Экзорцизму Не Подлежит

Как часто кидает на стены, закручивает тело

Вокруг собираются тени и ничего не сделать

Как мало тебе стало нужно и на душе скользко

И только ты знаешь, как с этим жить

Царь Зверей — ГОРШЕНЕВ

Выпад влево, резкий взмах руки, звон скрещенных клинков, выдох — завораживающий танец с оружием, что Королева скрывает под обыкновенным словом «тренировка». В этот раз на усилия своих чад собрались посмотреть придворные родители и сама Королева, что скучающе водила по воздуху носочком туфельки, закинув нога на ногу и изящно сложив подбородок на облокотившуюся руку. Девушка изредка бросала безмятежные взгляды на молодых людей, что изрядно запыхались, повторяя движения непоколебимого мастера клинка, обучающего их вот уже вторую неделю сложнейшему искусству, что должно помочь в защите собственных жизней. В отличие от Ее Высочества, тот ответственно сканировал движения каждого ученика перед собой, улавливая заминки, запоздалый вдох, выпад не в ту сторону и все качал головой, хмуря белесые брови да поглаживая острую седую бородку. Времени мало, обычно на подготовку умелых бойцов уходили годы оттачивания и повторений, но Королеве Лазарии по боку на временные рамки, сохранность собственного трона куда важней пары детишек, готовых отдать жизнь за несуществующий долг перед родом, но куда простому мастеру боевого искусства до замыслов Ее Величества? В прочем, это его и правда не касается. Потому все что оставалось — продолжать наблюдать, недовольно цокая пересохшим языком и терпеть нывшие от возраста суставы, что как обычно не вовремя, дали себе знать сегодняшним пасмурным утром. — Довольно, — сухо скомандовал сенсэй, сделав пару шагов назад. — По парам. Сиз, что вполуха слушал указания учителя и, не обращая никакого внимания на тяжелые взгляды родителей, что сверлили спину юноши, механично повторял движение за движением, пребывая в своих мыслях. Не смотря на то, что юноша многое пропустил из-за своего отсутствия и некоторого времени восстановления после болезни, мыслями парень далеко от пахнущих розами и свежей росой дворца из бежевого камня. Сиз где-то там, где под ногами увядшие сливы, стеклянные лепестки фиалок и глубокие карие глаза, смотрящие насмешливо, но в то же время мягко и знакомо. Он не знает, что за чувства обуяло его с той роковой встречи, но где-то под сердцем на уровне желудка закручивался узел из любопытства, чего-то приятно особенного и сказочного, чего не прочитаешь в дешевых детективных мелодрамах. К слову, о них. Несмотря на всю любовь юноши к книгам, разных жанров, размеров, ценовой категории и так дальше по списку, от полемики до учебника химии, он, искренне, готов был пожать руку каждому, кто участвовал в сжигании книг после того как в его руки попал один из тех злосчастных дешевых драматичных произведений для дам в возрасте, которым не хватало острых ощущений в, съеденных бытом, браке. Будь проклят тот день, когда половина родовой библиотеки, к которой он мог дотянуться, уже прочитана, и любопытство, сгубившее Сиза, протянувшего ручонки к роману, что, впервые, за несколько дней беспрерывного чтения, его мать отложила возле камина. Ей стоило бы хранить такие вещички за семью замками где-то в потайной комнате поместья, потому что слуги и Бог тому свидетель, насколько позеленевшим выходил с гостиной подросток, «случайно» забросивши мамино чтиво в горящий камин, что тоже шипел от отвращения к сему литературному оскорблению. Взгляд случайно цепляется за каштановые кудри герцога, что напряженно сжимает кулаки наблюдая за стараниями сына, что собственно встал в пару с Сизом, но того это волнует в последнюю очередь, все о чем он думает — эти чертовы кудри. Фантомный запах гнилых слив вбивается в ноздри, также сильно как и фантомная мягкость этих самих кудрей, которых он никогда не касался. — Сиз, не отвлекайся! — лишнее напоминание, что он снова закрутит опасный танец, но в этот раз не с Демоном, а вокруг оценивающих десятки взглядов. — Сиз, раз тебе так понравилось валяться в кровати, может мне не стоит сдерживаться? — с ухмылкой протянул Криштан, что хоть и был куда плотного телосложения и на голову выше, но подрагивающие от перенапряжения мышцы рук, выдают с потрохами несвойственное для нежных аристократов занятие. Сиз не отвечает, машинально встает в стойку, готовый морально и физически зарыть носом в мягкую траву под ногами, которую он бы с радостью променял на разбитые стекла и танцы босиком. К чести Сиза, он даже не старается отогнать от себя нахлынувшие воспоминания, что становятся только ярче, от того сколько раз их прокручивали, клепали детали и подначивали скрытым смыслом, которого там изначально не было. Выпад вправо, взмах мечом, полное игнорирование затекшей кисти, присесть. Он не сдается на тренировках, но мысленно сдался Демону с потрохами, притом, что, тот, его даже об этом не просил. В защиту Сиза скажем, что это с ним впервые, и он не имеет понятия, существует ли лекарства от дофамина, что желанными дозами поступают в мозг с каждым прокрученным воспоминанием. Так и до синдрома навязчивых грез не далеко, а у него и так уж больно много изъянов. Внезапные одобрительные аплодисменты и насвистывания учителя все же заставили Сиза остановить поток чертового яда по нейронам. — Наконец — то, спустя неделю разучиваний хоть один из вас выполнил правильно! Молодой господин Ланкастер, так держать! — довольно, почти что по-отечески, хлопнул юношу по плечу мастер и незаметно перевел взгляд на Королеву, что кивнула в ответ, одобрительно улыбнувшись одними губами, и вальяжно поднявшись со своего места, ушла в сопровождении своих преданных рыцарей обратно в замок. Мастер незаметно облегченно выдохнул, понимая, что сегодняшняя тренировка при свидетелях не просто яркое «зрелище», а отчет о его работе и не будь никаких подвижек — не сносить ему головы, и на возраст, и на все почести молодая Королева не посмотрит. — Молодец, Сиз, доказал, что отлеживаться на койке тебе не место. — С несвойственной мягкостью, пораженный противник, толкнул Сиза кулаком в грудь. К ним тут же поспешила Фейра что-то весело щебеча с блеском в глазах о том, что это Сиз еще первый месяц тренировок пропустил, а такие результаты. Парни рядом молча улыбались, завистливо закатывая глаза на расхваливания со стороны блондинки. Сиз, что все это время в немом ступоре стоял рядом, не припоминая что именно он сделал, чтоб вызвать подобный ажиотаж, но стоило ему столкнуться с взглядом родителей — лучше б сотни осколков впились ему в сетчатку, нежели он узнал, что они умеют смотреть на своего сына так. Либо он превратился в портрет прошлого Короля, либо он не может обьяснить откуда в глазах его отца столько гордости и восхищения, не говоря уже о матери, что от восторга прикрыла рот рукой, а в глазах ничем незапятнанная материнская радость. Он не помнил, когда в последний раз видел в глазах своих родителей, что-то помимо презрения и скрытой ненависти. Сиз не знает, кому адресованы эти чувства, но он знает точно, что не ему, ведь он их не заслуживает и ему хочется залиться безудержным смехом, ему хочется выть, кричать, всем в их напыщенные лица, насколько сильно он не достоин этого, а точнее достоин — просто потому что он их сын, а не потому что какая-то новоиспеченная капризная барышня во главе всего Королевства одобрительно улыбнулась его успехам в будущем убийстве ни в чем невинного Демона. Этот мир так несправедлив и Сиз отворачивается не только от него, но и от подрагивающих рук своей матери, что уже тянуться к его лицу и уходит прочь, попутно бросая тренировочный клинок на землю, разрезая не только воздух, но и все свои надежды быть безусловно любимым. Уже к вечеру все возвращается на круги своя, эйфория родителей снизошла на нет, а Сиз старательно игнорировал зудящий клубок обиды в груди, который собирался распутать примерно не в этой жизни. Воздух пахнет закатным солнцем и проветрить голову, кажется, лучшей идеей, даже если каждую секунду придется одергивать себя к тому, чтобы не оплатить кучеру дорогу в лапы Демона, а как только он доложит о подозрительном маршруте аристократа Королеве — не сносить ни ему, ни его роду головы. Проходя вдоль улочек в легкой рубашке, Сиз позволяет пробраться прохладному весеннему воздуху вдоль позвоночника, щекотать ребра и осесть суете спешащих домой простолюдинов и карет на сетчатке. Отталкивающие вывески наконец-то прячутся вместе с закрытием магазинов, остаются только самые стойкие, но они никак не мешают Ланкастеру младшему. В одной из книг он читал про свойство мозга обрабатывать изображение, перед тем как мы получим к нему доступ, благодаря этому мы не сходим с ума, от того, что видим кучу ненужных цветов и деталей, перевернутую картинку мира и наш взор не загораживает собственный нос. Вот только, кажется, анатомия Сиза дала сбой системы. Нет, он не видит своего носа, пока не приложит соответствующие усилия, но ощущение что он видит куда больше других — не покидает его. И от того насколько полная картинка делает больно, Сизу хочется ослепнуть, проклиная чертовы ошибки человеческого мозга. Сиз, не сразу, замечает, что остановился возле примечательного прилавка старого еврея, что, насколько ему известно, продает всякого рода хлам и антиквариат коллекционерам и прочим заинтересованным. Однажды, он приобрел здесь книгу про Демонов, что читал у того самого Демона под носом пока тот пушистым комком грел его босые ноги под столом. От постыдного воспоминания щеки юноши порозовели и потому тот собирался скорее продолжить свой путь, чтоб скинуть наваждение, но наконец он понял причину своей заминки. Блондинка, вышедшая из прилавка. Хоть силуэт немного расплывчив в накативших на город сумерках, но узнать Фэйру не составило труда. Бросается в глаза и то, как она с некой нервозностью и опаской прижимает к боку небольшой сверток, что тут же притянул к себе внимание Сиза и он сам не заметил, как бесцеремонно окликнул молодую госпожу. В зеленых глазах блеснул испуг, который не испарился и после того как Фэйра узнала в незнамце Сиза. — Что ты здесь делаешь так поздно? Где твои сопровождающие? — Покрутил головой Сиз не заметив никого, кто приглядывал бы за блондинкой, что помявшись секунду и сама перешла в нападение. — То же самое касается и тебя! Почему Ланкастер младший пожаловал сюда? — пряча нервозную улыбку за кокетливой ухмылкой протянула насмешливо Фейра. «Женщины» — подумал Сиз, а затем вспомнил про то, что Фейра держала в руках. — Коль Вы наглым образом игнорируете мои предыдущие вопросы, позвольте узнать, что госпожа приобрела в еврейской лавке. Неужели одержимость антиквариатом вашей матушки заразна? — полемику в повседневности Сиз не любил, хоть того и требовал этикет, но с Фэйрой все было по-другому, заводить ни с того, ни с сего светские беседы — невероятно тонкий способ высмеять общество, к которому они относятся. Фэйра показательно нахмурилась, окинув Сиза оценивающим взглядом, но затем заметно расслабилась, словно вспомнив что они одного поля ягоды и приняла правила игры — Коль Вы хотите знать, не будете так любезны, провести меня к поместью. — Улыбнулась блондинка, протянув юноше свободную ладонь. — С удовольствием, госпожа. Негоже даме в такой поздний час без сопровождения антиквариат скупать — Издав тихий смешок, Фэйра зарделась, но ладонь не отняла, цокая каблучками по тротуару, и позволяя апрельскому ветру играть с волосами, они направились в поместье, обсуждая отличия Сиза на сегодняшней тренировке и то, как мачеха Фэйры, будучи тому свидетельницей, еще долго хвалила его за обедним столом, пока не подавилась куриной ножкой. — Кстати, ты же не забыл о Дне рождение Криштана? — внезапно спросила Фэйра, заглядывая в серые глаза. Сиз, как хороший друг, только и думал о скором Дне рождении своего своенравного друга Криштана. Само собой разумеющееся, он уже выбрал и купил подарок, исписал десятки листов в попытке придумать оригинальное поздравление, выбрал подходящую выходную рубашку и дальше по списку. Как бы то ни было, Сиз точно все сделал все перечисленное, правда, где-то в параллельной Вселенной, где его мозг не был занят любованием чертовых шоколадных глаз, пушистых каштановых локонов, галантностью рук, что кружили его в танце в фиалковой дымке. — О, конечно же, нет, а когда он? — Отвел взгляд Сиз, напрягая извилины, чтоб вспомнить дату, которая никак на ум не приходила. Фэйра засмеялась и Сиз прочувствовал всю неловкость своего положения. Чертов Демон. — Сиз, у тебя все на лице написано. Поторопись, уже послезавтра, неужели тебе не пришло пригласительное? Может и пришло, но если б Сиз в своей комнате не был так занят очищением своей территории от въевшейся кошачьей шерсти, то, может быть, даже прочел бы его. — Неужели у тебя в руках подарок? — Тут же озвучил догадку Сиз, указывая на сверток в руках блондинки. — Да, именно так, — неуверенно протянула Фэйра, а затем махнула рукой рукой на врата своего поместья. — Погоди здесь, я прикажу, чтоб тебе подали экипаж домой. Доброй ночи, Сиз. — Благодарю, — скомкано поблагодарил юноша, так как Фэйра незамедлительно скрылась за вратами. «Не похоже на нее, может, замерзла?» — поверхностно задумался Сиз, наклонив голову набок. «Да, Сиз, подарок, но не для него» — крутилось в голове молодой госпожи, когда та приказала привести кучера.