Potter's reflections

лето 1994го Источник шума на нижнем этаже Айрис искала недолго: шум ничуть не думал стихать, и она спустилась в прихожую, ориентируясь на крики. Гарри, чертыхающийся самыми крепкими выражениями, которые только знал, попеременно то теребил непослушные щеколды, то пинал входную дверь. В каком-то ярде от него лежала массивная, с виду тяжелая тролья лапа-подставка под зонтики: похоже, именно она и падала с таким шумом. Ну а крики обеспечивал портрет покойной миссис Блэк, которая спешила выразить Гарри все возмущение по поводу того, что он тут устроил. — Если это была попытка скрытно улизнуть из дому, — заметила Айрис, зевая, — то она полностью провалена. Пошли чай пить, что ли? Гарри не спешил ей отвечать, продолжая свое бесполезное сражение с дверью, и Айрис, вздохнув, подошла ближе, попыталась отнять его руки от ускользающих замков и увести Гарри на теплую кухню. Брат послушался не сразу — только тогда, когда она сказала, что дом опечатан чарами, которые они двое снять не в состоянии, и пребывание в коридоре остается одним из самых глупых способов проводить ночь. На кухню они собрались идти только минут через десять. Нарисованная миссис Блэк продолжала ворчать им вслед, хотя Айрис и извинялась за то, что даму потревожили, со всей доступной ей вежливостью, а эльф, верный своей хозяйке, принялся снимать невидимые пылинки с портьер. — Ты так и будешь молчать? — Уточнила Айрис, сердито опуская кружку с горячим чаем на стол перед братом. — Слова внятного от тебя не слышала с тех пор, как мы перенеслись в этот дом. Сказал, что спать пойдешь, я не стала приставать, но блин и двух часов не прошло, как вот это вот все. На кой тебе на улицу, Гарри? Если правда нужно куда среди ночи, мы можем Кричера попросить колдануть. — Я не собирался говорить тебе, куда пойду, — отстраненно заметил Гарри, продолжая смотреть куда-то под стол. — Не хотел, чтобы ты вообще знала, что я ушел. — Я догадалась, балда, но почему? На утро все равно поднялся бы хай и мы все ринулись бы тебя искать, волновались бы… Тете Белл, между прочим, волноваться нельзя — да и дяде Питти тоже, у него нервы из-за подступающего отцовства тоже расшатались. — Тетя Белл от меня теперь шарахается, как черт от ладана — и имеет на это все причины. Думаю, я должен уйти. Не хочу, чтобы кто-то еще пострадал. Говоря это, Гарри все же встретился с ней взглядом — и в глазах у него было пугающе пусто. — Похоже, ты не слушал, когда я пыталась объяснить свою уверенность в том, что ты не виноват, но ничего, мне не привыкать. Алло, Гарри, тебя никто наедине с этим не бросит — и я, и дядя Питти настроены разобраться, что именно произошло при встрече двух Гарри Поттеров. Мачеха отцу на крови клялась насчет его сына, так что она тоже впишется, а тетя Белл… Уверена, она пересмотрит свое отношение, как только маленькие Петтигрю родятся и гормональные бури позволят ей мыслить трезвее. Тебе незачем сбегать от нас! Я тебе больше скажу, десять минут назад Юи уже отписалась мне, комментируя твое неудачное взаимодействие с младшим Гарри, сказала: «А, так значит. Под предсказание это тоже подходит, не нервничайте!» Она правда что-то понимает в произошедшем и нам расскажет! Тем более, смотри, у нашей мамы был только один сын — и страннее то, что мальчишек, которые подходят по генетическим тестам, вообще оказалось двое, а не то, что после их встречи остался один! Дальше, мы знаем, что вы оба появились примерно в одно и тоже время, только возле разных волшебников, и что у вас двоих на руках обрывки рунной цепочки! То, что нам удалось расшифровать из твоей — явно отпечаток серьезного ритуала, связанного со временем, но у мелкого Гарри ведь тоже что-то было, об этом нельзя забывать, а когда ты взял на руки малыша, что-то в цепочке мерцало и менялось, это точно неспроста! Почему ты считаешь, что то, как восприняла происходящее тетя Белл — верно, почему не предположить, что это была «нормальная» встреча двух Гарри Поттеров? Это даже логичнее! Ну ты же полгода не совсем сам был, постоянно общался с живыми людьми, в Хогсмидт ходил, а последний месяц так вообще много с кем за руку здоровался! Ни разу не было чего-то ненормального, ты не тянешь на Поглотителя Людей, Разрушителя Физических Оболочек или что ты там себе придумал! Мы знаем, что зеркала могут разделять тела и сознания, а могут вести в параллельные миры, вы двое зеркалами путешествовали — побочные эффекты обязаны быть! Но я считаю маловероятным, что они распространяются на кого-то, кроме Гарри Поттеров. Мы просто не понимаем всей картины и произошедшее — часть чего-то большего, смекаешь? В этот монолог Айрис, казалось, вложила всю доступную экспрессию, всю веру в лучшее и всю самую сильную аргументацию, но Гарри так и оставался… непривычно тихим и безучастным. — Мне так надоело это все… Быть непонятным феноменом, которого из чемодана нельзя выпустить, мало ли, развеется, — сказал наконец он. — Или вот, из дому — мало ли, развеет кого! Я ведь живой! В смысле, я воспринимаю себя, как живого — я по утрам завтракаю и одеваюсь, по вечерам играю с вами в настольные игры, а потом вдруг… проваливаюсь в пол или в стену! Теперь еще и это… Стоило из дому выйти, как все кувырком — познакомился с чокнутой мачехой о восьми ногах, меня женили, тебя женили, я поглотил ребенка, я даже не заметил, как это случилось, не понял разницы до и после, я, возможно, опасен для людей, это все так… — Не находя больше слов, Гарри неопределенно, но энергично махнул руками. — "Женили" — это некорректное слово по отношению к нашим ситуациям. И смею заметить, Гарри, что кое-какая разница есть. На вид ты вырос — раз, эта вот рунная цепочка изменилась — два, и это только то, что в глаза бросается! Дядя Питти и кроме того что-то новое увидел, вот проведет он детальную диагностику здоровья, может, еще что прояснится! — И еще я больше сквозь стены проходить не могу, — тоскливо заметил брат. — Откуда ты знаешь? Ты ведь и раньше как-то редко это делал и всегда в те дни, когда я из-за отработок и учебы к тебе сутки не заходила… — Это… не совсем правда. Еще я становился менее материальным, когда мы ссорились. И когда я на тебя злился. Весной мне от тоски хотелось на стенку лезть и я пробовал приспособить это как-то, чтобы выйти из чемодана. К лету стало получаться проходить не только сквозь обычные стены внутри него, а и сквозь саму крышку. — Ты не говорил. — Я не хотел говорить. — Что же ты тогда не ушел, раз так хотел? — Я же сказал… весной об этом думал, к лету только получилось. Какой уже смысл был уходить? Я не дурак, понимаю, что вы с подругами, учась в школе, обычно не проводили в чемодане по шесть-восемь часов в день, это ради меня приходили, чтобы мне была компания. Как бы я ни был иногда на тебя рассержен, разве не было бы с моей стороны свинством наплевать на логику и свалить шастать по Хогвартсу? Но я ждал, что каникулы будут веселее. — А они тоже, по сути, оказались внутри тех границ, которые дядя Питти потянул зачаровать, и даже сад в чемодане больше, чем доступные нам ярды внутреннего дворика. Понимаю. Но ведь мы же не со зла… — Да, вы опасались оправданно — это я, дурак, не верил, что есть чего. Если бы меня не понесло гулять с Гермионой, ничего этого бы не было. Её бы не закляли, тебе не пришлось бы встречаться с Юи… Ты даже не принесла бы домой второго Гарри Поттера, и мы бы здесь не сидели. От меня все время одни проблемы! Если бы Айрис не знала, что столешница очень крепкая, ей непременно захотелось бы постучать об нее головой. Нет, разумеется, в словах Гарри была некоторая правда — но не было смысла. Все эти метания — уйти, потому что «от него одни проблемы» и «он опасен» — глупая крайность, тем более, противоречащая здравому смыслу — куда он может уйти, чтобы перестать быть опасным, и не опаснее ли он для незнакомцев, чем для тех, кто почти нащупал нить, чтобы разгадать его загадку? Знала Айрис одного такого мага — «от него одни проблемы», и он просто сбегает, закрыв глаза на то, что у него еще крестница есть, не говоря уже о любимой девушке, которая из-за него пострадала. А созданные проблемы-то остаются, их просто решают вместо него те, кто взял на себя этот труд и ответственность, разве же это справедливо? Доставлял ли проблемы Гарри? Конечно, да, начал прямо в момент, когда Айрис решила, что не будет спихивать нежданного родственника на Министерство или директора Дамблдора, все остальные неудобства — уже следствия, и группа посвященных в тайну Гарри, казалось, научилась их решать! Ну и что, что после уроков в основном тусовались в чемодане? Все равно Айрис сложно было назвать душой компаний, даже Джинни, одногодка и подруга Луны, пусть и продолжала приветливо переговариваться с Айрис при случае, с момента, как стала играть в квиддичной команде, все реже училась в маленькой группке зубрилок. Айрис с Гермионой и Луной не составило особого труда окончательно обосноваться для учебы в чемодане, когда в уравнение добавился фактор брата, иногда теряющего материальность. Домашка сделана, настолки опробованны, эксперименты с магией в компании друзей — полным ходом, ну разве же это было чем-то плохо? Вот то, что случилось накануне — это и правда неведомый доселе уровень хрени… Однако Юи сильно темнила с этим ребенком, которого нежданно оставила на Айрис — интуиция включила сирену на самую большую мощность и подсказывала, что они вот-вот поймут что-то важное, и спешить винить Гарри в убийстве другого Гарри очень опрометчиво. Какое уж тут убийство, если есть огромное сомнение в том, что второй ребенок не был иллюзией. — Нет, Гарри, — сказала Айрис вслух. — Ты не знаешь, как оно было бы, если бы не так, как случилось, так что нет смысла себя корить. Если уж у Юи жил второй Гарри Поттер, рано или поздно вы бы встретились — нам все равно пришлось бы что-то делать с такой ситуацией. Мы разберемся, нужно только не делать больше ничего необдуманного. Не сбегать непонятно зачем из дому сейчас, например. Ну вот куда ты собрался, на что планировал жить и как устраиваться? — «Не сбегать» мне следовало раньше, — сердито качнул головой он. — Но ведь ты не мог предвидеть последствий. С тем же успехом, нам с Гермионой никогда не следовало варить Оборотное зелье и его производные. И делиться добровольно своей личиной ради удобства. Просто случилось, как случилось… Что уж тут. — У вас хоть цель была, — вздохнул Гарри. — Вы даже смогли её достичь, так же? Разобрались, как безопасно менять тело при превращении в предметы — даже до изучения формул высшей трансфигурации. Еще сколько-то времени упражнений с менталом, и ты правда сможешь маскироваться под люстру или тапочки, раз уж давно хотела попробовать. Но ведь это не стоило того, чтобы перечеркнуть всю жизнь, ведь так? А уж наша прогулка, из-за которой все завертелось, тем более того не стоила… — Мерлин, сколько драмы. Я вот жизнь перечеркнутой не считаю! То, что Гарри ушел тогда из магазина, конечно было глупым поступком (и Айрис на него уже по этому поводу наорала). Но орать дальше, тем более, по прошествии двух дней, Айрис считала неконструктивным подходом. Да, Гарри удод — просили его не ходить за пределы здания, а он не послушал, но с другой стороны, он очень долго слушался, вопреки непоседливому характеру, наверное, не мог слушаться вечно. Он просто не думал, что вообще что-то может случиться, Гермиона не думала, что что-то может случиться, да честно говоря, даже Айрис считала меры предосторожности против Юи, которые они все предпринимали, утомительными — спустя месяц-то затворничества! Гарри и Гермиона решили прогуляться по маггловскому городишке и ушли из магазина (Айрис температурила и чихала от скосившей ее сильной простуды и даже не видела, лежа в своей комнате, что друзья куда-то собрались). В конце концов, что могло грозить Гарри? Это ведь Айрис, следуя папиной последней воле, собирались замуж выдавать, а не его — ей-то и следовало от доброй родственницы прятаться. Так думал Гарри, пока не наткнулся, собственно, на мачеху, неведомым ему образом легко нашедшую их с Гермионой — и даже время на них. Юи не поленилась заклясть Гермиону и принудить ту собственноручно подписать договор о помолвке, не поленилась заклясть Гарри и показать ему, насколько он беспомощен против взрослой магички, знающей, что он собирается предпринять, быстрее самого Гарри. И все это большей частью потому, что миссис Поттер была несколько раздосадована непослушанием Айрис. Потому, что решила взять своё шантажом. — Ты, Гарри, как-то эгоцентрично это воспринял, наверное, из-за того, что неприятные последствия продолжают всплывать. Да, ты был не прав и сглупил, но не ты один вообще создал ту ситуацию два дня назад. Да, Юи написала мне, что знает о том, что Гермиона несколько раз использовала мою личину с моего согласия — и того следа, которое последнее превращение оставило на ее ауре, Юи достаточно, чтобы поколдовать и перенаправить подписанный Мио договор о помолвке на меня. Но не считаешь же ты, что я поспешила с мачехой договориться «по хорошему», вот так вот просто поверив ее словам? А она — поспешила просто мне уступить, будь у нее все решено? Мы с тобой на примере родства с дядей Сири знаем, что долговременное использование этого зелья и добровольное одалживание личины действительно может создать серьезные последствия, но случай-то несколько другой? Тебе не приходило в голову, что Юи, с целью что-то подобное провернуть, вынуждена будет наворотить сложные чары, которые много дней придется подгонять под конкретную ситуацию, потратит кучу усилий, возможно, даже какие-то редкие магические субстанции — действительно ли она стала бы этим заниматься, действительно ли бы это получилось? Если это — самый простой способ обойтись без моей подписи на договоре помолвки, то почему она не начала с поисков Мио, едва дядя меня спрятал? Нет, я думаю, в итоге с ее стороны вся ситуация — результат того, что она устала ждать. Жест, призванный продемонстрировать мне, что она не хочет уступать в нашем маленьком споре. Вот уже я не сочла правильным его игнорировать и пошла на сделку — но это было мое решение, понимаешь? — Позавчера ты говорила совсем по-другому! Ты говорила, что Юи, возможно, и правда знает, как это провернуть! Но скорее всего, из-за того, что Юи — психопатка с альтернативной логикой, помолвлена все-таки Гермиона, или вы обе, Гермиона точно не в стороне! Ты довела подругу до истерики! Да ты буквально заставила нас вписать в пустую строку договора мое имя! А теперь говоришь, со стороны Юи это был демонстративный жест, и все вертится вокруг тебя?! А еще, иногда Айрис чувствовала себя косноязычным попугаем — вот вроде бы и говорит что-то одинаковое с интервалом в день, а понимают ее по-разному — или, точнее, не понимают ни разу. Пользуясь тем, что Гарри буквально покраснел от злости и надеясь, что в таком состоянии он о палочке не вспомнит, Айрис быстро ткнула его пальцем, чтобы проверить очередную теорию. Ничего не произошло, кроме того, что Гарри поморщился, и продолжил выкрикивать еще какие-то рандомные обвинения на тему «без меня меня женили». Гарри оставался вполне материальным. — Демонстративный жест не обязан обходиться без последствий, — холодно бросила Айрис. Её всегда раздражало, когда Гарри будто специально отказывался думать головой и понимать ее доводы. — Ты же видел Юи сам, скажи, есть ей какое дело до судьбы Гермионы? Мне иногда кажется, ей вообще ни до кого дела нет, пока с ней сделку на крови не заключишь. Как тебе такой расклад: Юи видит, что я носа не кажу из-под защиты, несмотря на то, что она в письмах честно старается на меня повлиять всевозможными путями, но вдруг на горизонте появляется еще Поттер — было бы глупо с ее стороны не повесить следилку где-то в районе интересующего ее дома! У Юи уже полгода, как повисло невыполненное обещание насчет меня, думаешь, она не догадалась, у кого я прячусь? Наверное, следилка на кровь была, и Юи полагала, что я сама подставилась, выйдя из-под защиты, но и так... поймав тебя и Мио, составить какой-то план несложно, с шантажом любого рода, даже, если и не того, что она выбрала. Юи ничего не стоило заклясть Гермиону — за ней никто не стоит, чтобы Юи опасалась последствий. Если я поддалась бы на шантаж, чтобы как-то поторговаться и все переиграть, Юи была бы с быстрой прибылью, если того отпечатка ауры ей впрямь хватало, чтобы влиять на меня, она была бы с прибылью в перспективе, а если все закончилось бы просто тем, что Мио вляпалась, Юи мало что теряла. Может, посулила бы Гермионе вернуть все, как было, если бы она тоже взялась меня убеждать. Эй, Юи относится к нам сравнительно бережно в память о папе — но Мио-то ей пустое место! Знаешь, да, я восприняла это в том числе как демонстрацию — Юи поняла, что я не дернусь ради наследства, но верно предположила, что пойду на нормальное соглашение, чтобы из-за меня никто не пострадал. Я не хотела проверять, станет ли Юи как-то использовать подписанный Мио документ, сделает ли следующим этапом что-нибудь с Дурслями, наплевав на возможную реакцию дяди Питти — в конце концов, он не всемогущ. Конечно, я кое-что подписала, и конечно, тогда договор Мио стал касаться только Мио! Как бы там ни было, сейчас ситуация с помолвками наконец разрешилась, мне даже как-то легче от этого стало, что не давит больше неопределенность. — Вау, класс. Спешите видеть, на нее неопределенность не давит! Гермиона час рыдала, когда поняла, под чем кровью расписалась, еще полчаса, когда поняла, что пергамент так просто не порвешь и он юридическую силу имеет, едва смирилась с тем, как ты предложила все решить, и теперь не знает, как себя со мной вести — зато неопределенности нет! И главное, зачем ты нас заставила?! Если все равно собралась к Юи идти и о чем-то торговаться?! — Вот меня сейчас реально это бесит слышать, как я вас что-то заставила сделать! Я всего лишь сказала, пока строка с именем жениха пустая, нужно этим пользоваться — иначе нет гарантии, что она такой останется надолго! Я всего лишь сказала, давайте впишем туда того, кому Гермиона может доверять — ведь расторгнуть тот договор можно только по желанию жениха! Я всего лишь сказала, что вы же друзья, так чем ты не кандидат в женихи — и вы оба согласились, что идея хорошая! Ты сам свое имя вписал, сам кровью расписался, сам Гермионе клятвенно пообещал, что расторгнешь помолвку, как только в этом будет смысл! — И вот тогда, как вписал, я бы сразу ее и расторг, а ты давай дальше нудить: мол, это очень на руку, что так повернулось, валидная помолвка — это прекрасно! Гермиона будет защищена от любого подобного случая, потому что больше одного такого обязательства одновременно быть не может, я почувствую, если с ней что-то вроде любовного зелья приключится и смогу помочь… Да и вообще, мне это тоже в плюс, мы же когда-то думали, что узы с кем-то помогли бы мне перестать то и дело проваливаться в текстуры, да все не рассматривали вариант с женитьбой всерьез! И так мы с ней до сих пор и помолвлены — из-за тебя! — Ага, где "до сих пор" равняется "целых ДВА ДНЯ", и, главное, только из-за меня! Сами на свидание поперлись, когда не нужно было — так суровый магический мир, который весь против вас, помолвку организовал! — Это было НЕ СВИДАНИЕ! — Конечно, не оно, то-то вам в магазине поболтать было никак! И блин, Гарри, ладно Гермиона, ей спросить не у кого, только у нас же — но у тебя есть доступ к библиотеке! Сходил бы почитал что, так может быть понял бы, что твоя подпись — это промежуточный этап был. Ну неужели сложно догадаться, что Юи вам один экземпляр документа отдала по доброте душевной — но только Гермионин? А еще две копии у нее лежало, и, хотя изменения, внесенные в один документ, на другие влияют, но их там еще подтверждать нужно! Вы не были помолвлены, пока Юи не позволила синхронизацию, но твоя подпись помешала бы ставить на копиях Юи другие подписи — во избежания путаницы, чего нам и нужно было достичь! Я не хотела расстраивать обнадеженых друзей, что ты тогда все равно бы порвать соглашение не смог — не сказала, что мне бы еще за это договориться, а теперь я виновата, да? У меня в сумке эти документы сейчас, разрывай эту чертову помолвку на здоровье, если вы с Гермионой правда считаете, что ни тебе, ни ей защита от всяких казусов в будущем не пригодится. Как-то не успела их тебе отдать, не до того было, после произошедшего со вторым Гарри! На этом запал, кажется, схлынул: ну вот, не хотела возвращаться к этой теме, а сама же и крикнула Гарри, по сути, обвинение. Что тут ни говори, после долгой торговли с Юи по переписке об условиях контракта (Айрис действительно старалась заткнуть гордость и идти на уступки — если Юи осталась бы недовольной, она и Айрис приложила бы ментальными чарами), после их встречи, которая закончилась почему-то тем, что Айрис осталась с (вторым!) братом на руках, и после того, как два Гарри стали одним… Ну, в общем, Айрис все-таки сложно было оставаться полностью рациональной. Голова подсказывала, что стоит срочно извиниться… но честно говоря, Айрис совсем не чувствовала вины. — И мертвого поднимуть, тьху... Но нет, негодного хозяина будить не пробуют, безо всякой пользы кричат, — ворчливый голос разделил вдруг на множество мелких осколков повисшую паузу: Кричер, шаркая ногами и позвякивая посудой с помощью силы мысли, пересек кухню, на которой орали друг на друга ребята, и забился в свою каморку, резко шарпнув холстиной, заменявшей ему дверь. — Прости, Кричер, — сказал ему Гарри. — Сириуса рано или поздно тоже будет безопасно выводить из комы! — Добавила Айрис. Но оба Поттера все равно почувствовали себя преотвратно: пришли под вечер в чужой дом, и только то и делают, что демонстрируют дурное воспитание. — Зачем ты меня тыкаешь? — Спросил Гарри, изрядно понизив голос и почистив чарами кружку от так и не выпитого чая. — Проверяешь плотность? — Есть немного, — отозвалась Айрис столь же сдержанно. — Ты, вроде бы, на меня немного разозлился, никаких эффектов, вопреки твоим словам про связь злости и нематериальности, не наблюдается. — Если бы все было, как обычно, мне бы с первого раза еще удалось сквозь входную дверь пройти, а не разбудить миссис Блэк. Призрачность не работает. — Может, ты все же ее не контролируешь, может, это ненадолго, а может, нам наконец повезло. Ты должен сказать об этом дяде и следить за любыми изменениями, ладно? Возможно, это — один из ключей к пониманию того, что произошло с тобой в зазеркалье и того, что еще может произойти. — Что еще может произойти по моей вине, ты имеешь в виду? — Давай наконец сменим тему. Я правда верю в то, что сегодня мы стали свидетелями какого-то... не знаю, сбоя. Уж точно не злого умысла с твоей стороны. — Ты так говоришь, будто бы не знаешь, что зло можно сотворить и без умысла, и даже веря в то, что делаешь добро. — А ты так говоришь, будто бы никогда ничего хорошего не делал и не заслуживаешь на то, чтобы дать тебе шанс. Нам нужно сперва выслушать Юи, уверена, она нам многое объяснит, и произошедшее со вторым, мелким Гарри, станет на свое место. — Я не знаю, что меня пугает больше, то, что я невольно сделал с ним, или сама мачеха, — вздохнул Гарри. — Если она закляла меня и Гермиону только, чтобы ты согласилась с ее условиями, страшно подумать, что она вообще за человек. — Не человек просто, это же очевидно, — пожала плечами Айрис. Гарри всего передернуло: в общем-то верно, насчет "человека" он явно погорячился. Теперь, когда мачеха вышла при нем из себя и продемонстрировала свою боевую форму, Гарри стало куда проще интерпретировать странные взгляды дяди Питти и Айрис, которыми они обменивались, если речь, даже вскользь, заходила о смерти Рабастана Лестрейнджа. Никто никогда не комментировал, но теперь понимал и Гарри. Если предполагаемого убийцу отца находят в виде кокона, наполненного останками, а спустя полгода узнаешь, что мачеха, когда злится, становится наполовину пауком, не подозревать становится сложно. — Это ужасно. Никак не могу поверить, что папа вообще мог по своей воле жениться на демоне. — Справедливости ради, она и не демон. У Юи есть… особенности, но из таких, как она, получаются идеальные, любящие жены, нужно только не смотреть на них на закате и рассвете, о чем они всегда честно предупреждают перед свадьбой. — Спокойно поправила его Айрис. — Папа в нее влюбился. Его послушать было, так даже настоящая демоница лучше мамы, а тут всего лишь редкий вид оборотничества. И сделанного не воротишь, так что нам иметь дело именно с Юи. Напомни, утром дам тебе книгу о таких, как она, чтобы ты разобрался в вопросе и не брякнул потом при ней ерунды. — Особенности? Так это теперь называется? — Хмуро переспросил Гарри. — С чего это ты вообще ее защищаешь, она же и тебя заставляет выйти замуж! — На самом деле, она предложила мне выбор между замужеством и ученичеством. Сказала, что мои задатки подходят ей идеально, — заметила Айрис. — Из двух зол я за первое, на том пока и договорились. — Но почему, кстати? Все всегда говорили, что индивидуальное ученичество у Мастера — это очень здорово! Или речь идет о чем-то темном? — Бог мой, та книга тебе прямо-таки необходима. Ну сам-то как думаешь, чем ученичество у такой может закончиться? Ученица в данном контексте — понятие не совсем корректное, это скорее жрица, последовательница философии, которой будут открыты таинства неклассической волшбы и которая, пройдя инициацию, получает те же способности, что и наставница… — В смысле, если ты будешь учиться у нее, то тоже станешь превращаться в, ну... это? — С изрядной долей ужаса уточнил Гарри. Казалось, его мутило от разыгравшейся фантазии. — Ну, не сразу... Я просто всякому полезному научусь, превращения и остальные мелочи — только после инициации, а это дело, внезапно, в реальности возможно на исключительно добровольной основе. Когда мы это все обсудили подробнее, и договориться стало проще, все-таки Юи во многом права была, мне не следовало упираться так категорически с самого начала. — Знаешь, меня начинает напрягать то, как ты теперь говоришь о мачехе. Со всем этим "во многом права" и не допуская ни одного плохого слова. Это навевает мысли, будто она покопалась в твоей голове. Мне кажется, дядя о том же подумал. — Да, скорее всего, но я не вижу в изменениях ничего плохого, — пожала плечами Айрис. Гарри хотел было ответить, но поперхнулся воздухом, настолько его впечатлил новый подход к собственному ментальному здоровью. — Меня вот, Гарри, напрягает то, как вы с дядей определили мои умственные способности изначально, — добавила Айрис. — Дядя спросил, о чем мы с Юи договорились, но не спросил о гарантиях, которые обеспечили наш договор. Ты вообще ничего не спросил, но вы оба уже решили, что я была настолько глупа, чтобы дать полный доступ к своим мозгам и разрешить сделать меня марионеткой. Почему вы берете по умолчанию именно это, а не принимаете на веру то, что я говорю? У меня два дня ушло на согласование договора с Юи, мы обменялись десятками писем и в конце концов подписали итог до того, как встретились. Я была в трезвом уме и памяти, когда подписывала, больше того, договор защищен от изменений как раз потому, что я не хотела допустить ни одной его модификации после вероятного ментального вмешательства — и после этой защиты у Юи пропала основная часть выгоды от применения чар на меня. По крайней мере, по поводу всего, что важно. Максимум, что ей имело смысл во мне менять, так это мои эмоции, предвзятость к ней — да, похоже, здесь она поколдовала, это предсказуемо, но кому от этого хуже? Нам, по итогам договоренности, еще не один день общаться. Если убрать фактор нашей застарелой вражды, взаимодействовать намного проще. Я об этом не просила, но я вынуждена признать: дышать стало легче. — Легче?! — Растерянно повторил Гарри, — кто-то, кого ты ненавидишь, заколдовывает тебя, чтобы ты стала любить — ты правда не видишь проблемы? Даже логически? Да дело и правда труба! — Хорошо, давай посмотрим логически. Ненавидела ли я ее раньше? Не совсем, хотя не любила точно. Я винила её в том, что папа бросил маму и посмел быть счастливым с ней! Но Гарри, он разбил маме сердце задолго до Юи, так что она просто стала последней каплей. Я давно уже вынужденно признала, что Юи была очень привязана к папе, и искренне о нём скорбит. Да она ведь и бросилась мстить за него, не задумываясь, и всеми силами старается выполнить его волю насчет детей, по большому счету, не ее вина, что воля отца насчет меня мне не понравилась. Гарри снова пробрала дрожь: в его понимании, переварить какого-то колдуна заживо — жутковатый показатель скорби, а от чрезмерной "заботы" у Айрис вообще одни проблемы. — Потом, люблю ли я ее сейчас? Нет, конечно, просто признаю, что в той ситуации, которую мы с ней создали, она могла отыграться на мне и похуже. Я тоже не вела себя с ней, как хорошая девочка, отношения наладить раньше не пыталась — но она не стала мне припоминать ту откровенную враждебность сейчас, когда у нее все возможности это сделать. Она достаточно легко согласилась на большинство моих просьб, попыталась подсластить мне пилюлю... Ты хоть знаешь, как сложно попасть на стажировку в аналитический отдел "Гринготтс"? Да они волшебников в него в лучшем случае раз в десять лет берут, представляешь, какой конкурс образовался, когда Мастер Богрод объявил, что в пятилетнем плане прописано увеличение его отдела, и что 95м он будет нанимать — но предпочтет того, кого можно обучить заранее? Отдал бы Мастер предпочтение мне, согласившись на обучение в Хогвартский период исключительно по выходным, если бы Юи не была с ним дружна? Я правда ей благодарна — помолвка помолвкой, но и возможность стать нормальным специалистом, хорошо зарабатывать — она мне предоставила! При том всем, что так я стану менее зависимой от наследства! Она согласилась постараться договориться с будущем мужем о продолжении моей учебы после С.О.В., согласилась оплатить и ее. И даже на танцевальную неделю в Сент Эндрюсе согласилась, я на таком мероприятии в последний раз пять лет назад была... — То есть, твоя свобода думать самостоятельно и мужа искать самостоятельно, стоит столько же, сколько стоимость твоего обучения, так получается? Айрис потерла виски, силясь унять вновь вспыхнувшее раздражение. Давай, брат, обвини в любви к деньгам, пофиг на то, что обстоятельства вынудили эту сделку вообще искать — о некрасивой ситуации с Гермионой, спровоцированной упрямством Айрис, уже и забыл, похоже. — Мне плевать, как ты это видишь, — буркнула она в ответ. — Когда дядя Питти только принес слух о том, что мне светит договорной брак, все меня пожалели и с энтузиазмом поддержали меня в негодовании, но никто ничего лучше не придумал, чем оставить меня жить в подполье, сколько понадобится, и просить директора не пускать Юи на территорию школы. Ни у кого не оказалось плана Б, на такой день, как случился, все посчитали, что Юи не сможет добиться своего, забили на вероятность того, что у нее лопнет терпение. Хорошо, что я использовала образовавшиеся благодаря дяде Питти полгода для размышлений о том, могу ли я все же извлечь какую-то выгоду, и теперь, когда я ее извлекаю, не желаю этого стыдиться! Ты прекрасно знаешь, что даже отказ от наследства в моем случае не меняет опекуна! Но перестав сопротивляться, я могу сторговаться на условия получше, как познакомлюсь с женихом, подумаю, что делать, чтобы свадьбу отсрочить или вообще отпетлять. На эту свободу Юи не покушалась, иначе я бы и подумать не могла, что в будущем что-то может измениться. Если при этом притушила мое плохое отношение к ней, то так тому и быть, жаловаться бессмысленно. И знаешь, эту тему я тоже хочу закрыть, я приняла решение и я ему следую, можешь теперь хоть в продажные девки записать. Я считаю, что все сделала правильно. — Извини, я не это имел в виду, — выдавил Гарри после едва заметной паузы и опустил глаза. Повисло несколько неловкое молчание: Айрис не хотелось придумывать новую тему для разговора. Кажется, безопасной сегодня оставалась только погода. — Если я спрошу, откуда твое прозвище, это к очередным обидам не приведет, правда же? — Уточнил Гарри с затаенной надеждой. Похоже, ему тоже совсем не хотелось ссориться. — Не думаю, — пожала плечами Айрис. — Ты какое прозвище имеешь в виду? — Ну, дядя Питти частенько зовет тебя Айви, хотя больше никто так не делает вроде. С этим, наверное, какая-то бородатая история связана? Не просто же буквы заменил? — Да никакой особой истории, это домашнее имя. Мама меня так называла, ну и остальные близкие, понятное дело. Детей волшебников вообще лет до шести-семи часто называют ненастоящим именем, чтобы кому-то чужому было сложнее сглазить, вот и я так, о том, что я Айрис, узнала перед школой. Настоящее имя нравится мне больше, но я совсем не против, если дядя Питти или тетя Туни по старой памяти сбиваются — у них это никогда не звучало, будто "Плющик" равно "Липучка доставучая", так что у меня хорошие ассоциации, я на оба имени откликаюсь. Ты так, я смотрю, наоборот, настоящее имя не особо любишь, раз всем до сих пор представляешься, как Гарри. — Но Гарри — и есть мое настоящее имя. Прозвищ, помимо "ненормальный", у меня никогда не было. — Ты сейчас серьезно? — Абсолютно. — Оу. Ну, я уверена, мы сможем попросить Юи найти для тебя подвеску с ритуала наречения - там настоящее имя выбито. И портреты бабушки с дедушкой, конечно, подтвердят, что тебя назвали в честь прадеда Генри, его домашним именем тоже было Гарри, так что это, можно сказать, традиция...