Devil sinquefol 2

      Хозяйка мрачного замка на краю мира стояла на балконе, молча раздумывая об аномалии, начавшейся ещё сегодня утром. Гримм буквально на глазах исчезают, а несколько секунд спустя теряется и связь с ними. И самое поганое — она ничего не может с этим поделать! Она чувствует, что в этом проишествии виновата магия, но она слишком неуловима и словно бы дразнит еë, развеивая магические следы у неё прямо под носом. Прямо сейчас скорость «похищения» Гримм превышает их создание уже почти в два раза.       А на острове Гримм остаточная магия, которая уже ни на что не годна, всё скопляется и скопляется. Начали появляться другие магические аномалии, например зоны повышенной и пониженной гравитации, зоны внезапных извержений мини-вулканов, зоны внезапного вакуумного пузыря и так далее.       — Ещë одна… — Как-то даже свыкнув с этим, заметила пространственное искажение Салем и испила вина из бокала. — Кто пропадёт на этот раз? Хм.?       Но, к еë удивлению, ни один Гримм не пропал, наоборот — на острове прибавилось. И прибавилось знатно — просто огроменная башня из камня и стекла, высотой своей царапающая хмурые тучи. Таких башен не было и у величайших чародеев во времена молодости Королевы Гримм!       А ведь последние несколько десятков веков всё было тихо, они с Озмой спокойно играли свои «партии». А сейчас что?!

***

      Башня «Уроборос» была произведением искусства модернизма. Узорчатые мраморный пол и стены, двери с позолотой, дорогие вазы и картины и потолок, возвышающийся на четыре с лишним метра. Была…       Словно заброшеный дом порос плющëм и мхом, внутренний интерьер здания оброс наростами, испускающими зловонные и просто ужасно токсичные пары капустно-жëлтого цвета. Обычный человек бы от пары вздохов лежал на полу в судорогах и пускал пену изо рта, но отряд демоноборцев не особо на это жаловался, лишь дышать стало тяжелее.       В один из больших залов через без численное количество коридоров вышла Янг Редгрейв, подкидывая в руках выполненное из золота и драгоценных камней человеческое сердце. Это был один из артефактов, при активации которого башня видоизменялась — становилось всё более запущено, а с одного момента из окон больше нельзя было увидеть город. Теперь там красуются лишь чëрные скалы с редкими вкраплениями ярко-фиолетовых кристаллов. Данте даже мог поклясться, что вдалеке был настоящий дворец, вырезанный из подобных, но для дам дали были закрыты красным туманом. Странно.       — Эй! — крикнула Янг. — Я ведь здесь не одна?!       — Не одна-не одна. — из другого коридора вышла Руби, только то, как она вышла, заставило Джиггернаута потереть глаза.       — И что ты на потолке забыла? — спросила она у младшей сестры, что как ни в чём не бывало спокойно стоит вверх тормашками, причём еë плащ и волосы падают так, словно так и должно быть.       — Могу спросить то же самое и о тебе. — решив кое-что проверить, она попыталась встать на стену, но, оттолкнуышись от «пола», упала на него спиной. — Нет, тут не адаптивный вектор гравитации.       — Какого она лежит на потолке? — за спиною блондинки образовалась Блейк.       — Без понятия… Хей, ты ведь тоже сердечко нашла?       — Да. И ты тоже пустила через него силу, а потом башня тряслась?       — Выходит, не я одна. А ты, сис?!       Со стороны Руби ей прилетело такое же сердце, как у Янг. Держа, в руках, она чувствовала не только остаточный след магии, но и то, что артефакт тянуло вверх.       — И где Данте и Вайсс?

***

      Богато украшенная дверь со внутренней стороны заела из-за зарослей плоти, словно дышащей и намекающей, что это место становится живым во всех смыслах. Но в одной точке образовалась наледь, начавшая как лесной пожар расти, останавливая сокращение нароста. Только находящиеся внутри персоны были заняты своими делами — одна пыталась убить, второй не умереть.       Когда же массивные дубовые доски, обшитые золотом и серебром в причудливом узоре, промëрзли насквозь, одним мощным ударом они разлетелись на осколки, а используемая в качестве тарана античная статуя пролетела ещё несколько метров, прежде чем остановиться. А следом за ней в длинный зал, украшенный следами от битвы, вошла отречëнная смертью голубоглазая красавица в ослепительно белом брючном костюме и фуражкой на белокурой голове. И момент, который она застала, был необычен.       — Шааааааа… — испустившись последний пшик, внутреннее пламя Болверка погасло, а персона, вцепившаяся в его костяную шею одной из своих шести рук, мигом потеряла интерес к остаткам демонического полубога.       — Ты ещё кто такая?       Серокожая женщина ростом почти в два метра, чьи белоснежные волосы заплетены в тугую косу. Одета она в подобие открытого кимоно с широкими рукавами преимущественно белого и песчано-коричневого цветов. Коричневые губы хмурились, пока три сплошных глаза ни то с раздражением, ни то с зарождающимся интересом осматривали Королеву Хотя с ног до головы. Что-то щëлкнуло в еë голове и та перекинулся в одной из шести ладоней угольно чёрную гуань дао, источающую злую силу как паровоз дым.       Сахара, одна из двух Сестёр третьего ока, созданная Лордом Мундусом.       — Хм… Сколько силы в таком насекомом… — еë губы исказились в отвратительной улыбке. — Кто бы ты ни была, для тебя должно быть честью приблизить тот день, когда Владыка Мундус восстановится и возобновит своë завоевание этого плешивого мирка. Хоть на что-то твоя жалкая душа сгодится.       — Смею отказаться от столь щедрого предложения. — нахмурилась Вайсс. Ей не нравится то ощущение, исходящее от этой ненормальной демоницы. Похожее ощущение было с тем некромантом-свмоучкой, что узнал о природе нежизни мисс Шни и попытался взять еë под контроль. Плохим открытием для него стало то, что Вайсс не только нежива, но и немертва — она находится на грани. А потому, немного ему подыграв, Вайсс вышла на его клуб некрофилов и вычистила падаль, заключив тела в глыбу льда и выкинув куда-то в воды Северного Ледовитого океана.       — Тебя никто и не спрашивал! — плитка на полу, где стояла Сахара, взлетела в воздух, когда та сделала рывок. Появившаяся заместо Вайсс ощетинившаяся шипами ледяная стена, на коей она собиралась поймать шестирукую, была разнесена вдребезги, а особо большой кусок полетел в саму Вайсс что в нескольких метрах от прошлого места стояла на своём глифе в воздухе, окружëнная призывной стаей Хэллбэтов. Голубое пламя величественно освещало фигуру Вайсс в чистом белом костюме. Несколько демонических мышей ценою собственной псевдо жизни смогли на подлёте разбить лёд, от чего в деву прилетел лишь небольшой осколок, царапнувший щëку, из которой пролилась небольшая капля тëмной алой жидкости, замëрзшей за секунду.       Стремительно сближающаяся с ней Сахара скакала по призываемым магическим кругам, используя их как платформы, и, настигнув криоманта, в ход пошло холодное древковое оружие. На защиту Вайсс вооружилась Мортэнестером и ледяной саблей, начав ими отводить широкое лезвие с замудреной гравировкой, отвечая порезами, в отличии от человека — не кровоточащими.       — Сильная. — похвалила еë Вайсс, тем не менее провернув финт и, вместе с уколом к руку, кнула по груди. — Сильная, но техники ноль.       Удар ногой с разворота Вайсс пропустила над головой, показав всю гибкость тела балерины, вместе с этим всадив ледяной меч на пол лезвия в бок Сахаре. Та же почти не поморщиолась, но затем посмотрела на рану, где магический лёд распространяется всё дальше. И, стоило ей коснуться, он прекратил — лëд перестал расти.       — И что же это за трюк?       — Вот такой! — на этот раз Сахара была быстрее прошлого рывка в разы. Она в мгновение ока оказалась прямо перед Вайсс и, схватив за шею, последняя резко обмякла. Стоило Сахаре притронуться к девушке, все еë химические процессы в организме просто… остановились.       Таков дар Сахары — она одним касанием способна остановить любые химические процессы. Будь то жизнедеятельность клеток, кислотная коррозия, да даже горение огня.       — Вот так бы сразу. — уже как-то добро сказала Сахара, отпустив Вайсс, и та рухнула как мешок корнеплодов. Но только еë душа никак не хотела покидать тело.       Еë демоническое ядро, закрытое толщей вечного льда, не отпускала душу, вместо этого собрав магическую силу в одну точку и, отпустив, произведя импульс магической силы.       Вайсс, находящаяся в эпицентре ледяного взрыва, резко раскрыла глаза, вместе с этим глубого вздохнул воздух, пока в каждом еë глазу горел ярко голубым сложный магической круг со снежинкой. Еë неполноценная жизнь продолжается, как продолжился и бой.       — Какого?! — злобно прошипела Сахара в клинче с Вайсс. — Почему ты не сдохла?! Что ты такое?!       — Поверь, мне самой интересно. — пока Сахара взглядом пыталась прожечь в Вайсс дыру, та приморозила ледяной меч, чтобы тот держался без еë помощи, и выхватила Вин дори, выстрелив в плоскую сторону клинка гуань дао. Выстрел из слонобоя больно ударил по рукам Сахары и та на секунду расслабила хватку. Этой секунды было достаточно, чтобы еë обкзоружить и уже вторым выстрелом в грудь уронить прямо на пол со льдом, что тут же спеленал Сахару по рукам и ногам.       — Ни капли техники.       — ИИИИИИИХХХ! — как бы Сахара не пыталась, лёд не поддавался и держал её крепче кандалов из любого металла. — Отпусти меня!       — Ага, бегу-бегу… — издеваюче пропела Вайсс, но лишь подобрала оружие врага и, немного с ним поигравшись, помогала головой в стороны, заморозила гуань дао и разбила об колено, словно он был сделан не из особо обработанного древа, а из хрусталя. И тут с верхних этажей послышался мощный грохот, который с каждым разом бил всё ближе.       И последний удар проломил потолок, а через образовавшуюся дыру выпал Гоатлинк, чья шея была зажата ногами Данте, что, судя по лицу и взбухшим чёрным венам на роже, опять напитался Тьмой.       Он поднял ногу, обхватившую шею сверху, и под его икрой тëмная пелена собралась в секирообразное лезвие, которое упало и отрезало козлиную голову.       — Двенадцать… — выдохнул он после продолжительной битвы. — Привет, Снежка.       — Нашёлся, патлатый. Это мосто сплошной лабиринт, а ты предложил разделиться, как в дешёвых ужастиках!       — Но ты же можешь за себя постоять, так ведь? Или так и осталась девочкой с серебряной ложкой во рт-       «Пацан»       — М? — Данте услышал сильный мыслительный импульс из своей души. Одна старая низкая пьяница вышла на связь.       «Дай-ка мне контроль»       «С чего это?»       «Да так, знакомую рожу увидела»       «Вот эту?» — Данте скостил взгляд на всё ещё не успокоившуюся Сахару.       «Ага. Старая знакомая, которую я хочу грохнуть»       «Ты оружие. Вот и будь оружием, и отбрось старую жизнь»       «…Пожалуйста» — еë интонация, с которой она это произнесла в его мыслях, была услышана Данте впервые. — Дай этой старой дряни завершить одно дело»       »…Минута»       «Этого хватит с лихвой»       Кожа Данте мигом начала бледнеть, глаза налились кровью, а с его тела пошла непроглядно-чëрная дымка. Вайсс тут же заметила как походка его напарника, за столько лет которому готова доверить свою жизнь, хотя при этом и курятника не доверит, изменилась, когда он подходил к пленной.       — Ну здравствуй, сестрëнка. — его голос задвоился. Слышался как и привычный наглый мужской бас, так и женский фальцет.       — Не может быть… — теперь уже Сахара прекратила попытки разбить лëд, начав неверяще осматривать сына Спарды. — ТЫ!!!