Проклятие русалки

      

Твои друзья – беспечны, Твои враги – умны? А ты? Что же скажешь ты? «Все это ложь, Мы все – слепы…»

      - И о чем ты хочешь поговорить?       Честно, мне совершенно не хотелось с ней разговаривать. Я все еще помнила тот неприятный инцидент, который оставил противный осадок на душе. И вообще, вот было ощущение, что не просто так она ко мне подошла. И да, интуиция меня не обманула… Оказавшись возле меня и уперев руки в бока, Забава рявкнула по-русски:       - Какого черта ты наговорила Ярославу!?       «Что прости???»       - Ч-что?       Я даже скривилась от недоумения. Однако мою подругу это не проняло. Сделав еще шаг и ткнув указательным пальцем мне в грудь, она злобно прошипела:       - Ты, мало того, что изменилась в худшую сторону, так теперь еще и Ярослава против меня настраиваешь! Совсем совесть потеряла!?       Я тихо охуевала от происходящего. Нет, у Забавы порой возникали заскоки, относительно Ярослава. Но чтобы настолько сильно!?       - Ты рехнулась? – оттолкнув Забаву от себя, я, сделав шаг назад и поправив ремень от сумки, который вновь слез с плеча, произнесла с нескрываемым возмущением: - С какой вообще стати ты меня в чём-то обвиняешь? Я что, повод тебе давала?       Гневно сверкнув глазами, подруга яростно выпалила:       - С какой стати!? Ты… - она опять двинулась на меня, но, я успела отскочить в сторону, прежде чем ее раскрытая ладонь, прошлась по касательной. – Слава меня избегает! И он таким стал, после того как посетил лазарет!       - Так я-то тут причем!?       Я бегала от нее, как от какого-то зверя, который был готов напасть в любую минуту. Вот только за что, я так и не могла понять!? Я Славе ничего о Забаве не говорила плохого, даже мысленно ее не попрекала! Да, мы не сошлись во мнениях, кто за ней должен был присматривать. И только! И…       «Да ну нет…»       Краем глаза отметив движение сбоку от себя, я, резко остановившись, схватила подругу за руку и под нее злобное пыхтение, затолкала в одну из темных ниш.       - Какого беса ты творишь!?       Прижав ее к себе и прикрыв ладонью рот, я, затаив дыхание, стала вслушиваться в приближающуюся поступь. О, мне были знакомы эти шаги, к сожалению…       «Дьявол, Снейп!»       Я почувствовала, что подруга пытается укусить меня. Поэтому наклонившись к ней, прошипела в ухо:       - Прекрати брыкаться, иначе нас найдут!       Шаги затихли и я, немного подождав, после все же отпустила подругу и, повернувшись к ней, негромко прорычала:       - Не кричи, если не хочешь, чтобы один из профессоров заметил нас и влепил отработку! – я скривилась от такой перспективы, - Поверь, мне моей по горло хватает!       Отряхнув мантию в тех местах, куда касались мои руки, Забава, нахмурившись, недовольно буркнула:       - Да меня не волнует это!       Закатив глаза, я протянула:       - Понимаю.       Выглянув из-за ниши, чтобы проверить наличие посторонних, я, убедившись, что коридор был пуст, повернулась обратно и, наткнувшись на пронзительный взгляд подруги, услышала:       - Зачем ты меня сюда притащила?       Вытащив палочку, я, молча наложила полог тишины, уже после «удостоила» Забаву ответом:       - Ты же поговорить хотела. Разве нет?       - А полог тишины зачем?       Мой взгляд о многом ей сказал. Сомкнув губы в тонкую линию, она, фыркнув, демонстративно отвернулась от меня. Я же, вздохнув, глухо произнесла вполне очевидную причину:       - Чтобы всякие любопытные нос свой не совали.       Повисла тишина. Тяжелая, душащая и до невозможности противная. Я бы может и хотела первой начать разговор, который был уже неизбежен, но, какая-то часть меня останавливала от этого. Может не зря?       - Почему ты стала такой?       Тихий голос Забавы в звенящей тишине остро резанул по уху. Сморщившись, я ответила вопросом на вопрос:       - Какой?       - Злой.       - И только? – я только лишь горько усмехнулась.       - А этого мало?       Ее удивление было каким-то необычным. Ну правда. Вылупив глаза, она с таким негодованием смотрела на меня, что захотелось засмеяться во весь голос. Но, я не стала этого делать. Вместо этого, я, решила поправив заколку, которая съехала во время беготни. Запустив пальцы в волосы, я произнесла, не глядя при этом на подругу:       - Представь себе – да. – а после, все же расправившись с прической, повернулась к ней и сложив руки на груди, продолжила: - Забава, я не милая девочка с косичками, которая из-за любой фигни бежит к старшему брату или лучшему другу. Я взрослая девушка со своими демонами в голове. Как и ты, заметь.       Толи Забава сделала вид, что не услышала меня. Толи реально не услышала, поскольку так и продолжила крутить свою «шарманку»:       - Ты была совсем другой, там в Колдовстворце. А тут…       Но я ее перебила и дополнила своими мыслями на этот счет:       - А тут я открылась с неожиданно плохой стороны. Да?       - Угу.       Ее тоже можно было понять. Отчасти… Однако, не я одна поменялась не в лучшую сторону. И все же я не тыкаю их носом во все это! Так почему ко мне такое предвзятое отношение? Вот и я не понимала… Так что, мне ничего не оставалось делать, только вздохнуть и продолжить беседу:       - Забава, пойми ты, я всегда была такой. Да, когда я была в вашем окружении, то не показывала каких-то черт характера. Ни к чему было. Но, я сейчас нахожусь в абсолютно противоположном обществе, где ключевую роль играет хитрость и умение добиваться своего любым способом. Мимикрирование – это важная составляющая. Не хочешь быть изгоем, милости просим присоединиться к нашей шайке-братии.       Она мне не верила. Это было видно по ее выражению лица. Черт, так и хотелось выкрикнуть: «Что мне еще сделать, как вывернуть душу на изнанку, чтобы вы мне поверили!?».       «А никак, смирись!»       Вот и весь ответ на вопрос…       Мы вновь замолчали. Забава теребила свои волосы (от нервов все это), и периодически бросала на меня косые взгляды. В какой-то из моментов, она не выдержав того, что я принципиально не собираюсь ничего говорить, прошептала:       - Но, Ярослав…       Как же это жалко прозвучало…       - А что Ярослав?       Склонив голову на бок, я стала ждать от нее хоть какой-то конкретики.       - Я поняла, почему ты ведешь себя так, но наш друг… - заломив пальцы, Забава, посмотрев сквозь меня, начала беззвучно шевелить губами. Щелкнув пальцами перед ее лицом, я немного раздраженно уточнила:       - Ты мне можешь объяснить, что у вас произошло?       Сфокусировавшись на мне, она, сморщив нос, проворчала:       - Я же сказала, что он вернулся из лазарета и стал избегать меня.       - А причину назвал? Почему он так поступает? – поймав на себе осуждающий взгляд, я, выругавшись, продолжила ее допытывать: - Ну, допустим, не тебе сказал, но может он объяснил, хоть кому-нибудь…       - Никто не знает.       Всплеснув руками, я, не выдержав, воскликнула:       - Тогда, почему ты решила, что именно я виновница!?       - Потому что… - начала было подруга, но ее перебил другой голос, который я бы узнала и на смертном одре.       - Отчасти потому, что так оно и есть.       Повернувшись в сторону Ярослава, который подошел к нам настолько тихо, что в дрожь бросало, я, встрепенувшись, возмущенно выкрикнула:       - Да почему!? – а после, резко захлопнув рот и осмотрев друга с головы до ног, настороженно спросила: - А как ты полог тишины обошел?       Пожав плечами, Ярик невозмутимо ответил:       - У меня свои секреты.       - Да что ты говоришь!       Внутри меня начала зарождаться злость. У-у-у! Так и хотелось поколотить этих двоих, чтобы вся дурь вышла! Рядом они будут в любой ситуации. Ага, конечно, держи карман шире! Столько лет вместе, и тут такая хрень…       Напряжение, между нами, висящее в воздухе, было настолько сильным, что его можно было резать ножом. Я и Ярик не обращали на это внимание, поскольку полностью сосредоточились друг на друге. Но вот Забава… Побледнев, она сделала шаг и встрянув, между нами, пролепетала:       - Ребят…       Не отводя от Ярослава грозного взгляда, я, все еще припоминая тот разговор в лазарете, сухо поинтересовалась:       - И с чего это я вдруг виноватой стала? Просто, потому что за Забавой не стала присматривать?       - Да. – коротко и «ёмко».       - Вот так просто?       Мои глаза защипало от подступающих слез. Отвернувшись от них и смахнув со щеки первую слезинку, я, вдруг услышала тонкий голос Забавы, который был полон удивления:       - Ч-что?       Однако друга не проняло. Нацепив маску равнодушия, он холодно ответил на мой вопрос, смотря при этом прямо мне в затылок:       - Да, так просто.       Молниеносно развернувшись, я, сжав кулаки, уже хотела было возмутиться, но Ярик меня опередил:       - Она твоя подруга, Влада. Ты за ней должна присматривать.       «Да ладно? Ей что пять лет?!»       Вопрос был написан на моем лице, но, естественно, я не стала его озвучивать. Зато вывалила на друзей все то, что я думаю на этот счет:       - С какой радости? Слав, напоминаю тебе, что я учусь на другом факультете, и мне физически неудобно это делать. Это было во-первых. Во-вторых, ты явно к ней ближе находишься, нежели, чем я. И, в-третьих, - покосилась на ошарашенную от происходящего подругу, - она не маленькая девочка, головой думать уже может и сама. К тому же, волшебница из нее не посредственная выходит. – вновь посмотрела на Ярослава. - Ты что забыл, кто у нее в роду? Не надо ее так опекать! Или, если уж и опекаешь, то не скидывай это на других!       Монолог вышел громким и эмоционально тяжелым для меня. Забава прониклась, но вот Ярик не впечатлился. Хмуро оглядев меня, он задал один единственный вопрос, от которого у меня внутри все похолодело:       - Все сказала?       Этого я и боялась. Всегда. И, как там говорится: «Страшна беда, пока не пришла». Ну вот она и пришла, к сожалению. Разжав пальцы и почувствовав, как с подушечек как капает что-то теплое, я, не обратив на это внимания, упавшим голосом ответила:       - Нет, но продолжать не вижу смысла…       А ему видимо добить меня хотелось!? Иначе я не поняла, для чего Ярик произнес это:       - Нет уж, раз начала душу выворачивать, закончи дело до конца.       - Ну ты и…       - Кто?       - Придурок. – вытерев ладони о платье, я, с минуту помолчав, после все же, крайне неохотно, произнесла с явной обидой в голосе: - Ты со мной столько не носишься, как с ней. Я для тебя, как младшая сестра. А кто для тебя Забава? Если ты ее считаешь сестрой, как и меня, то нет проблем. Я все равно присматриваю за ней, в рамках возможного. Но, если у тебя на нее другие виды… - а вот тут я запнулась и, стараясь не коситься на подругу, добавила: - То это будет сугубо твоя прерогатива. Уж извини.       И тут раздался возмущенный окрик Забавы, который не был лишен основания:       - А ничего, что я тут вообще-то нахожусь?       Я отметила, как Ярик смерил ее суровым взглядом, от которого подруга присмирела окончательно. Осуждающе покачав головой, я посмотрела на друга и услышала его «приговор»:       - Знаешь, не думал, что эта школа так сильно тебя изменит.       «Я пожалею об этом… Но это больше не может продолжаться!»       Вновь вытерев о ткань платья, но на этот раз уже только пальцы, я, прекрасно осознавая будущие для себя последствия, взорвалась:       - Да что вы заладили!? Нормальная я! Такая же, как и всегда! Забава… - повернувшись к смирно стоящей подруге, я, взяв себя в руки, подошла к ней и, обняв, прошептала: - Прости меня за то, что ты услышала это говно, но я так больше не могу. – провела по ее волосам тыльной стороной кисти, - Ты хорошая девушка, хорошая подруга и отличный маг, но вот ваши подозрения, убивают все на корню! – и добавила чуть тише, - Прекратите это делать… – после выпустив из объятий изумленную девушку, я, повернулась к Ярику и схватив его за руку, отвела в сторонку.       О том, что я там запачкала его кровью, я не думала в тот момент. Мне было важно лишь то, чтобы Забава не чувствовала себя еще более мерзко, когда я начну журить Ярослава на ее счет. Встав напротив него, но так и не выпустив его руку, я, удостоившись от него безумно тяжелого взгляда, вздохнула и прошептала на болгарском, сама того не заметив:       - Слава... Не съм й бавачка! Виждам с какъв поглед я гледаш. Дайте й свобода, няма нужда да я притискате! И знаеш ли, ти вече някак си реши коя е тя за теб. – подумав, я решила добавить: - И да, искам да видя приятел и брат в лицето ти, а не настойник, който само бърше сополи на небрежни малки момичета*.       Как-то странно покосившись, Ярик ответил, что заставило меня нервно прыснуть:       - Знаеш ли, не мислех, че си страховита лицемерка и егоистка**.       Усмехнувшись с каким-то потаенным отчаянием, я, выпустив, наконец, его руку, произнесла, искоса поглядев при этом на Забаву:       - Колко мило. Току-що разбра за това*? – а затем сделав шаг в направлении учебных корпусов, добавила, но уже для обоих, вновь переключившись на русский:       - Простите, но мне пора. ***       Я мчалась на всех порах в сторону кабинета Трансфигурации, где буквально через минут десять должен был начаться урок. Соответственно, я находилась глубоко в своих мыслях и не замечала ничего, и никого… Однако, мне пришлось прийти в себя, ровно в тот самый момент, когда кто-то, резко схватив меня под локоть, заставил остановиться. Рефлексы мои, хоть и были уже достаточно потрепавшиеся, но их все равно хватило на то, чтобы со всей дури врезать незнакомцу туда, где, по-моему скромному мнению, должен был находиться нос.       Но на счастье незнакомца, его рефлексы оказались лучше моих. Перехватив второй рукой мой кулак, он с ехидцей в голосе произнес:       - Стоп, стоп, красавица. Куда ты несеш… - а после осмотрев меня с ног до головы, отметим тем самым кровавые пятна на моем платье, Блейз, нахмурившись, обеспокоенно спросил: - Это кровь? Ты поранилась?       Да, тем незнакомцем оказался Забини. На мое счастье, поймал меня именно он. Высвободив руки и обняв ими себя, я, посмотрев на парня затуманенным взглядом, отстраненно ответила:       - Пустяк. Пойдем, нам нужно идти.       Покачав головой, Блейз подошел ко мне и, вновь взяв мои руки, осмотрел их, а затем, поджав губы, хмуро констатировал:       - Тебе в лазарет нужно. Кровь уже запеклась, но некоторые ранки все еще кровоточат.       Я попыталась освободиться, но Блейз, сильнее сжав свои пальцы, отчего меня пронзила боль, строго повторил:       - Лазарет, Влада. И это не обсуждается!       Сглотнув, мне все удалось освободить руки со второй попытки, и я, спрятав их в карманы, после посмотрела на парня взглядом побитой собаки и пробормотала:       - Не нужно, оно само…       Театрально закатив глаза, Забини сделав шаг от меня, совершенно серьезно изложил:       - Само у тебя будет только воспаление. Я сказал, пошли и нечего тебе комедию ломать. – прищурившись, он вдруг выдал: - Или мне Нотта и Малфоя позвать?       Отчаяние, как ветром сдуло! Достав руки из карманов, я, помахав ими перед собой, протараторила:       - Нет! Не надо этих двоих звать! – но затем добавила: - Но и в лазарет я не пойду.       Нахмурившись еще сильнее, Блейз угрожающе протянул:       - Влада!       И тут, я вспомнила о том, что у меня в сумке завалялся маленький флакон с заживляющим зельем. Растянув губы в радостной улыбке, отчего у Забини глаз дернулся, я, посмотрев на него, выдала:       - У меня заживляющее зелье есть. Все в порядке.       Кивнув в сторону сумки, сокурсник, все еще с серьезным лицом, сказал:       - Тогда пей. – заметив, как я потупилась, дополнил: - При мне, Василев.       Сморщив нос, я, достала из сумки флакон и, откупорив его, пробормотала, прежде чем выпить:       - Зануда.       После того, как мои ранки затянулись, а кровь с платья и ладоней была убрана, Забини, удовлетворенно кивнув, улыбнулся:       - Вот так бы сразу.       Заметив мое состояние, вернее, как я пустым взглядом смотрю куда-то в пустоту, Блейз, подойдя ко мне и приобняв, негромко уточнил:       - Хочешь, можем и им отомстить?       Посмотрев на него снизу-вверх, я, вскинув бровь, как дурочка поинтересовалась:       - Кому?       - Очевидно тем, кто тебя до такого состояния довел. Навряд ли это были наши. Так что остается только один вариант – твои гриффиндорцы.       Он не произнёс имена моих друзей, но я сразу поняла, что именно их Забини и имел в виду. Скинув его руки с плеч и сделав шаг от него, я, нахмурившись, прошипела предостерегающе:       - Я тебе нос сломаю, если с ними что-то произойдет.       - А чего мне сразу!?       Я непроизвольно улыбнулась от того, как он возмутился. Заметив это, Блейз подмигнул мне, а я, снова нахохлившись, произнесла:       - Потому что первая инициатива шла от тебя, Блейз.       Забини на это только озорно подмигнул.       - Злюка ты, но обаятельная. Этого у тебя не отнять.       Хмыкнув, я, повернулась спиной в сторону кабинетов и, улыбнувшись, тепло проговорила:       - Спасибо, Блейз. Хотя бы ты во мне вселенское зло не видишь.       - О, ты не вселенское зло, так, маленький чертенок.       Не сговариваясь, мы вдвоем, все же направились на занятие, которое уже должно было начаться.       «Макгонагалл нас убьет. Не любит она, когда опаздывают…»       Мы шли в тишине, пока я не решилась ее нарушить:       - Чудак ты, Забини.       Издав грудной смех, парень добродушно заявил:       - Не без этого. Кстати, я тебе комплимент сделал.       - Какой?       Посмотрев на меня, сокурсник расплывчато ответил:       - Только с тобой я шутник, а на самом деле, я очень далек от этого всего.       - Но почему ты решил вести себя со мной более открыто?       Пожав плечами, Забини бесхитростно ответил:       - Честно? Мне с тобой комфортно. Ты не зациклена на чём-то, с тобой есть о чём пошутить. Да и, мордашка у тебя ничего.       Его признание стало для меня шоком. Особенно в части моей «мордашки»! Поэтому шутливо толкнув его в бок, я наигранно возмутилась:       - Забини!!!       Потрепав меня по волосам, от чего я попыталась укусить его за руку, Блейз продолжил издеваться:       - Вообще твое личико одна из причин, почему я общаюсь с тобой, но, и про все остальное, я не врал.       - Слушай, Блейз, а ты всегда такой противный, или сегодня какой-то особенный день?       В этот самый момент, мы остановились возле двери в кабинет Трансфигурации и, прежде чем зайти вовнутрь, решили закончить разговор. Так что, наклонившись ко мне, Блейз, растянув губы в гаденькой улыбке, промурлыкал:       - Для тебя, солнце мое, дни всегда особенные. И да, на будущее, я не противный, а весьма харизматичный и обаятельный.       Я не осталась в стороне. Также гаденько расплылась в улыбке:       - Милый мой, тебя как послать? Честно или интеллигентно?       - Если есть возможность, то красиво!       Его глаза сверкнули азартом и предвкушением. Он ждал, как я красиво пошлю его? Надо же… Но нет уж, с другой стороны зайдем! Все еще улыбаясь, я решила уколоть его:       - Сколько бы змея не сбрасывала кожу, она все равно остается змеей.       Забини беззвучно смеялся и, по его лицу я поняла, что подкол он оценил. И, действительно, успокоившись спустя минуту, Блейз, сложив руки на груди, спокойно проговорил:       - Как тонко подмечено. Мы ведь на Слизерине учимся, как ни странно. Ладно, пошли, а то еще старуха заставит нас с тобой заниматься чем-нибудь непотребным. А я, знаешь ли, тебя как объект воздыхания не воспринимаю. Прости, между нами могут быть только сугубо деловые и дружеские отношения.       И вот вроде не оскорбил, а все равно обидно стало. Хотя, с какого перепугу-то, позвольте уточнить!? Правильно, ни с какого. Так что, отмахнувшись от назойливых мыслей, я, вздохнув, ответила так, будто шутку не уловила:       - Ну что, юморист, ты готов к смерти?       Хмыкнув, Блейз галантно распахнул передо мной дверь, и, качнув головой в сторону входа, прошептал:       - Только после тебя, солнце мое. ***       Самый я думала, утро этого дня будет самым паршивым, но, как же я ошибалась. Я и Блейз задержались буквально на несколько минут, а нас уже прожгли взглядом так, что захотелось самоуничтожиться или провалиться под землю. Профессор Макгонагалл заправски отчихвостила нас, да так славно, что за парты мы сели с красными, словно вареные раки, лицами (лично у меня это очень сильно бросалось в глаза, поскольку кожа-то светлая. Забини в этом плане повезло больше…). И да, во всем классе свободных мест оставалось только два: рядом с Тео и Миллисентой. Так что, переглянувшись, мы мысленно пришли к мнению о том, что с Булстроуд мне садиться опасно. Поэтому, выбор у меня был невелик. Бросив сумку на пустую половину парты, я, опустившись на стул, игнорируя при этом многозначительный взгляд Тео, принялась доставать пергамент и перо. Пока я возилась со своими вещами, Нотт придвинулся поближе и, наклонившись так низко, насколько позволяли приличия, еле слышно проговорил:       - Долго ты будешь бегать от меня?       Я избрала любимую тактику – прикинулась дурой.       - Не понимаю, о чем ты.       Забрав мое перо, тем самым заставив обратить на себя внимание, Тео с обидой в голосе прошептал:       - Ну Влад… Прости меня, что наговорил тебе всего…       Отвернувшись от парня, я, посмотрев на исписанную доску, также прошептала, только с явным осуждением:       - Чего «всего»? Конкретику, пожалуйста.       - Влада…       Заметив, что Макгонагалл отвернулась от класса для того, чтобы написать новые формулы, я, воспользовавшись этим, повернула голову в сторону Тео и, гневно сверкнув глазами, тихо прошипела:       - Что, Влада? Тео, нам не о чем говорить. Я поняла, что ты считаешь меня девушкой, которую легко затащить в постель, которая к тому же еще и недалекого ума.       От этой тирады Нотт скривился, но на меня это не подействовало. Все еще не отводя от него взгляда, я услышала осуждающее:       - Ты на придумывала себе непонятно что, а сейчас на мне срываешься!       «Вот наглец-то, а!»       И хотелось на него прикрикнуть, да нельзя было! Поэтому я и продолжила тихо шипеть только для того, чтобы нас не спалили.       - Да что ты говоришь? А твой вопрос, касательно Забини мне приснился, получается? Что молчишь?       И взгляд его тут же изменился - стал виноватым.       «Ты же моя радость! Понял, что облажался? Ну, и как выкручиваться будешь?»       И что самое смешное – никак… То есть, едва заметно пожав плечами, Тео еле слышно произнес:       - Ну погорячился, ну бывает.       «Я чувствую умиротворение. Я волна, которая… Не, брехня. Я убью его!»       Зло прыснув, я, покосившись на Тео, ядовито произнесла:       - А, бывает… ну в таком случае, я тебя прощаю. Ты прав, всякое в жизни бывает.       - Правда?       В его глазах была такая надежда, что я на долю секунды почувствовала себя самой последней мразью. Но, пришлось подавить этот неуместный порыв. Просто, потому что нечего такими словами бросать напропалую и думать, что все сойдет с рук! Захочет и дальше со мной общаться, пусть для начала нормально извинится! Отняв свое перо, и вновь посмотрев на доску, я раздраженно ответила:       - Ага, аж два раза. Нет, Тео, ты не прощен. И сомневаюсь, что когда-либо будешь…       - Господа, а мы вам не мешаем?       Я дернулась от испуга. Профессор подошла абсолютно бесшумно, словно кошка! И от этого стало еще больше не по себе. Мало того, что все, кто находился в помещении замолчали, так еще и стали пялиться на нас, словно мы зверюшки в зоопарке.       «Духи, помогите, прошу!»       Нервно сглотнув ком в горле, я негромко пробормотала:       - Простите, профессор Макгонагалл. Этого больше не повторится.       Окинув меня осуждающим взглядом, Минерва после покосилась на Тео и, вскинув бровь, холодно проговорила:       - Мистер Нотт, вас это тоже касается. – заметив его недоумение, женщина добавила: - Как бы хорошо вы не старались, я все равно видела, как вы оба разговаривали. Не одна мисс Василев нарушила правила. Так что, если не хотите получить отработку после занятий, настоятельно советую прислушаться к вашей совести.       Вздохнув, покосившись при этом на меня, Тео, после удостоив профессора взглядом, прошелестел:       - Извините, профессор.       Удовлетворенно кивнув, Макгонагалл отошла от нас, но, прежде чем вернуться к своему рабочему месту, громко объявила:       - Минус десять очков Слизерину. – а затем вновь посмотрев на нас, дополнила: - Впредь думайте, молодые люди, чем может обернуться ваша безалаберность.       Закончив прилюдную порку, профессор продолжила вести занятие. А я, уткнувшись в пергамент, невидящим взглядом смотрела на то, как на парту медленно приземляется маленькая бумажная птичка. Незаметным движением руки, стащив бумажку со стола, я, уверившись в том, что Тео не заметил, развернула ее на коленях и прочитала текст про себя:       «Влада, прошу тебя, не подставляйся сильнее. Сокурсники и так к тебе настроены враждебно. Не нужно усугублять ситуацию. П.»       «Пэнси…»       Ну, уже как минимум два человека на Слизерине заслуживают доверия и не желают мне зла. И если так подумать, то, как же печально это было осознавать на самом-то деле… ***       Прошло несколько месяцев после всех этих сумасшедших событий. Ярослав с Забавой так со мной и не общаются. Проходя мимо меня, они демонстративно делают вид, что мы не знакомы. Глупо и так по-детски. Но, не мне судить. Моя вина в этом всем тоже есть…       Тео какое-то время обижался на меня, но, видимо с подачи ребят, перестал выносить мне мозг и попытался общаться так, будто ничего и не было. А я сделала вид, что простила его… Глупо и недальновидно. Ну да ладно, мне с ним не детей крестить…       Что же касается Миллисенты… Мы ей все-таки отомстили. Блейз, правда, хотел еще немного напакостить, но, после того как ее еле откачали от конфет с целующим зельем, я категорически заявила, что с нее хватит.       - Ой, да ладно тебе! Давай еще над ней поиздеваемся?       Сидя как-то вечером у меня к комнате, он, играя с Вирой, всячески пытался убедить меня в том, что порка Булстроуд все еще необходима.       - Блейз, ты рехнулся? По-моему, мы достаточно отомщены. Не находишь?       Скрестив руки на груди и окинув парня тяжелым взглядом, я, пыталась придумать аргументы в защиту этой сладкоежки. Забини, однако, чхать хотел на мои просьбы.       - Почему ты зануда такая?       Всплеснув руками, я все постаралась объяснить ему свою позицию (в который раз, между прочим!):       - Всего должно быть в меру. Кровопролитные леденцы дали свои плоды - она из лазарета вышла только через пару дней, что побудило ее более тщательно следить за своими вещами. И напомнить тебе, с каким трудом удалось подкинуть ей лихорадочные леденцы? После которых она, опять же, оказалась в лазарете на несколько дней. А ириски и канареечные помадки? Мы с тобой от всех косых взглядов отнекивались. А все потому, что кое-кто, не будем показывать пальцем, не может следить за своими эмоциями!       И он так искренне возмутился!       - Так весело же было!       Кинув в него подушку, что находилась рядом, я не выдержав, вспылила:       - Ты нас чуть не спалил!       Поймав подушку на лету, Забини усмехнувшись, огорошил:       - Ну, если, по существу, нас спалила именно ты.       Закусив губу, я, после пробурчала:       - Согласна, мой косяк. – встрепенулась, - Но! Это случилось уже тогда, когда она проглотила последнюю конфету с целующим зельем и ее потянуло на Гойла. Так что все нормально.       Согласно кивнув и вновь начав гладить урчащую Виру, Блейз произнес:       - Да, нам повезло. Булстроуд не стала рассказывать о нас старику Дамблдору и профессорам.       Я хихикнула:       - Разумеется, если бы она рассказала, нам бы пришлось объяснять, почему мы такое провернули. И тогда, все бы сразу узнали, что именно эта девчонка натворила. Вот и все.       Повернув голову в мою сторону, Забини с интересом в голосе спросил:       - И что теперь делать будем?       Прищурившись, я ехидно протянула:       - Учиться, Блейз. Учиться. – и добавила для антуража, - У тебя хвостов больше, чем у кицунэ.       - Кицунэ?       Я довольно улыбнулась:       - Лиса-оборотень с девятью хвостами из японской мифологии. Не смотри на меня так, изучала на досуге.       - Да я и не удивляюсь. Влада, ты порой хуже, чем та же Грейнджер. В самом деле!       Я изобразила шутовской поклон.       - Сочту за комплимент моим мозгам!       Бросив мою же подушку в меня, Блейз, засмеявшись от моего выражения лица (которое в тот момент было очень возмущенным!), произнес:       - Завуалированно, но это был именно он. – а после поднявшись на ноги вместе с кошкой, подошел ко мне и присев на край кровати, поинтересовался: - Ну так что, какие планы на Рождество? ***       А планы на Рождество у меня были поистине… необычные. А все потому что, как-то раз после занятий, перед тем, как я вошла в гостиную Слизерина, меня, наглым образом, схватили за руку и потащили неизвестно куда. Хотя нет, потащили меня именно в направлении лабораторий, а вот кто, я так и не заметила, пока не оказалась в помещении. Прежде чем подать голос, я, вырвала руку и, вскинув палочку, произнесла:       - Люмос! – а вот уже после, я и заметила своего «похитителя». – Джинни? Какого черта?       Улыбнувшись, гриффиндорка подмигнула мне, а после и произнесла:       - Приветик!       Немного опустив палочку, я, вскинув бровь, поинтересовалась:       - Так все же ты мне объяснишь, зачем ты таким странным способом меня увела подальше от гостиной?       Поправив роскошные рыжие волосы, эта лиса, усмехнувшись, выдала:       - Хочу пригласить тебя на Рождество к себе домой.       От ее предложения у меня челюсть отвисла. Гриффиндорка приглашает к себе в гости на Рождество студентку Слизерина.. Что? У нас внезапное потепление организовалось, или я что-то не поняла? И похоже, у меня на лице было написано возмущение всей этой ситуацией, поскольку хихикнув, Джинни подошла ко мне и приобняв за плечи, заговорщицки произнесла:       - Поверь, Влада, будет очень весело!       - Да что ты говоришь? А брат твой в курсе, что ты решила меня к вам позвать? По любому Гарри и Гермиона тоже приеду к вам, а тут я такая… Не думаю, что это хорошая идея.       Отпустив меня и сделав шаг назад, Джинни махнув рукой, беспечно ответила:       - Пф, подумаешь. Рон в принципе всегда всем недоволен. Ничего с ним не случится, если он тебя у нас дома увидит. К тому же, ты будешь моей гостьей, а не его. Соглашайся!       - Джинни, я…       - Там будут твои друзья. – заметив, как на моем лице на мгновение отразилась боль, Уизли, вздохнув, спросила: - И давно?       Поджав губы, я сдержанно ответила:       - Не очень.       - Прости, я не знала.       Теперь уже была моя очередь махнуть рукой. Джинни больше ничего не говорила, да и я тоже. Поэтому, мы с ней находились в тишине ровно до того момента, пока я не решила ее прервать:       - Думаю, мне все же лучше у вас не появляться. Не хотелось бы портить праздник. Нет, ты не подумай, я твоему брату с удовольствием его испорчу, но, попозже…       От моих слов, Джинни оживилась. Сверкнув глазками, она ехидно усмехнулась:       - Не стоит ждать удобного момента, он у тебя уже есть. Не упусти. – и прежде, чем я смогла возразить, добавила: - Я уеду через два дня. Буду ждать с вещами возле Большого зала. Все, это не обсуждается!       И, пока я переваривала ее торопливую речь, Джинни, подошла к выходу и, помахав мне на прощание, выскочила за дверь. А я… А что я? Я стояла в пустой лаборатории и пыталась не заржать от нахлынувших эмоций. Слизерин и Гриффиндор в одном помещении на Рождество. Да, это будет поистине необычно…. И, как потом выяснилось, крайне травмоопасно… ***       Спустя несколько дней, как и обещала Джинни, мы встретились с ней возле Большого зала. Мне пришлось сбежать, в прямом смысле этого слова, от своих новых друзей. Поскольку: Пэнси жутко обиделась, когда узнала, что я уезжаю к Уизли. Назвала меня предательницей и не общалась со мной до самого моего побега. Тео и Драко также не обрадовались перспективе того, что каникулы я буду проводить вне стен Хогвартса. Как будто я не имею права проводить их там, где посчитаю нужным? И вообще, не Тео возмущаться! И только Блейз… А, ну да, он единственный, кто воспринял новость о моей поездке с каким-то нездоровым энтузиазмом.       - То есть, ты одна, а все остальные будут с львиного факультета?       Он сидел рядом и, не обращая внимания на еду, всячески показывал, как ему было интересно. Да ладно блин?       - Ну… да.       Моя заминка была очень красноречивой, но Забини не было до нее никакого дела. Скривив губы в усмешке, он прошептал скорее себе, чем мне:       - Замечательно!       Я с некой осторожностью покосилась на него. Глаза блестят, на лбу выступили маленькие капельки пота.       «Простыл?»       - Блейз? С тобой все в порядке?       Он никак не отреагировал на беспокойство в моем голосе, произнёс лишь:       - В полном! Я знаю, как можно над ними подшутить…       - Эм…       Я оглянулась. За столом, в Большом зале, находилось не очень много народу. Большая часть студентов уже разъехалась, а остальные либо собирались, либо спали. Завтракали лишь те, кому, по сути, делать было нечего. Я находилась здесь лишь по одной причине: Джинни. Девчонка успела меня поймать и сообщить, что ее отец заберет нас только после завтрака. Так что мне ничего не оставалось делать, как прийти, сесть за стол и наблюдать за тем, как Нотт, Малфой и Паркинсон пожирают меня хмурыми взглядами.       «Да-а, а день-то только начался…»       Мои мысли плавно перетекли от сокурсников и остановились на брате. Так как Рождество мы отмечаем позже, я написала Стасу только о том, что каникулы я проведу в гостях. Ответ мне пока не приходил, но я была искренне уверена в том, что Вира сохранит его письмо, пока я буду в отъезде… И из-за того, что я была погружена в себя, мне не сразу удалось сфокусировать внимание на том, что мне кто-то, что-то говорил. Только после того, как подняла глаза, для меня «любезно» повторили:       - Он пьян, Василев. Неужели за такой срок ты так и не научилась определять степень его адекватности?       «О, я уже Василев?»       От такого холодного голоса по моей коже пробежал табун мурашек! И, кто бы мог подумать, что на мой немой вопрос, ответит Теодор. Правда, в таком контексте, что сразу захотелось огреть его чем-нибудь тяжелым по голове. И да, это была единственная реплика, которой он удостоил меня. И только! Так что я тоже была немногословна:       - Знаешь, мне и тебя не всегда получается разглядеть получше. А уж о Блейзе и речи быть не может.       И да, именно после этого, я и сбежала. И сейчас, стоя под дверью кухни в доме Уизли, я вслушивалась в то, как Рон пытался доказать всем, что я имею отношение к Пожирателям смерти. Какая прелесть!       Прислонившись к дверному косяку, я, откусив от красного яблока небольшой кусок, продолжила подслушивать:       - Вы не понимаете что ли? Она же с Малфоем заодно! И ставлю 10 галлионов, она уже стала Пожирателем смерти!       О, бедный Рон, как же ты ошибаешься на мой счет!       - Рон, ты с метлы случаем не падал? Какой Пожиратель, ты в своем уме!?       А Джинни молодец, не поддается на провокации! Не зря ее в школе уважают.       - Я говорю то, что вижу! – и вновь Рон подал голос.       - Значит, тебе пора надеть очки, друг мой. Поскольку я верю своей подруге, она ни за что не примкнет к ним.       А вот тут сердечко неприятно кольнуло… Подруга, надо же… Ярослав защищает меня, будто и не были мы в ссоре все это время…       - С чего ты так уверен в этом!? Вы ведь с ней не общаетесь. Даже находясь тут, вы перекинулись всего лишь парочкой фраз. Это ли не доказательство?       А чего ты хотел от трех людей, которые не могут найти точки соприкосновения? Святого озарения?       - Доказательство чего? Что мы просто немного разошлись во мнениях?       Тонко подмечено Забава – «мы просто немного разошлись во мнениях»       - А ты вообще молчи!       - Джин!       А вот это уже интересно! Ну-ка, ну-ка… Я подобралась и, откусив еще один кусок яблока, вновь напрягла слух. Видимо, Джинни не очень понравилось, как Гарри окликнул ее, поскольку в следующей тираде, проскакивали нотки раздражения:       - А что!? Обижается на нее, а Влада не хочет ругаться с ней, так ещё она свою же подругу пытается поддеть. Это нормально!?       - Джин, не лезь туда, куда тебя не просили лезть!       О, Грейнджер!       - Герми, а ты куда лезешь…       Похоже, дело принимало плохой оборот, поскольку в разговор вновь включился Гарри.       - Что ты имеешь в виду?       Ну все, пора заканчивать эту свистопляску, в которой может всплыть то, что многие хотели бы скрыть. Подставляться мне не хотелось, как и обличать Грейнджер, даже при всей нашей «любви» к друг другу… Наскоро доев яблоко и выкинув огрызок в мусорное ведро, я, натянув на лицо маску отстраненности, распахнула дверь и от души насладившись зрелищем, под названием «Здрасте, вы меня не ждали, а я приперлась», возмутилась:       - Слушайте, а я вам часом не мешаю? Вы бы хоть заклинание тишины наложили, что ли…       И да, как всегда, первым вновь заговорил Рон.       - А что? Правда глаза колет?       Сморщившись, я, сложив руки на груди, поинтересовалась:       - Какая правда? То, что ты с ума сошел? Так это да, тут и не поспоришь.       Сверкнув глазами, Рон, не обращая внимания на друзей, которые уже было хотели его остановить, процедил сквозь зубы со всей злостью, на какую был способен:       - Да как ты смеешь?!       Ой, кажется, я его раздраконила. Упс! А вот не нужно меня задевать!       - Не нравится? Вот и мне не по душе, когда обо мне такое говорят. И к тому же, как я о тебе думаю, это ещё мягко…       И вот тут Рон взбесился не на шутку. Подойдя ко мне и толкнув меня в грудь, он рявкнул прямо в лицо:       - Да плевать я хотел! Убирайся из моего дома!       Устояв на ногах, я, демонстративно отряхнула то место, до которого он коснулся, а после, приняв гордый вид, отчеканила:       - Во-первых, не ты меня сюда позвал, а твоя сестра. Следовательно, я не твоя гостья. Во-вторых, прекрати на меня свою пасть разевать, а не то я ее тебе сломаю, и ты говорить не сможешь очень долго. Я понятно выразилась?       Зло усмехнувшись, Уизли выплюнул, под удивленные взгляды остальных:       - Ты только и умеешь, что языком чесать, а по факту, ты такая же, как и Малфой – дрянь высокомерная!       Все, достал! Ну сколько можно, в самом деле! Говорила я Джинни, что поездка сюда – плохая идея. Но нет же! Вот пусть теперь, после того как я кое-что сделаю, не обижается на меня!       Сжав пальцы в кулак, я, не отводя взгляда от рассвирепевшего Рона, неожиданно для него, да и для всех, собственно, со всей дури заехала ему по лицу. О, этот звук ломающегося носа. М-м! А крики и ругань, стоили того, чтобы ощутить боль, которая пронзила и мои пальцы тоже. Встряхнув пострадавшую руку, я, окинув взглядом всполошившихся гриффиндорцев, которые всеми силами пытались помочь другу, горько усмехнулась и вылетела за дверь, прежде чем кто-то из них поймает меня. ***       «И вот знала ведь и все равно согласилась…»       Я сидела возле огромного дуба и смотря вдаль, думала над тем, как поступить дальше. По-хорошему, мне стоило вернуться обратно в школу, но, во-первых, я не знала, как отреагирует Джинни на это известие. Во-вторых, Молли и Артур, скорее всего не отпустят меня, пока все их дети и гости не вернутся в Хогвартс. И в-третьих, Стасу я уже обещала, что ни в какие передряги я встревать не буду… Ну да, ну да…       Я крутила палочку в руках, когда ко мне подошла Джинни и присев рядом, произнесла:       - Ты сломала ему нос. Гермиона вправила его, но синяк все еще не сошел.       Все еще продолжая издеваться над волшебной палочкой, я отстраненно поинтересовалась:       - Что сказали Молли и Артур?       - Ничего. – удостоившись от меня удивленного взгляда, Джинни улыбнувшись, пояснила:       - Мама с папой не узнали ничего. Фред и Джордж только лишь усмехнулись и сказали, что наш братец это заслужил. Твои друзья никак не прокомментировали это, а вот Гарри с Гермионой…       Она вздохнула, а я поняла, что пребывание в доме семьи Уизли для меня завершилось. Поскольку, Рон сделает все возможное, чтобы меня выжить отсюда. И в этом ему помогут Поттер и Грейнджер, в чем я не сомневалась…       - Ну, я пойду, пожалуй…       Убрав палочку в чехол, я, поднявшись на ноги, уже было сделала шаг в направлении Норы, как до меня донесся голос Джинни:       - Куда?       Обернувшись, я ответила без задней мысли:       - Как куда, вещи собирать…       - А зачем?       Уизли все еще сидела возле дерева и, смотря на меня пронзительными карими глазами, ждала ответа. Потупив пару минут, я после неуверенно произнесла:       - Так это… в Хогвартс вернусь…       - Кто же тебя туда отпустит? – однако сопоставив все, что произошло и мое поведение, Джинни вскинув бровь, осторожно спросила:       - Ты что, считаешь, что теперь тебя попросят уйти?       - Не попросят, а в добровольно-принудительном порядке выставят за порог.       Округлив глаза от моего ответа, Джинни, вскочив на ноги, подошла ко мне и влепив затрещину, возмутилась:       - Ты в своем уме!? Да никто не посмеет тебя отсюда выгнать!       Потерев место наказания, я, надув губы, проворчала:       - Ага, Рону это скажи… Он меня теперь за милую душу…       - Да плевать я хотела на своего братца! Ты моя гостья, моя! И пусть он слюной подавится, но ты никуда не уедешь. Ты поняла меня, Владислава Василев!?       Это было впервые, когда она произнесла мое полное имя. Причем так четко, что у меня от неожиданности челюсть отвисла. Хлопнув ресницами несколько раз, я, после мотнув головой, вновь посмотрела на хмурую девушку и, вдруг улыбнувшись, произнесла:       - Спасибо!       - За что?       Обняв ее довольно крепко, отчего Джинни даже охнула, я, растянув губы в еще более широкую улыбку, ответила:       - За то, что так тепло ко мне относишься. И прости за своего брата, я не…       Отпрянув от меня и посмотрев мне в глаза, Джинни покачав головой, буркнула:       - Брата можешь задирать сколько угодно. Он в любом случае от тебя не отстанет, так что нет смысла оправдываться там, где ты просто защищаешься.       Духи, я восхищаюсь этой девушкой! Неудивительно, что за ней бегают парни со всей школы и большинство девчонок хотят подружиться с ней. Ну а как иначе? Умна, красива, энергична, не лишена юмора и может постоять за себя. Шикарные качества для девчонки! Вот только… А не важно.       - Ну что, все еще собираешься убежать?       - А у меня получится? – я ехидно прищурилась.       - Не дождешься!       Толкнув меня в бок, отчего я не устояла на ногах, Джинни, хохотнув, рванула вперед, крича при этом:       - Догоняй, копуша!       «Где-то я это уже слышала… А да, это было перед тем, как мы угодили в яму!»       Поднявшись на ноги и отряхнув брюки, я, усмехнувшись, бросилась следом за ней. Однако, когда мы уже подбегали к дому, нам на пути попалась Молли. Окинув нас двоих каким-то странным взглядом, она, качнув головой в сторону пристройки, произнесла, глядя при этом на меня:       - Влада, я хочу поговорить с тобой. ***       От этого разговора я ожидала чего угодно, но только не…       - Встань вон на стул и повернись ко мне лицом.       - Эм…       Я не стала продолжать, а просто подчинилась матери семейства. Подойдя к хлипкому, на первый взгляд, стулу, я, осторожно встала на него и повернувшись к мисс Уизли, вдруг поняла, какая именно экзекуция меня ждет. Примерочная, что б ее!       - Молодец! А теперь, постарайся не крутиться!       Джинни стояла в сторонке и с ехидной физиономией наблюдала за тем, как ее мама меня мучает. В таком положении я пробыла по меньшей мере несколько часов. С меня сняли все мерки, какие только можно было снять. Вот только на какой черт, мне так и не объяснили. Ну ладно, хотя бы можно будет им поручить заказать гроб, при случае чего…       Закончив мои мучения, Молли по-доброму улыбнулась и потрепав по голове, словно маленькую девочку, вышла на улицу. Я же, с гнездом, вместо прически, и осоловевшими глазами, посмотрела на ужасно довольную гриффиндорку и сбив прядь волос воздухом, хрипло уточнила:       - Я, конечно, понимаю, что ты ничего не скажешь. Но, ответь, это было обязательно?       Согнувшись пополам от хохота, Джинни, через какое-то время утихнув, произнесла, все еще захлебываясь смехом:       - Обязательно, поверь. Увидишь, когда Рождество придет.       - А, так это для подарков, что ли? Неужели гроб?       Вот тут смех стих окончательно. Посмотрев на меня, как на идиотку, Джинни, покрутив пальцем у виска, возмущенно прокомментировала:       - С ума ты сошла, со своими змеюками. В самом деле! Какой гроб, Влада?       - Зеленый, с серебряными вставками. – и я с такой теплотой в глазах это произнесла, что Уизли аж поперхнулась воздухом.       - Надеюсь, это не заразно!       - Я тебе подарю красненький или золотой. Какой хочешь?       Я издевалась, как могла. Джинни понимала это, но все равно жутко бесилась. Скрестив руки на груди и прищурившись, она брякнула:       - Зеленый низ и красный верх!       Я прыснула со смеху:       - Оригинально! Но, боюсь, тебя не поймут…       - А мне все равно. Ты только заметила это?       Отрицательно мотнув головой и указав девушке на выход, я, прежде чем выйти вслед за ней, тихонько отметила:       - Да нет, я заметила это сразу.