Проклятие русалки

            

Молчит луна, Чуть скрылось солнце. И только ветер бьет в оконце. Немая башня высока, А там внизу – сгустилась тьма. Лишь тот, кто высоты боится Не может мысли покориться: Тьма - твой подарок, не порок Ведь там возможно все… И это нам урок!

      Я бежала так, как никогда в свой жизни не бегала. Я ощущала себя ветром, что парил над поверхностью. Свобода. Я чувствовала ее каждой клеточкой кожи. Солнце светило мне в глаза и я, не замечая ничего вокруг направлялась к нему навстречу.       «Это нереально...»       Но, это была реальность. Я ощущала теплый воздух, запах молодой листвы, слышала журчание чистой воды. Это был мой мир, моя вселенная, но…       Я сидела на берегу реки и смотрела вдаль, на горизонт, когда чья-то темная тень оказалась рядом со мной. Присев не очень близко ко мне, она, немного колыхнувшись, проговорила, каким-то загробным голосом:       - Тебе не следует оставаться тут!       Словно в трансе, я повернула голову в ее сторону и, заглянув в пустое пространство, где по идее должно было быть лицо, произнесла:       - Я хочу остаться здесь. Мне хорошо тут. – затем отвернувшись и посмотрев на гладь воды, что переливалась всеми цветами радуги, я продолжила:       - Здесь я не боюсь воды и чувствую себя свободно. Я – ветер и только об одной этой мысли мне хочется пищать от восторга. Тут, в этом самом месте, я хочу быть бесконечное количество жизней из тех, что мне еще суждено прожить. – после вновь повернувшись к тени, я на мгновение придя в себя, нахмурилась и, сомкнув губы в тонкую линию, произнесла немного холодно:       - Ты не сможешь забрать меня отсюда, пока я сама этого не захочу. Не смей этого делать, мама…       В ту же самую секунду, после произнесенных мною слов, тень растворилась и передо мной оказалась молодая женщина, которая с неодобрением во взгляде рассматривала мое лицо. Помолчав с минуту, она после отвернулась и, взяв в руку немного песка, пропустила его между пальцев и несмотря на меня, тихо, но твердо произнесла:       - Тебе нельзя тут находиться, это не твой мир и совсем неважно, что он нравится тебе – после стряхнув остатки, мама повернулась ко мне и, коснувшись моей щеки, мягко улыбнулась и продолжила:       - Ты должна понять, что ты и твой брат всегда будете там, где люди. Не ходи сюда больше, не ищи меня…       Почувствовав жжение в уголках глаз, я, боясь моргнуть, вытерла тыльной стороной ладони скатившуюся по другой щеке слезу, и с отчаянием в глазах, произнесла, чуть не сорвавшись на крик:       - Почему ты бросила нас? Почему не говоришь, кто наш отец? Почему? Почему Стас постоянно выгораживает тебя? Мама… - все-таки, не выдержав нахлынувших на меня эмоций, я придвинулась к ней ближе и, уткнувшись лицом ей в грудь, разрыдалась. Я плакала настолько сильно, что у меня в какой-то момент защемило сердце, а мама… Когда я прикоснулась к ней, она, немного поколебавшись, после все же обняв меня, принялась гладить мои волосы, попутно говоря утешающие слова, которые никак не приносили облегчения. Наоборот, нагоняли еще больше грусти и тоски. Но, через некоторое время, когда я успокоилась, мама мягко отпрянула и, взглянув на меня своими малахитового цвета глазами, печально произнесла:       - Я никогда не хотела, чтобы все так вышло, но, такова наша судьба. Прости меня, что ничего не рассказала тебе и брату, я всегда считала, что так будет лучше. Видимо, ошиблась. Так или иначе, тебе все равно нельзя тут быть. Влада... – убрав за мое ухо выбившуюся прядь волос, мама поцеловала меня в лоб и, прислонившись щекой к моей макушке, шепотом продолжила:       - Когда-нибудь, мы встретимся, а пока, тебе нужно идти. Твои друзья ждут. Ты нужна им, и брату тоже. И еще... – выпрямившись и отодвинувшись от меня, мама, тепло улыбнувшись, вновь продолжила:       - Никогда не сомневайся в себе. Ты – волшебница и всегда ею будешь. Неважно, что будут думать о тебе другие – ты самая замечательная. Не забывай об этом и тогда, ты сможешь получить то, что принесет тебе счастье. Я люблю тебя, моя милая…       Мир исчезал. С каждым произнесенным словом, природа исчезала все больше и больше, но самым пугающим в этом всем было то, что с этим миром исчезала и она. Мама. Она растворялась все больше и больше. В какой-то момент, от нее осталась лишь ее слабая тень, которую я не смогу забыть довольно долгое время. Как бы там ни было, но я больше не смогла на это все смотреть. Подскочив на ноги и бросившись к ней, я протянула руку и почти коснулась ее, но внезапно споткнувшись обо что-то, охнув, упала лицом вниз.       Боли не было. Потому что ничего не осталось. Была только тьма. Подогнув под себя ноги, я посмотрела куда-то в темноту, а после, сжав пальцы в кулак, закрыла глаза и сквозь нахлынувшие слезы, тихо произнесла:       - И я люблю тебя… - рвано вздохнув, я, казалось спустя вечность, открыла глаза и ничего не увидев, сжала пальцы в кулак еще сильнее и закричала, во всю мощь легких:       - А-А-А-А-А!       - Влада! Влада, проснись! Влада! ***       - Влада! Влада, проснись! Влада!!!       Резко открыв глаза, я, не понимая, что со мной происходит, с громким стуком свалилась с кровати, а после молниеносно, не смотря на ноющую боль в колене, вскочила на ноги и, схватив с тумбочки свою палочку, направила ее на шокированную Забаву. Окинув меня с ног до головы испуганным взглядом затравленного зверька, подруга, сделав осторожный шаг ко мне, вытянула руку и как можно мягче произнесла, слегка заикаясь:       - В-влада, в-все х-хорошо. Опусти п-палочку. Ты в б-безопасности.       Ее руки дрожали от напряжения, но она все равно шла ко мне, без всякой защиты. Подруга приближалась ко мне все ближе, а я отходила от нее, все еще не выпуская палочку из руки, будто это все, что осталось у меня. И в какой-то момент, когда я оказалась прижатой к стенке, дверь в нашу комнату открылась и из-за нее показался обеспокоенный Ярослав. Бросив быстрый взгляд на взволнованную Забаву, он, после переведя взгляд на меня, убрав свою палочку обратно в чехол на предплечье и, сделав шаг ко мне, негромко произнес:       - Влада? Влада, ты в порядке?       «Очень смешно…»       Посмотрев на него сквозь белую пелену, которая с самого моего пробуждения застилала глаза, и которая становилась только плотнее, я, зажмурив их, покрутила головой, а затем резко распахнув, быстро произнесла:       - Оставьте меня!       - Влада…       - УХОДИТЕ!       Уронив палочку на пол, я медленно осела и, прислонив затылок к стене, посмотрела на потолок, и тихо произнесла:       - Стас…       Я очень хотела увидеть брата. Он был нужен сейчас, как никогда. Мой сон, все еще не хотел отпускать меня и мне просто необходимо присутствие того, кого я люблю всем сердцем. Но, в комнате были только мои друзья, которые стоя напротив меня, не знали, что вообще делать.       Не знаю, сколько прошло времени с тех пор, как у меня случилась истерика, но, в какой-то момент, я ощутила на своих руках теплые и такие сильные ладони.       «Ярослав.»       Аккуратно сжав мои ладони в своих и погладив большим пальцем тыльную сторону моей руки, Слава присел напротив и, посмотрев на мое лицо, негромко задал вопрос:       - Влада, как ты себя чувствуешь?       Сделав глубоких вдох, я перевела взгляд с потолка на обеспокоенное лицо друга и ответила бесцветным голосом:       - Паршиво, если честно. – однако после, сжав его ладони в ответ, я грустно улыбнулась уголком губ и продолжила:       - Извини меня, что я устроила все это. Я не хотела. Не знаю, что на меня нашло…       Скосив глаза куда-то на пол, при этом густо покраснев, я не обратила внимание на то, как Ярослав жестом головы подозвал к себе притихшую Забаву. Только когда она оказалась рядом, я, вновь подняв глаза, посмотрела на подругу и снова улыбнувшись, сказала:       - Забава, и ты прости меня, пожалуйста. Я в тебя чуть заклинание не запустила. Мне безумно стыдно – после подавив желание разрыдаться, я, сделав рваный вдох, продолжила, смотря то на Ярослава, то на Забаву: - Обещаю, такого больше не повторится! Я буду держать себя в руках…       Я не успела договорить, поскольку, посмотрев на меня глазами, в которых уже скопились слезы, Забава опустилась рядом со мной и, сграбастав в объятия, произнесла, чуть не плача:       - Дурная ты, Владислава! Какую бы дичь ты не творила, мы всегда будем рядом с тобой. Я и Ярослав никогда тебя не бросим. Это мы обещаем.       Уткнувшись в ее ключицу, я краем глаза покосилась на друга. Слава смотрел на нас, и я не могла понять по его глазам, какие эмоции он сейчас испытывает. Но, ответ пришел сам собой. Недолго думая, он, выпустив мои руки, приблизился и, обняв нас обеих, негромко произнес:       - Вы обе до ужаса непредсказуемые. Я с вас глаз не спущу, так и знайте – затем погладив наши растрепанные волосы, Ярослав секунду помедлив, все же продолжил: - Вы, единственные, кто мне безгранично дорог. Не хочу потерять вас, поэтому… - отпрянув и взглянув в наши покрасневшие от слез лица, он усмехнулся и быстро продолжил: - В Хогвартсе я буду ходить за вами попятам. И это даже обсуждаться не будет!       Услышав эти слова, мы с Забавой одновременно надули губы и также синхронно произнесли его имя и толикой возмущения в голове:       - Ярослав! ***       - Кто-нибудь знает, куда нужно идти? Вот я лично понятия не имею, что вообще происходит…       Забава ходила взад-вперёд, как заведенная, пока мы сидели в коридоре небольшой гостиницы, в которой нас вчера оставил Хагрид, и ждали того, кто нас проводит на поезд, который увез бы в Хогвартс. Волшебник ничего не сказал нам на счет того, как добраться до транспорта, поэтому нам ничего не оставалось делать, только как сидеть и ждать. Хуже этого не бывает. Ожидание – убивает.       «Класс, можно писать стихи. Вдруг получится?»       Я сидела, прислонив голову на плечо Ярослава и смотря на проходящих мимо здания людей, думала о том, как это здорово – быть взрослым. Никаких тебе уроков, никаких экзаменов. Живи и радуйся.       «Ага, как же. Ты серьезно считаешь, что взрослым быть хорошо? Влада, это смешно!»       «Стас?!»       Оживившись, я, не убирая головы с плеча друга, посмотрела на все еще нервную подругу, которая никак не могла унять свои ноги, и, решив, что времени мне хватит, мысленно произнесла:       «Ты почему только сейчас объявился!? Я до тебя несколько дней не могла достучаться. Ты где был?»       Немного помедлив, брат все же ответил, хотя, по его словам, я могла понять, что он скривил недовольное лицо:       «У меня было много работы. Белозар загрузил меня так, словно я год не учился, а только и делал, что дурака валял…»       Беззвучно посмеявшись, я, улыбнувшись до ушей, ответила:       «Я не удивлена, собственно…»       «Вот вернешься, я тебя защекочу до колик. Будешь знать!»       «Долго ждать придется.»       «Не волнуйся, подожду. Кстати, я сегодня утром ощутил сильнейшее беспокойство. С тобой все хорошо?»       От его вопроса, по ему телу пробежали мурашки. Сглотнув ком, что начал появляться в моем горле, я, немного помедлив, все же решила рассказать ему:       «Мне снилась мама.»       «Понятно…»       Спустя несколько минут, в течение которых я уже успела его обругать и обидеться, он все же продолжил:       «Что именно тебе снилось?»       «Я была на берегу реки и смотрела на горизонт. Она пришла ко мне тенью, но я узнала ее. После, мама сказала, что мне нельзя оставаться в этом сне, что я нужна вам. Тебе и друзьям. Я не хотела уходить, но она заставила меня. Когда я проснулась, то чуть не напала на Забаву. Ярослав сумел унять мою истерику, правда, когда я уже сама немного поуспокоилась. Стас, я скучаю по ней…»       «Ты ей еще что-нибудь говорила?»       «Вроде нет. Хотя…»       «Что?»       «Я спросила у нее, почему она ушла. Почему не говорила про отца…»       «Влада… Родная моя, не грусти. Я все расскажу тебе, когда ты вернешься»       Я опешила. Однако взяв себя в руки, я произнесла вопрос, ответ на который уже в принципе знала:       «Почему не сейчас?»       «Потому что пока не время. Послушай, не забивай голову этим. Я понимаю, что ты психуешь от незнания, но, я тебе обещаю, что все расскажу, как только ты приедешь домой. Договорились?»       «Договорились»       «Вот и отлично. Влад, я отлучусь, но перед твоим отправлением я обязательно поговорю с тобой. Не скучай. Люблю тебя»       «И я люблю тебя.» ***       - Привет, ребят. Давно тут сидите?       Появившаяся в дверях девушка с волосами, цвета сирени, посмотрела на нас взглядом, полным любопытства, подошла ближе, протянула руку Ярославу и, улыбнувшись, произнесла:       - Меня зовут Тонкс. И в ближайший час я буду вашим провожающим.       Убрав голову с плеча друга так, чтобы ему было удобно ответить на приветствие, я, поднявшись со своего места и подойдя к подруге, встала рядом с ней и тихо произнесла:       - Давно она пришла?       Окинув меня озадаченным взглядом, Забава, выгнув бровь, также тихо ответила:       - Только что. Ты же вроде не спала, так почему спрашиваешь?       «Да чтобы я знала…»       Неопределенно пожав плечами, я, переведя взгляд на Ярослава и рядом стоящую волшебницу, заметила, что он все же ответил на ее жест. Прикусив губу и переглянувшись с подругой, мы, словно сговорившись, вместе подошли к ним и, встав довольно близко, услышали слова друга:       - Очень приятно, Тонкс. Меня зовут Ярослав, – затем обратив ее внимание на нас, он продолжил с улыбкой на лице: - а этих двух девушек зовут Влада и Радость.       Услышав, в какой интерпретации произнесли ее имя, Забава передернула плечами и даже немного сморщила нос. Но, молодая волшебница не обратила на это ровно никакого внимания. Вместо этого, она, улыбнувшись в ответ, произнесла, чуть восторженно:       - Потрясающе! У вас такие интересные имена! Вот бы и мне отправиться к вам на некоторое время, чтобы узнать все получше, но, мой муж не одобрит этого – после, словно очнувшись от сна, она глубоко вздохнула и протараторила:       - Так, у нас мало времени. Поезд отправляется в одиннадцать. Так руки в ноги и вперед!       Переглянувшись между собой, мы одновременно посмотрели на девушку и, указав на часы, что висели перед входной дверью, также одновременно произнесли:       - Уже без двадцати минут одиннадцать…       Услышав наши слова, волшебница округлила глаза и, покраснев, произнесла:       - Упс – однако быстро взяв себя в руки, она встрепенулась и окинув нас взглядом полным решимости, продолжила:       - Аппарировать умеем?       Облизнув губы, Ярослав успел первым высказать мысль, которая посетила мою голову:       - Нам нельзя колдовать вне стен школы. Так что тебе придется перенести нас…       Цокнув, Тонкс несколько секунд задумчиво смотрела на нас, а после, вытянув обе руки, проговорила:       - Одновременно могу двоих переместить. За третьим придется вернуться позже. Кто пойдет?       Посмотрев на друзей глазами полными испуга, я, отрицательно покачав головой, нервно произнесла:       - Вы идите, я пойду последняя…       - Влад, ты же понимаешь, что тебе все равно придется сделать это?       Ярослав смотрел на меня глазами полными беспокойства. Его можно было понять, ведь у меня опять могла начаться паническая атака, из-за которой, мы могли бы опоздать на поезд.       «Черт…»       Пробежав глазами по всем, кто был рядом, я, сделав глубокий вдох и заломив пальцы, сдержано произнесла:       - Все хорошо. Я справлюсь…       - А что с ней такое? Почему Влада вся позеленела?       Я не стала отвечать на вопрос Тонкс, вместо этого ей ответила Забава. Наклонившись к ней так, чтобы никто другой, кроме нас четверых не смог услышать, она произнесла:       - Влада очень тяжело переносит аппарацию. Поэтому без крайней нужды ею не пользуется…       - А, понятно.       Выпрямившись и посмотрев на меня сочувствующим взглядом, волшебница улыбнулась мне и дружественно произнесла:       - Аппарация здесь происходит немного легче. Ты пока подготовься, я скоро вернусь. – повернувшись к моим друзьям, она взяв их за руки, в крайний раз покосилась в мою сторону и, подмигнув, испарилась с громким хлопком, вместе с Ярославом и Забавой.       «Я осталась одна...»       Я даже понять ничего не успела, поскольку буквально через несколько секунд Тонск снова оказалась передо мной. Аппарация не прошла для нее бесследно. Ее силы были на исходе, но несмотря на это, она растянула губы в улыбке и, взяв мою руку, произнесла, чуть шевеля губами:       - Закрой глаза и ни о чем не думай.       - Тонкс, аппарация ведь магией, как таковой не является… Точнее, это магия, но…       - Я поняла, о чем ты говоришь. Все равно нельзя. Твой друг прав…       - Послушай... – встав напротив волшебницы и посмотрев на нее, я продолжила: - Ты еле на ногах стоишь. Давай мы вместе аппарируем, но только я буду вести.       - Ты не знаешь, куда именно нужно, а я знаю. Так что не получится.       Ее слегка пошатывало. Мне было очень некомфортно от того, сколько сил она потратила на то, чтобы перенести моих друзей. Если она аппарирует еще и со мной, то точно упадет в обморок. Однако выбора не было. Время неумолимо приближалось к одиннадцати часам. Облизнув пересохшие губы, и сжав ее ладонь в своей, я, поудобнее перехватив сумку, спросила:       - Тебя кто-нибудь встретит?       Кивнув и ответив мне благодарным взглядом, девушка, улыбнувшись, произнесла:       - Да, меня муж встретит.       - Хорошо – собрав всю свою волю в кулак, я, зажмурившись настолько сильно, насколько могла, тихонько пропищала:       - Тогда я готова.       Дважды Тонкс повторять не пришлось. Почувствовав внизу живота нарастающий узел и подступающую тошноту, я поняла, что мы аппарировали. ***       - Твои друзья уже в поезде. Поторопись, иначе не успеешь.       Оказавшись на перроне, я, зажав рот ладонью и посмотрев на измученную волшебницу, глухо произнесла:       - Спасибо большое!       Улыбнувшись и изменив цвет волос с сиреневого на пшеничный, Тонкс похлопав меня по плечу и усмехнувшись от моего ошарашенного выражения лица, дружелюбно ответила:       - Не за что. Буду очень рада, если вам понравится наша школа.       - Ты, метаморф?       Кивнув и заговорщицки подмигнув мне, волшебница, подтолкнув меня к последнему вагону, громко произнесла:       - Надеюсь на то, что еще сможем увидеться. Ты милая девушка, Влада. Не потеряй себя.       - Что ты имеешь в виду?       Услышав гудок поезда, я, дернувшись, быстро забежала в вагон, но, когда я обернулась, чтобы услышать ответ, Тонкс уже не было.       «Надеюсь, мы еще увидимся.»       Понаблюдав за тем, как поезд отходит от платформы, я с грустью осознала то, что не успела поговорить с братом. Решив, что пока еще не совсем поздно, я, облокотившись о выступ на окне, посмотрела на проплывающий мимо пейзаж и мысленно произнесла:       «Стас?»       «Успела?»       «Все хорошо. Мы успели.»       «А я уже было подумал, что вы опоздаете. Как обычно.»       «Сколько сарказма, с ума бы не сойти. Язва!»       «Учился у лучшей. Влада?»       «Да?»       «Я хотел тебе сказать, что это последний раз, когда мы общаемся.»       «Почему? Что случилось?!»       «Дело не в нас с тобой, просто Хогвартс очень хорошо защищен. Наша с тобой телепатия не сможет работать в стенах школы. Поэтому, я к тебе Наю отправлю. Я знаю, что ты с собой взяла свою кошку, но она явно не сможет доставлять письма на такие большие расстояния»       «Да, Вира явно этого делать не будет. Ладно, хотя-бы письма буду от тебя получать.»       «Не грусти, принцесса. Все будет хорошо.»       «Да, мамуль. Слушаюсь!»       «Ты милая, как всегда. За это, я тебя и люблю.»       «А ты, как курица-наседка. Кудахчешь надо мной, словно я ребенок маленький!»       «Для меня - ты всегда останешься ребенком. Сколько бы тебе не было лет.»       «Спасибо, братик.»       «Береги себя и постарайся по возможности никуда свой лисий и, не в меру, любопытный нос не совать.»       «Постараюсь, но не обещаю.»       «Хитрюга.»       «Училась у лучшего…» ***       «Куда же они делись?»       Проходя один вагон за другим, я тщетно пыталась отыскать Забаву и Ярослава. Передо мной мелькали незнакомые лица, которые рассматривали меня с таким любопытством, что становилось не по себе, а ребят все не было и не было. Я уже успела переодеться в свою школьную форму и теперь, лавируя между проходящих мимо меня людей, продвигалась все глубже и глубже. Я прошла как минимум три купе и один вагон с сидячими местами, но так и не нашла их.       «В самое начало они ушли что ли?»       На самом деле, мне не очень хотелось идти к первому вагону, но, выбора не было. Вздохнув и открыв дверь, которая соединяла третий и второй состав, я, пройдя совсем немного, в какой-то момент, услышала мерзкий голос, который принадлежал темноволосой девушке:       - Как думаешь, Драко, сколько новеньких в этом году прибудет?       - Пэнси, мне глубоко плевать на то, сколько еще новых лиц появится в этой убогой школе…       Я замерла на месте.       «Твою мать… Это же тот самый парень из книжного магазина. Его голос я теперь везде узнать смогу…»       - Тео, поговори хоть ты со мной, а то Драко совсем не в настроении.       Надув губы, девушка посмотрела щенячьими глазами на темноволосого парня, что сидел прямо перед ней и, нахмурив брови, продолжила:       - Он так выглядит со вчерашнего дня. Что произошло?       - Да так, небольшая передряга. Тебе не о чем переживать, Пэнси…       Повернув голову немного в сторону, блондин посмотрел на собеседницу и, фыркнув, произнес не очень дружелюбно:       - Просто одна придурошная натворила вчера бед, а мне их пришлось расхлебывать…       «Это я что ли придурошная!? Вот ведь идиот…»       Сделав осторожный шаг назад, я, стараясь не привлекать к тебе внимания, повернулась лицом к выходу и уже было сделала шаг вперёд, как неожиданно до моего слуха донесся голос той самой девушки, что сидела рядом с теми горе волшебниками:       - Эй, ты… Ты что, это платье из бабушкиного гардероба вытащила? Это какой век? Восемнадцатый? Или же с тобой одеждой твои друзья грязнокровки поделились?       Оторопев от ее слов, я медленно повернулась в их сторону, и, встретившись с ней взглядом, с большим трудом промолчала. Машинально поправив ткань своего платья, и выдержав на себе ее изучающий и такой колкий взгляд, я, поняв, что ругань неизбежна, стала изучать ее в ответ.       На вид этой девушке было лет шестнадцать, как и мне собственно. Короткие, темные, ухоженные волосы. Карие, но довольно холодные, глаза. Белая рубашка, темная плиссированная юбка, зеленый галстук, который был небрежно повязан и жилетка, пуговицы которой были не до конца застегнуты. В принципе обычная девушка, вот только такое огромное количество спеси на ее лице, я даже у Ярослава никогда не видела. Из чего я легко смогла сделать вывод о том, что эта девушка была чистокровной.       «Повезло, так повезло. Прости Стас, я пыталась...»       Поиграв желваками, я, приняв невозмутимое выражение лица, прошла мимо каких-то ребят и, остановившись напротив троицы, скрестила руки на груди и с холодной смешинкой в голосе ответила:       - А я смотрю, твоя бабушка тоже особым вкусом не отличается. Хотя… Ты у кого позаимствовала эти тряпки? У какой-нибудь невменяемой ведьмы из Лютного переулка?       Выслушав мой ответ, девушка нахохлилась, а ее темноволосый друг, который до этого внимательно рассматривал меня, вдруг прыснул, но ничего так и не ответил. Волшебница же, послав в него гневный взгляд, после перевела его на меня и, ухмыльнувшись, произнесла:       - О, да ты знаешь, что такое Лютный переулок? Забавно, я думала такие чухонки не шарахаются по таким местам…       Оценив то, как ей не терпелось меня опустить, я, состроив милое и невинное выражение лица, спокойно ей ответила:       - Правильно, хорошие девочки не шатаются по таким местам, но вот чухонки, пожалуй. И да, ты завязывай себя так позиционировать, а то я смотрю у тебя самооценка ниже, чем корнуэльские пикси. К целителю ума не хочешь обратиться?       Услышав смешок по левую руку от себя, я, стараясь не обращать на это внимания, не отводила глаз от разъяренной девушки. Сжав пальцы в кулак, она, посмотрев на меня снизу-вверх, вдруг вскочила на ноги, разжала кулаки и, ткнув мне указательным пальцем в грудь, достаточно громко взвизгнула:       - За словами следи, ты, грязнокров…       - Во-первых, прекрати вопить. – скинув ее палец со своего платья, я демонстративно отряхнула то место, куда она прикоснулась и, скривившись, словно от кислого лимона, продолжила, не отводя от нее взгляда:       - Во-вторых, кто тебе сказал, что я грязнокровка? Ты мою кровь на чистоту проверяла? Нет? Тогда завались.       На минуту возникла тишина. Но, только лишь на минуту. Придя в себя после моих слов, девушка, передернув плечами, достала палочку и уже направила ее в мою сторону, но, внезапно вскочивший со своего места темноволосый парень, закрыл меня собой, посмотрел на свою подругу, вскинул руки в знак примирения и негромко произнес:       - Пэнси, успокойся…       Сверкнув темными от злости глазами, волшебница отпихнула друга в сторону и вновь направив на меня палочку, рявкнула, не смотря на него:       - Отвали, Тео! Дай разобраться с этой ненормальной…       Достав свою палочку в ответ, я, прислонив ее конец к своей щеке, кинула на девушку насмешливый взгляд и не задумываясь, ответила:       - Кто из нас еще ненормальная? Ты же в курсе, что колдовать вне школы, запрещено? Даже в поезде, прикинь…       Скрипнув зубами, чуть ли не до хруста, девушка, сделав шаг ко мне, прошипела:       - Я знаю, что можно, а что нет! Ты вообще, ты кто такая?       - Владислав. – услышав свое имя, только в мужском исполнении, я повернулась в сторону блондина, и, удивившись, вдруг снова услышала его голос:       - Когда я проходил мимо гриффиндорцев, один из них сказал, что будут новенькие. Имени тех я не запомнил, но в разговоре они пытались понять, кто есть кто. Так вот, девчонку с зелеными глазами и темными волосами зовут Влада. – затем переведя взгляд своих серых глаз на меня, он, весьма холодно усмехнувшись, продолжил: - То есть, тебя. Не так ли?       Мне нечего было ему ответить на это. Он и так знал, что прав. Но вот его подруга была, мягко говоря, шокирована. Грубо схватив мое запястье, она развернула меня к себе и, окинув брезгливым взглядом, произнесла так, чтобы весь вагон слышал:       - Ха, еще одна грязнокровка прибыла. Не буду удивлена, если она попадет на гриффиндор.       Последнее слово девушка просто выплюнула. Ну а я, уже порядком устав от этого цирка, выдернула свою руку из ее хватки, закатила глаза, покачала головой, а после, все же вновь посмотрев на нее, со сталью в голосе ответила:       - Что ты пристала к этому слову? Просто замолчи, иначе я на тебя порчу напущу. А ты… - повернувшись к невозмутимому блондину, который сидел и смотрел перед собой, я, убрав палочку обратно в чехол, сухо продолжила: - Меня зовут вообще-то …       Резко повернув голову в мою сторону и обдав колким взглядом, волшебник, нахмурившись, ответил:       - Да мне похрен, как тебя там зовут. Ты свое вякнула, вот и вали отсюда. Пока жива…       - Думаешь, самый крутой тут?       Темноволосый парень, который все это время молча наблюдал за нашей перепалкой с девушкой, неожиданно подошел ко мне и, наклонившись к моему уху, прошептал:       - А ты что, не знаешь, кто это такой?       Фыркнув, его подруга, немного успокоившись и тоже убрав свою палочку от меня, вдруг произнесла с толикой злобной насмешки в голосе:       - Да по ней видно, что нет. Ты посмотри на ее прикид. Ты откуда вообще, дитя небес?       Устало выдохнув, я осторожно отвернулась от довольного молодого волшебника и, бросив колкий взгляд на девушку, гордо и немного надменно ответила:       - Как выразился ваш друг – «да мне похрен, как там его зовут». А что до моего внешнего вида, девочка с невыразительным личиком, я скажу одно: это платье - школьная форма одной из сильнейших школ на границе Европы и Азии. И к твоему сведению, это кашемир. Причем премиум качества.       Закончив под презрительный взгляд собеседницы и под не менее удивленный взгляд темноволосого парня, я, проходя мимо нее и задев ее плечом, услышала слова, наполненные злобой:       - Я достану тебя, нищебродка…       Рыкнув, девушка, больше не обращая на меня внимания, села напротив светловолосого парня и взяв его за руки, стала смотреть в окно, а их друг, бросив взгляд мне вслед, произнес только одну единственную фразу, которую я еще успела хорошо услышать:       - А она ничего такая….       Фыркнув с его слов, я хотела было ответить ему что-то едкое, но решила промолчать. Вместо этого, я задумалась буквально на секунду, но затем, отогнав все мысли прочь, все же, наконец, покинула этот злосчастный вагон. Однако если бы я осталась там немного подольше, то вполне могла бы услышать слова блондина, в мой адрес, сказанные полушепотом:       - Как бы тебе после не пожалеть о том, что во все это ввязалась…