Devil sinquefol 2

      Дуэт «Дракон погибели» прибыли в город на юге от Ви-де-Марли. И всё бы ничего, обычный город с высотками, торговым кварталом и прочим, да только витиеватая башня компании «Уроборос» резко выделяется среди всего, а также полное отсутствие живых людей на частично разрушенных улицах.        — Ну и громадина… — прикрыв один глаз, миссис Редгрейв выставила ладонь и сравнивала размеры её и башни, выходя из подземной парковки. — По классике? В башне нужно убить дракона и спасти принцессу?        — Почти. Надо сломать короля об колено. Ариусом звать венценосца.        — Кто-то же говорил, что он не ассасин. И как он выглядит? — задала вполне резонный вопрос Янг, только, по отсутствию ответа на чересчур серьёзном лице, кое-что поняла. — Ты не знаешь лица цели?        — …В процессе разберёмся.       К счастью, его небольшой провал помогли устранить два белоснежных волка в цепях. Они не были сколь либо опасным противником, но смогли увезти разговор от темы цели задания к собакам. И, получив немного пиздюлей в качестве лакомства, Фрэки и Гери, фамильяры богоподобного демона Болверка, кометой сбежали на крышу, где за парой охотников наблюдал их хозяин. Скелетообразное существо с массивной фигурой и черепом, на котором круг из рогов напоминал корону, источал из себя сырую магию, за счёт которой выжил после поражения от Спарды более двух тысяч лет назад. И сейчас перед ним его отродье, которое точно будет насажено на его копьё. Не будь он Королём божественного пограничья!

***

      Нашлось оправдание безлюдности на улицах — не особо погуляешь, когда их уже заняли демоны и Гримм. Особенно отличился симбиоз ещё одной Орангуэллы и Блайндвормов, Гримм-червей с приступом гигантизма и зубастой воронкой заместо рта, где уж точно не захочешь оказаться. Демон-горилла же показала интересное умение — атаковать звуковой волной, но лишь получила поесть дуплет в упор. И прикрывали их Хомромсиры, огненный тип обычных Мсир. Чуть живучее, чуть сильнее, в разы бесячее — забравшись на возвышенности, они бросались огненными сгустками. К счастью, ни Данте, ни Янг не жалуются в дефиците способов вести дистанционный бой.       Перепрыгнув через грузовик с топливным танкером, оба охотника перешли в боевой режим. Янг махнула ногой, отбив вверх летящий в неё снаряд. Тот кувыркался в воздухе, пока не упал им за спины, взорвав фуру и отрезав путь назад огненной стеной. А отправителем оказался танк M1 Abrams, но весь проросший мышечной тканью и с огромным глазом с вытянутым зрачком сбоку башни.        — Танк… — очередь из пулемёта блондинка с ленцой поймала рукой. Она сжала пули в один свинцовый комок и метнула прямо в глаз. — Да они прям взвели меня!       Прямое попадание ввело эту боевую единицу в состояние ярости и тот сделал несколько выстрелов вслепую.       — И у него есть друзья. — из переулков выехало ещё два заражённых паразитом танка.       Повезло, что Арбитра смогла послужить открывашкой и вскрыла толстую композитную броню танка, обнажив уязвимое и очень нежное мясо, что так извивалось и дрожало от контакта с чистой яростью Асуры. А это ведь она всё ещё в человеческой форме, а не боевой. Последнюю, кстати, уже давненько не приходилось использовать — со времён, когда команду DRWBBY засосало в голову настоящего Бистхэда и, пока DB шастали по альтернативной реальности, где Спарду предало человечество, а Данте и Вергилий поменялись судьбами, RWBY попали в мир, схожий с прошлым, тот тоже звался Землёй, но оказалось, что в том мире была война ангелов и демонов. И даже там уместилась история о Спарде, который влюбился в одну из ангелов, и там тоже были свои Данте и Вергилий. Конечно, они не шли в сравнение со знакомыми им, Руби потом полчаса тёрлась лицом о грудь своего Данте, пытаясь навсегда забыть тот ужас, похожий на исхудавшего бомжа-наркомана, но, думается, любителей такого тоже найдётся. Вот тогда она знатно помахалась с «пародией на Мундуса, не идущей ни в какое сравнение с их Владыкой-тираном», как выразилась Руби, однажды стоявшая против Принца Тьмы.       В общем, подорвав все три танка, Данте и Янг направились дальше к башне, в это же время пытаясь дозвониться до напарницы, взявшей на себя это место.        — Вот же вертихвостка своевольная… — Янг в третий раз услышала предложение оставить сообщение на автоответчик. — И где шляется эта королева мазута и секретных рок-групп?        — Кто знает? — пожал плечами Данте — Кошки всегда бродят где попало.        — Н-да… — Янг краем уха услышала что-то, но ей казалось, что это просто посторонний шум. — А в городе нету, случаем, консервного завода, что остался без охраны?        — Если и есть, то сейчас он вылизан до последней селёд-       Резко выхватив пистолет, Данте выстрелил в летящую по их жизни ракету. Из высоток вырулил вертолёт «AH-64 Apache», тоже заражённый демоном-паразитом. И при этом на месте пустых креплений для ПТУР’ов выросла пара новых ракет, как грибы после дождя.        — Босс-вертолёт — классика жанра, хех… Мне аж похлопасть захотелось!        — Вылетел в такую нелётную погоду? — а небо и вправду было нелётным — всё закрыто свинцовыми тучами, среди которых бегали красные молнии и доносится рык чего-то огромного и страшного. — Что за дилетант?       Из круглой ракетницы-роя пошёл обстрел НАР’ами, задевшие фасад отеля рядом и обвалив стенку, горящими обломками закрыв проход куда угодно, кроме как внутрь. А внутри был высоченный технический лестничный пролёт с лифтом, коим в данной ситуацией лучше не пользоваться. Потому, Данте принял форму демона, расправил крылья и, подхватив жёнушку, устремился вверх, пока снизу этажи не начало поглощать пламенем и поднимающийся в центре вертолёт не продолжил преследование своих целей.       Выйдя на крышу, центр таковой взорвался и демон-паразит вновь бороздил воздух, пока за этой картиной издали наблюдал чёрный слизень, перебирающийся с крыши на крышу. Так же поступили и блондины, уворачиваясь от пулемётного огня и повторного обстрела НАР’ами, вместе с подоспевшими Гримм-вивернами, Териксами. Так они пропрыгали по высоткам, отбиваясь от трицерапторов с крыльями и вяло обстреливая бронированный вертолёт, что держался от них на расстоянии и скрывал свой глаз, пока охотники не залезли на одну крышу небоскрёба, самого высокого в нескольких кварталах поблизости, на вершине которого было четыре маленьких башенок, одна из которых обвалилась.       И именно сейчас, когда инфицированный вертолёт не давал и пропуску, а Териксы активно выковыривали охотников из укрытия, из низов появились чёрные щупальца, что обвили винт Апаче и с размаху вдарили им по крыше. Транспорт взорвался, разбросав металлолом и ошмётки плоти. Гриммы, не имеющие даже подобия мозга, не могли понять, почему этот сгусток Тьмы атакует, по сути, союзника, пока не были атакованы сами и не ответили на агрессию агрессией. Но слишком поздно — на крыше сформировалась воронкообразная пасть, куда щупальца стали закидывать тёмных динозавров с крыльями. Как жаль, киса не сможет насытиться ими, ведь Гриммы, твари такие, не оставляют трупы, что можно съесть.       Блейк Белладонна, также известная как «Тень чревоугодия». Одна из членов главного состава агентства «Devil may cry» и одна из самых сильных его представителей. Пасть вывернулась наизнанку и из полученного месива начала образовываться человеческая фигура. Начали вырисовываться чёрные волосы до лопаток, из которых торчит пара кошачьих ушей, частично скрывающее бледноватое красивое лицо девушки двадцати пяти лет, утончённая фигура, облачённая в бело-чёрный костюм охотницы, поверх которого накинут голубой фрак с вышивкой змеи на воротнике, немного потемневший за года. Последнее является единственным настоящим элементом одежды, а не имитацией из собственной материи.        — Заставила себя ждать? — закончив с формированием человеческой формы, она раскрыла чёрные глаза с вытянутым длинным зрачком.        — Ты не жратьставляешь как.       Но бой ещё не окончен. Вертолёт оказался разминкой — из туч, оглашая появление сотрясающим всё вокруг рыком, спустилось…        — Нихера себе…       Из туч вышла исполинских размеров смоляно-черная ящерица с огромными по своему размаху крыльями, покрытая большим количеством белой костяной брони. Такой размер и количество брони говорит о том, что особь предельно стара и вряд ли существует еще одна такая. Но возраст дракона нисколько не спасает его от участи быть уничтоженным. Только вот, такие тонкости знали только выходцы Ремнанта, которым вбивалось это всё с подготовительной школы для Охотников, параллельно письму и арифметике. А вот полудемон в красных одеяниях в душе не знал об этом и просто дивился размерам ящера. По длине он и Левиафан оказались примерно равны, что было удивительно, ведь второй является богом-зверем Ада. Махи этих поистине невероятно широких крыльев вызывали сильнейшие порывы ветра, от чего пришлось нелюдям, кроме Блейк, которая просто намертво прилипла к поверхности, схватиться за что-то.        — С ним что-то не так… — тихо прокомментировала Белладонна, внимательно рассматривая дракона. Остальные работники «Devil May Cry» тоже пригляделись к Гримм, поняв что заставило Тень так смутится. Монстр был покрыт больной на вид багровой плотью, пульсирующей в едином ритме. В один момент, наворачивающий круги дракон оказался под углом, в котором можно было увидеть неестественный для Гримм желтый глаз на туше, как на увиденной ранее техник, сосредоточивший взгляд на них. От зрачка шли воспаленные вены, являющиеся началом той самой плоти, что распространилась повсюду.        — Никогда не видела настолько огромных Гримм. — на это замечание Янг, ее недавно прибывшая напарница согласно кивнула. На своей памяти женщины не могли вспомнить настолько же гигантских исполинов.       Сын Спарды легко выгнул бровь, когда услышал как его жена назвала это существо. Вдруг он осознал, что понятия не имеет что или кто это, а ведь множественная живность на острове выглядели схожим образом, на что только сейчас мужчина обратил своё внимание, доселе принимавший Гримм как новый вид демонов: — Этого парня зовут Гримм? — указал он дулом пистолета на дракона, на что получил очень странные взгляды от дам. — Что? Я без понятия как его называть.        — Мы же тебе еще давно рассказывали об этом. Демоны Ремнанта, терроризирующие всё человечество на протяжении веков. Или у тебя в одно ухо влетело, а через другое вылетело?        — Думаете, мне тогда было хоть какое-то дело до каких-то там Гримм? — непроницаемо ответил Данте. — Давайте пока забудем об этой теме и сосредоточимся на этой — вон тот здоровяк. — в течении последних слов, вся троица освещалась светом всё ярче.        — За меня! — выступив вперёд, Блейк соединила ладони и создала масляно-чёрную стенку, закрыв за нею напарников, не сделавших и шагу с места.        — Хм… — осматривая огибающие защиту языки пламени, златоволосая женщина задумчиво играла бровями, изредка бросая взгляды на полудемона. — Идея! Данте, пришла пора твоего «Рааааргх!»        — Только не это. — он сразу понял, о чём она. Фактически, это самый сильный приём в его арсенале, но приятным от этого он не становится. Слишком сильно ему на голову давит.        — Да-да, именно это! Вперёд!       После недолгой битвы взглядов, сын Спарды всё-таки молча согласился использовать «Это». Он шагнул с уступа и улетел вниз, но последующая вспышка демонической… Нет, дьявольской энергии! Даже его напарниц она заставила чуть съёжиться от давления изменившего форму Данте.       Демоническая природа удивительна своим умением создавать наиболее приспособленные виды, другие в Преисподней просто вымрут. После того, как Тьма и Свет разделились, первая начала создавать свой собственный мир, со своими правилами, природой и существами. И то место было чрезвычайно жестоко — высокая концентрация серы в воздухе, непригодные для проживания территории с экстремальными условиями, нередок кислотный дождь, засухи. Лишь сильнейшие выживут, коими стали разнообразные виды демонов, помимо тех, что развились или были созданы позднее, с развитием демонической расы. Но давным-давно существовал отдельный вид, долго державший титул тамошних «Высших хищников».       Маджины.       Так их прозвали демоны-учёные. Маджины обладали невероятными телами, готовыми к любой неблагоприятной среде обитания. Огненные земли? Плевать. Они нередко спали прямо в раскалённой магме днями по самые шеи. Зона разряженности воздуха? Уникальная дыхательная система позволяет не нуждаться в оксиде продолжительное время, а также фильтровала воздух, делая даже опаснейшие испарения пригодными для дыхания. Посторонние на территории? Острые когти, отлично развитая мускулатура и даже примитивное понимание магии! Долгое отсутствие пропитания? А вот это уже проблема — им нужно много питательных веществ, желательно в виде мяса, не остывшего и истекающего кровью.       Доселе никто не знает, почему они вымерли, но известно точно — во всех демонах есть их гены. На глубоком уровне, почти исчезнувшие. Но тем не менее, если организм находится в опасности, есть небольшой, просто микроскопический шанс, что существо пробудит ген Маджина и чуть приблизится к могуществу тех угольно-серых тварей.       А что будет, если однажды один полудемон, способный менять свою форму по желанию, выиграет в генетической лотерее и, в мгновение опасности, пробудит ген Маджина? Ответ — привет с тех времён.       Крупногабаритное чудовище, покрытое плотными хитиновыми пластинами чёрного цвета, меж которых проступают красные сосуды с бегущей внутри раскаленной, словно магма, энергией. Основное сосредоточение подобий вен идут к локтевым суставам, из них, как продолжение плечевой кости, выходят багряные энергетические клинки, служащие основным оружием ближнего боя для существа. Но что больше всего бросается в глаза, так это две пары крыльев и рогов. Первые делают относительно изящное телосложение демона еще более внушительным за счет длины размаха.       И эта гримаса — застывшая садистская улыбка, не предвещающая жертве лёгкую смерть. Рот и глаза этого чудища светились неоново-красной энергией, а из пасти шёл алый пар.       Янг и Блейк могли лишь наблюдать за этой воздушной бат- Кого я обманываю? С момента, когда эта тварь из древних времён избрала этого Гримм-дракона своей жертвой, его судьба уже предрешилась.       Данте-Маджин нарочно вис на месте, когда дракон пускал огонь из пасти, и его природная броня даже не трескалась. Его скорость полёта была неуловима для Гримма. А порезы запястными лезвиями из чистой демонической энергии приносили ему боль. Существо, лишённое этой слабости, могло ощутить агонию и страдание, пока хищник играл с добычей. Спешить он никуда не хотел. Этого не хотели ни его демоническое «Я», ни человеческое. Ведь в этой форме все лишние мысли отходят даже не на третий, а на четвертый план, пока разумом овладевает желание развлечься и утолить голод. Никаких самокопаний, никаких переживаний — сознание Данте в этот момент и не способно на эту мыслительную деятельность.       Дракон истекал из ран Тьмой, что в падении превращалась в летающих Гримм, но Маджин специально ловил одного за другим и жестоко расправлялся с ними прямо перед взором летающего ящера, намекая «Тебе никто не поможет». Но в природе Гримм нет слова сдаваться, даже когда все его тело дрожит от боли. К сожалению для него, в глазах Маджина перед ним этот факт превращает могучего древнего монстра в долговечную игрушку.       И лишь паразит, захвативший контроль над Гриммом, чтобы тот не своевольничал и подчинялся приказам их Владыки, будущего божественного правителя Ада, был в панике. Каждый последующий удар светящимися лезвиями, для которых броня Гримм — пустой лепет, были всё ближе и ближе к глазу. Момент, когда они с его носителем наскучат древнему хищнику — лишь вопрос времени.       Маджин принялся таранить своей тушей тело дракона прямо в уязвимые точки, пока удар в шею не открыл пасть исполина и туда не залетел Данте. Из промежутков между зубами, ноздрей, ушных раковин, да даже через брюхо начал просвечиваться чёрно-белый нарастающий импульс. От него содрогался воздух, пространство искажалось, как и морда дракона, чьё чутьё молчало. Оно смирилось.       Затем произошёл выброс. Тело Гримма исказилось, растягивалось, разрывалось, пока… не рассеялось, а в распадающейся тёмной дымке вниз кирпичом падал Данте, вновь в человеческой форме. Его разум снова вернулся, и он вновь стал «Человеком».

***

      В одиноком замке, словно высеченном из фиолетового кристалла, на отшибе мира, «Безликая рассказчица», прожившая не одно тысячелетие, заметила кое-что. Армия чудищ, созданных самим аватаром Тьмы, что по идее никогда не иссякнут в силу способа появления… Их количество начало стремительно убывать. Все бы ничего, если бы только пушечное мясо шло в утиль, но нет — элитные единицы, которым она своей силой приказала затаиться и «созревать», тоже пропадают из-под её контроля. Словно их кто-то забирает прямо из этого мира. В связи с недавней нестабильностью мирового барьера все становится все более и более странным. Женщина, как одно из последний существ, наделенное первородной магией, способна ощущать все эти колебания.       Шрам вдоль её белого лица, который ей поставило то загадочное жукоподобное существо, неприятно зудел, как делал последние несколько дней. В такие моменты обычно пропадает очередной древний Гримм, а она только и может, что принять факт потери боевой единицы. Стоит ли говорить своей высокомерной и чересчур амбициозной ученице, что доверенный ей Гримм-дракон, что должен был спать под горой Гленн, тоже потерян? Хотя нет, неожиданные трудности закаляют.        — … — она в который раз провела пальцами по этому с трудом зажившему рубцу, «Меткой» как назвал это то существо. И сколько бы раз её тело не восстанавливалось под действием проклятия бога, этот шрам остаётся. Словно он был нанесён не на её тело, бренной кусок пропитанного Тьмой мяса, а на самой сути Королевы Гримм, на её душе. Тот монстр с мечом, на вид будто тоже живое существо, говорил, что скоро «Их мир будет захвачен самим Принцом Тьмы», а потом улетел в сторону человечества и через несколько часов перестал ощущаться вовсе. Прошли года, а так никто и ни пришёл.       Оно ведь представлялось… Только вот вспомнить этого было почти невозможно. Слишком много воды утекло с тех времен. Но взгляд нельзя уже стереть из своей памяти. В нем читалось столько же благородства, сколько и жажды свободы. Понятие свободы давно потеряло всякое значение для ведьмы. Оковы проклятия стали единым целым с серой кожей. И только смерть сможет разрубить эти цепи.       А он мог бы… освободить её?