Шуточка, конечно, удалась!

Один из ничем непримечательных домов. Поднялась на крыльцо, позвонила в звонок. На пороге предстала довольно милая женщина с безвкусным, по мнению Драко, фартуком. — Привет, дорогая, заходи, — она лучезарно улыбнулась Грейнджер и, пропустив, ушла в неизвестном направлении. Как бестактно! Гермиона не спеша зашла, Драко же продолжал мяться на крыльце. — О, я как погляжу, нашему аристократу нужно особое приглашение. Ну что ж, проходи, Малфой, не стесняйся! — проговорила девушка и сделала неопределенный жест, приглашающий в дом. Усмехнувшись, блондин зашел в дом, продолжая держать руки в карманах брюк. Он держался холодно. Мог бы, конечно, и ответить, были бы они одни. Дом был довольно милый, впрочем, как и все на этой улице, но неизвестный. Ему хотелось сохранять спокойное лицо, не показывая своего удивления, дабы Грейнджер не растрезвонила всей школе о том, какой Малфой неумеха. Ему даже подумать страшно, как может это подорвать его репутацию. Хотя, с другой стороны, нет ничего, что может заставить людей усомниться в его авторитете, а слово грязнокровки — и подавно. Гермиона спешила к матери на кухню, помочь накрыть на стол. За столом сидел мужчина, внимательно читая газету. На носу красовались очки-прямоугольники, как у МакГонагалл. Заметив присутствие еще одного человека, он поднял взгляд и стал изучающе смотреть на Драко. — Гермиона, кто это? — мужчина, который, по всей видимости, являлся отцом Грейнджер, сделал явный акцент на последнем слове. Девушка быстро обернулась, переводя взгляд с отца на хорька, а потом, пробубнив что-то вроде: «Ох, совсем забыла», ответила: — Мам, пап, это Драко Малфой. Он поживет у нас эту неделю. Просто в школе проходит предмет по изучению маглов — то есть обычных людей — и это новая программа, так сказать, побыть маглом. Вот его и отправили к нам домой на каникулы, — Гермиона с надеждой смотрела на непонимающих родителей. — Простите, если обременяю вас, — подал голос Драко. Как всегда, исключительно вежлив. Для показухи, конечно. — О, ничего-ничего, — засуетилась миссис Грейнджер, — мы все понимаем! Задания, школа — дело такое! — Спасибо, — слегка кивнув головой, ответил блондин. Обычный холодный, беспристрастный Малфой, без тени улыбки на лице — а мог бы, хотя бы ради приличия. Немного обескураженная природным холодом этого молодого человека мама Гермионы растерялась, однако, взяв себя в руки, пригласила всех к столу. Сели. Напряженная тишина повисла, точно, как туман над Лондоном. Мешающий, раздражающий и даже пугающий. Гермиона, как ни пыталась, не могла найти подходящей темы для разговора. Стук фамильных приборов из серебра по тарелкам уже напрягал слух. От такой обстановки девушке хотелось, как минимум вскочить с места и подняться к себе в комнату. Максимум — провалиться сквозь землю. Плюс, Малфой между делом испепелял ее взглядом полным усмешки и все того же презрения — фирменный взгляд. — А вы, молодой человек, на каком курсе? — наконец нарушил тишину мистер Грейнджер. Можно поклясться, что два облегченных вздоха вырвались из представителей женского пола. Отец же все также скептически смотрел на Драко, пытаясь понять его. — На шестом, — коротко ответил Малфой. — Значит, вы сокурсники с Гермионой. Быстрый кивок головой. Было видно, что он не горит желанием продолжать разговор. Дальше снова глухая тишина, прерываемая постукиванием приборов. Однако не такая устрашающая. Наконец этот ужин подошел к концу, и Гермиона, получив от мамы задание приготовить гостю комнату, покинула компанию, чему была рада. Маленькая комната, когда-то бывшая комнатой самой Гермионы, теперь — гостевая. Достав из шкафа постельное, подушку и одеяло, она вышла из комнаты. В ее планы не входило обслуживание Малфоя. Если уж жизни вздумалось проучить этого засранца, то она с удовольствием поможет! Она точно знала, что хорек будет мучиться с постельным бельем не меньше двух часов. Эх, жаль, что рассказать в школе нельзя. Осуждающий взгляд Рона и недовольное постукивание пальцами, смешивающееся с неверящим взглядом, Гарри, она не переживет. Это же не меньше двух недель неустанных вопрошаний на тему: «Как ты могла, Гермиона?» Тяжело вздохнув, Грейнджер вышла из комнаты. Не спеша дошла до своей. Будто боясь, повернула ручку. Каждый раз так происходит. Она отвыкает от здешней обстановки. И она становится ей чужой. Кажется, что всю жизнь жила в Хогвартсе, но никак не здесь, в родном доме, на родной улочке в обычном Лондоне. Снова закрыв дверь, она спустилась вниз. Лучше бы она этого не делала! Отец, сидящий на диване в гостиной, активно расспрашивал Малфоя, который снова не горел желанием отвечать. Очки-прямоугольники угрожающе поблескивали, а карие глаза им откровенно подыгрывали. Однако Малфой и не собирался сдаваться. Сложив руки на груди, он упрямо смотрел в глаза мужчины, окатывая волной холода. Можно было подумать, что Малфой будущий жених Грейнджер, что невозможно и вообще бредово. Однако отец Гермионы так не считал. Во взгляде читалось искреннее недовольство, а слизеринца он, кажется, и вовсе принимал за самца-чужака. Набрав в легкие побольше воздуха, она с шумом выдохнула. Спустилась по лестнице, стараясь привлечь внимание, чтобы это кошмар закончился. — Пап, — окликнула она отца, — Малфою пора идти. Он с дороги, уставший, ему бы поспать, — она говорила спокойно и как можно дружелюбнее. А сама не верила, что докатилась до того, что выгораживает злейшего врага, хорька. — Хорошо, — короткий кивок. Малфой едва видимо усмехнулся и встал с дивана. Мистер Грейнджер проводил его недовольным взглядом. Знал бы он, почему Малфой себя так ведет! Благо, Гермиона не считает нужным рассказывать все, что творится в их школе. Поднялись по лестнице; Драко недовольно озирался, кривя носогубную складку. Прошли в комнату. С такой же миной вместо лица осмотрелся. Взгляд упал на незастеленную кровать. — Мне самому стелить? — брови поднялись вверх. — А ты как думал? Я за тобой ухаживать не собираюсь! Уж больно нежеланный гость! — она уже собралась уходить, но снова прошла в комнату и шепотом сказала: — И еще, будь вежливей. Если бы не я, то валялся бы ты в какой-нибудь подворотне. А родителям свое «фе!» показывать не надо. Завтра, когда пройдешь на кухню, попросишь прощения и сошлёшься на усталость и недомогание. Так что давай, Малфой, приветливей-приветливей! — она сделала подходящий жест руками. — Грейнджер, — капля безнадежного смеха вырвалась из груди, — ты действительно думаешь, что твои поверят в это? Не знаю как мать, простите, миссис Грейнджер, — с сарказмом поправился Драко, уловив недовольный взгляд Гермионы, — но отец — не поверит. Думаю, природное занудство ты унаследовала от него! — он часто закивал. — Да-а? Ну тогда свой снобизм ты взял у своего отца! — не осталась в долгу девушка. — Что поделать, Малфой! Гены, гены! — она также мелко закивала. — А теперь прошу, стели себе свое королевское ложе! — Грязнокровка! — прошипел вслед Малфой. — Ты тоже…– тихо сказала Гермиона, остановившись в дверном проеме. — Здесь! — вышла из комнаты. Драко негодовал. Откуда у этой заучки взялось столько наглости! Совсем страх потеряла. Вот была бы у него палочка… Блейз, мысленно простонал Малфой, свалившись на кровать. Он уже и думать практически о нем забыл. Забини не поздоровится, когда он приедет. С такими мыслями Малфой постепенно отошел ко сну.