Однажды в Плезантвью. Часть 2

Когда Дримеры подъехали к особняку и вышли из машины, Уиллоу уже успела отойти от истерики, но ещё не много всхлипывала, а ее хрупкое тело дрожало. — Какое счастье, что мы вернулись!.. — облегченно вздохнула Кассандра, обнимая перепуганную дочь. — Страшно представить, что было бы, если бы мы всё-таки уехали... — Ты права, дорогая. — утвердительно кивнул Даррен. — Верно говорят, все, что не случается — к лучшему. — Ну и денёк выдался! — воскликнул Дирк, вытирая со лба капли пота. — Мне уже пора ехать. — Как же? Ты с нами не побудешь? — спросил Даррен. — Лилит звонила и попросила отвезти их с Люси в торговый центр. Так что, в другой раз к вам загляну. Затем Дирк подошёл к Уиллоу и ласково потрепал ее за щеку. — А ты, сестрёнка, смотри, больше не делай глупостей. Ты хорошо заставила нас понервничать. Девушка в ответ лишь застенчиво улыбнулась. Отец и дочь, обнявшись, сидели на диване в гостиной и наблюдали как потрескивал огонь в камине. Припав к отцовской груди, Уиллоу невольно перебирала в памяти некоторые эпизоды из далекого детства. Когда ей было около пяти лет, она любила кататься на розовом трёхколёсном велосипеде. Однажды девочка так увлеклась ездой, что не рассчитала скорость и врезалась в валун. Потеряв равновесие, Уиллоу вместе с велосипедом упала на асфальт и закричала от пронзительной боли. На шум тут же прибежал обеспокоенный Даррен и, подняв плачущую малышку, обнаружил, что ее колено было разбито, а ладони ободраны до крови. Мужчина отнес девочку в дом, умыл ее и принялся обрабатывать шрамы. Когда Даррен касался ее ссадин ватой смоченной в перекиси водорода, Уиллоу каждый раз выкрикивала от боли, поэтому он тут же дул ей на раны, дабы облегчить страдания любимой малышке. После проделанной процедуры мужчина усадил дочь себе на колени и, крепко обняв ее, стал слегка покачивать и чуть слышно напевать детскую песенку. Девочка быстро успокоилась в отцовских объятиях и, позабыв о случившемся, как ни в чем не бывало, снова ушла играть во двор. Когда Уиллоу училась в первом классе, ее иногда задирали мальчишки со школы. Однажды, когда она возвращалась домой с занятий, к ней пристали несколько хулиганов. Стянув с нее рюкзак, они стали играть с ним как с мячом, бросая друг другу. Девочка растерянно бегала из стороны в стороны с протянутыми руками, в надежде перехватить в воздухе рюкзак, а мальчики лишь дерзко насмехались и корчили ей гримасы. В этот момент Уиллоу чувствовала себя такой униженной и беспомощной, что уже была готова расплакаться от обиды и несправедливости. К счастью, вскоре пришел Даррен, который в этот день должен был забрать ее с занятий. Мужчина со всей строгостью отчитал обидчиков своей дочери, а те не на шутку перепугались и с тех пор никогда не смели даже близко подходить к девочке. В детском сознании Уиллоу папа был тем, кто всегда защитит, тем, на кого можно положиться. С папой никогда и ничего не страшно, с ним можно преодолеть любые трудности. И даже сейчас, находясь в его сильных теплых руках, девушка ощущала покой и безопасность, как когда-то несколько лет назад. В гостиную вошла Кассандра и села рядом на диван так, что Уиллоу была посередине. Она погладила дочь по голове и заботливо спросила: — Как ты, милая? — Все в порядке, мама. — слабо улыбнулась девушка. — Вы рядом, и это главное. — Ах, Уиллоу, какое счастье, что ты снова с нами! — воскликнула Кассандра. — Страшно подумать, что если бы мы потеряли тебя. Мы чуть с ума не сошли. — Я тоже испугалась, что уже больше никогда не увижу вас. И как я могла поверить этому Лотарио? При упоминании биологического отца на лице Уиллоу выступила гримаса отвращения. — Ах, дочка, в случившемся есть доля и нашей вины. Если бы мы с папой ничего не утаивали и с самого начала рассказали тебе все как есть, возможно, с тобой бы не приключилось всей этой истории. Ну откуда тебе было знать, что Дон такой негодяй? — Ну что ты, мама, вы ни в чем не виноваты. Я знаю, вы молчали, потому что хотели меня уберечь, а я... Я поступила с вами очень подло, особенно с тобой, папа. — Уиллоу взглянула на Даррена, ее зелёные глаза наполнились слезами. — Я такого тебе наговорила, что теперь не знаю, как мне загладить перед тобой вину. Мужчина обхватил ладонями лицо дочери и, глубоко заглянув ей в глаза, мягко улыбнулся. — Не думай об этом, родная, я уже простил тебя. Припав на шею отца, Уиллоу расцеловала его в обе щеки, а затем горячо обняла мать. — Я вас так сильно люблю! Вы у меня самые дорогие люди, роднее и ближе вас у меня никого нет! — с чувством пролепетала девушка. — А про меня, сестра, ты не забыла? В комнату вошёл Леон, весело смеясь. Уиллоу подбежала к юноше и обняла его. — Ах, Леон, конечно же я не забыла про тебя. Ты самый лучший брат на свете, о котором только можно мечтать! Даррен и Кассандра, переглянувшись, улыбнулись и, подойдя к детям, с двух сторон обхватили их руками. Как хорошо снова оказаться дома и чувствовать тепло семьи! Мэтью стоял напротив зеркала и, пристально вглядываясь в свое отражение, расчёсывал волосы. На нем были до идеала выглаженные белая клетчатая рубашка с короткими рукавами и голубые джинсы, а так же до блеска начищенные белые кеды. На лице юноши читалось волнение, он то и дело бормотал себе под нос: — Уиллоу, привет... я рад видеть тебя... нет, не так... Уиллоу, как хорошо, что ты осталась... Черт!.. Понравятся ли ей цветы? Не пошлет ли она меня опять куда подальше?.. Взгляд Мэтью упал на букет розовых гербер стоявший в вазе, на подоконнике. Почти всю ночь он толком не спал, думая о любимой девушке. Розенкранц то и дело постоянно проверял свой смартфон в надежде получить сообщение или звонок от Уиллоу, однако ее со вчерашнего дня не было в сети. Неужели она навсегда уехала, и он больше никогда ее не увидит? Но ведь она обещала ему позвонить! А может, он зря беспокоится, и она решила остаться в Плезантвью? Но где именно она сейчас? Несколько часов ожиданий оказались для Мэтью настоящей пыткой. Вдруг он услышал как зазвонил его телефон. С бешено бьющимся сердцем он взял в руки смартфон и увидел на экране, что звонит Леон. — Привет... — взволнованным голосом произнес Розенкранц. — Привет, Мэт. — в трубке раздался голос друга. — Я сейчас мимо твоего дома прохожу. Не выйдешь на пару минут? — Да, да, я сейчас! Мэтью схватил букет гербер и стрелой выбежал из дома на улицу. Увидев опрятно одетого друга, да ещё и с цветами, Леон изумлённо поднял брови. — У меня к тебе есть небольшая просьба. — сразу перешёл к делу Дример. — Я взял на каникулы школьное задание, мне к началу августа нужно подготовить доклад по физике. Сам знаешь, победителю обещали денежное вознаграждение. Почему бы не попытать удачу? Я кое-что уже накидал и сохранил себе на флешку. Сможешь посмотреть, как будет время? — Да, конечно, я посмотрю. — растерянно пробормотал Розенкранц. Леон достал из кармана брюк флешку и протянул ее Мэтью, а затем, взглянув на него с любопытством, наконец спросил: — А куда это ты такой ряженый намылился? — Леон, я вчера общался с твоей сестрой. Она мне говорила, что собирается ехать в Риверсайд с этим самым Доном. Скажи, Уиллоу уехала или нет? Дример принял скорбное выражение лица и тяжело вздохнул: — Да, Мэт, она уехала... Розенкранц тут же побледнел в лице. Внутри него что-то оборвалось, он повесил голову и в отчаянии проговорил: — Она же обещала позвонить мне... Что же, выходит, я совсем для нее ничего не значу... Из губ Леона тотчас вырвался смешок. Мэтью негодующе посмотрел на приятеля и резко выпалил: — Чего ты ржёшь? — Видел бы ты сейчас свою физиономию, дружище. — с игривой улыбкой произнес Дример. — Да пошутил я, дома твоя Уиллоу. Дома. Мэтью поднял на Леона лихорадочно блуждающие глаза, к его щекам снова прилила кровь. — Ты сейчас серьезно говоришь?.. — недоверчиво произнес Розенкранц. — Серьёзней некуда. Из губ Мэтью вырвался радостный возглас, и он стиснул товарища в объятиях. Затем его лицо приняло строгое выражение, и он пихнул Леона в плечо. — Засранец! Я тебе покажу, как пугать меня! — Иди уже, пока эта шалунья опять куда-нибудь не сбежала. — громко рассмеялся Леон. Розенкранц со всех ног помчался к дому семьи Дример и, оказавшись у порога, позвонил в дверь. Ему открыт Даррен. — Здравствуй, Мэтью. — мужчина приветливо улыбнулся юноше и пожал ему руку. — Ты, верно, к Уиллоу идёшь? — Да, мистер Дример. Уиллоу ведь дома? — Конечно, она сейчас у себя. Заходи. Мэтью вошёл в помещение и, поднявшись на второй этаж, с замирающим сердцем на несколько секунд остановился у двери ведущей в комнату Уиллоу, а затем постучал в нее. — Войди. — раздался за стеной звонкий девичий голос. Юноша робко открыл дверь и тихо шагнул в комнату. Уиллоу сидела за туалетным столиком в лёгком лилового цвета платье и подбирала волосы заколкой. Мэтью невольно залюбовался ее красивым очерченным профилем, на его лице растянулась мечтательная улыбка. — Леон, ты ещё не ушёл? — она задала вопрос, не отрывая взгляд от зеркала. — Я тут подумала... — Здравствуй, Уиллоу. — прервал ее юноша. Девушка повернула голову в сторону и удивлённо посмотрела на Розенкранца. — Мэтью? Привет... Уиллоу поднялась со стула и неспеша зашагала к другу. — Я очень рад видеть тебя. Хорошо, что ты дома. Держи это, тебе. — юноша протянул букет гербер подруге. — С возвращением. — Господи, какая прелесть! — восторженно произнесла девушка, принимая подарок. — Спасибо, Мэтью. Закрыв глаза, Уиллоу полной грудью вздыхала душистый аромат цветов, ее щеки тут же порозовели. — Я вижу, ты уходишь. Наверное я не во время пришел. — Если честно, я собиралась идти к тебе, но ты меня опередил. — Правда? Я как чувствовал... Серые глаза юноши заискрились радостью, его губы алели. Он, устремив на собеседницу влюбленный взгляд, не в силах был оторваться от нее. Смутившись, Уиллоу опустила глаза, затем снова подняла и робко спросила: — Что такое, Мэтью? — Ничего. Просто ты... ты такая красивая... — завороженно проговорил Розенкранц. Сердце девушки взволновано забилось и, чтобы скрыть внезапно схвативший ее трепет она указала рукой на кровать, предлагая приятелю присесть. Когда оба удобно расположились, Мэтью задал вопрос: — А почему ты не уехала со своим отцом? — Дон мне вовсе не отец. — с презрением ответила Уиллоу, скрестив руки на груди и поджав губы. — Я дочь Даррена Дримера. А этот проходимец пусть валит куда подальше и больше не появляется в моей жизни. Видеть его не хочу! — Он тебя чем-то обидел? — Помнишь ту книжонку, которую ты вчера мне передал? Я знаю, тебя попросила об этом мама, это был ее личный дневник, который она вела много лет назад. Она писала про знакомство с Доном, о том, как развивались их отношения, и как он предал ее в конце концов. И знаешь, что я заметила? Слова мамы и слова Дона идут вразрез друг другу. Он нарочно исказил историю, выставив мою мать предательницей, а сам изображал передо мной жертву. Это сколько же времени он делал из меня идиотку и водил за нос! — возмущённо вскрикнула девушка, разводя руками. — Конечно, я потом высказала Дону все, что думаю о нем. Он просил у меня прощение, даже на колени встал, убеждал, что любит меня, но мне было противно это слушать. А потом Лотарио меня схватил и с силой пытался затолкать к себе в машину. Он хотел увезти меня против моей воли. Мэтью, я чудом спаслась! Как раз в это время мимо проезжала машина Дирка. Родители с братьями собиралась ехать в Ривер Хиллс, но у них случились некоторые неприятности по пути, и они вынуждены были вернуться назад. Мои родные вступились за меня, и вот теперь я дома. Ах, если бы не эта случайность, жутко вообразить, чтобы было со мной. Розенкранц слушал подругу внимательно, раскрыв от удивления рот. — Неужели Лотарио был готов пойти на такую низость? — Дону никогда в принципе не нужны были дети. А теперь ему, видите ли, стало одиноко и он посчитал, что теперь я должна остаться с ним на старости лет. Я ему что-ли вещь или игрушка , чтобы распоряжаться мной, как ему вздумается? — Знаешь, Уиллоу, всё-таки немного жаль его. — А вот и не жаль, ни капли! — отрезала девушка. — Лотарио подлец и эгоист, а самое мерзкое то, что я точно такая же как и он. — О, нет, Уиллоу, ты не такая, ты другая. — возразил юноша, покачав головой. — Ты очень милая, добрая. — Ах, Мэтью, не говори так. Я принесла очень много горя своим близким. — сокрушалась девушка, ломая руки. — Из-за этого Дона я поссорилась со своими родными, ушла из дома. Я чуть было не отреклась от того, кто все эти годы по-настоящему меня любил и был для меня отцом. — Но ведь ты осознала свои ошибки и раскаиваешься. — Мэтью, я и перед тобой очень виновата. — Передо мной? О чем ты говоришь? — юноша озадаченно посмотрел на подругу. — Помнишь ту страшную ночь, на вечеринке в доме моего бывшего парня? Этот ублюдок чуть было не воспользовался мной, но ты и Леон спасли меня, а я даже вас не поблагодарила. Прости меня. — Не бери в голову. — отмахнулся Розенкранц, улыбнувшись. — Мы же друзья и должны выручать друг друга. — Я вела себя как полная дура. После того случая, я должна была окончательно порвать с этим мерзавцем, но снова поверила ему, да ещё и с тобой поссорилась. — Ну ладно, Уиллоу, прекрати заниматься самоедством. Это все уже в прошлом, да и я вовсе не сержусь на тебя. — И все таки, ты тогда поступил очень храбро, я перед тобой в долгу. Спасибо тебе. С этими словами Уиллоу наклонилась к Мэтью и запечатлела на его щеке поцелуй. Лицо юноши залилось краской, он чувствовал как пылали его щеки. Оба подростка в эту минуту испытывали неловкость и смущение и не смели поднять друг на друга глаз. — Уиллоу, не хочешь прогуляться? — наконец прервал молчание Розенкранц, украдкой взглянув на собеседницу. — Конечно, с удовольствием. — с улыбкой ответила девушка. Весело рассмеявшись, Мэтью встал с места и, взяв подругу за руку, увлек ее за собой.