Это мое тело!

      Гарри боялся пошевелиться еще пару минут, после того как ушел Малфой, и пытался унять бешеный стук его сердца, который отдавался тупой болью в висках. В голове пронеслись разные сценарии того, что может натворить Малфой: он очень изобретателен, когда дело доходит до издевок. Сначала он хотел сорваться за ним и выяснить, что он задумал, потом Гарри подумал еще и решил, что бегающий за Поттером Малфой после случая с Патронусом усугубит ситуацию еще хуже, а пророчество нужно исполнить как можно скорее, так что это явно не тот вариант. Следующей мыслью было дать ему время, возможно тот успокоится и не станет делать глупостей, а мелкие шалости Гарри выдержит. Он постоянно сталкивался с издевательствами Малфоя, которые были всего лишь неприятностями, но никак не проблемой века. Значки? Костюм Дементора? Идиотские слухи? Что он еще может сделать? Разве что попасть в неприятности и лишиться нескольких баллов, но Гарри и сам с этим успешно справляется, так что совсем не страшно. Он полностью расслабился и вышел из Выручай-комнаты, заняв позицию наблюдателя.       Сначала он пошел в Слизеринскую гостиную, чтобы узнать у Панси все новости. Поразительно, но эта девушка знает абсолютно все. Бюро информации какое-то. Она утром ему успела поведать про все парочки Хогвартса, даже узнав откуда-то про случай с Джинни: Поттер хотел ее пригласить погулять, но так и не решился. Ему оставалось удивленно моргать и строить теории, как она могла узнать об этом. Также она знает о всех предстоящих вечеринках, о стычках и о всяких мелочах. Невероятно.       Поговорить с ней не удалось, потому что его схватил за шкирку Блейз, утащив за собой на поле не давая вставить даже и слова. Тот очень сильно был возмущен и оскорблен тем, что у Драко не хватило смелости рассказать о своих чувствах лучшему другу, но перед всем классом — пожалуйста. А потом Забини сочувственно похлопал по плечу и предложил свою поддержку. Пока Гарри обрабатывал всю эту болтовню, Блейз успел сказать, что он ни капли не удивлен и всегда об этом знал, а потом умчался на поле. Ерунда какая-то.       — Итак, завтра у нас матч с Гриффиндором! — проорал Ургхарт во все горло, привлекая внимание всей команды. — В этот раз даже не смейте проиграть. Малфой, не поймаешь снитч — вылетишь из команды. Я уже нашел замену.       Что? Драко грозит выгон из команды? Гарри лишь сухо кивнул, нацепляя на себя самый равнодушный вид, и устремил свой взгляд на хмурое, свинцовое небо. Блейз снова похлопал его по плечу, а Угхарт продолжил давать указания дальше. И что делать в этой ситуации? Гарри может поймать снитч — он не сомневался в своих способностях, но тогда его команда проиграет. А они нацелились на кубок. И опять же он не может просто висеть на поле просто так. Пошел мелкий, противный дождь.       Всю тренировку Гарри старался решить эту дилемму, но ничего особенно в голову не лезло. Вскоре у него создалось ощущение, что он не может жить без проблем. Ни одна, так другая, не успела решиться вторая, лезет уже третья. Он вяло ловил снитч и отпускал в небо, и так по кругу. А еще Малфой напрочь засел у него в голове. Трудно о нем не думать, когда заперт в его теле.       Когда тренировка подошла к концу, Гарри решил, что просто спросит у Малфоя об этом. Наверное, он уже отошел и не сильно дуется. Он более благоразумен, тем более, в его интересах сотрудничать. Возможно, им стоит заключить договор, что они сделают все своих силах, чтобы выиграть, чтобы было все по-честному. Гарри не был уверен, что тот согласится, но попытаться стоило, ведь так? Воодушевлённый своими мыслями, он хотел было уже идти разыскивать Драко, как его внезапно подхватили за руки с двух сторон и куда-то потащили.       — Эй! — возмущенно крикнул Гарри, вертя головой по сторонам, узнавая Крэбба и Гойла. — Вы что творите?       Его ноги смешно болтались в воздухе, а сам ощутил себя таким маленьким, не имея возможности сбежать. У них была очень крепкая хватка, и казалось, что они совершенно не чувствуют веса малфоевского тела. Гарри подумал, что обязательно его откормит, не дело это — быть таким худым и не иметь возможности отбиваться. Парни ничего не говорили, молча таща его куда-то в сторону подземелий, но перед последним поворотом они повернули в другую сторону и затащили в какой-то заброшенный кабинет, бросив на пол, и заблокировали вход своими грузными телами, не давая шанса пройти.       Здесь было пыльно, тускло и очень сыро. Гарри встал с пола, оттряхивая одежду, и поежился от прохлады.       — Эй, какого хрена! — проорал Поттер. — Вы что, с ума сошли?       — Тео струсил, узнав о твоей принадлежности к Темному Лорду, Блейз предпочитает ни о чем не думать, а Грег и Винс и вовсе слетели с катушек, — всплыли в его голове слова Панси. Ах, ну да. Малфой совсем запустил свою компанию.       — Драко, ты прости… но нам надо поговорить! — выпалил Винсент, топчась на месте. — Ты нас избегаешь, и мы с Грегом подумали…       — Нам тебя не хватает, — грустно произнес Грегори. — Ты стал другим. Мы можем помочь, что бы это ни было, только скажи.       — Мы больше не можем видеть, как ты день за днем становишься тенью самого себя, — подхватил Винс.       — Эй, ребята… — неуверенно перебил их Гарри. Этот разговор явно не для его ушей. — Может быть потом.       — Потом, потом. Мы устали слышать твое потом, — фыркнул Винс, садясь на пол. — Драко, мы хотим всего лишь помочь. Ты же знаешь, что всегда можешь на нас положиться.       — Ты наш самый лучший друг, пойми. Даже твоя влюбленность в Поттера ничего не изменит. Ты из-за него это так? — скромно спросил Гойл, пряча свой взгляд. — Ты можешь все нам рассказать. Хочешь, мы заставим Поттера влюбиться в тебя?       — Эээ, что? — непонимающе развел руками Гарри. Слышал бы это Малфой, он разнес бы весь класс. Наверное. Он оглянулся и сел на парту, сдаваясь. — Так, парни. Я не влюблен в Поттера. Это случайность.       — Мы знали, что ты так скажешь, — пожал плечами Винсент. — Мы можем сделать все сами…       — Мы даже сперли у Слизнорта амортенцию, — доверительно прошептал Грег. — Никто ни о чем не узнает.       — Мерлин, — протянул Гарри. И как Драко с ними справлялся. — Я не влюблен в Поттера, и амортенцию или какие-либо другие зелья подливать ему не нужно! Вы поняли меня?       — Ладно, ладно, — поднял руки Гойл. — Мы поняли. Но если что…       — Ладно, — кивнул Гарри, выдыхая. Он слез с парты. — Ну так на этом все? Я могу идти? У меня дела.       — Дела, дела, — снова фыркнул Винс. — Подожди ты со своими делами. Поговори с нами. Мы скучаем.       Гарри вздохнул. Он даже понятия не имел, что эти парни такие преданные. И способные на сочувствие, поддержку, дружбу. Они буравили его пытливыми взглядами, полные беспокойства и переживаниями. Поттер часто видел, как Малфой к ним относится, словно к своим слугам, и не понимал, как Крэбб и Гойл это терпят, а сейчас готовы решить его проблемы по одному лишь кивку. Ему стало невероятно их жаль от такой несправедливости.       — Почему вы по мне скучаете? Зачем вам я? — спросил Гарри.       — Ты и сам все знаешь, — улыбнулся Грег, садясь рядом в Винсентом.       — Нет, не знаю, — покачал головой Поттер и снова уселся на парту, разглядывая странную картину на стене. Там была изображена луна, огромная и бледная, в которой виднелись разные силуэты. Чем больше Гарри смотрел на нее, тем больше находил силуэтов.       — Ты наш друг, который постоянно заботится о нас, — задумчиво начал Винсент. — Часто прикрываешь наши косяки, попадая сам под раздачу.       Заботится? Драко Малфой способен на заботу? Гарри еле сдержал улыбку, не отрываясь от картины.       — А еще делишься конфетами, которые присылает твоя мама. Помогаешь с домашними заданиями, — стал перечислять Грег, загибая пальцы. — Поднимаешь настроение, когда у нас что-то не выходит, и веришь, что у нас все получится.       — Да-да! Благодаря тебе мы выучили много заклинаний и научились варить зелья! Ты сказал, что не пристало позориться, как Долгопупс, и вечерами гонял нас по Зельям снова и снова, пока мы все не выучим.       — А еще ты нам покупаешь сладости, когда мы не можем выбраться в Хогсмид. Помню, как на четвертом курсе я заболел, а ты мне купил моих любимых сахарных перьев.       — Когда мы были маленькими, я был очень неуклюжим, и однажды сломал вазу. Тогда еще у нас не было палочек и не смогли починить. Люциус так разозлился, и ты сказал, что это ты разбил вазу, чтобы меня не ругали, — тепло улыбаясь Крэбб. — Тебе еще запретили есть сладости целую неделю, помнишь?       — Ага, — рассеянно кивнул Гарри, обращая на них внимание. Их слова никак не связывались с образом Драко Малфоя. А они точно об одном человеке говорят?       — Ооо, а помнишь как на третьем курсе меня Поттер обозвал тупоголовым подхалимом, который умеет только есть и тупо моргать глазами? Я так расстроился, а ты сказал, чтобы я не плакал из-за этого идиота. У него проблемы со зрением, поэтому ничего не видит дальше своего носа, как же он увидит мою тонкую душевную организацию. До сих пор помню, — протараторил Грегори. — Только ты и Винс видите мою тонкую душевную организацию.       Гарри сам этого не помнил, но сейчас ему стало жутко стыдно за свои слова.       — А еще ты говоришь, что я слишком добрый, и учишь меня не показывать этого, чтобы ко мне никто не цеплялся, — продолжал рассказывать Грегори. — Мне на первом курсе очень тяжело было находиться, меня часто дразнили за полноту и за любовь к еде.       — И меня дразнили. Ты всем сказал, чтобы к нам никто не лез. Даже Блейз, Панси и Тео не хотели принимать нас в компанию, но ты сказал, раз они не способны разглядеть в людях что-то еще помимо внешности, то тогда вам не по пути. Ты выбрал нас, а не их, понимаешь? — всхлипнул Винс. — Теперь наша очередь помочь тебе. Мы все помним. Ты сделал свой выбор тогда, а мы сделали свой. Мы никогда тебя не бросим, неважно в какую передрягу ты влезешь.       — Драко, ты наш лучший друг, и всегда им будешь, что бы ни случилось. Не отгораживайся от нас, пожалуйста, — прошептал Грегори.       Они смотрели на него глазами, полными надежд и теплоты, что даже Гарри расчувствовался и обнял их. Это не его друзья, но они, оказывается, неплохие люди. Они так сильно сжали его в объятьях, что даже стало трудно дышать.       — Парни, — прохрипел Гарри. — Полегче.       — А да, прости, — хохотнул Грег и хлопнул по плечу. — Так ты снова с нами?       — Да, конечно, — кивнул Гарри, сделав заметку поговорить об этом с Драко.       — Тогда пойдем поедим, — радостно воскликнул Винс. — И попробуй только ничего не съесть. Ты слишком худой.       — Если бы я мог, то поделился с тобой килограммами, слишком ты загнал себя. Если в этом виноват Поттер, только скажи, мы мигом поставим его на место.       Гарри покачал головой, мягко улыбаясь, и кинул взгляд на картину. В голове пронеслась мысль, что у Драко Малфоя волосы цвета луны. Он такой же загадочный и далекий, как она. И чем больше Гарри находился в этом теле, тем больше узнавал.

***

      Как и предполагалось, погода не улучшилась. Ветер стал более холодным и порывистым, а дождь так и не прекратился со вчерашнего. Гарри вчера так и не удалось его найти, молясь, чтобы тот сегодня заявился на игру и не подвел его. Новых слухов не было, значит тот ничего не натворил, прячась где-то. На завтрак он и не соизволил появиться, Гарри хотел спросить у Невилла, но тот сбежал, стоило им встретиться глазами. Это показалось подозрительным, но додумать он не успел, так как его схватил Блейз, утаскивая за собой. И теперь он нервно разглядывал Гриффиндорскую команду, которая была воинственно настроена, тоже пытаясь найти Малфоя. Он все не появлялся. Началось построение.       — Ты не видел Гарри? — спросила Джинни у Рона, тот покачал головой. — Я была уверена, что он шел за мной.       Гарри нервно закусил губу. И тут выбежал Малфой с Молнией в руках, на что Поттер грустно вздохнул. Малфоевская метла была недостаточно хороша по сравнение с его. Драко широко улыбался, встал рядом с гриффиндорцами, пропуская все претензии мимо ушей, и помахал рукой Поттеру. Тот нахмурился от такого пугающего дружелюбного настроения, но вяло помахал в ответ.       — Капитаны, пожмите друг другу руки! — скомандовала мадам Хуч.       — Страшно, Малфой, — промурлыкал он с улыбкой на губах.       — Пфф, еще чего, Поттер, — закатил глаза Гарри. Наверное, их приветствие на поле никогда не поменяется. О, оказывается у них с Малфоем был собственный ритуал.       Игра началась. Вопреки опасениям Гарри, Малфой очень хорошо играл, вовсю стараясь поймать снитч, и он успокоился, наслаждаясь игрой. Пусть даже погода была совсем неблагоприятна, против ветра было очень тяжело летать, а мокрая одежда ужасно прилипла к телу и сковывала движения. Снитч блеснул возле трибун, ловцы стремительно полетели к нему.       — Не хочешь поймать снитч? Я могу уступить, — мягко предложил Малфой, когда они оказались наравне. Они не толкали друг друга, а летели вместе, словно вышли просто полетать.       — Я надеялся на честную игру, — сказал Гарри, подстраиваясь под темп Малфоя. — Ты знал, что если не поймаешь снитч, то тебя могут исключить из команды?       — Не переживай, Поттер, у меня достаточно проблем, чтобы переживать об этом. Будет больше времени, — он был спокоен, дружелюбен и вполне обычным парнем. И почему он не мог быть таким всегда? — Честно, так честно. Уверен? Это не слишком уязвит твою геройскую сущность?       — Не беспокойся об этом, — фыркнул Гарри, устремившись вперед. Драко последовал за ним. Снитч ускользнул от них.       Гриффиндор проигрывал.       — Может ты хочешь поймать снитч? — пристроился Поттер к Драко. — Я могу уступить.       — Хочу, но не таким способом, Поттер. У меня тоже есть гордость, — тот набрал скорости и развернулся в другую сторону. Эти слова еще больше обескуражили Гарри. Он думал, что Малфой захочет любыми способами, он же слизеринец. А с другой стороны, было приятно слышать эти слова. Возможно он не так уж и плох.       Он развернулся в поисках золотого мячика. Тот появился возле грифиндорских колец, рядом с Роном. Драко тоже заметил его и направился к нему. Здесь как раз и сыграло то, что у них разные метлы. Молния была гораздо быстрее, и Малфой на доли секунды оказался проворнее, схватив снитч. И Гарри впервые не был этому против, не потому что хотел победы Гриффиндору, а потому что Драко действительно был достоин этого.       — И Гарри Поттер поймал снитч! Гриффиндор побеждает со счетом 210:110! — задорно прокричал Ли Джордан, трибуны взорвались криками: со Слизерина — разочарованными, с Гриффиндора — ликующими.       Малфой мягко спустился на землю, подняв руку со снитчем, показывая всем. К нему подбежал Невилл.       — Сонорус! — произнес Долгопупс, приставляя свою палочку к горлу Малфоя.       — Спасибо, Невилл, — громогласно произнес Драко, и все уставились на него. Он многозначительно обвел всех взглядом. — Сегодня особенный день, и это особенный снитч. И эту победу я хочу подарить тому, кто занял мое сердце...       — Чего? — удивился Поттер, бросаясь к нему. Что тот задумал?       — А вот и ты, Драко. Я хочу подарить этот снитч тебе, моя любовь. Я долго думал, как признаться тебе, и решил, что подарю эту победу тебе, это очень символично для нас обоих. Я люблю тебя, Драко. Прими этот снитч, как символ нашей любви. Стань моим парнем.