Я буду рядом 2. Навсегда с тобой

      Проснуться в 9 утра для Элены не было проблемой. Но проснуться в 5 утра в субботу — было чем-то новым. Она поздно уснула, хоть и не помнила, как это случилось, но четко помнит, что разбудило ее. Элис. Лежащая у нее между ног, покусывающая ее животик, поглаживая подрагивающие бедра.       Элена сделала глоток чая с мелиссой, чтобы он помог прогнать ей этот сон в далекие уголки ее воспоминаний. Закрыть глаза, делая глоток чая, было фатальной ошибкой, но открыть их значило отказаться от воспоминания сна. Отказаться от Элис снова Элена не могла себе позволить. Сопротивляться сладкому голосу девушки сонный, уставший и не выспавшийся мозг тоже не мог.       Элена лежала на постели, когда Элис вошла в ее спальню под покровом ночи. На ней было только два полотенца: на бедрах и на шее, которым она вытирала улыбающееся лицо.       — Для моего визита ты слишком укуталась, моя дорогая. — подойдя к постели, Элис сорвала одеяло с женщины, которая лежала в постели только в большой рубашке. — Мммм       Взгляд девушки был прикован к пышной груди, под голодом которого соски начали вставать. Жадно облизав губы, девушка бросила полотенце с шеи на пол. Она медленно подошла к женщине, которая задышала чаще.       — Боишься, сладкая моя? — спросила нежно Элис. — Не нужно. Это я — твоя Элис.       Рука Бо легла на гладкую кожу ножек, поглаживая каждую от щиколотки до бедра. Каждый раз рука меняла ногу и забиралась под полы рубашки все выше и выше, пока однажды не коснулось края кружева.       — Ааах.- сорвалось с губ женщины, и она покраснела, отвернув голову в строну.       — Ну что ты? — сладкий шепот, и нежная рука легка пальцами на подбородок, поворачивая к себе. — Ты такая красивая Элена. Ты всегда принадлежала мне. Ты хочешь, чтобы я сделала тебя своей?        Дыхание Элены сбилось еще тогда, когда Элис сбросила одно полотенце. Ее белье намокло от простого поглаживания. Сейчас же девочка выросла и стала хищницей в ее спальне. Пышная грудь вздымалась, а горячий воздух выдыхался в пальцы Элис. Касаясь губами пальцев, Элена закрыла глаза, выдыхая:       — Боже, да.       Это все что помнит Элена, потому что дальше ее мозг просто попрощался с ней. Элис тут же сняла с себя полотенце, и связала им руки своей любовницы.       Закусив губу, я видела, как горят глаза Элис, как жадно она гуляет ими по моему телу, заставляя меня извиваться под ее взглядом. Ей это не понравилось, и ее руки тут же прижали мои бедра к постели.       — Будешь такой нетерпеливой, я свяжу тебя звездочкой и буду мучить. Ты ведь не хочешь этого?       Эта мысль заставила меня простонать, и расцвести на губах Элис знающую, доминирующую улыбку. Я думала, она так и сделает, дабы наказать меня, но на мои губы обрушились ее. Такие нежные, сладкие, жадные. Ее губы такие быстрые, что я едва успевала ей отвечать, тело девушки прижалось ко мне лишь чуть-чуть, а я застонала в жадные губы. И снова мое горло покинул стон, когда язык Элис ворвался в мой рот в вечных поисках. Он был везде сразу, не задерживаясь нигде достаточно долго, чтобы я смогла поймать его. Гладил мои губы, прошелся по небу, подразнил кончиком мой язык, ловко обходя мои ловушки. А мне очень хотелось взять его в плен губами. И спустя долгий поцелуй, забравший весь воздух из моих легких, на секунду она дала мне обнять губами свой язычок, когда Элис заканчивала поцелуй, медленно вытаскивая его из моего рта.       Я лежала жадно потянувшись к ее губам, но получила лишь ладонь на центре груди, укладывающую меня на лопатки. Дыхание рвано вырывалось из моего горла под сладкую улыбку на губах девушки. Я видела ее, едва приоткрыв глаза. Элис села по постель ближе к моему пылающему телу, поглаживая мое бедро изнутри. Я не могла больше держать глаза даже приоткрытыми, поэтому закрыв их полностью, мое тело давало мне картинку.       Руки Элис были везде, они гладили меня, сжимали мою грудь через рубашку, вырывая из меня хриплые стоны. Элис дразнила меня, только поглаживая мое тело, которое разрывало желание. Я не знала, что можно подчинить себе тело и разум женщины только поглаживаниями. Она даже не спускалась к белью, а оно уже было мокрым настолько, что его можно выжимать. Затем я почувствовала их. Ее жадные губы на моей шее. Они нежно касались кожи, когда ее руки глади мои бедра. Я извивалась под ее руками, открывая шею под ласку. Тело просило еще, но с губ срывались лишь стоны. Это томление, это ожидание наполняло меня с каждой секундой все сильнее. Я потянулась к ней всем телом, но вдруг она исчезла. Ни рук, ни губ, ни жара ее тела. Я распахнула глаза, и увидела Элис, что сидела в ногах постели и жадно изучала меня. Ее взгляд прошелся по моим губам, к шее на грудь, она облизала губы, и закусила их. Я заерзала под ее взглядом, сжала бедра, пытаясь унять бешенную пульсацию.       — Нет. Открой. — раздался глубокий хриплый властный голос.       И кто я такая, чтобы не подчиниться ему? Наградой мне были руки, которые помогли мне раскрыться для моей девочки. Я видела, как ее взгляд был прикован мне между бедер. Она жадно сглотнула, а пульсация моего естества ответило на ее жажду новым приливом нектара. Элис облизала губы, впиваясь ноготками в мои бедра, вырывая стон из моих губ.       — Ааааххх…       — Мокрая девочка думает, что я сейчас возьму ее, да? — девушка наклонилась ко мне и поглаживая мою щеку, прошептав мне в губы. — Нет, сладкая моя. Я возьму тебя тогда, когда я захочу этого. А не ты. Ты ведь моя. И я решаю здесь. Закрывай глазки, моя любовь, и наслаждайся моим поклонением тебе.       Последнее что я увидела, было жадный и голодный взгляд бездонных серых глаз, когда руки Элис в клочья разорвали мою рубашку. Ее рот тут же накрыл мою грудь, осыпая ее поцелуями, укусами, лаской языка. Я чувствовала тело Элис между своих ног, и каждый раз, когда язык девушки проходился по моим соскам, я пыталась найти что-то, к чему можно прижаться, и я нашла. Тело Элис. Крепкое, горячее тело моей девочки, я подалась бедрами, извиваясь под языком и руками девушки, но то, что произошло мгновением позже, вознесло меня на край за секунду. Элис укусила меня за сосок, крепко сжав его, и подалась бедрами к мои, вжимая меня своим натиском в матрац.       — Даааа…- я сжала руками полотенце на запястьях, и подалась бедрами к ее снова. — Еще…прошу…еще Элис!       Девушка не слышала моих просьб, она отодвинулась, и нежно мяла мою грудь, иногда вжимая пальцы в плоть. Я хныкала, стонала, просила ее о пощаде, сжалиться надо мной, дать мне всю себя хоть на мгновение, получая в ответ укусы, засосы и ласку языка на груди.       — Умоляю любимая…пожалуйста…умоляю… — застонала я во весь голос, когда жажда ее тела во мне стала нестерпимой. Нежный шепот был мне ответом.       — Не так сложно, правда? Я годами ждала этих слов, а ты мучала меня. Чертовка моя. Ты ведь хорошая девочка, да?       — Да, да! Прошу любимая, умоляю любимая…пожалуйста Элис…       Я едва сдерживалась, шепча бессвязно, жадно льнула к любимой, пока ее губы терзали мои в коротком, но полном страсти поцелуе. Она замерла только на мгновение, чтобы сорвать с меня мокрое насквозь белье. Когда она прижалась ко мне своим естеством, своим жаром, я вцепилась в ее затылок, повесив свои руки на ее шею.       — Ооо Боже, даааа — застонала я хрипло, когда Элис замерла. — Умоляю еще…       И Элис сжалилась, она двигалась между моих бедер как бешеная, вдавливая меня в матрас, когда я царапала ее затылок и шею. Ее толчки заставляли постель ходить ходуном, сколько страсти в ее теле было. Ее сладкие речи ласкали мое ухо, а губы иногда кусали шею, ставя свои метки. Звуки встречающихся мокрых тел заполнили комнату, а я не могла унять свой голос. И когда я была на самом краю, Элис выскользнула из моих рук, и сжала мои бедра. Я подалась ими вперед, в надежде найти там то, что потеряла, но нашла на много большее. Рот Элис. Она взяла всю меня в свой жадный, голодный горячий рот, входя в меня своим языком на всю длину. Это стало моим концом. Выгнувшись, через мгновение я прижала ее к себе, захватив ее голову бедрами, пока мое тело сотрясал лучший оргазм за всю мою жизнь. Ее пальцы впивались в мои ягодицы, пока я кончала в ее ротик. Спустя долгие несколько минут, когда мое тело ослабло, и отпустило Элис, я чувствовала ее язык на себе, в себе, как ласково она обводила им стенки меня, как сладко она целовала меня, играя языком с губами, пока я подрагивала в руках любимой. Я едва дышала, когда открыла глаза, поглаживая ее мокрые волосы. Она была такой довольной, ленивой, с сощуренными глазами и нежной улыбкой на губах. Они раскрылись сказать мне что-то…       — Элена?       Женщина очнулась от воспоминаний с красным лицом и сбитым дыханием. Чашка выскользнула из пальцев и, покатившись, разбилась о пол. Сестры посмотрели на чашку, и Джин оказалась около сестры.       — Элена, милая, что с тобой? — агент сразу начала осматривать сестру, гладить ее лицо, губами прижавшись ко лбу. — Ты вся красная, но не горячая.       — Я …задумалась, прости. — Элена с трудом нашла свой голос, и сжала руки встревоженной сестры в свои. — Я просто испугалась, когда ты коснулась меня. Прости, я сейчас уберу осколки.       Джин усадила Элену, которая, хотела встать. Она сама убрала осколки, налила себе кофе, а сестре новую порцию чая. Сев Джин стала молча наблюдать за сестрой. Краснота глаз, лица, легкая дрожь рук. Сестра не смотрела ей в глаза и на нее.       — Что заставило тебя встать так рано, дорогая? Ты вообще спала? — мягко спросила Джин.       — Да, наверное, не много. — я задумалась. « А сколько я спала вообще? Пару часов? Возможно». — Думаю, я прилягу, дорогая. Мне сделать тебе обед?       — Нет, я перекушу на работе. Отдыхай моя хорошая. — Джин поцеловала сестру в макушку, и проводила до ее постели. Через несколько минут Джин покинула дом, думая о состоянии сестры и ее странном поведении.