напал на моего брата. Он был доволен собой и сказал, что доберется до каждого из вас". — Ну, конечно! — воскликнула Эйприл, улыбаясь. — Лили, ты гений.       Выскочив из гостиной, девушка побежала вниз по лестнице, искренне надеясь, что не опоздала, и брата и друзей еще можно спасти. И они находятся в том же месте, что находилась она сама несколько месяцев назад. — Прил, ты куда? — Эванс выскочила вслед за подругой, но от нее заметно отставала. — Объясни, куда ты идёшь? Если мальчиков действительно похитили, то не логичнее ли будет обратиться к мракоборцам?       Поттер замерла, взглянула на подругу и покачала головой. К мракоборцам она бы точно обращаться не стала. Слишком уж странными они были, да и кто знает, как Снейп отреагирует на них. Может быть, он сразу примет неправильное решение, а девушка этого не хотела. — Мракоборцы могут только помешать, — тревожно сказала Эйприл. Счет шел на минуты, если не на секунды, и каждая минута, потраченная на разговор, могла стоить жизни. — Значит так. Давай разделимся. Так мы быстрее найдем их. Ты осмотри школу, я обойду улицу. Встречаемся через два часа. Если я не вернусь, обратись к мракоборцам. Здесь творится какая-то чертовщина.       Не сказав больше ни слова, Поттер кинулась вниз по лестнице. Быстро выскочила из Хогвартса, проигнорировав удивленный взгляд Марка Смита, с которым чуть не столкнулась в коридоре и бегом побежала в сторону Запретного леса.       Ветки больно хлестали по лицу и рукам, но девушка даже не подумала, чтобы сбавить скорость. Да, двигалась она достаточно громко, но если Снейп держит мародёров там, где держал ее, они этого все равно не услышат. То место было слишком далеко.       Чтобы добраться до места своего бывшего заточения, гриффиндорке потребовалось двадцать минут, за которые она успела выдохнуться, и последние десятки дюймов чуть ли не ползла пробираясь сквозь густую листву. Голос Снейпа она услышала сразу и, остановившись за одним из деревьев, осторожно выглянула.       На поляне, на которой когда-то Северус Снейп пытал ее, сейчас находилась пятеро. Слизеринец стоял, расслабленно прислонившись к стволу дерева. Сириус, Римус и Питер лежали поодаль друг от друга. Испугавшись, что друзья мертвы, Эйприл навострилась и успокоилась, услышав едва заметный, но всё-таки пульс. Следующее, что она увидела, повергло ее в ужас. Джеймс был привязан к тому самому дереву, к которому когда-то была привязана она сама. На его обнаженном торсе красовались порезы, которые складывались между собой в слова. Вчитавшись, Поттер узнала слова древнего заклинания, способного испустить кровь из человека, притом сделав это так медленно, что человек бы мучался, пока из него не вышла последняя капля. — Шесть лет, — тихо сказал Снейп. — Шесть гребаных лет вы издевались надо мной. Но ничего, настал наконец, час расплаты. Я убью каждого из вас, притом сделаю это так медленно, что вы будете молить меня убить вас быстрее. Вашу подружку Эйприл я оставлю на десерт.       Сириус дернулся. Поттер видела, как открылись его глаза и с ненавистью уставились на слизеринца. Северус заметил его и повернулся к нему. — Да, Блэк, — сказал он тихо почти шепотом, так что девушке пришлось напрячь слух, чтобы услышать его. — Ее я буду пытать так же долго, как пытал вас. У меня много друзей, которые хотели бы оприходовать твою подружку. Осталось ее только поймать.       Преодолевая боль в суставе, которую отчего-то почувствовала и Эйприл, гриффиндорец бросился на недруга, но почти сразу же отлетел к Джеймсу, упав к его ногам. — Не думал ли ты, что сможешь победить меня? — спросил Снейп.       Поттер, осторожно пригнувшись, вышла из-за дерева. Северус тем временем снова стал выводить узоры на груди Джеймса. Девушка не знала, сколько ему осталось еще, но чувствовала, что совсем немного. Она видела, что Сириус заметил ее и слабо улыбнулась ему. Она видела упрек в его глазах, но уйти, бросив брата и друзей, не могла, поэтому выпрямившись и убедившись в том, что слизеринец ее не замечает, она побежала в его сторону, воспользовавшись элементом неожиданности, и запрыгнула на плечи, ногтями вцепившись в его лицо. — Что за...       Снейпа пошатнуло, он постарался сбросить с себя гостью, но ему не удалось, потому что Эйприл ногами обвила его торс. Примерно десять минут они бились так, пока наконец Северус не перекинул девушку через свои плечи. — Смотрите-ка, вашу подружку и искать не надо, она сама пришла ко мне, — сказал он тихо, плотоядно, ухмыляясь.       Хищно усмехнувшись, Снейп послал в девушку заклинанием, от которого девушка еле увернулась. Так продолжалось несколько долгих минут. Снейп стрелял, Эйприл уворачивалась, чудом ни разу не упав. Обычно с этим у нее были проблемы. — Ты все равно не сможешь долго от меня уклоняться, — все это Северусу порядком надоело. Он даже не старался убить Поттер. Что-то говорило ему, что было бы лучше, если бы он убил Джеймса на ее глазах, это доставило бы гораздо больше боли. — Рано или поздно ты выдохнешься.       Гриффиндорка искренне надеялась на то, что это произойдет поздно, и Лили отправит на ее поиски мракоборцев, но вскоре удача отвернулась от нее. Уклоняясь, она не заметила торчащий корень дерева и запнулась за него, упав лицом в кусты, ветки которого тут же оставили царапины. — Сама судьба против тебя Поттер, — рассмеялся Снейп. — Последние слова? Ничего не скажешь? Ну, ладно, тогда... Авада...       Договорить Северус не сумел. Сириус, поднявшись на ноги, огрел его старой корягой по спине, отчего тот повалился на землю, стукнувшись о большой камень. Он потерял сознание. А Блэк в тот момент время не терял. Он помог подняться друзьям, перед этим приведя каждого из них в чувства. И, наконец, вместе с Римусом им удалось отвязать Джеймса, осторожно положив на землю. — Его срочно нужно отвести к мадам Помфри, — сказал гриффиндорец, нащупывая пульс на запястье друга. — Пульса почти нет.       Эйприл хотела было кинуться к брату, но Сириус не дал ей сделать этого. Вместе с Лунатиком они подняли его на ноги. — Сначала к Помфри, — сказал Бродяга, видя злобный взгляд своей девушки. — Еще каких-то полчаса и твой брат может умереть. Я сам слышал.       Спорить Поттер не стала. Она отступила, пропуская друзей вперед. Сама же, прежде чем уйти с поляны, она посмотрела на неподвижно лежащего Снейпа. На кромках сознания плескалась мысль об убийстве, которую девушка проигнорировала. Сейчас было не время заниматься подобной ерундой. — Прил, ты идёшь? — Питер подошел к подруге.       Эйприл кивнула и вместе с ним и остальными мародерами отправилась прочь из Запретного леса. Она видела, как медленно из брата ускользает жизнь, поэтому впервые за долгое время воззвала к темной магии, мысленно повторяя заклинание обмена энергией. Так она выиграла брату лишний час и они смогли неспеша дойти до Больничного крыла, где их уже встречала мадам Помфри. — Давайте его сюда, — сказала она мальчикам, указав на одну из кушеток. — Пруэтт, твои раны затянулись, ты можешь идти в гостиную. Мальчики, а вы можете подождать за дверью.       Когда Сириус и Римус вышли, Эйприл бросилась на Блэка, прижав его к стене. — Эй-эй, — гриффиндорец поднял руки в смирительном жесте. — Не горячись.       Не выдержав, Поттер дала Сириусу пощёчину, пару раз встряхнув после этого за плечи. Ей нужно было куда-то израсходовать свою злость, чтобы не произошло выброса магии. — А вот теперь вы все расскажете мне о том, что произошло, — прошипела девушка. — И о том, каким образом во всем этом замешан Снейп.       Мародеры переглянулись. Блэк осторожно убрал от себя руки девушки, сжав их в своей руке. Вроде бы это своевольный жест поддержки, но сейчас он надеялся на то, что она перестанет его бить. — Началось все рано утром, — сказал он. — Вроде все было как обычно, но сквозь сон я услышал, как рвется бумага. Приоткрыв глаза, я увидел Джеймса, который с помощью ножа рвал на стене фотографии. Глаза его при этом были закрыты. Я подумал, что он начал лунатить, поэтому разбудил остальных. Мы собирались разбудить его, но он, перестав на тот момент рвать свою подушку, неожиданно воткнул нож... Нет, тебе лучше не знать.       Эйприл нахмурилась. — Нет уж говори, — сказала она. — Я хочу знать все.       Сириус вздохнул и переглянулся с Лунатиком. Он не знал, как помягче сказать девушке о том, что Сохатый со всей силы пырнул себя ножом и так с ножом в боку и вышел из комнаты. — Он себя поранил ножом, — объяснил Римус. — и потом отправился прочь из комнаты. Мы за ним. Ну и он привел нас в Запретный лес, а там Снейп, который начал издеваться над Джеймсом, как хрен знает кто. Ну и потом появилась ты, а дальше ты все знаешь.       Да, получилось кратко, ну а что еще можно было рассказать? В красках описать то, что Снейп принялся выводить на Джеймсе узоры, как он потом истекал кровью. Можно было, конечно, рассказать ещё, но мародёрам больше добавить было нечего.       Больше мародеры ни о чем не разговаривали. Сидели они в тишине. Эйприл наконец отошла от Сириуса и запрыгнув на подоконник уставилась в окно, по которому медленно скатывались капли недавно начавшегося дождя. Руки ее мелко дрожали и она сама не знала от чего. От того, что она вновь прибегнула к черной магии или из-за того, что могла не успеть и потерять брата навеки. — Все с Джеймсом будет хорошо, — заверил девушку Бродяга, хотя и сам чувствовал то же самое волнение, что и она.       Примерно час просидели они, прежде чем двери Больничного крыла открылись и оттуда вышла встревоженная мадам Помфри, к которой тут же подскочила Эйприл. — Мадам Помфри, что с ним? — спросила девушка, уже зная, что случилось что-то ужасное.       Женщина молчала, пытаясь собраться с мыслями. — Плохо все с Джеймсом, — тихо сказала она. — Его прокляли. Он потерял много крови. Ее не могут восстановить даже кровевостанавливающие. Нужно делать магическое переливание, но вызывать вашего отца или мать... Пройдет много времени пока нет доберутся до Хогвартса. — Возьмите мою кровь! — воскликнула девушка. — У нас с ним она одна и та же. — Но... — Я знаю, о чем говорю.       Поппи кивнула и взяв девушку за руку внимательно осмотрела ее запястье, на котором необходимо было сделать надрез. — Хорошо, идём, но Сириус идет с нами. Ты должен будешь следить за тем, чтобы Эйприл не уснула, — объяснила она, затащив обоих в помещение. — А вы, двое, дойдите до Макгонагалл. Пускай она вызовет всё-таки их родителей.       Войдя вслед за студентами в Больничное крыло, Помфри вытащила из стола тонкое медицинское лезвие, которое обычно она использовала для резки лекарственных трав. — Предупреждаю, может быть немного больно, — сказала она, протирая запястье девушки специальным зельем.       Сделав небольшой надрез, женщина прошептала слова заклинания, и Эйприл почувствовала лёгкое жжение в запястье, от которого едва заметно поморщилась. Почти сразу же навалилась усталость. Глаза начали слипаться, но девушка упорно старалась не спать.       Хлопнули двери, и в кабинет ворвался Флимонт Поттер, который тревожным взглядом посмотрел на сына. — Что произошло? — спросил он, когда следом за ним в Больничное крыло вошла профессор Макгонагалл.       Вкратце рассказав о произошедшей ситуации, Помфри снова занялась студентами. Раны Джеймса выглядели уже не так плохо и дышал он уже не так прерывисто. Дыхание его постепенно приходило в норму, как и пульс, который восстанавливался с каждой каплей перелитой крови. — Так понятно, что на них напали, но кто? — спросил Флимонт.       Смотрел Поттер уже не на колдомедика. Он смотрел на своих детей. Джеймс, понятное дело, ответить не мог, Эйприл с трудом держалась, чтобы не уснуть, Сириус был занят тем, что каждые пять минут встряхивал ее за плечи. — Снейп, — едва разборчиво прошептала девушка. — Это сделал Снейп.       В Больничном крыле повисла звенящая, почти оглушающая тишина, которую пару минут спустя нарушил Флимонт. — Кто такой? — спросил он уже у Минервы Макгонагалл. — Мисс Поттер, вы уверены в том, что это сделал он? — вместо ответа на вопрос спросила женщина. — Всё-таки это очень серьезное обвинение, за которым может последовать исключение из школы.       Эйприл кивнула, встряхнув головой, чтобы хоть как-то взбодриться. Это помогло мало. Глаза все так же слипались и уснуть мешало только то, что Сириус временами тряс ее за плечи. — Вы не ответили мне на вопрос, — напомнил Флимонт, сурово посмотрел на декана Гриффиндора. — Шестикурсник со Слизерина, — нехотя сказала Минерва.       В следующие десять минут было решено вызвать сюда Снейпа и Слизнорта. Чуть позже, узнав о случившемся, подошел и Дамблдор. Было бы логичнее провести допрос в более уединённом месте, но Флимонт не стал делать этого, решив, что это ни к чему. — Итак, мистер Снейп. Мне сообщили, что сегодня вы совершили покушение на жизнь своих сокурсников. Это так? — спросил мракоборец.       Отпираться Северус не стал. Сняв все маски, он рассказал о том, что это сделал он, и о том, что очень сожалеет, что ему не удалось убить их. Следующие полчаса он изливал душу, рассказывая о том, как долгих шесть лет желал отомстить и наконец шанс подвернулся, и о том, как ему помешала девчонка Поттер.       Лежа на плече Сириуса Эйприл улыбнулась уголками губ. Даже если Снейпа не посадят, из школы его отчислят точно, а без полного образования на работу его никто не возьмёт. Кругом были одни плюсы. — Итак, мистер Снейп, вы обвиняетесь в покушении на жизнь Джеймса Поттера и отправляетесь в Азкабан, в котором проведете один год, — сурово объявил Флимонт. — Это означает, что вы автоматически отчисляетесь из школы чародейства и волшебства Хогвартс без права закончить обучение. Обвинение вам понятно.       Слизеринец не ответил. Выглянув из-за плеча Сириуса, Эйприл видела, как Снейп сверкает безумными глазами полными ненависти. Этот взгляд отчего-то заставил девушку вздрогнуть. — Увести его. И сообщите его матери о том, что на завтра назначен суд.       Едва взглянув на детей Флимонт вышел из Больничного крыла, решив, что к детям вернется после того, как доставит преступника в Министерство магии.