Тьма

      Гермиона открыла затуманенные глаза. На мгновение она почувствовала, как паника тупо сдавила ее грудь. Она подумала, что ослепла, и в отчаянии начала напрягать зрение, пытаясь разглядеть давящую черноту. Нет — комната была погружена в темноту. Сыро, холодно. Ее запястья над головой горели и ныли, она напряглась и почувствовала сопротивление толстых веревок, натирающих кожу. Она была привязана к стене. Она с трудом пришла в сознание, и новая боль пронзила ее тело. Ее голова пульсировала, а губы распухли. Во рту у нее пересохло, горло было как наждачная бумага. Как долго она здесь пробыла? Как она сюда попала? Ее мозг вяло пытался перебрать воспоминания последних нескольких дней. Она открыла рот, чтобы позвать. — П-помогите, — хрипло прошептала она, как будто не привыкла пользоваться своим голосом. Ее горло горело, когда она снова попыталась позвать: — Помогите. П-пожалуйста, — усилие казалось тщетным, и горячая слеза выкатилась из ее глаза, и она почувствовала, как она упала на ее голое бедро. Вот тогда она поняла — она была голой. Холод пола подземелья просачивался сквозь ее кожу и оседал в костях.

***

      С вихрем красок ноги Гарри сильно ударились о землю с силой аппарации. Он слегка пошатнулся. Вдалеке показался побеленный коттедж «Ракушка», залитый лунным светом. Облегчение нахлынуло на него. — Все в порядке? — в отчаянии спросил он.       Его глаза остановились на Роне, Добби и… — Где Гермиона? — он вздохнул, и холодный ужас пополз вверх по его шее.       Добби теребил пальцами свою тунику, его большие глаза были устремлены в пол. — Добби пытался… — Где Гермиона, Добби? — прохрипел он, паника поднималась к горлу, как желчь. — Просто скажи мне!       Добби заскулил, медленно устремив свои большие, похожие на шары, глаза на Гарри. — Добби и-извиняется… Добби с-спасал Г–Гарри Поттера. М-миссис Гермиона отпустила руку Д–Добби. — Нет, нет, нет, — сказал Рон, его глаза были дикими, когда он схватился руками за волосы. — Нет. Это не может быть правдой. Где она? Где она, черт возьми, Добби? — В поместье Малфоев? — прохрипел Гарри, его пальцы впились в плечи эльфа. Добби кивнул, прежде чем издать прерывистое рыдание. Гарри зажмурился, когда Рон взревел.

***

— Мы должны вытащить ее оттуда сейчас же! — закричал Рон, его лицо покраснело, когда он хлопнул рукой по столу в коттедже «Ракушка». — Успокойся, Рон, — сказал Люпин, положив руку ему на плечо и слегка сжав его. — Нет! — Он стряхнул руку Люпина. — Тебя там не было — ты не знаешь — они убьют ее. Беллатрикс, Малфой — они вызвали Сами-Знаете-Кого!       Люпин вздохнул и обвел взглядом тесную комнату. Лицо МакГонагалл было пепельно-серым, ее губы были плотно сжаты, когда она смотрела на свои руки. Кингсли смотрел в окно, казалось, пребывая в своем собственном мире. Тонкс нежно поглаживала спину Гарри. — Мы ничего не можем сделать прямо сейчас, — снова попытался он мягко объяснить, прежде чем Рон прервал его. — Почему нет? Какой смысл иметь Орден Феникса, если вы все просто кучка гребаных трусов? — Рон сплюнул, расхаживая по комнате. — Это не так просто, — спокойно сказал Люпин, — Защита вокруг Поместья обширна. Они бы устранили лазейку, связанную с аппарированием туда домашних эльфов. Честно говоря, они были небрежны, не исключив домашних эльфов в первую очередь. Если только мы не соберем армию, чтобы спасти Гермиону и…       Рон открыл рот, чтобы ответить, когда Люпин поднял руку. — Дай мне закончить, — твердо сказал он. — Если мы не соберем большую армию, чтобы спасти Гермиону, мы не можем даже мечтать о штурме. Мы столкнулись бы с огромными потерями, которые сделали бы нас слабее в нашей борьбе против Сами-Знаете-Кого. Я знаю, это нелегко, и это не то, что вы хотите услышать прямо сейчас, но мы не можем подвергать опасности жизни других членов Ордена ради миссии, которая может быть обречена с самого начала. Они будут ждать нас. Вполне вероятно, что они уже перевезли Гермиону в другое место.       Он удержался от того, чтобы спросить, жива ли она еще, но его невысказанные слова, казалось, зловеще повисли в воздухе.       Рон открывал и закрывал рот, как золотая рыбка, когда логика слов Люпина начала распутывать его истерику. — Н–но мы не можем просто оставить ее там.       Кингсли вздохнул. — Боюсь, у нас нет другого выбора.

***

      Северус Снейп внимательно посмотрел на стакан огневиски, зажатый в его руке. Он сделал глоток, позволяя сырому теплу течь по горлу. Он повернул свое кресло и уставился на дремлющий портрет Альбуса Дамблдора. — Приятно видеть, что кто-то может здесь немного поспать, — пробормотал он, его слова слегка заплетались.       Внезапно острая боль пронзила его руку, и стакан с виски выпал из его руки, разбившись об пол. — Черт, — прошипел он, крепко сжимая его руку. — Поздний ночной вызов?       Северус впился взглядом в портрет Дамблдора, его глаза сверкнули на него сверху вниз. — Что ты об этом думаешь? — он кипел. — Черт!       Через несколько мгновений он накинул плащ и маску и прижал палочку к темной метке, освещающей его бледную кожу. Он стоял посреди кабинета, поднося палочку к руке, а затем исчез.

***

      Гермиона почувствовала, как по ее измученному телу разливаются волны усталости. Краем глаза она могла видеть свет, пробивающийся сквозь удушающий мрак комнаты. Я в темнице? — думала она, ее мозг был затуманен и медлителен. Она закрыла глаза — она больше не могла сдерживаться, чтобы не потерять сознание, да и не хотела этого. Услышав голоса, она раздраженно фыркнула и крепко зажмурилась. — Уходите, — прошептала она, наклонив голову вперед. Громкость перекрывающихся голосов увеличилась, прорвавшись сквозь ее сон, и яркий свет начал просачиваться сквозь ее закрытые глаза. Почему они не могли оставить ее отдыхать? — Уходите! — попыталась крикнуть она, но звук вырвался как сдавленный крик.       Она открыла глаза и заморгала от резкого белого света. Она прищурилась, когда в поле зрения появился черный силуэт. — Так, так, так… это невыносимая мисс Грейнджер.