Больно не будет

      Весь оставшийся вечер Эйприл не сводила со слизеринца глаз. Им не предоставилось возможности поговорить нормально. Регулус боялся, что их могут раскрыть, и Поттер пришлось сделать вид, что ей неприятно общение младшего "Розье".       Появление здесь Регулуса вывело девушку из колеи, но вместе с этим придало уверенности. Раз он здесь, то, возможно, они не поверили в ее смерть.       Прежде чем отойти к кузену, Блэк сказал, что он найдёт способ поговорить с ней вечером, поэтому Эйприл оставалось только ждать и мириться со своей участью, стараясь не обращать внимание на Пожирателей смерти, заполонивших дом.       Когда мимо проходил кто-то из ее знакомых, она еще раз удивлялась тому, как много волшебников тьму предпочли светлой стороне. Армия Волдеморта численно превосходила орден феникса. И даже если бы туда удалось впихнуть весь отряд мракоборцев, который, по сути, занимается тем же самым, что и орден, они все равно не смогли бы победить. Численно их было намного меньше.       Стараясь не думать об исходе набирающей ход войны, Эйприл в одиночестве простояла весь вечер.       После полуночи гости начали расходиться. Все желали Розье успешной жизни в браке, говоря, что свадьба будет отменной. Кто-то в конце вечера решил поинтересоваться, почему на помолвке не было матери и отца жениха. Что отвечал им Розье, Поттер понятия не имела, но была искренне благодарна, что их здесь не было. Не хотела бы она столкнуться с будущей свекровью. Ей на самом деле хватало Вальбурги, с которой она последний раз общалась до побега Сириуса из отчего дома.       Вскоре в бальном зале, где и приходила вечеринка, осталось всего трое волшебников. Эйприл, Эван и его брат. — Дорогая, позволь представить тебе моего брата, — Эван обнял девушку за талию, от чего та поморщилась. — Сэлиам учился в Хогвартсе на год младше нас, но отчислился оттуда за год до нашего выпуска. Родители пожелали, чтобы он обучался в Дурмстранге. По их мнению, на него плохо влияло окружение.       Поттер передёрнуло. Дурмстранг славился тем, что он был единственной школой, где без зазрения совести тренировали тёмную магию. «Мерзость, — подумала Эйприл. — Реджи, в чью шкуру ты влез?» — Интересно, почему тебя туда не отправили? — спросила Прил язвительно. Ногтями вцепившись Розье в руку, она старалась убрать со своей талии его ладонь, но он держал крепко.       Эван, казалось, не чувствуя боли, усмехнулся, пальцами рук скрутив пальцы на правой руке Поттер. Та прошипела. — Я отлично понимал, с кем стоит общаться, а с кем нет, — ответил слизеринец. — А вот Сэл... Родители считали, что на него плохо влияют грязнокровки. Скажи, брат, как сейчас в Дурмстранге? Я только сегодня разговаривал с Каркаровым. Он говорит, что ты как боец подаёшь большие надежды.       Регулус поморщился. — Он не соврал тебе. Я действительно умен. Если хочешь, могу показать то, чему меня научили, — вздернув подбородок вверх, сказал он. — Я думаю, твоей новой пассии это понравится.       Эйприл дёрнулась. Огонек в глазах младшего Блэка не на шутку напугал ее. Его глаза буквально горели о сочащейся через них ненависти. — Она не пассия, а невеста, — откликнулся Розье. — И будущая жена. — Я не стану твоей женой, — возмутилась Поттер. — Я умру быстрее, чем это произойдёт.       С этими словами Эйприл вырвалась из рук слизеринца. Тот, на удивление, отпустил ее довольно быстро. — Отправляйся в свою комнату, — приказал Эван в спину уходящей девушке.       До своей комнаты Прил добралась довольно быстро и с силой хлопнула дверью, заходя внутрь. Ей все это жутко надоело. А самое главное, с этим она ничего не могла поделать. Из этой ситуации просто не было выхода.       Стянув с ног туфли на высоком каблуке, Эйприл, не раздеваясь, легла на кровать, укутавшись одеялом с головы до ног. Появившегося внезапно эльфа, она довольно грубо прогнала из комнаты. Ей хотелось спать, ей хотелось есть, ей хотелось вернуться домой. Из этих трех вещей осуществиться могла лишь одна. Она действительно может вернуться домой.       Эйприл почти провалилась в сон, когда спустя примерно двадцать минут в дверь ее комнаты кто-то постучал. Сон как рукой сняло. Она подскочила и спряталась за дверь, надеясь, что сделала это достаточно быстро. Сердце билось учащённо. Казалось, что оно вот-вот вылетит из груди.       Дверь медленно открылась. — Эйприл?       В комнату вошел парень, прикрыв за собой дверь. На комнату он тут же наложил заклинание подавляющее шум и осмотрелся. Поттер тем временем готовилась к прыжку. Этот юноша хоть был и не Розье, но так же, как и он, вторгся в частную собственность.       Половица под ногами скрипнула. В этот самый момент Эйприл со всего маху ударила незнакомца по спине. Он ойкнул и отшатнулся. Поттер не стала терять время и ударила того между ног. Юноша сложился пополам, зажав промежность руками. — Пот...Поттер, это я, — сквозь зубы процедил незнакомец. — Регулус.       Девушка отшатнулась, прижав ладони рук к губам. Видимо, из-за всего произошедшего она забыла о том, что Блэк каким-то непостижимым образом оказался здесь. Темнота дополнила картину, так что Поттер его и вовсе не узнала. — Прости, — выдохнула она. — Я тебя не узнала.       Эйприл замерла. С Регулусом явно что-то происходило. Его тело начало меняться. Лицо его скривилось от предстоящего преображения. — Нет, пожалуй, возвзращать свой вид больнее, чем то, как ты треснула мне между ног, — сказал слизеринец, выпрямляясь.       Блэк выпрямился и с улыбкой посмотрел на Поттер, та, недолго думая, кинулась к нему в объятия. Регулус ойкнул, когда она со всей силы влетела в него, сжав в объятиях. Ему осталось сделать то же самое.       Стоя так, Эйприл не смогла сдержать слез. В миг она почувствовала облегчение, пожалуй, впервые за последние три месяца. Так хорошо в этом поместье она себя не чувствовала. — Эм... — тихо произнёс Регулус.       Тут Поттер вспоминала. — Ой, прости. Я же забыла, что ты не любишь, когда тебя касаются, — сказала она, смутившись. Тыльной стороной ладони девушка утерла слезы. — Просто я так рада тебя видеть.       Блэк выдохнул и сам ещё раз обнял Эйприл, прижав ее к себе. — Все нормально, — сказал он. — Я понимаю, что тебе это нужно.       Когда Регулус всё-таки отпустил ее, Поттер отошла и села на кровать, жестом указав сделать слизеринцу то же самое. — Как ты здесь оказался? — спросила она. Ее руки дрожали, но не от страха, а от волнения. — Ну, в смысле, ты должен был быть уверен в том, что я точно жива. Я думаю, что в чужую шкуру ты залез не для того, чтобы пробраться на закрытую вечеринку.       Регулус пожал плечами. После, запустив пятерню в волосы, начал пальцами распутывать запутавшиеся пряди. У него не было времени привести себя в порядок перед тем, как принять оборотное зелье. — Ты права, я точно знал, что ты жива, — сказал он. — Но как? — спросила непонимающе Эйприл. — Как такое возможно. Этот Сэл не мог сказать тебе об этом. Он ведь учился в Дурмстранге?       Регулус кивнул. Он мысленно пытался понять, чем можно, в чем нельзя поделиться с Поттер. Да и стоило ли делиться вообще. Вдруг её воспоминания ежедневно просматриваются? — Барти проговорился, — ответил Блэк несколько секунд спустя. — Не специально, конечно. Это вышло случайно. Но эта случайность дала мне толчок к последующим действиям. Узнав о том, что ты жива и через несколько дней состоится помолвка, я принял решение. Тем же вечером я пробрался в кладовку Слизнорта и похитил с двадцать штук оборотного зелья. Кое-что пришлось докупить на черном рынке. Дальше мне нужно было найти предполагаемую жертву. Напасть на своих однокурсников я не мог, потому что понимал, что они после церемонии сразу вернуться в Хогвартс, а я сомневался, что успею вытащить тебя отсюда к тому времени. Поэтому тогда-то я и вспомнил о еще одном кузене. Я отправился в Дурмстранг... — Постой, ты знаешь, где расположена эта школа? — удивленно спросила Эйприл. — У Дурмстранга защита получше нашей. Ее не одна другая школа найти не может. Если перед этим не сказать, где она находится. Я знаю лишь то, что она находится на севере. Ведь так?       Регулус кивнул. — Не знаю, говорил ли тебе это мой брат, но его ведь тоже хотели отправить учиться в Дурмстранг. Точно так же, как Сэла, — сказал он. — Я смог попасть на территорию школы, потому что уже был там. Родители считали, что я возьму пример с брата и пойду учиться туда следом за ним, но потом он согласился на помолвку. Но это неважно. Важно то, что я знал, точное местоположение. Я проник туда, предугадав момент, когда он отправиться в Лондон. Вырубил его, допросил с сывороткой правды на тот случай, если Розье надумает спросить меня что-нибудь об учёбе, срезал половину волос, забрал мантию и еще кое-что из одежды, ну и в конце-концов стер ему память о себе. И на время, пока он в бессознательном состоянии, увел его подальше от школы, внушив ему, что он все это время пребывает на вечеринке. И вот так я оказался здесь.       Эйприл ничего не сказала. Конечно, за время этого короткого рассказала у нее накопились вопросы. Например, как Блэк умудрился пробраться на север, или что он будет делать, если его план раскроется. Но она терпеливо молчала. — Тебя могли поймать по меньшей мере раза четыре, — поделилась Поттер своими размышлениями. — Насколько я поняла, ты проник на север незаконно?       Блэк кивнул, при этом нахмурившись. Было видно, что ему тяжело дается делиться с девушкой новостями. — Незаконно, — отзеркалил он то подруги, — но и законно я туда проникнуть тоже не мог. Мой отец работал в министерстве, прежде чем его уволили за причастность к Пожирателям смерти, которая, кстати говоря, доказана так и не была. Его уволили, но у него там осталось по-прежнему много знакомых. Явись я в министерство, он тут же узнал бы об этом, мне не нужны лишние проблемы. Теперь ты. Расскажи о том, как ты попала сюда, как умерла и снова сидишь передо мной совершенно живая. Честно, не дай Мерлин, мне еще раз оказаться на твоих похоронах. Это было ужасно.       Эйприл дернулась. — Что, земля была слишком сырой и ты не смог станцевать на могиле? — спросила она и ойкнула, опомнившись. — Прости, я не подумала.       Блэк замер на несколько минут, не говоря ни слова. Все это время он вглядывался в лицо Поттер, ища то, что в ней поменялось. Почти ничего. Все то же лицо, карие глаза. Такая же дерзкая. Но сейчас запуганная, поблекшая и безжизненная. — Ты это помнишь, — сказал он, опустив глаза. — Прости, не стоило тогда так говорить, но я тебя ненавидел. Прости.       Внезапно Эйприл рассмеялась. Смех вышел натянутым и хриплым. Кажется, она забыла, как смеяться. От чего-то ей сейчас казалось, что вздумай она сейчас улыбнуться, то у нее это не получится. — За все время, что мы дружим, ты извиняешься передо мной за это уже минимум четвертый раз, — сказала она.       Блэк замер. — Подожди. Два раза было сейчас, — начал он, загнув два пальца руки. — Один, возможно, был в Хогвартсе. А когда был четвертый?       Эйприл ответила не сразу. Несколько десятков секунд она молчала, пытаясь собраться с мыслями. — На похоронах, — сказала она. — Представляешь, Розье притащил меня на собственные похороны и я видела, как вы мучаетесь. Каждый из вас. И ты тоже, Реджи.       Блэка передернуло. «Реджи». Ему никогда не нравилось это прозвище. Перестало нравиться с тех пор, как брат покинул дом, бросив его. С тех пор он пресекал любую возможность, чтобы его называли именно так, но Прил он это позволил. Она была единственной, кому он это позволял. — Хорошо, — сказал Регулус. — Я не стану отрицать того, что Розье последний придурок. Как можно было поступить именно так? Но его мы проклинать будем потом. Сейчас я всё-таки хочу узнать, что произошло. Ты расскажешь мне?       Эйприл покачала головой. Она понимала, что должна была сделать это. Но не могла. Ее голова была наполнена не самыми радужными воспоминаниями. А повторить все, что с ней произошло, казалось вообще вещью абсурдной. — Я не могу, — сказала она, — не хочу вспоминать все, что произошло со мной за эти месяцы.       Блэк кивнул и еле удержался, чтобы не стукнуть себя ладонью по лбу. Идиот. Он ведь мог догадаться, что Поттер неприятны эти воспоминания. И вспоминать все будет тяжело. Но ему ведь нужно было знать хотя бы что-то. — Прил, — начал он неуверенно. — Я понимаю, тебе тяжело, но мне нужно знать подробности, чтобы иметь достаточную картину происходящего. Если хочешь, можешь не говорить. Я могу читать мысли. Я учился этому. И знаю, как это сделать без вреда тебе. Ты ничего не почувствуешь и не будешь видеть то, что вижу я. Хорошо?       С минуту-две подумав, Эйприл кивнула. Это намного лучше, чем самой пересказывать искаженные события. Многого она сказать бы не смогла.       Прикрыв глаза Поттер немного нахмурилась, снимая со своего сознания оклюмминационную защиту. Это было сделать тяжело, потому что щиты давно уже казалось въелись в ее мозг, в ее сознание. Да и к тому же, как бы она не доверяла Регулусу, от него так же, как и от Розье, было необходимо скрыть некоторые подробности об ордене. Нельзя было, чтобы эта информация попала во всеобщее использование. Так она может дойти до Пожирателей смерти.       На снятие барьера и его перестройку потребовалась пять минут. Когда Эйприл открыла глаза, голова ее немного кружилась. — Все хорошо? — обеспокоенно спросил Блэк, видя, как девушка побледнела. — Может, тебе вызвать колдомедика?       Поттер покачала головой. Делать этого не следовало. Комната перед глазами закружилась так, что ей пришлось зажмуриться. — Нет-нет, — с трудом сказала она. — Просто мне потребовалась намного больше сил, чем я думала, чтобы снять со своего сознания защитный барьер. Это тяжело сделать без магии.       Блэк не стал расспрашивать, что случилось с магией девушки. Он просто еще раз обеспокоенно посмотрел на неё, наблюдая, как к ее коже возвращается здоровый оттенок. — Ты готова? — спросил он, доставая из кармана мантии волшебную палочку.       Эйприл дёрнулась, но кивнула. — Хорошо, — Регулус с помощью волшебной палочки изобразил в воздухе невидимый круг. Потом сделал еще парочку незамысловатых движений, про себя повторяя слова заклинания. — Еще раз повторю, ты ничего не увидишь и не почувствуешь.       Поттер кивнула и в этот самый момент отключилась. Очнулась она, как показалось, спустя несколько минут. Голова немного кружилась. — Чт.. Что произошло? — спросила она, оглядывая комнату помутневшим взглядом. Все осталось на прежних местах, только казалось Регулус сидел теперь от нервов чуть дальше. — Я вырубил тебя, — признался он. — Это был единственный способ, чтобы ты ничего не почувствовала.       Голос Блэка казалось доносился будто издалека и был каким-то странным. Эйприл никак не могла понять, что в нем изменилось. Но что-то изменилось точно и не только в голосе, но и в самом слизеринце. — Что ты увидел? — спросила она, уже предполагая, что его так удивило.       Он видел, как ее насиловали. Девушка полагала, что он уже продумывает план, как сказать обо всем брату и как сказать ей о том, что такая, как она, не подлежит спасению. Она грязная. Так ее бы назвали в чистокровном обществе. Таких, как она, на дух не переносили, считая, что таким нет жизни. Ей не было жизни. — Можешь не говорить, — сказала она пару минут спустя, когда Блэк так и не ответил. — Такую, как я, ты спасать не будешь.       Тут Регулус, казалось, ожил. Он недоуменно посмотрел на Эйприл, явно не понимая, о чем идет речь. — О чем ты говоришь? — спросил он. — Как я не могу спасти тебя? Я за этим сюда и пришел.       Поттер замерла. Несколько минут она сидела, глупо пялясь в одну точку, а после расправилась прижав ладони рук к лицу. — Ты... ты видел, как он... Как он насиловал меня, — прерываясь, сказала она. — Я... зн... знаю, как таких, как я, называют в волшебном обществе. Я грязная. Естественно, ты не захочешь спасать меня после этого. Готова поспорить, что тебе и касаться-то меня противно.       Чем дольше говорила Эйприл, тем сильнее становился ее голос. Она уже не плакала, хотя слезы продолжали течь по ее лицу. — Как ты могла такое подумать? — Регулус, помедлив, взял девушку за руки. — Как ты могла подумать, что увиденное мной заставит меня по-другому к тебе относиться? Да я нарушил минимум пятьдесят наших законов, чтобы пробраться сюда. После такого, даже если бы ты согласилась на то, что я видел, добровольно, я не отвернулся бы от тебя. Никто не виноват, что Розье оказался таким придурком.       Эйприл вновь заплакала, когда Блэк обнял ее, прижав к себе. Она так от всего устала. Ей так хотелось просто отдохнуть, вернуться домой и забыть о случившемся, как о страшном сне. — Ты так говоришь только потому, что дружишь со мной, — всхлипнув, сказала Эйприл. — Окажись на моем месте кто-то другой, ты бы так не сказал.       Регулус замер. Отрицать этого он не стал. — Да, но я все равно пришел бы за тобой. Ты мой друг, Поттер, — сказал он, встряхнул девушку за плечи. — Моя подруга. Лучшая подруга.       Эйприл всхлипнула. Она старалась прекратить плакать, но не могла сделать этого. Она так давно мечтала высказаться кому-нибудь. Рассказать о наболевшем. — Правда? — спросила она, чуть приподняв голову, чтобы иметь возможность видеть слизеринца.       Регулус кивнул. — Конечно, правда, — уверенно сказал он. — Кто, как не ты, поменял меня в лучшую сторону? А сейчас тебе нужно отдохнуть. Я просматривал твои воспоминания несколько часов. Сейчас два ночи. Тебе нужно выспаться. Разговор мы продолжим завтра утром, клянусь.       Эйприл испуганно покачала головой. — Эйприл, тебе нужно спать, — недоуменно сказал Блэк. — Если я захочу спасти тебя, ты должна быть как минимум полна энергии. Не вести себя вяло. — Я не могу, — губы Поттер дрожали. — Я не мог спать нормально с тех пор, как оказалась в этом доме. Мне все время снятся кошмары. Из-за них я не могу спать. Засыпаю я только тогда, когда вымотана до предела. Да и тогда не сплю больше двух часов, просыпаясь от кошмара.       Сказала это все Эйприл на одном дыхании. Рукой она утерла пот, выступивший на лбу, и в недоумении посмотрела на чуть влажную ладонь. — Послушай, тебе нужно поспать. Несмотря на то, снятся тебе кошмары или нет, — сказал он. Блэка мелко трясло. Он все еще не мог выбросить из головы увиденное и горел желанием задать минимум сотню вопросов. — Я буду рядом. Кошмар останется только кошмаром. С тобой ничего не случится. Ложись.       Регулус почти что насильно уложил Поттер на кровать, укрыв ее одеялом. В комнате было холодно, поэтому он укутал ее в одеяло так, что было видно лишь одну голову. Сам он лёг поверх одеяла и остался в полусидячем положении. Сна у него не было ни в одном глазу и он сомневался, что вообще уснет сегодняшней ночью. — Спокойной ночи, — прошептал он, некоторое время спустя, когда Эйприл прекратила вертеться и, скинув с себя одеяло, нашла утешение в его объятиях. Блэк тяжело вздохнул, попытавшись скинуть со своих колен ногу Поттер, та брыкнулась и вернула ее обратно. — Рад, что ты наконец-то уснула.       Проснуться Блэку пришлось через пару часов. Услышав стук в дверь, он нехотя приоткрыл глаза. Он все-таки уснул, хотя думал, что не сможет. Немного повертев головой, он посмотрел на Поттер: та калачиком свернулась у него под боком, закинув руки и ноги на его тело. Сама же ее голова мирно покоилась на его плече. — А говорила, что спишь плохо, — прошептал он, чувствуя как затекло тело.       Стук в дверь повторился уже более настойчиво. Не нужно было догадаться, что пришел именно Эван.       Кое-как выпутавшись из объятий Поттер, Регулус встал, потянувшись. Опять у него не осталось времени, чтобы принять достойный вид. Пришлось пить оборотное зелье в таком состоянии, в каком был.       Преображение прошло быстро и почти безболезненно. Когда оно завершилась, Блэк взглянул на себя в зеркало, прежде чем распахнуть дверь. — Почему долго не открывал? — спросил Розье с ходу.       Регулус усмехнулся. Он хотел съязвить, сказав что-то наподобие «а где же доброе утро» или «тебе доброе утро, братец», но решил промолчать. Ни ему, ни Эйприл сейчас проблемы были не нужны. — Я задремал, — ответил он, прежде чем "брат" задал новый вопрос.       Розье повернулся. Взглянул на Сэла и, поджав губы, сдержанно кивнул. — Как прошел разговор? — спросил он. — Надеюсь, хорошо? Ты обещал, что перевоспитаешь ее.       Блэк кивнул. Он действительно это пообещал. И сделает это. Ну, как сделает. Просто попросит Поттер вести себя более сдержанно до поры до времени, чтобы не пришлось возвращать ее родителям еще один труп. — Перевоспитание идёт полным ходом, — отозвался Регулус. — Но достаточно медленно. Думаю мне потребуется не меньше недели, чтобы она начала слушаться тебя.       Розье кивнул. Он смотрел на спящую девушку задумчивым взглядом. — Думаю, с тобой перевоспитание пойдет быстрее, — наконец, сказал Эван. — Мы ведь с тобой уже пытались сделать всё, что только можно. Я пытался. С тобой мы заставили ее ненавидеть Блэка. Кстати, ты молодец. Маккиннон даже уговаривать не пришлось. Теперь нужно ее перевоспитать и все.       Регулус старался сохранять беспристрастное лицо. Теперь он понял, почему в своих воспоминаниях Поттер так возненавидела Сириуса. — Так, я ухожу, — продолжил Эван, затягивая на руках перчатки из драконьей кожи. — Как она проснется, накорми ее. Попроси эльфа. Ну и следи, чтобы она не выкинула что-нибудь еще.       С этими словами Розье покинул комнату. Регулус выдохнул, как только дверь закрылась и наложил заглушающие чары. Спать ему не хотелось. Сна не было ни в одном глазу.       Воровато оглянувшись, Блэк достал из кармана мантии кучу листов, которые разложил на столе. Часы показывали шесть утра и у него было примерно два часа, чтобы поработать.       Сидя перед свечой, он старательно выводил стены поместья, помечая все комнаты дома, потайные ходы и еще много другое. Он готовил тщательный план побега.       Где-то через полчаса был скомкан первый лист. За ним следующий. За два часа Регулус испортил десять листов, наконец поняв, что, пока не разузнает у Поттер кое-какие подробности, сбежать у них не получится.       Когда Эйприл проснулась, Блэка в комнате уже не было, поэтому девушку встретила пустая комната. Она тревожно оглянулась, протерев глаза. Ничего не изменилось. «Неужели мне приснилось?» — в ужасе подумала она, откинувшись обратно на подушки.       В комнате с треском появился эльф. Поттер даже не вздрогнула. Успела привыкнуть к этому за те несколько месяцев, что жила в этой комнате. — Хозяин зовет вас на завтрак, — пискнула эльфийка, склонившись в лёгком полупоклоне.       Эйприл идти никуда не хотелось. Какой к черту завтрак? Весь ее завтрак состоял из стакана воды и зелья восстанавливающего силы. Все. Есть она не могла. Однако, несмотря на это, ей пришлось переодеться и всё-таки спуститься вниз. Где она увидела вовсе не Розье. Вернее Розье, но не того. — Это ты так медленно одеваешься или эльф Эвана такой медлительный? — тихим басом спросил юноша, сидевший за столом.       Эйприл выдохнула. Не приснилось. Перед ней сидел все тот же Регулус только в чужом обличии. — А давно ты стал хозяином? — поинтересовалась Поттер, садясь напротив слизеринца.       Блэк пожал плечами. — Этот эльф, как и многие другие в этом доме, собственность не только Эвана, — ответил Регулус, подняв голову вверх. — Они служат всей семье Розье и поэтому подчиняются и моим приказам тоже. Кстати, мы можем говорить совершенно спокойно. Они никому слова не скажут. Ты почему не ешь?       Эйприл тоскливо посмотрела на еду и отодвинула тарелку. От завтрака пахло превосходно, но вот только она знала, что, как только проглотит хоть кусочек, ее тут же вырвет. — А зелья нет? — спросила с надеждой Поттер.       Блэк покачал головой, посмотрев на подругу недоуменным взглядом. — Нет, — сказал он. — Розье оставил четкий наказ. Накормить тебя вот этим. Что-то не так?       Эйприл кивнула. — Я не могу есть, — сказала она. — Меня тошнит от еды. Пока я была беременна, он давал мне зелья, восполняющие энергию. А раз сейчас я потеряла ребенка, то меня можно кормить едой, которая все равно в моем организме не задерживается дольше, чем на минуту.       Регулус замер. В воспоминаниях он видел что-то подобное, но никак не мог предположить, что дело настолько серьёзное. А новость о ребёнке вообще удивила его, хотя он прекрасно видел и знал, что Поттер до недавнего времени была беременной. — Из-за чего? — спросил Блэк, отставив стакан с тыквенным соком в сторону.       Эйприл ответила не сразу. Молча она протянула слизеринцу правую ладонь, на пальцах которой красовалась два кольца. Когда слизеринец коснулся руки она вздрогнула, но не подала виду, что что-то не так. — Это кольцо со мной с тех пор, как я здесь, — сказала девушка хрипло, указав на черное кольцо. — Я не знаю, что оно делает, но я не могу колдовать. Я вообще не чувствую своей магии. Что-то подобное используют мракоборцы. Те кольца подавляют магию. Запирают ее глубоко внутри. Вот я и думаю, что это кольцо делает то же самое. А это кольцо, — Эйприл переместила чуть выше, — имеет чуть другой эффект. Розье надел его на меня в тот момент, когда была убита та девушка, которая притворялась мной. Это кольцо помогает Розье скрывать мое существование. Благодаря ему мой брат не чувствует меня, а значит, точно уверен в моей смерти.       Блэк нахмурился, рассматривая кольца. Он осторожно постарался снять одно из них. Кольцо не поддалось. Казалось, оно намертво приклеилось к коже. Постукивание волшебной палочкой тоже не дало результата. Чтобы проверить свою догадку, Регулус попытался расстегнуть браслет, подаренный им же. Тот, на удивление, все еще висел на правом запястье Поттер вместе с другими. Застежка браслета расстегнулась легко и украшение легко соскользнуло на стол. — Ничего не понимаю, — сказал в конце концов Блэк. — Мой браслет снялся легко. Тогда почему не снимается кольцо? — Оно закалдовано так, что его снять может только тот, кто надел. В данном случае Розье, — пояснила Эйприл. — Способов снять по-другому нет. Я пыталась.       Регулус уставился на кольцо, не зная, что сказать. Если это кольцо не снять без помощи Розье, то у них возникают проблемы. Спасти Поттер он спасёт, но вот кольцо, увы, снять никто не сможет и девушка рискует навечно остаться без магии. — Это плохо, — озвучил вслух мысли Блэк. — Нужно что-то думать. Это значит, что я не могу вытащить тебя отсюда, пока мы не снимем кольца. Если так, то мы задержимся на неопределённое время. Но ты из-за колец есть не можешь. Подожди.       Регулус задумался и размышлял несколько минут. Все это время он не переставал держать Эйприл за руку. Та, казалось, этого даже не замечала. — Попробуй сейчас, — сказал он неожиданно пару минут спустя. — Попробуй поесть сейчас.       Эйприл нахмурилась, почувствовав лёгкое покалывание в руке. Взглянув на слизеринца, который все так же смотрел на нее, она взяла вилку в левую руку, что было не совсем удобно и подцепила кусочек овощей. Сглотнув она, положила его в рот и тщательно прожевав проглотила, зажмурившись.       Секунды бежали быстро. Эйприл ждала, когда почувствует, как к горлу подкатывается тошнота, но ничего не было. Она вполне спокойно съела еще один кусочек. И снова ничего. — Что ты сделал? — спросила она удивлённо. — Меня больше не тошнит.       Регулус чуть улыбнулся и, наконец, отпустил руку Поттер. — Я поделился с тобой своей магией, — сказал он. — Как видишь, это сработало.       Эйприл хотела сказать, что Блэк самый настоящий идиот, но вид еды стал настолько привлекательным, что она решила на время отложить упреки и приступить к завтраку. — Не подавись, — Блэк усмехнулся, наблюдая, как Поттер, забыв о правилах этикета, накинулась на еду.       Ему хотелось задать девушке массу вопросов и рассказать то, что успел разузнать, но тактично решил помолчать пару десятков минут. — Что-то ты чересчур заботливый, — сказала Эйприл, прищурившись. Она оставила стакан с соком на стол. Он чуть не перевернулся.       Левой рукой было есть и пить не особо удобно, но она боялась, что если поменяет руку, то магия, которая вновь заструилась по ее жилам, пусть и чужая, исчезнет. — А каким я должен быть? — спросил Регулус лениво. В отличие от Поттер он давно закончил свой завтрак и сейчас просто сидел, дожидаясь, когда она наесться. Рукой он разглаживал девушке пальцы, ладонь и часть кисти, чтобы магия к ней лучше поступала. — Что это?       Не выпуская из своей руки Поттер, свободной рукой он поднял вверх рукав ее мантии и уставился на чуть красноватые линии на запястье. — Только не говори, что ты...       Эйприл сглотнула и закатала рукав обратно. Именно эту часть своих воспоминаний она скрыла от Регулуса. Скрыла, не понимая зачем. Она знала, что Блэк рано или поздно заметил бы это. — Я порезалась, — как ни в чем не бывало ответила Поттер, сделав глоток сока. Ее чуть не стошнило. — Верни руку на место.       Регулус вместо этого убрал руку под стол. Он чувствовал, что подруга что-то не договаривает. Слишком уж настороженной она казалась. — Ты не будешь есть нормально, пока не расскажешь, что с тобой произошло, — сказал он, пригрозив девушке пальцем.       Эйприл вздохнула. Она-то надеялась, что подобный ответ устроит Блэка, а нет, она ошибалась. Сильно ошибалась. — Ладно, я сама себя порезала, — процедила она сквозь зубы. — Зачем и когда это произошло?— спросила Регулус.       Поттер пожала плечами. — После того, как этот идиот изнасиловал меня, я поняла, что так будет продолжаться день за днем. Он продолжит ломать меня. Я не была готова к этому, поэтому и решила закончить то, что он начал, — Эйприл сделала еще один глоток. — Верни руку назад.       Блэк вздохнул и вложил свою руку обратно в руку девушки, вновь настроившись на ее волну. — Как я понял, у тебя не получилось? — спросил он сухо.       Поттер покачала головой. — Снейп спас меня, будь он проклят, — сказала она, радуясь, что бывшего сокурсника сейчас здесь нет. Будь он тут, точно бы нашел, что ответить ей.       Регулус ничего на это не ответил. Он видел идиота-полукровку довольно часто в самом конце воспоминаний. Вероятнее всего, Розье после того казуса приказал ему следить за Поттер, чтобы та не выкинула чего-нибудь ещё. — У тебя есть ещё вопросы ко мне? — спросила Эйприл, доев завтрак.       Блэк кивнул. — Примерно миллион, — сказал он. — Некоторые моменты в твоих воспоминаниях были не совсем мне понятны.       Поттер вздохнула. Она подозревала, что в ее голове творилась настоящая неурядица. Мысли были перепутаны и, естественно, многое было не понятно. Вопросов было просто не избежать. — Что ж, на вопросы я, пожалуй, все-таки ответить в состоянии, — сказала она, высвобождая свою ладонь из руки слизеринца. Как бы она не была рада его видеть, все равно боялась тактильных ощущений, и поэтому рукопожатием ограничилась только во время завтрака. — Только не все разом, прошу тебя.       Регулус кивнул и сомкнул губы в тонкую полоску. Задумавшись, он пытался решить, с какого вопроса начать. Их было действительно много и один сложнее другого. Навряд ли Поттер ответит сразу на все. Но попытаться стоит. — Хорошо, — сказал Регулус задумчиво. — Прежде чем я начну задавать тебе вопросы, хотелось бы кое-что прояснить. — Что? — удивлённо спросила Эйприл. Тон, которым Блэк сказал последние слова, ей не совсем понравились. — Сириус невиновен, — тут же откликнулся слизеринец. — Он не изменял тебе.       Руки Поттер задрожали. Она уставилась на друга затравленным взглядом. Хотела бы она верить в это, но глаза обмануть невозможно. На этот раз Блэк изменил ей. Это точно. — Не ври, — сказала она. — Я бы поверила, что он действительно не изменял мне только в том случае, если бы его снова напоили приворотным зельем. Но его никто не поил, потому что он по моей просьбе пьет зелья, которое нейтрализует действие приворотного, а значит, он изменил мне осознанно. Не пытайся убедить меня в обратном.       Поттер трясло. Она с трудом сдерживала слёзы. Конечно, она хотела бы верить, что Сириус действительно не изменял. Что это глупая ошибка. Но поверить не могла. — Тебя одурили, — ответил Регулус, мимо ушей пропустив тираду подруги о том, что брат оказался изменщиком. — Это был не Сириус. — С чего ты взял? — не выдержала Эйприл. Все это ей уже жутко надоело. Сейчас хотелось просто вернуться домой, а не сидеть здесь и обсуждать давно очевидные факты.       Блэк вздохнул. Он с трудом удержался от того, чтобы не закататить глаза. Поттер была чересчур вспыльчивой. Он видел, что она вытворяла с Розье. Как пыталась убить его, даже не имея магии. Повторять что-то подобное ему не хотелось. — Да Розье сам мне сказал, — сказал он отчего-то шепотом. — Он же считает меня своим братом, забыла? И да, кстати, именно Сэл и изображал в тот момент Сириуса. А Маккиннон они заколдовали.       Эйприл замерла. Она не знала, как отреагировать на нечто подобное. Во-первых, информация поступила от Розье, а ему она не доверяла и доверять не будет. Во-вторых, конечно, Маккиннон околдовать могли, но почему именно она? Это как раз и противоречило. — Не доверяешь мне? — поинтересовался Блэк. — Ну да зачем доверять слизеринцу, который нарушил почти сотню правил, чтобы вытащить тебя.       Поттер замерла. Разозленного Регулуса она не боялась, но сейчас, когда тот находился в обличие брата Эвана, он выглядел по-особенному страшно. Так же, как сам Эван. Эйприл сглотнула. — С чего ты взял, что я тебе не доверяю? — нашла в себе силы на вопрос она. — Послушай, я училась на мракоборца и могу с уверенностью сказать, что ни один из них спиной бы не повернулся к человеку, которого считает своим врагом, а я к тебе не только повернулась, я спала с тобой в одной кровати, поэтому я тебе доверяю, — Эйприл выдохнула, расслабляясь. — В конце концов, ты единственный, кто нашел меня. Но, знаешь, сложно поверить в то, что сказал Эван. Я бы ему не доверяла. Извини.       Регулус нахмурился. Ему хотелось треснуть себя хорошенько по лбу. И как он мог не догадаться, что Поттер, являясь буквально рабыней для Розье, поверит в то, что он передал ему. — В любом случае ты сможешь разузнать все у Сириуса, — сказал он, — но если ты была на похоронах, то должна была видеть, что он страдал ни чуть не меньше остальных.       Эйприл кивнула и, вздохнув, чтобы не заплакать, уставилась на друга. — Задавай свои вопросы, — сказала она уверенно. — Хорошо, — Блэк посмотрел на подругу. — Ты знаешь о тайных ходах, ведущих из поместья?       Поттер кивнула. Неосознанно оно оторвала с большого пальца правой руки заусенец и прошипела от минутной боли. — Я находила по меньшей мере три, — сказала она, — но ни в один из них я попасть не могла. Один потайной ход есть на кухне, чтобы открыть его, нужно потянуть за поваренную книгу. Один я находила в библиотеке. Чтобы его найти, нужно идти от камина в левую сторону. Там необходимо найти книгу с красной обложкой с черными буквами, синюю книгу с желтыми буквами на корке и чёрную книгу с зелеными буквами. По ним трижды нужно стукнуть волшебной палочкой и откроется ход. И последний в Северном крыле. Я думаю, что есть еще, но больше мне не удавалось найти.       Регулус задумчиво кивнул. Идею тайных ходов пришлось вычеркнуть из плана. Как он понял, все ходы пропускают только волшебников, а магия Поттер заперта глубоко внутри нее. Пока они не снимут кольца, этот план остается самым идиотским. — Хорошо, — сказал Блэк, разгладив пальцами спутавшиеся волосы. — Как часто Розье бывает дома?       Эйприл задумалась. — Не особо часто, — сказала она. — Я вижу его дома в основном по вечерам, но это происходит не каждый день.       И снова Блэк кивнул. Если он сможет ослабить защитное поле возле дома Розье, они с Поттер смогут покинуть этот дом, оставшись незамеченными. Эту идею пока вычеркивать рано. — Ты говорила о ребёнке, — начал Блэк осторожно, следя за эмоциями на лице девушки. — Что с ним произошло? И как вообще ты забеременела?       Конечно, Регулус предполагал, что ребенок был зачат в последствие изнасилования, о котором он уже слышал от подруги, но хотел услышать ее вариант произошедшего. — Ребенок умер, — сказала она тихо, борясь с поступившим к горлу кому. — В последнее время после моих якобы похорон у меня был стресс, пару раз доходило до нервного срыва. Но не это спровоцировало выкидыш. Один раз мое поведение взбесило Розье, он откинул меня в стену и так я потеряла ребёнка. А откуда он вообще появился, я и сама не знаю. Я не знаю, как так получилось, может быть, я когда-то забыла принять специальное зелье или оно почему-то не подействовало, но это был ребенок Сириуса, — Эйприл замерла. Слезы текли по ее лицу, оставляя после себя влажные дорожки. — Дай мне успокоительное зелье, если хочешь, чтобы я продолжила отвечать на твои вопросы без истерики.       Регулус кивнул. В принципе он хотел прекратить начатый допрос. Многое и так ему было понятно. Картинки беспорядочного пазла, что были в его голове, сложились в целую картинку. Он и без ответов Поттер теперь мог понять, что все ранее продуманные планы не сработают. Розье был слишком хитер и продумал все до мелочей.       Подойдя к шкафу, где хранились всевозможные зелья, он не без труда смог отыскать успокоительное, которое протянул Поттер, которая выпила его залпом. Несколько минут Регулус еще наблюдал за тем, как медленно успокаивается Эйприл, прежде чем выдохнуть. Ее состояние пугало. — У тебя остались еще вопросы? — спросила Поттер настороженно. Она не знала, сколько продлится действие зелья. Так как она не могла пользоваться своей магией, его действие должно было значительно сократиться. Она лишь надеялась, что его хватит настолько, чтобы она смогла ответь на все вопросы.       Блэк покачал головой. — На кое-какие вопросы ответы я нашел сам, а на какие-то дала мне ты, — сказал он.       Эйприл кивнула, выдыхая. Что ж, большего количества вопросов она, пожалуй, не перенесла бы. Ей и так было плохо. Голова от того, что она совсем недавно сняла барьеры со своего сознания, немного болела. Возможно, чуть позднее ей придётся выпить обезболивающее зелье. Хорошо, что ими она могла пользоваться без ограничений. «Моя игрушка должна быть в целости и сохранности, поэтому пользуйся всем тем, что считаешь нужным», — вспоминала она слова Розье. Ее передернуло. Игрушка. Вот, кем она для него была. Лишь вещь, которая помогала время от времени снять напряжение. Вещь, которая показывала, на что Пожиратели смерти были способны. Больше у нее не было значений. — Ты в порядке? — спросил Регулус, наблюдая за тем, как на лице Поттер одна за другой меняются эмоции. Это настораживало.       Эйприл слабо кивнула, отгоняя от себя противные мысли. Вот что нужно действительно запереть на границах сознания, так это все то, что связывало ее с Розье. Каждую мелкую деталь в нем, каждый его ужасный поступок зарыть туда, где она никогда не будет их искать. — После всего того, что я пережила, я могу сказать, что я действительно в порядке, — сказала она. — Я давно не чувствовала себя так спокойно и, знаешь, я почти забыла, что означает быть свободной. Сейчас только ноябрь. Я живу здесь несколько месяцев. Территорию поместья покинула лишь один раз. И мне не верится, что я смогу покинуть его раз и навсегда.       Блэк слабо улыбнулся. Ему не хотелось говорить Поттер, что план побега несколько изменился. Точнее его и вовсе пока не было. — А как мы вообще сбежим отсюда? — спростла Эйприл, нахмурившись. — Я не смогу покинуть поместье, пока на мне эта штука.       Поттер с ненавистью дернула правой рукой, на которой красовались два кольца. Кольца, которые хотелось уничтожить в адском пламени и забыть, как о страшном сне. — Для начала нам нужно их снять, — сказал то, что и так было понятно, Регулус. — Есть у меня парочка идей на этот счет.       Идеи действительно были, но каждая идея была мрачнее другой и почти все, в конечном итоге, заканчивались его сроком в Азкабане. — Только не говори, что собрался убить его, — предостерегла Поттер. — У тебя все равно не выйдет.       Блэк пожал плечами. — Вообще-то это была одна из идей, — сказал он, выглянув в окно. На улице, на удивление, ярко светило солнце. — Но ты права, навряд ли что-то из этого выйдет. Он Пожиратель смерти. Поэтому я просто заставлю его стянуть с тебя эти кольца.       Глаза Поттер поползли на лоб. Ее мелко затрясло. — Только не говори, что... Только не говори, что хочешь наложить на него Империус, — сказала она тихо.       Регулус молчал, виновато опустив взгляд на свои сложенные в замок на столе руки. — Это единственный и самый безопасный из всех возможных вариантов, — ответил он.       Поттер нервно усмехнулась. — Безопасный? — иронично спросила она. — Это Непростительное заклятье, Блэк, тебя за него могут посадить в Азкабан. И Мерлин, даже если мы сбежим отсюда и я смогу упросить отца не сажать тебя в тюрьму, твоя жизнь все равно кардинально изменится. Это темная магия, Рег. По-настоящему тёмная. И опасная. Мужчины сходят с ума от нее.       Эйприл мелко трясло. Она даже не могла предположить, что друг захочет прибегнуть к темной магии. Она знала, что, даже если он использует ее один раз, в его жизни все кардинально поменяется. Отказаться от такой магии будет очень тяжело. Она испытала это на собственной шкуре и не хотела, чтобы нечто подобное случилось с Регулусом. — Поттер, идя за тобой сюда, я осознавал все риски, — упрямо сказал Блэк. — Я понимал, что и так, и так нарушу очень много законов, что, конечно, не останется незамеченным. Темная магия это пустяки. Меня тревожит и пугает совсем не это.       Он замер, не зная сказать Поттер о том, что сам узнал вчера вечером или промолчать. Не пугать ее тем, что и самого слишком сильно страшит? — Что же это? — спросила удивлённо Поттер. — Что может пугать сильнее, чем использование темной магии?       Блэк вздохнул. Пожалуй, ему стоило промолчать и вообще не заикаться на эту тему, но он сказал и теперь ему предстоит продолжить начатое. — Через пару дней в этом поместье состоится собрание Пожирателей смерти, — пытаясь придать своему голосу равнодушие, сказал он. — Сама-знаешь-кто тоже будет здесь. Вот, что пугает меня больше всего, Эйприл. Если он узнает обо всем, что здесь происходит, нам не спастись. Более того, мы оба умрём.