Часть II. Решающие шаги, или место встречи изменить нельзя.
4 ноября 2022 г., 21:01
Драко задумчиво перелистнул страничку очередной книги. Все было не то! Огромная, величайшая библиотека, здесь были собраны книги за несколько веков, по темной и светлой магии, разных направлений, разных языков, и... ничего...
Ему казалось, что теперь всë знает о крестражах. Как создать и уничтожить, какие методы есть, кроме убийства. И почему Том Реддл не изучил все, перед тем, как создавать эти гребанные крестражи? Да, убийство — простой вариант, но созидание вещей, вкладывая частицы души, это очень прекрасно... ну куда там варварскому мальчишке-полукровке до высокого чувства искусства. Ему больше по душе низкое, падшее чувство боли и страданий.
— Круцио... Ты заставил меня поволноваться, мальчишка...
Драко, сквозь сжатые зубы, терпит непрерывную острую боль, которая пронизывает сразу все тело, не оставляя живого места. Он готовился, он знал, что так будет, поэтому ни единого звука не вырывается из его рта. Боль тела — ничто с тем, что творится с его душой. Волдеморт смотрит на него оценивающе, продолжая испытывать и терзать юношеское тело. И он остается доволен.
— Говоришь, что мальчишка Поттер ищет крестражи с подачи Дамблдора? Ты проделал хорошую работу, Драко. А теперь забудь о них, и ни кому ни слова, тебе ясно? Круцио...
И даже вышло лучше, чем Драко предполагал на самом деле. Он стал неинтересен Волдеморту почти сразу. Темный Лорд держал его при себе, иногда срывался, но ничего более. У него была другая проблема: собрать свои крестражи быстрее, чем Поттер. И теперь в Малфой-мэноре были спрятаны оставшиеся крестражи: чаша, диадема и змея. Драко следил за ним, обдумывал, анализировал. Так как он единственный, кто знал о них, то и сам помог спрятать эти крестражи. Оставался медальон, ведь кольцо и дневник были уничтожены, но вскоре и он был уничтожен — Волдеморт становился слабее, его заклинания были не такими уж сильными. Или Драко просто привык к ним.
Он старался не думать, не зацикливаться на мысли, что Гарри тоже крестраж. Драко просто охранял эти крестражи в мэноре, желая тут же избавиться от них, но было не время. Ему было тяжело осознавать, что Гарри ищет эти блядские частицы души этого психа, и все впустую, но Волдеморт искал Гарри, поэтому Драко ничего не мог сделать. Пока.
У Волдеморта была еще одна задача — он искал палочку, которая принадлежала Дамблдору. И здесь Драко начал чувствовать подвох. Темный Лорд каждый вечер опрашивал о смерти директора и каких-либо новых деталей. Зловещее дыхание врезалось в кожу, а внутри неизменно сжималось от отвращения и ненависти. Как ни странно, в такой атмосфере лишь только ненависть помогала выживать. Драко не позволял себе думать о любви.
И еще эта кучка идиотов, которые решили штурмовать мэнор, а потом и вовсе решила пропасть. Драко допрашивали: знал ли он об этом что-нибудь. Связаны ли они как-то с Поттером? И лишь то, что он постоянно был под присмотром — продлевало его жизнь еще на немного. Он даже понятия не имел, что его друзья могли удумать, теряясь в догадках. Он чувствовал себя самым бесполезным элементом в этой игре.
И... еще...
Драко умрет. Драко ощущал это своим внутренним чутьем, которое царапалось где-то на подкорках сознания. Он — маленькая птичка, запертая в клетке, которую охраняет ужасное чудовище. Ему, как и Гарри, сохраняют жизнь до определенного момента. Когда этот момент настанет — он не знал, но он делал все, чтобы выжить. Драко должен спасти Гарри, а после уже ничего не имеет смысла. Совершенно.
— Люциус, твой сын делает определенные успехи, в отличии от тебя. Пора ему отправиться на рейды.
Эти рейды... Убивать маглорожденных и пытать всех тех неугодных, которые посмели перечить Темному Лорду. Драко громко захлопнул книгу, понимая, что совершенно запутался в этой бездонной пучине интриг и смертей и уже ничего нового не найдет в этой книге. Да и еще ему пора готовиться к рейду. Беллатриса, которая была просто в восторге от своего племянника, наверняка уже ждала его.
— Не думала, Нарцисса, что твой сын вырастет путным, ты всегда была отстраненной. Да и Люциус — просто жалкое подобие волшебника. Но Драко — хитрый, умный, амбициозный, а самое главное... по-настоящему темный. Он раскрывается словно цветок смерти, который в будущем сможет держать в страхе весь магический мир. Он легко обучаем, и все то, чему я учила — теперь стало его второй личностью. Гордись, Нарцисса, своим сыном. Он твоя единственная гордость.
Драко учился, много учился. Он прикрепился к Беллатрисе, оттачивая все свои умения до автоматизма. Хочешь победить кого-то — научись думать так же, как и он. Он словно дикий хищник, спрятавших в кустах, изучал свою жертву, пока не придет его время.
Он спустился вниз, желая получить свои указания. На лице — беспристрастная, отстраненная улыбка, а в глазах — бешеная ярость, которую Пожиратели поняли по-своему. Сивый хрипло захихикал, а Беллатриса криво ухмыльнулась. Откуда им знать, что все эти чувства принадлежат им, а не тем бедным жертвам, которые попадутся им.
— Готов? Я уверена, ты сегодня насладишься по полной, — пропела тетушка.
— Не сомневаюсь, — процедил Драко и накинул теплую мантию.
Из окна медленно падал снег крупными хлопьями. Канун Рождества, и единственный подарок Драко — боль. Бесконечная, опустошающая боль. Он заслужил только ее.
***
— Ты уверена, что нам нужно именно туда? — спросил Блейз, взмахивая руками. Ребята разделились на две команды: Гермиона, Невилл, Винсент, Грегори и Тео, Панси, Блейз, Рон, которые были категорически против безумного плана Грейнджер. Посетить Годрикову впадину и дом Поттеров, желая найти следы Гарри. — Я не уверена! Но проверить стоит! — взмахнула руками Гермиона. — Мне кажется Гарри либо уже был там, либо обязательно там будет. Уже более двух месяцев, после того, как уничтожили медальон, мы бесцельно обшариваем все темные закоулочки Лондона и ничего! Сколько можно? — Блейз, ты прости, если мы не будем рисковать, то останемся здесь навсегда, — перевел на себя внимание Винсент. — Я, конечно, не так умен, как Тео, хитер, как Панси, продуманный, как ты, Блейз, но я больше не могу сидеть на месте и просто ждать невесть чего! — Мы должны спасти Драко. Возможно, этот шаг нам даст хоть крупицу информации, как продвинуться дальше! — продержал Гойл. — Вы продолжайте сидеть, мы и сами все проверим. — А если с вами что-то случится? — вспылила Панси. — Вы хоть немного соображаете, что этим необдуманным шагом можете обнаружить себя? Темный Лорд скорее всего тоже продумал шаги и понаставил там ловушек! — Да, но вдруг Гарри пойдет туда один? Или уже попал в ловушку? Как мы узнаем об этом, если не проверим? — возразил Невилл, повернувшись к своей девушке. — Я определенно за. — Тем более, если с нами что-то случится, то на этот случай будете вы. Вы продолжите это дело сами, — заключила Гермиона, строго всех оглядывая. — Я оставлю клык Василиска и все наши наработки. Так же, если что, отправлю патронус. Вам будет легче идти дальше, если мы найдем дополнительную информацию. — Но, Гермиона, я не пущу тебя туда! — схватил ее за руку, Рон, обращая на себя внимание. — Я не могу позволить себе потерять еще и тебя! — Рон, если мы будем сидеть на месте, то потеряем Гарри навсегда, как ты это не понимаешь? — выдернула руку девушка. — Мы найдем Гарри, но только другим способом! — попытался возразить Рон. — Каким? Каким, черт возьми! — Гермиона покрутилась на месте и обессиленно рухнула на пол. Минутная тишина в палатке позволила всем перевести дух и собрать все мысли в кучу. Неизвестность — самая ужасная штука на свете, которая не имеет ни лица, ни голоса, ни образа. — Хорошо, — ледяным тоном произнес Тео, вставая с места. Он покрутил из стороны в сторону головой, что-то обдумывая. — Возможно, это имеет смысл. Но... имейте ввиду, если вы не придете сюда к полуночи, мы пойдем искать вас. Попробуйте оставить нам как можно больше зацепок. И... не смейте вылезать без весомой причины, вы нам нужны живыми! — Конечно, — кивнул Крэбб. — Грейнджер, давай указания. Гермиона кивнула и встала с пола, выпрямляясь. Рон сел на диван и отвернулся в стену, игнорируя произошедшее. Блейз переговаривался с Панси, составляя свой собственный план. Тео поправлял Гермиону местами и давал советы. Винсент и Грегори внимательно слушали все, боясь пропустить хотя бы слово, а Невилл стал собирать сумку. Они вышли из палатки, когда совсем стемнело, а снег завалил все проходы. Ребята обменялись решительными взглядами и ушли в ночь. И никто из них даже не вспомнил, что сегодня канун Рождества.***
Гарри был в тупике. У него были два варианта: либо Волдеморт собрал их быстрее него, либо просто ждал, когда Поттер попадется на его ловушки. Каждый шаг рисковал быть пустующей бездной, поэтому Гарри не спешил делать их, тщательно обдумывая их. Он ведь обещал, что останется в живых, чего бы это ему не стоило. И он делал единственное, что ему удавалось — путать следы Пожирателей, чтобы те не обнаружили место пребывания ребят. Ему пришлось покинуть их, плутая по разным местам, подальше от леса. Это продолжалось до тех пор, пока Пожиратели перестали гоняться за ним. Наступило затишье. И это был очередной план Волдеморта, как заманить Гарри в ловушку, и тот чувствовал себя совершенно растерянным и запутанным. Он обнаружил ребят почти сразу, ведь защита была рассчитана и на него. Ему хотелось показаться, поговорить, решить проблему вместе, предварительно выдержав все претензии обращенные на него, но для начала у него было еще одно дело. Посетить Годрикову Впадину. Место, где он родился. Место, где умерли его родители. Место, наполненное печалью и воспоминаниями. Пока было затишье, ему было важно успеть проститься с этим местом. Снег приятно хрустел под ногами, а внутри все сжигало от отчаянного одиночества. Пройдя мимо каменной, холодной скульптуры своих родителей, на которую Гарри даже не смог взглянуть, он проник в пустующий дом. В воздухе отчетливо слышался запах гнили и многолетней пыли. Судьба — невероятная вещь. Говорят, что все, что происходит вокруг, уже предопределенно именно ей, и нет совершенно шанса убежать от нее. Гарри поднимался на второй этаж, когда услышал шаги и чьи-то приглушенные голоса. Вот она — та самая ловушка. Гарри прислонился возле стены, которая располагалась напротив своей колыбели. Мантия-невидимка скрывала все его тело, но он все равно чувствовал себя обнаженным. Ему было страшно до тех пор, пока не услышал знакомый голос. — Не понимаю, почему мы здесь, — высокомерно произнес Драко, поднимаясь на второй этаж. — Поттер хоть и идиот, но не до такой степени, тетушка. — Только потому, что ты юн, я прощу тебе это высказывание, — хихикнула она, поднимаясь за ним. — Ты удивишься, насколько гриффиндорцы сентиментальны. Рано или поздно сюда должен был кто-нибудь прийти. Не он, так его дружки... — Мне чуждо это, — фыркнул он, заходя в комнату. Гарри всегда удивлялся, как Драко мог находить его под мантией-невидимкой. То, что Драко почувствовал его, не было никаких сомнений — его губы слегка дрогнули, а глаза пристально осматривали стену. — Ну что здесь? — спросила Беллатриса, входя в комнату за ним. — Пусто, — беспристрастно отозвался Драко, нехотя отрываясь от стены. — Может стоит проверить внизу? — Цель замечена! В соседний дом проникли несколько человек, — ворвался Сивый. — Повеселимся? — Драко, ты чертовски везучий! Я же говорила, что надо было давно с собой брать тебя. Пойдем, покажешь мне свои умения на практике! — хохотнула Беллатриса, уже спускаясь вниз. Драко кинул говорящий взгляд в стену и ушел за ней. Выждав минуту, Гарри поспешил за ними. Он надеялся, что это не ребята пришли за ним. Но не может быть так много совпадений! Гарри осторожно подбирался к соседнему дому, прислушиваясь к каждому звуку, а в носу застрял тот самый противный запах пыли и гнили. Сердце стучало в бешенном ритме, что казалось именно из-за него сейчас обнаружат. Но это не так его волновало, как... — Адское пламя! — раздался громкий вскрик знакомого голоса. Снег наконец-то перестал идти.
