Дьявол в деталях

Напросившись на приём к Линде, и кое-как уняв гнев, Люцифер угрюмо смотрел на веселящуюся "Роскошь". Клуб кипел и бурлил в водовороте очередной сумасбродной вечеринки, и Люцифер с какой-то детской обидой силился постичь дикую для него мысль, что кто-то так сильно ненавидит это место, что жаждет разрушить его. Для чего? Потому что, как предположил Хмурый, девушка бросила? Абсурд! В "Роскошь" каждый вечер приходят десятки красивых женщин. И даже весьма прелестных! Опять же, если того мудака бросила женщина, причём здесь клуб? Глупость какая! Люцифер окончательно запутался и, чтобы успокоиться, поднялся в пентхаус, налил себе выпить и сел за рояль. Музыка умиротворяла и расслабляла. Когда он пять лет назад удрал из Ада на Землю, падшего ангела совершенно заворожили звуки рояля, и он клятвенно пообещал себе непременно обзавестись этим прекрасным инструментом. И завёл аж два! Один рояль стоял в зале клуба, второй в апартаментах. Однако не всякая музыка оказывала на него столь благостный эффект. К примеру, Люцифера ужасали и отвращали рэп и хип-хоп. Чернокожие создали великолепные, воистину дьявольские джаз и блюз и, точно в издёвку над самими собой, придумали омерзительный речитатив под не менее мерзкую музыку. Оскорбление слуха! - Хорошо играешь. - Хотел бы я знать, как ты вырвался из рук Мейзикин, Хмурый, - насмешливо отозвался Люцифер. - Сказал, что хочу выпить. - Не стесняйся. Звякнуло стекло, и к роялю подошёл Хотч в брюках и наспех застёгнутой рубашке. В пальцах он держал бокал виски. - Помощь нужна, Хмурый? Можем сообразить тройничок, - продолжая наигрывать, посмеиваясь, предложил Люцифер. – Я научу тебя позе "Эйфелева башня". Уверен, ты о такой не слышал. - Обойдусь, - Хотч сделал глоток. – Что ещё можешь сыграть? - Что захочешь. - Сыграй "Битлз". Люцифер на миг задумался, и по залу запрыгал ритм "Свинок", а он запел: - Вы видали этих свинок, что лежат в грязи? И для каждой этой свинки всё труднее жизнь… Если тебе интересно, Хмурый, Мэнсон в Аду. Я придумал для него замечательную пытку: он думает, будто сидит в своём доме, смотрит телевизор, и вдруг на экране появляется Шэрон Тейт и начинает петь эту песню. У неё на руках новорожденный, и он тоже поёт. И повсюду куча свинок свински так живёт. Свиноматки им готовят, чтоб набить живот, - Люцифер пробежал пальцами по клавишам и заиграл "Хелтер скелтер". - Плохая пытка, - к его удивлению невозмутимо выдал Хотч. – Я говорил с Мэнсоном. Он был нарцисс и психопат. Своей пыткой ты напоминаешь ему, что "семья" сотворила по его приказу и подпитываешь его эго, его тщеславие. Даже в аду он не забыт! Сам дьявол помнит его заслуги! - А что бы сделал ты? – полюбопытствовал слегка опешивший Люцифер и заиграл "Всё, что тебе нужно, - это любовь". - Чтобы он шёл по людной улице и всем говорил, кто он, и никто бы его не узнал, - Хотч сделал ещё глоток. - Не желаешь стать королём Ада, Хмурый? Вакансия свободна, - хохотнул Люцифер. - Я уже в аду. Я ловил и допрашивал убийц столь жестоких и изощрённых, что тебе и в самых страшных кошмарах не снились, - виски кончилось. Хотч поставил бокал на переднюю крышку рояля, и Люцифер немедленно наполнил его из бутылки, что стояла перед ним. - И все они в Аду. Те, кто умерли, естественно. А кто жив, однажды непременно в него попадут. – Люцифер затянулся сигаретой и заиграл "Пойдём со мной". – Ты не знаешь, о чём говоришь, Хмурый. В Аду тихо жарко и темно. Пепел повсюду. Ад похож на соты. Каждая ячейка – клетка, где заперта душа, которая раз за разом переживает свои грехи и свою вину. Прелесть в том, Хмурый, что душа не знает – земная жизнь кончена. Всё кажется реальным! Даже безумие. Представь самое страшное, что случалось в твоей жизни; в чём ты сильнее всего винишь себя. Оно и станет твоей пыткой. Вечно! Как замкнутый круг. Как хелтер скелтер. Пойдём со мной прямо сейчас, не отставай, - пропел он и сделал глоток виски. - Как же второе пришествие и Судный день? - Это отец придумал. Аменадиил по его приказу пустил слушок через святых и пророков и понеслось… Особенно постарался Иоанн Богослов. Какой слог! Даже у меня мурашки бегали. Надежда – лучшая папина пытка для его никчёмных творений. Где мне до него? Ты занятный человек, Хмурый, - Люцифер отсалютовал агенту бокалом, сделал большой глоток, продолжил: - Обычно, когда я говорю, что я Дьявол, людишки либо не верят и считают меня сумасшедшим, либо думают, будто я изъясняюсь метафорами. Ты же совершенно спокоен, - и заиграл блюз. - С чего мне раздражаться? – Хотч неопределённо пожал плечами. – Ты нашёл свою тактику эскапизма и придерживаешься её. В этом нет ничего дурного, если это тебя успокаивает. Ты взял за основу образ этакого рокнрольного дьявола, для кого каждый день праздник – вечеринки, секс, алкоголь… Даже твоя работа консультантом полиции – игрушка и забава. Лишь бы забыться и не чувствовать своё одиночество. - Что за ерунда, Хмурый? Я не одинок! - Неужели? – вкрадчиво спросил Хотч. – Ты сжигаешь день за днём. Тебе кажется, будто у тебя полно друзей, но это не так. Если ты Дьявол, люди вокруг – твои должники. Ты думаешь, что у тебя есть женщины? И снова заблуждение… - У меня много женщин, Хмурый! В отличие от тебя, - Люцифер начал сердиться. - Партнёр по сексу – не женщина. Просто партнёр по сексу. Хоть одна из них пытала тебя сладостями? Не в постели и не во время секса. Хоть одна заходила или звонила, чтобы просто узнать: всё ли у тебя в порядке? Ты чувствовал привязанность хоть к одной из своих партнёрш? А они к тебе?.. Ответить на сей выпад Люцифер не успел. - Ты, кажется, собирался выпить, Аарон, а не беседы разводить, - со спины на грудь Хотча скользнула тонкая женская рука. Пальцы другой несильно сжали горло. Мейзикин выглянула из-за левого плеча агента и недовольно нахмурилась. – Этот смертный мой, Люцифер, - проурчала она. – Болтай со своими детектившей и доктором, а с Аароном я как-нибудь сама управлюсь. В один миг её лицо изменилось, обнажив демоническую сущность Мейзикин – истерзанная сожжённая плоть; сквозь рваную дыру в щеке проглядывал ряд ослепительно белых зубов. Кончик по-змеиному длинного тонкого языка игриво и интимно скользнул по ушной раковине Хотча. Тот повернулся, и подлинный облик Мейз немедленно уступил место её земному воплощению. - Будь хорошим мальчиком и вернись в постель. Или в следующий раз я прикую тебя адскими кандалами, - мурлыкнула она и потянула Хотча за собой. Оставшись в одиночестве, Люцифер выпил, докурил сигарету и заиграл нечто тягучее, располагающее к размышлениям и успокаивающее. Заявление смертного не на шутку рассердило короля Ада и едва не вывело его из себя. И что за день сегодня такой?! Сперва выяснилось, что их убийца жаждет разрушить репутацию обожаемого Люцифером клуба; его детища, которым он справедливо гордится. Теперь человек наговорил ему глупостей. Он не одинок! У него есть Мейз и детектив, и Линда. Тут его кольнуло нехорошее понимание, что с Хлои они лишь напарники, Мейз дала клятву, а Линде он платит. Платят ли люди за дружбу? За любовь уж точно платят. Или он перепутал, и платят за секс, а не за любовь? И немедленно задался резонным вопросом: в чём разница? Сам он, к примеру, любит своих женщин (да и мужчин, чего уж там), а они любят его. Память услужливо напомнила недавние слова Хмурого, и Люцифер слегка растерялся, потому что ни один его партнёр не звонил ему просто поболтать. Впрочем, какая польза от болтовни? Ещё одно вежливое напоминание себе любимому, что от болтовни с Линдой польза есть. Вывод: люди платят за любовь, а он платит за дружбу. Всё по-честному. Успокоившись, Люцифер долил себе виски и заиграл "Был очень трудным день". Новое утро он застал за уже знакомым занятным зрелищем – Мейзикин увлечённо пытала Хмурого едой. На сей раз тёплыми мягкими бельгийскими вафлями с взбитыми сливками. Агент вяло отнекивался, очевидно, смирившись с неизбежным. Это позабавило Люцифера. - Раскормишь меня, я стану толстым и неповоротливым, - шутливо грозился Хотчнер. - Ночью сгонишь лишний вес. А может, и в обед, - проникновенно пообещала Мейз, выдавила на очередную вафлю гору сливок и сверху украсила ягодой клубники. Хотча спас телефон. Звонил Морган, чтобы предупредить – случайный прохожий нашёл труп. По всем признакам новая жертва. Нет, в прессу не просочилось. Пока. Дерек назвал адрес и по-доброму смешливо поддел босса вопросом: стоит ли звонить Морнингстару? В ответ Хотч объявил, что Люцифер стоит рядом и подслушивает, и они уже едут. Шутливый тон он воспринял, как нечто, с чем стоит примириться. Стоит ли сердиться на коллег за незатейливые подколки? Не нужно усилий, чтобы объяснить их причину. У рассудительного здравомыслящего и прежде ни в чём предосудительном не замеченного начальства внезапный бурный роман. Не посудачить и не пошутить о нём – смертный грех. Как известно, не пошутишь – не весело. Пусть сплетничают. От него не убудет. Ухватившись за шанс сбежать от вафель, он сообщил о найденном трупе и том, что ему и Люциферу необходимо срочно ехать на место обнаружения тела, Хотч подхватил пиджак, поблагодарил за завтрак и обещал Мейзикин, что обязательно позвонит. И в щёку на прощание поцеловал, оставив демоницу в состоянии шока. Никто и никогда не целовал её вот так – просто поцелуй без секса и даже намёка на оный. И не благодарил за пытку. Да что не так с этим смертным?! Воспользовавшись тем, что верная Мейз застыла в ступоре, Люцифер ловко стянул вафлю из её пальцев, пошло подмигнул и убежал за агентом. Узнав адрес, Люцифер, не слушая увещеваний Хотча, разогнал "Корвет" до приличной скорости и, разумеется, их остановил патрульный на мотоцикле. Неторопливо слез с железного коня и теперь с высокомерным раздражением смотрел на водителя и пассажира дорогущей машины. Оба в костюмах, аккуратные деловые… Гомики, наверное, - мелькнула брезгливая мысль. - Сэр, вы в курсе, с какой скоростью вы ехали? – ясно давая понять, кто здесь власть, проронил патрульный. - Что-то около пятидесяти миль в час, офицер, но я могу объяснить… - с доброжелательной улыбкой начал Люцифер, чем вызвал у полицейского новую волну брезгливости. Коп не любил геев. - Ограничение скорости в пределах города тридцать пять миль, сэр, - неспешно напомнил патрульный, мысленно выискивая повод к чему ещё прицепиться, чтобы получить шанс обыскать машину. Эти двое наверняка балуются коксом. – Права и документы на машину, пожалуйста. - Но мы, правда, очень торопимся, офицер… - вновь попытался Люцифер, а Хотч весьма некстати вспомнил, что у Морнингстара нет прав и решил вмешаться, пока оба они не загремели за решётку. Опытному профайлеру хватило пары минут, чтобы понять – перед ним человек с психопатологическим типом личности. Не совсем психопат, но некоторые черты, отпечаток отчётливы – скрытая агрессия, ощущение и демонстрация собственной власти, отсутствие желания слушать кого-то, кроме себя… С таким, как этот коп неприятностей не оберёшься. - Так не терпится? – не скрывая отвращения, съязвил патрульный. – Завернули бы в подворотню. - Я разберусь, - пообещал Хотчу Люцифер и вытянул из кармана бумажник. - С ума сошёл?! Немедленно убери деньги! – рявкнул тот и, в свою очередь, вынул удостоверение. – Специальный агент Хотчнер. ФБР. Извините, офицер, но мы, правда, торопимся на место преступления. Возможно, вы о нём слышали в полицейских переговорах. Убийство молодой женщины. - Которой голову снесли? – патрульный внимательно всмотрелся в удостоверение. – Не знал, что этим делом занимается ФБР. - Нас пригласила лейтенант одного из департаментов. - А твой… дружок тоже агент? – теперь в голосе патрульного слышалось неприязненное пренебрежение на грани с отвращением. - Он гражданский консультант полицейского детектива, - не повёлся на провокацию Хотч. - Поступим так, - не скрывая сожаления, патрульный записал марку, номер машины и номер жетона Хотчнера, - я вас отпускаю. Но если удостоверение подделка, объявлю в розыск, и мало вам двоим не покажется. - Ух, ты! – восхитился Люцифер, стоило им отъехать. – Не знал, что так можно. - И думать забудь! – отрезал Хотч. – Подделка удостоверения федерального агента – преступление. Ты совсем спятил? Попытка подкупа офицера полиции на глазах федерала! Скажи спасибо, что я тебя не арестовал! - Не скажу. Арестуешь меня, и Мейз может обидеться. Кто тогда будет пытать тебя завтраками и трахаться с тобой? Что-то я не заметил очередь страждущих. - А по-моему, Мейзикин будет счастлива. - Боже, какой ты нудный! И что она в тебе нашла? – паркуя автомобиль, посетовал Люцифер и, вслед за агентом, поднырнул под ленту полицейского ограждения. Их совместное появление вызвало удивление только у Хлои. Сделав вид, что ничего особенного не происходит, Морган и Росси деловито поприветствовали начальство и указали на тело, накрытое простынёй. - Некто Лукас Тонг возвращался после прогулки с э… поросёнком и нашёл труп, - протягивая Хотчу перчатки, вещал Морган. – Перепугался до чёртиков и вызвал полицию. - Наш субъект поработал, - поддержал его Росси. – Молодая женщина. Горло перерезано. Судя по одежде, была в клубе. - Пойду, взгляну, - Хотч сделал шаг к трупу. - Я с тобой, - Люцифер достал сигарету. - Не кури, - строго велел Хотч. – Выставлю за ограждение. К безмерному изумлению Хлои, вместо дурацкой шутки или нелепой отговорки, Люцифер что-то проворчал под нос и спрятал сигарету. Бесчисленное количество раз она пыталась призывать своего консультанта к порядку на местах преступлений или при опросах потенциальных свидетелей и преступников. Люцифер с беспечной нахальностью игнорировал все её просьбы, и на тебе! слушается федерала. Хлои пообещала себе непременно выспросить у Хотчнера секрет необычной покладистости Люцифера. Тем временем, Хотч приподнял простыню и вздохнул. Очевидно, при жизни девушка была красавицей. Теперь же, изуродованная убийцей и смертью, внешность её производила отталкивающее впечатление. - Ох, ты ж чёрт, Хмурый, - разглядев лицо убитой, сдавленно проронил Люцифер, - я её знаю. Позавчера я занимался с ней сексом. Бритни. Так её зовут. Звали, - тут он заметил, как Хлои и Морган с Росси смотрят на него с подозрением. – Что? Хмурый трахался с Мейз, и мне захотелось. Третьим они меня не взяли, хоть я и напрашивался. И я отправился развеяться. - Эксперт сказал, что убили её, ориентировочно, около четырёх утра, - задиристо заявил Морган. - И этот факт означает, что у Люцифера железное алиби, - невозмутимо осадил его Хотч. – Около четырёх утра он играл на рояле в пентхаусе, а я стоял рядом и пил виски. И он был в прекрасном настроении… - Ты тоже, - не остался в долгу Морнингстар. – Мейз кому угодно настроение поднимет. И не только настроение. - Мало крови… Что если субъект вытолкнул её из машины? – Хотч выпрямился и встал слева от Люцифера. – У меня в руках коса, - и, полуобернувшись, провёл ребром левой ладони вдоль его шеи. - Удар был нанесён сзади, - Морган встал за спиной Люцифера и не без удовольствия повторил манёвр Хотчнера. - Жертва сидела за рулём. Может, знала его? – прикинул Росси. – Но он точно не её любовник. Тогда он бы сидел рядом. Если верить Люциферу… - Я никогда не лгу, агент Писатель, - по-детски обиженно засопел Люцифер. – Если бы у неё кто-то был, я бы предложил отдохнуть втроём. Бритни приходила одна. - В таком случае либо у нас проблемы с виктимологией, либо субъект отчего-то поменял тактику, - хмуро подытожил Хотч. - С чего ты взял? – Росси тоже нахмурился. - Первую жертву субъект, вероятнее всего, встретил в недорогом клубе и предложил продолжить вечер в "Роскоши". Со второй завёл интрижку. Третья была завсегдатаем. Люцифер, ты до того вечера встречал Бритни в "Роскоши"? - За кого ты меня принимаешь, Хмурый? Я бы не пропустил такую красотку! - Что если вчера она вернулась в надежде на ещё одну ночь? – смекая, к чему клонит Хотч, задался вопросом Морган. - То есть, субъект видел Бритни с Морнингстаром, а когда она пришла снова… - Росси запнулся. – Он выяснил, на какой машине она приехала, и поджидал её на заднем сидении. Внезапное нападение. Изменил своей привычке общаться с жертвой, перед тем, как убить. - Выдержки ему не занимать. Не стал нападать у клуба, где куча людей, и его могут задержать, - подхватил Морган. - Так может, его цель не "Роскошь", а Люцифер? – предположила молчавшая до сего момента Хлои. - Или и то, и другое, детектив, - эхом отозвался Хотчнер. – И то, и другое…