Проклятие русалки

      

Тихий смех перекрывает горесть. Тихий шелест листьев Позволяет позабыть печаль. И тот букет, Что навевает для кого-то грусть, Заставляет мое сердце от радости кричать.

      «Помириться? Вот так новость!»       Я посмотрела на Забаву и, по глазам, попыталась понять правду она говорит или же нет. Но, так ничего и не заметив, задала вопрос, на который, в принципе, уже и так знала ответ:       - Тебя Ярик подослал?       Забава зарделась. На мгновение, на ее лице отобразилась вся гамма чувств: от ненависти, до глубокого сожаления. Однако взяв себя в руки, она с невозмутимым видом поинтересовалась:       - А при чем тут Ярослав?       «Вот уж действительно…»       Сложив руки на груди, я, вскинув бровь и окинув подругу многозначительным взглядом, пояснила:       - Да при том. Из последнего нашего «разговора» ты мне ясно дала понять, что во мне не нуждаешься. Так зачем сейчас решила наладить отношения? Сама бы ты не стала этого делать. Так что я делаю ставку на Ярика.       Насупившись, Забава выдала:       - Зря ты так…       Покачав головой и вздохнув, я произнесла:       - Хорошо. В чем причина?       Я не хотела и дальше продолжать все это. Спать хотелось неимоверно, да и головная боль начала возвращаться. К тому же, желудок уже вовсю стал издавать голодные трели, от чего у меня заболел живот. Шикарное комбо, ничего не скажешь. Вот только это все не касалось Забавы, поэтому я терпеливо ждала, когда она заблагорассудится пояснить, зачем ей этот спектакль необходим. И вот, после моего вопроса, Забава, покосившись на меня, буркнула себе под нос:       - Ни в чем.       «Так мы кашу никогда не сварим…»       Нервы уже начинали позванивать от напряжения, именно поэтому и сомкнув губы, чтобы ничего лишнего не ляпнуть, я, немного помолчав, после все же возмутилась:       - Да хватит мне лапшу на уши вешать. – а после уже мягче: - Что случилось?       Подруга промолчала. Просто стояла и ковыряла носком туфли каменный пол. Помянув недобрым словом черта, я, не выдержала:       - Забава, либо ты говоришь правду, либо извини, я пошла. – повернувшись в сторону двери в Большой зал, я, скосив глаза на Забаву, продолжила: - Я не собираюсь вновь лаяться с тобой…       Вскинув голову и вперив в меня тяжелый взгляд, Забава бросила с обидой в голосе:       - Ты все равно мне не веришь, так какой смысл говорить тебе правду?       Закатив глаза, я объяснила ей свою позицию:       - Ну начнем с того, что, если ты соврешь мне, лимит доверия иссякнет окончательно. А оно тебе надо?       - Нет. – она отрицательно мотнула головой, а я, облегченно выдохнув, спросила:       - Ну так что?       Немного помедлив, Забава все же сдалась:       - Да, это Ярослав…       - И стоило ли упираться? – я улыбнулась, а подруга, поджав губы, нехотя проворчала:       - Прости.       Прощать ее не хотелось, но и уйти так просто, я уже тоже не могла. Обругав себя за то, что позволяю всем помыкать собой, я, мысленно взвыв, и взяв Забаву под локоть, отвела немного в сторону и наклонившись к ней, негромко поинтересовалась, надеясь, что она мне все же назовет причину такого внезапного порыва:        - И зачем тебе это? Ты вроде эти месяцы и без моего участия в твоей жизни неплохо обходилась. Почему именно сейчас?       Я старалась быть сдержанной, поскольку всплеск моей злости еще никому добра не приносил. Взять того же Малфоя, как пример. Поэтому, с силой сжав кулаки, отчего ногти впились мне в кожу, я, многозначительно посмотрев на подругу, услышала весьма удивительное:       - Из-за Ярика. Он очень сильно переживает. – замолчав и как-то странно покосившись на меня, Забава добавила: - Нам ведь скоро возвращаться, а мы с тобой друг на друга смотреть не можем.       Усмехнувшись с ее слов, я, выпустив ее локоть из своей хватки, сделала шаг назад и потерев переносицу, справедливо заметила:       - Ну невелика беда. Все когда-нибудь ссорятся. Переболели бы и успокоились.       Забава была другого мнения. Нахмурившись и надув губы, она, окинув меня недоверчивым взглядом, ядовито бросила:       - Какая же ты мерзкая.       О да, я стала такой не по своей прихоти. Да и потом, в чем проявляется моя «мерзость»? В том что я могу за себя постоять, когда это необходимо? Или, когда я выдаю свою точку зрения, которая может кардинально отличаться от чужой? Или она заключается в том, что я учусь на факультете, который не может ни с кем найти общий язык? Я виновата разве? И к слову, не такой Слизерин и плохой. Если на то пошло… Так что, убрав пальцы от лица, я, издав нервный смешок, уточнила:       - Тебе напомнить, где именно я учусь?       Видимо, Забава не совсем меня поняла, поскольку, презрительно фыркнув и закатив глаза, ответила:       - В Хогвартсе, как и мы. Но мы же себя так отвратительно не ведем…       Тяжело вздохнув и посмотрев на подругу взглядом, который был полон грусти, я, покачав головой (в который раз уже!), проговорила:       - Забав, я про факультет говорила.       Недовольно цокнув и осуждающе посмотрев на меня, Забава, сложив руки на груди, невольно проговорила:       - Там не настолько сволочи учатся. Не надо прикрываться этой мнимой проблемой, чтобы покрывать свой поганый характер.       По поводу моего характера, это она, конечно, переборщила. Я не настолько плохая, чтобы в мой адрес летели такие гадости. Даже слизеринцы себе такой вольности не позволяют, как эта мадам, а они, между прочим, далеко не ангелы! Хотя, возможно, я и мазохистка (видимо, это реально так), потому как при всем гнилостном характере этой цыганки, мне не хотелось портить с ней и без того натянутые отношения. Поэтому, попросив свою гордость заткнуть варежку, я, попыталась донести, как можно спокойнее, до подруги мои слова:       - По поводу моего характера, ты немного просчиталась. А вот насчет моих сокурсников… - заметив скуку в ее глазах, я, махнув рукой, произнесла, уже и не надеясь на ее понимание: - Не идеализируй и не ищи им оправданий. Большинство из них отравлены воспитанием своих родителей и, хочу тебе сказать, добрая часть не чураются использовать темную магию. Мой тебе совет, обходи их десятой дорогой.       Ага, как же, послушает она меня. Нашла чем ее пугать. Это же Забава, она, как и я, отбитая на всю голову. Поэтому, я даже не удивилась, когда подруга с неудовольствием в голосе заметила:       - А как же ты? Ты же их не обходишь…       Хмыкнув, а после, слабо улыбнувшись, я ответила на ее маленькую провокацию:       - Они об меня зубы сломают. Да и потом есть несколько человек, которые предпочтут скорее сами меня обидеть, чем позволят это кому-то другому. – пожав плечами и подмигнув ей, я добавила: - Так что, у меня есть защита. Сомнительная, но…       Презрительно скривив губы, Забава перебила меня, произнеся то, отчего на душе стало просто мерзко:       - Да ну, фигню какую-то несешь. Кто тебя кроме Ярика защитит? Ты не нужна тут никому.       На меня как будто ушат с дерьмом вылили… Да, я и без ее слов прекрасно знала о том, что никому тут и за даром буду не нужна. Да, у меня появились друзья (если их можно так назвать), но их моя судьба и внутреннее содержимое не особо волновало. Драко? Ну подкатывает, но не более того. Тео? Тоже самое. Пэнси и Блейз? Ну сдружились мы, хотя, лично я, о них ничего не знаю. Мне никто не спешит раскрываться, так же, как и я. Ярослав и Забава отвернулись от меня, хотя до этого говорили, что всегда будут рядом. Очередное наебалово! Так что услышать такое из уст той, кого я считала своим другом, было очень неприятно… Но, справедливости ради, она дала мне пинок под зад. Я очнулась и перестала смотреть на мир сквозь розовые очки. Спасибо! А что по поводу ее заявления…       Стараясь унять понемногу подходящую истерику, я, сделав глубокий вдох и резко выдохнув, огрызнулась, смотря при этом на Забаву:       - Может быть. Я и вам-то не особо сдалась, вы оба просто переживаете о том, что скажет Белозар и мой брат. В остальном, если бы можно было, ты бы и не подошла ко мне. Еще скажи, что я не права?       Такая перемена в моем настроении немного подкосила уверенность подруги. Потупив взгляд и посмотрев куда-то мимо меня, Забава, сомкнув губы в тонкую линию, промолчала. Я же, заломив пальцы и запрокинув голову, посмотрела на высокий потолок, а после, вернувшись в прежнее положение, предположила единственный, как мне показалось, вариант действий:       - Давай так… Мы будем держать нейтралитет. Я не учу тебя, ты не трогаешь меня. Доучиваемся и возвращаемся домой, а там уже думаем дальше, что нам делать. Идет?       Подняв глаза и пристально осмотрев меня, Забава, прищурившись, спросила:       - А в чем подвох?       Я обалдела от ее наглости. То есть, и позиция моя ее не устраивает, и идею мою принять не хочет, и думать сама не горит желанием, так что ли? Хорошо устроилась, блин…       Кашлянув, я, вскинув бровь, с удивление в голосе уточнила:       - Ты же сама не горишь желанием мириться со мной. Или уже передумала?       Поморщившись и гордо задрав подбородок, подруга отчеканила:       - Если бы не хотела, не подошла бы!       Я же, порядком уже устав от данного представления, фыркнула и довольно едко заметила:       - Да что ты говоришь? Ты же сама сказала, что это из-за Ярика.       Забава опять промолчала, а я, понимая, что эта ситуации уже выжата досуха, попыталась в последний раз до нее достучаться:       - Я тебе предложила отличное решение. Видимость того, что мы помирились создана. Чего тебя еще не устраивает? Забава опять молчала, а я хотела прибить ее. Вот честное слово! И себе не гам - и другим не дам! Так не работает. Лично я хотела, чтобы у нас были, хотя бы нейтральные отношения (раз уж на то пошло), а ей и то не нравилось, и это не устраивало. Р-р-р, бесит!       Однако, от растерзания подруги и самой себя за компанию, меня спасла Пэнси. Я не слышала, как дверь Большого зала открылась, но зато, прекрасно слышала ее вопрос, который был адресован мне:       - Влада, ну ты скоро там? - обернувшись в сторону слизеринки и, наконец, почувствовав, как кишки слипаются между собой, я, махнув ей рукой, крикнула в ответ:       - Минуту! – обернувшись к Забаве, которая с неприкрытым презрением взирала на Паркинсон, я, щелкнув перед ее носом пальцами, поинтересовалась:        - Ну так что?       Отмерев от созерцания Пэнси, Забава, скосив на меня глаза, задумалась на долю секунды, а после, кивнув головой, проговорила:       - Я согласна. – однако после того, как я с облегчением выдохнула, решила добавить, не очень охотно: - Только Ярику не рассказывай об этом.       «А оно мне надо? Слава ведь единственный, кто еще открыто не враждует со мной…»       Смысла в том я не видела, так что, улыбнувшись, я, хмыкнув, ответила вполне миролюбиво, поскольку уже начала оттаивать:       - Не расскажу.       - Обещаешь?       «Я тебя когда-нибудь обманывала?»       Так и хотелось озвучить этот вопрос, но, зная о том, что если он прозвучит, мы вновь начнем лаяться, я, пожав плечами, ответила весьма правдиво:       - Обещаю. – повернувшись в сторону зала и отметив, что Паркинсон все еще находилась там, я, повернув голову в сторону Забавы, протараторила: - Все, я побежала.       Равнодушно окинув меня взглядом, Забава отвернулась и направившись к коридору, что вел в башню Гриффиндора, сказала напоследок, так и не повернувшись ко мне:       - Пока.       Было слегка обидно, потому как, мне показалось, что этот вопрос мы решили. Однако, это была лишь моя проблема. Забаве было абсолютно наплевать. Друга она не потеряла, новых приобрела, а я… А меня можно держать, как запасной вариант. Смешно. Вот только, я не запасной вариант и больше им не буду. Хватит. Если я вдруг и окажусь в компании гриффиндорцев, то это будет исключительно по просьбе Ярослава, или же Джинни. Но никак иначе!       Вот так, под нерадостные мысли и вполне себе понятные цели, я и подошла к Пэнси, которая, окинув меня изучающим взглядом, полюбопытствовала, как бы невзначай:       - Ну и, чего она хотела?       Вынырнув из задумчивости и посмотрев на девушку, я, улыбнувшись, ответила весьма лаконично:       - Помириться.       - И?       Она прямо пожирала меня глазами! А мне от этого становилось все смешнее и смешнее. Но не став ее мучать, я, схватившись за ручку двери и дернув ее на себя, произнесла:       - Помирились.       Прищурившись, Пэнси проговорила с ноткой подозрения в голосе:       - Что-то не похоже…       Усмехнувшись и вновь обратив внимание на сокурсницу, я, подмигнув ей, произнесла:       - А ты присмотрись. – а после повернувшись к открывшемуся залу, в котором ребята ели и что-то оживленно обсуждали, радостно добавила, при этом облизнувшись для антуража: - Есть хочу, умираю! ***       Я, наконец, дорвалась до еды! Кушала и чуть ли не урчала от удовольствия! Поначалу я ни на кого не обращала внимания, а после того, как моя голова прошла, весьма подобрела и даже начала отпускать шутки, которые Блейз и Пэнси оценили. И вот так, за разговорами, шутками и вкусной едой, я не заметила, как рядом со мной материализовалась одна рыженькая бестия.       - Привет, Влада!       Не дожевав кусок курицы, я, повернув голову в сторону гриффиндорки и, заметив ее веселый взгляд, что-то невнятно промычала. А после, проглотив образовавшуюся кашу во рту, я, улыбнувшись Джинни, произнесла:       - Привет, ты чего тут?       Однако Уизли не успела ответить, поскольку Пэнси, вспыхнув от негодования, прорычала, глядя прямо на нее:       - Да что вы сегодня привязались к ней!? – а вот тут я очень удивилась, и даже повернулась к сокурснице, потому как, не заметив никакой реакции на лице Джинни, слизеринка продолжила: - И вообще, Уизли, тебе не кажется, что ты немного направления столов попутала?       Подмигнув мне и проигнорировав Блейза, Джинни, мазнув по Паркинсон насмешливо-равнодушным взглядом, ответила:       - Нет, Паркинсон, мне не кажется. Я пришла туда, куда мне и нужно было. А потому, не суй свой мопс…       Вот тут я уже не выдержала. Прекрасно понимая, что если сейчас не увести отсюда эту егозу, начнется вакханалия, я, вскочив с места и подхватив Уизли под локоть, кашлянула и, показав головой в сторону огромных дверей, спросила:       - Давай выйдем?       Усмехнувшись с моей реакции и поймав на себе смешанные взгляды от слизеринцев, Джинни, пожав плечами, произнесла:       - Ну пошли.       Выдохнув с облегчением, я, уже было хотела направиться в сторону выхода из Большого зала, однако до моего слуха донесся оклик от Пэнси:       - Влада…       Обернувшись к ней и слегка улыбнувшись, я, спокойно проговорила:       - Я сейчас вернусь. – а затем указав на полупустую тарелку, добавила: - Можешь положить мне бутерброд с курицей, пожалуйста. А то вон загребущие ручки Грегора сейчас его в плен заберут.       Я заметила, как Пэнси расслабилась. Видимо, на нее так подействовали мои слова, относительно Гойла. А вот тот деятель, услышав шутку, которая касалась непосредственно его персоны, нахохлился и проворчал, прожигая во мне взглядом огромную дыру:       - У тебя у самой руки загребущие!       Я на это только усмехнулась. Послав ему воздушный поцелуй, я промурлыкала:       - Не загребущее твоих, Гойл.       И не дожидаясь ответа, направилась прямо к Джинни, которая уже еле сдерживала смех. Однако не успела я далеко уйти, как мне вдогонку прилетело возмущенное:       - Сучка!       Уже не оборачиваясь, я, махнула Гойлу рукой, а после, улыбнувшись, мысленно обратилась к слизеринцу:       «Долго же ты думал, Грегори…» ***       Как только мы вышли из Большого зала, Джинни, схватив меня за запястье, потянула куда-то в сторону. Подтолкнув к одной из стен, она, хохотнув, произнесла под мой недоуменный взгляд:       - Высокие у тебя с ними отношения.       Хмыкнув и сложив руки на груди, я ответила:       - Это только малая часть. – затем прищурившись, поинтересовалась: - У тебя что-то срочное?       Растянув губы в улыбке и как-то загадочно посмотрев на меня, Уизли огорошила:       - У меня для тебя новости. Хорошая и плохая.       «Отличное начало…»       Удивленно вскинув бровь, я не менее удивленно протянула, так и не убрав рук от груди:       - О как. – а затем добавила: - Давай с хорошей.       Я заметила, как сверкнули ее карие глаза. Передернув плечами и посмотрев куда-то мимо нее, я услышала ее голос, словно он доносился из-под толщи воды:       - Для нас хорошая, для вас… непонятная. – однако быстро пришла в себя, когда мне по носу прилетел щелчок. Сфокусировав взгляд на обеспокоенном лице гриффиндорки, я, мотнув головой, пробормотала:       - Извини, задумалась. Так, о чем ты говорила?       Посмотрев на меня со смесью сомнения и любопытства, Джинни, вздохнув, продолжила вещать:       - Я говорила о том, что это для нас новость хорошая. Короче, Кормака выперли из команды и на его место взяли моего брата. Теперь Рон будет вратарем.       Не то чтобы я впала в шок, но новость о том, что Рон стал вратарем, знатно меня так удивила. Просто… Давайте начистоту! Я этого гада терпеть не могу, потому как он неуравновешен и мнителен, похлеще меня самой в ранние годы. Впрочем, должна признаться: я не испытывала какого-то разочарования. Наоборот, я была за него… рада. Снег пойдет, не иначе… Но это не меняет мое к нему отношение. Возможно, если он будет в команде Гарри, то хоть чуточку изменится в лучшую сторону? Держи карман шире, Влада! Эх, мечты…       Мысли мои, хоть и были такими… странными, однако я не хотела их озвучивать и тем самым огорчать Джинни. Она ведь все-таки его сестра, да и не виновата в том, что мы грыземся с ним, как кошка с собакой… Так что, сделав максимально радостное лицо, я, улыбнувшись самой милой улыбкой из моего скромного арсенала, произнесла:       - Это здорово! Рада за него. – а затем поинтересовалась, чтобы сменить неудобную для меня тему: - Слушай, а кто Кормака сдал?       Не думала, что мой вопрос заставит Уизли заржать в голос. Посмотрев на нее круглыми от непонимания глазами, я, после того как она отсмеялась, услышала ответ:       - Не поверишь, его сдал профессор Снейп!       - Чего!?       Вот тут моя челюсть просто отвисла нафиг! Просто, потому что… Нет, ну посмотрите, что выходит: получается он назвал нас идиотками, посоветовал полечить голову, а затем, чуть ли не пинком, выгнал вон. Однако после пошел разбираться по поводу нечестной игры с деканом Гриффиндора!? Что? Я чего-то не понимаю в этом мире?       Похоже, на моем лице было написано все мое негодование и недоверие, поскольку Джинни, усмехнувшись, выпалила разгоряченно:       - Я сама в шоке! Оказывается, кто-то ему рассказал о том, что Кормак над тобой «пошутил». – слегка остудив пыл и скосив глаза в бок, она продолжила, но уже со смесью стыда в голосе: - Я не знала о том, что этот придурок сделал, но часть нашей сборной похвалила его. – ощутив мои успокаивающие поглаживания по плечу, Джинни, расслабившись, вернулась к изначальному повествованию: - Так вот, Снейп пришел к профессору Макгонагалл и сообщил об этом инциденте. Та поговорила с нами, и эти придурки сознались. Маклаггена выперли, а Гарри взял Рона на постоянку, а до этого брат был в запасе.       Убрав руку с ее плеча и сделав шаг назад, я, постучав ногтями по предплечью, задумчиво вопросила:       - Хм, а вторая новость?       Как-то странно покосившись на меня, Джинни сообщила:       - Из-за того, что правила игры были нарушены, принято решение о том, что мы будем играть вновь. Но больше тебе об этом капитан сборной расскажет.       Я издала жалобный писк, отчего Уизли посмотрела на меня с еще большим интересом, чем до этого. Мне же было все равно, поскольку в этот момент судорожно думала над тем, как избежать разговора с блондином. Ведь, больше всего на свете, я не желала видеть Малфоя! Дело было даже не в том, что он на меня обиду страшную затаил… Хотя нет, именно из-за нее. Откуда я знаю, может он на всю голову отбитый? И решит исполнить на мне свои самые лютые мыслишки? Не в эротическом смысле, извращенцы вы такие…       Вымученно выдохнув и заломив пальцы, я, уже чуть было жалобно не взвыла, однако одернув себя, по причине того, Джинни не знала о нашем конфликте, просто констатировала факт:       - Малфоя видеть не хочется…       Понимающе кивнув, Уизли, вдруг насмешливо брякнула:       - Нравится, не нравится - терпи моя красавица. – и улыбнувшись так радостно, отчего мне искренне захотелось ее придушить, обняла меня и повернувшись в сторону теплиц, выпалила: - Все, я побежала. Пока!       - Пока! – это я произнесла в тот момент, когда гриффиндорка уже исчезла с поля моего зрения. До этого я не могла этого сделать, потому как пребывала в глубоком шоке. М-да, я стала слишком впечатлительной и сентиментальной. Не дело…       Но, как бы не хотелось это признавать – Джинни была права. Хочешь не хочешь, а все равно придется подойти к Драко и задать ненужные ему, и такие интересующие меня, вопросы.       «Ну, была не была!» ***       Я вернулась в Большой зал и под испытующий взгляд Паркинсон, доела то, что все еще пока покоилось на моей тарелке. А затем посмотрев по сторонам и не найдя Драко, посмотрела на Блейза и спросила:       - Блейз, ты не знаешь, случайно, где Малфой?       Подперев щеку кулаком и лениво осмотрев меня, Забини ехидно произнес:       - Ушел на поле. Думаю, успеешь его поймать.       Отсалютовав ему, я поднялась с места и рванула туда, куда меня отправили. И, каково же было мое удивление, когда на середине пути меня догнала Пэнси и, тормознув, пробурчала:       - Я с тобой. В случае чего помогу.       Я была тронута ее беспокойством. А еще я была рада, что она решила составить мне компанию, поскольку, как я уже говорила до этого, понятия не имею, что Малфой сможет выкинуть. И проверять на своей шкуре какое-либо заклинание не хотелось совершенно. Поэтому, подарив ей признательную улыбку, я лишь произнесла, вновь двинувшись в сторону поля:       - Спасибо.       Пэнси зарделась, однако быстро взяла себя в руки и, догнав, вновь проворчала:       - Пошли уже…       До стадиона мы добрались довольно быстро. И, на мое счастье, там кроме Драко больше кого не оказалось. Остановившись у трибун, я, покосившись на Паркинсон, услышала от той:       - Тебе все равно придется с ним поговорить. И, не хочу тебя нагнетать, но он злопамятный.       Да уж, не хочет она меня нагнетать. А это тогда, что было?       Потерев переносицу и тяжело вздохнув, я после устремила взгляд на разминающегося Драко и прошептала:       - Я знаю, что он злопамятный. И от этого становится вдвойне сложней…       И не став ждать ответа от Пэнси, направилась прямо к Драко. Признаться, честно, меня потряхивало. Толи от страха, толи от возбуждения. И нет, это не то возбуждение, которое возникает между парнем и девушкой. Это возбуждение от ситуации. Нервное, которое с противоположным полом никак не связано! То есть связано, конечно, но не напрямую. Тьфу ты, блин!       В общем, оказавшись за спиной Драко, буквально в нескольких шагах, я, кашлянув, окликнула его:       - Малфой!       Я отметила, как он весь напрягся. Однако после того, как Драко обернулся и взглянул на меня, вообще пожалела, что пришла, поскольку, завидев меня, он не проявляя никаких эмоций, холодно уточнил:       - Чего?       Мне не свойственно стыдиться. Я всегда была той, кому было плевать на все правила и было плевать на мнение людей. Но вот с ним, у меня произошел сбой. Потому что, как еще можно объяснить тот факт, что я стала вести себя, как придурошная!? Я стала волноваться в его присутствии. Чего блин!? Рядом с Малфоем? Когда это во мне проснулось!? Это лечится!?       Ладно, опустим сие постыдный факт. Так вот, вместо того чтобы возмутиться от его холодного вопроса, и также холодно начать свой разговор, я, зардевшись, проговорила:       - Я поговорить хотела.       - Начинай. – развернувшись ко мне полностью и сложив руки на груди, Малфой, не меняя выражение лица, принялся ждать от меня чего-то. Ну и я ляпнула:       - Я по поводу квиддича…       Надо было видеть то, как маска отстранённости и равнодушия сходит с него. И поэтому, не скрывая своего удивления, Малфой, вскинув бровь, вопросил:       - А при чем тут квиддич?       Взмахнув ресницами несколько раз, я, искренне не понимая его удивления, произнесла весьма честно:       - Ну так новая игра будет. Я хотела, чтобы ты объяснил, что же все-таки случилось.       - А ты тут каким боком?       Я впала в ступор. Вновь посмотрев на него круглыми глазами, я промямлила неуверенно:       - В смысле? Я же ловец…       Зло усмехнувшись и посмотрев на меня, как на умалишенную, Драко едко произнес:       - Я ловец. А ты… - направив на меня указательный палец, он продолжил: - …даже близко к игре больше не подойдешь.       Я была, конечно, не против. Однако можно же было это как-то мягче преподнести? Я не настолько накосячила, чтобы меня носом в это тыкать. Ну в самом-то деле!       Состроив самую невинную мордочку, я, попыталась надавить на него (о духи, я безнадежна!):       - Ну Драко…       Скривившись и отвернувшись от меня, Драко, подняв метлу, что мирно лежала на холодной земле, отчеканил со сталью в голосе:       - Малфой, Василев. Для тебя, исключительно Малфой. – однако обернувшись вполоборота и посмотрев на меня, добавил: - Поняла?       И вот тут, случилось нечто. Из-за того, что его взгляд был одновременно колючим, холодным и немного презрительным, меня шарахнуло так, что отрезвило в один миг. И что самое удивительное, реально полегчало! Больше не хотелось краснеть перед ним и мямлить, как влюбленная дурочка! Вместо этого, хотелось забрать метлу, из его рук, и огреть его по голове! Зла не хватает!       «Спасибо, Великий Мерлин! Значит, я не совсем безнадежна…»       Скинув некое наваждение, тем самым вернув себя себе, я, усмехнувшись, отвернулась от него и направилась обратно к трибунам, сказав при этом напоследок:       - Ясно все с тобой. Приятной игры, капитан!       Я улыбалась. А еще хотелось смеяться. С ума схожу, не иначе. Вот только, со своим бзиком пришлось повременить, поскольку, догнав и схватив за руку, Драко развернул меня и, рывком дернув на себя, прорычал:       - И все?       Вырвав руку из его хватки и отпрыгнув от него, я возмущением вопросила:       - А что еще?       - А извиниться?       Сморщив нос и покачав головой, я, прикинувшись дурой, решила поинтересоваться:       - А за что это я должна извиниться?       Драко аж позеленел от злости. Попытавшись вновь схватить меня, он, выругавшись, процедил сквозь зубы:       - Во-первых, я тебя не сдал никому! Если бы не я, у тебя были бы большие проблемы. Во-вторых…       Вскинув руку, я, растянув губы в злорадной улыбке, перебила его, произнеся елейным голосом:       - Во-вторых, ты сам виноват. Не нужно было жульничать и подставлять меня. Ничего криминального я не сделала, так что не надо мне угрожать. И вообще, я с тобой сделала это, только из-за того, что мне по голове прилетело. - глупо хлопнув ресницами, я продолжила: - Я не соображала, что я делала! – но после того, как Драко чуть не разорвало от ледяной ярости, я, перестав над ним глумиться, дополнила довольно сухо: - Ладно, ты не хочешь, чтобы я играла, не вопрос. Но больше меня не трогай. Надеюсь, мы услышали друг друга. И да, чтоб ты знал - мы квиты.       Я вновь хотела двинуться к трибунам, но Драко снова мне помешал. Уже не хватая меня за руки, он, вздохнув, сдержанно проговорил:       - Ты ведь понимаешь, что я это так просто не оставлю?       «Дурень ты упрямый!»       Мотнув головой и закрыв глаза, я, сделав несколько вдохов и выдохов, приоткрыла их и, взглянув на мрачного блондина, проговорила:       - Делай, что хочешь. Мне абсолютно все равно, я уже озвучила свою позицию.       Нахмурившись и сделав шаг ко мне, Драко, наклонив голову набок, съязвил:       - Я бы так не сказал.       Пожав плечами, я равнодушно отметила:       - Это уже твои проблемы. – а после отвернувшись, добавила: - Удачи тебе завтра!       На это Малфой ничего не ответил, а я, наконец-то, спокойно дошла до трибун, на которых, меня встретила Паркинсон. Завидев, как я подхожу к ней, девушка, вскочив на ноги, уже было хотела что-то сказать, однако отрицательно покачав головой, я только лишь буркнула, уводя ее за собой:       - Ничего не говори!       Пождав губы, Пэнси двинулась следом, так ничего и не спросив. А я, направившись в гостиную Слизерина, думала о том, что теперь дружба, которая так неплохо начиналась, рухнула, как карточный домик… ***       - Ты идешь?       Я лежала на кровати с кислым выражением лица, когда ко мне подошел Тео и присев на прикроватный столик, задал этот несчастный вопрос. Вот только я его пропустила мимо ушей. И произошло это из-за того, что на последнем занятии, а именно на Травологии (на которую я все-таки сходила после перерыва), профессор Стебель, отчитала меня, как маленькую девочку. Отчего мое настроение, которое и так было хуже некуда, скатилось еще ниже. Так что да, я не обратила ровно никакого внимания на то, что мне решили составить компанию. Да и потом, желания посетить квиддич и поддержать команду Слизерина, не было никакого.       Поэтому перед тем, как Пэнси и Блейз поймали бы меня и утащили за собой на поле, я успела выскочить из теплиц и уйти обратно в замок. И теперь, смотря в потолок пустым взглядом, я проклинала себя за то, что так близко к сердцу приняла всю эту ситуацию.       Я, конечно, почувствовала, как кровать подо мной прогнулась, и как рядом со мной лег Нотт, но не стала ему ничего говорить. А смысл? Он уже сделал это, не спихивать же его на пол? Можно было бы, вот только зачем?       - Ты настолько сильно расстроилась?       Вздохнув и повернув голову в его сторону, я ответила:       - Дело не только в этом.       Повернувшись набок и подперев голову ладонью, Тео, многозначительно посмотрев на меня, поинтересовался:       - А что еще тебя беспокоит?       Не отводя взгляда от его красивых, карих глаз, я, нехотя, но произнесла:       - Я расстроилась не только потому, что меня выперли из команды, даже не дав показать себя по-настоящему. Но еще и из-за того, как на это все отреагировал Малфой. Да и я сама…       Заправив выбившуюся прядь, мне за ухо, Тео, тепло улыбнувшись, спросил:       - А тебе есть до этого дело? Ты же вечно с ним ругалась, что же изменилось теперь?       Поймав его ладонь в тот момент, когда он уже собирался убрать ее от меня, я прошептала:       - Не знаю. Возможно, я сама?       Приблизившись ко мне ближе и сжав мою ладонь, Тео, сверкнув глазами, решил уточнить:       - Ты печалишься из-за того, что такая хрупкая дружба рухнула от того, ты сумела постоять за себя?       Сглотнув откуда-то взявшийся ком в горле, я, все еще смотря на него, протянула:       - Наверное…       Усмехнувшись, Тео вернулся на место и не отнимая свою руку от моей, высказал свое мнение на эту ситуацию:       - Значит, ему не так уж и было важно то, что ты рядом. Он поступил подло по отношению к тебе, а ты показала, что можешь ответить не хуже. В духе слизеринцев, скажем так. – подмигнув и заметив, как мои щеки покрылись легким румянцем, он продолжил: - Да, этот черт злопамятный и мстительный, но не по отношению к тебе. Знаешь, он понял, что поступил, как свинья, поэтому и молчал в тряпочку. Все, что он тебе наговорил, не бери в голову. Не стоит расстраиваться, это того не стоит.       Я задумалась над его словами. Правда в них была, но вот какой процент? Вообще, вся эта катавасия и яйца выеденного не стоит, а я так парюсь на ее счет. Может реально забить? К тому же, меня эта странная эйфория, что появлялась рядом с Малфоем, вроде как отпустила. Так что, можно было выдохнуть спокойно. Или нет?       «Влада, подбери свою гордость с пола и включи мозги!»       Хорошая идея. Вот только… Покосившись на Нотта, который рассматривал меня также пристально, как и я его, я, выпустила, наконец, его руку и усмехнувшись, задала вопрос:       - Знаешь, что самое интересное?       Вновь оказавшись рядом и устроив мою голову на своем плече, Тео, обняв меня и немного помедлив, после уточнил:       - Что же?       - Ты меня успокаиваешь и просишь не слушать Драко. А он, на минуточку, твой лучший друг. Ты же сейчас его на меня променял…       При этом я посмотрела на него таким внимательным взглядом, что Тео даже поперхнулся. Откашлявшись и убрав выступившую слезу со щеки, он, криво улыбнувшись, негромко произнес:       - Ты тоже мой друг. Так что я спасаю нервы одного друга, от закидонов другого.       - Друг?       В сердце что-то неприятно так кольнуло. Отвернувшись от парня и уперев взор на стену, я услышала приглушенное:       - Подруга. Так лучше?       «Подруга, значит? Только подруг не целуют, Тео, что бы ты знал!»       И обидеться нельзя, ведь он мне ничего не обещал! Ну, подумаешь, поцеловал пару раз и заставил мое сердце стучать быстрее, но ведь это ничего не значит! Вот же, собака… И эта собака - я, поскольку уши только так развесила! Бестолочь! Что Малфой, что Нотт, на одни и те же грабли!       Хмыкнув и вновь вернув на него внимание, я, резко изменившись в лице, ущипнула его за бок и ответила:       - Да, лучше… - а после уточнила: - Чего делать будем?       Выпустив меня из объятий и приняв вертикальное положение, Нотт, задумавшись, после уточнил у меня:       - Как насчет того, чтобы перестать сырость разводить и все-таки сходить на игру?       Тоже приняв вертикальное положение и сморщив нос, я, надув губы, пробурчала:       - А может не надо?       Щелкнув пальцами мне по носу, Тео, улыбнувшись, предложил то, отчего я была не в состоянии отказаться:       - Думаю, ты сможешь мысленно посылать в Драко проклятия.       В этот момент я отметила, что глаза у Тео были грустными, хотя на лице присутствовала улыбка. Не став зацикливаться на этой несостыковке, я, растянув губы в злорадной усмешке, весьма оживленно произнесла:       - Тогда пойдем. Это будет весьма интересно!       И что самое смешное, я не стала проклинать Малфоя во время игры, потому как ему и так досталось знатно. Во-первых, его гонял по полю бладжер (вместе с загонщиками команды Гриффиндор). Во-вторых, метла периодически не слушалась. Так бывает, но не думала, что увижу такое. В-третьих, пошел снег. Причем снег был заколдованный и падал исключительно на Драко, отчего тот матерился, как сапожник. Было не слышно, но по губам читать не возбраняется. И да, это была не моя работа, к сожалению. Ну и в-четвертых, Гарри первым заметил снитч. Вот только, Малфой, каким-то чудом, успел его поймать, чем и обеспечил нам победу. Ура, как говорится.       И все же, во время игры я наблюдала не только за самой игрой, сколько за Гермионой. Зачем мне это было нужно? Потому что Гарри тоже этим занимался, а все по одной очень простой причине: Грейнджер не сводила глаз с Малфоя. Да, оно так и было. Какой черт ее надоумил на это, я понятия не имею. И ведь ладно бы исподтишка смотрела него, нет же, в открытую это делала! Что за бестолочь? Девка умная, но в тот момент, была дура дурой. Гарри видимо думал так же, поскольку, то и дело бросал на подругу недоуменные взгляды. А ей хоть бы что…       Ладно, я даже думать об этом больше не буду, потому что не мое это дело. И да, учитывая все то, что было ранее, игрой я осталась довольна. Я даже не стала возмущаться, когда, после игры, ко мне подошла Забава и предложила прогуляться с ней и Славой до Хогсмида, в ближайшее время. Однако окончательное согласие на это мероприятие я дала только после того, как мой друг сам подошел ко мне. Так что да, я иду в Хогсмид с Яриком и Забавой… Интересно, что из этого выйдет? ***       Поход в Хогсмид не заставил себя долго ждать. И случилось это событие на выходных. Я как раз выходила из библиотеки, где готовила доклад по Зельеварению, как вдруг на меня обрушилось нечто тяжелое. Не удержав равновесие и свалившись на пол, я, прошипев от того, что лодыжку прострелило, повернула голову в сторону нарушителя моего спокойствия и, отметив кто именно это был, закатила глаза и недовольно пробурчала, поднимаясь при этом на ноги:       - Ты в следующий раз хоть боевой клич издай…       Поморщившись от ноющей боли, я, поправив платье и заметив краем глаза, как Забава тоже поднимается на ноги, услышала ее не менее ворчливое:       - По сторонам надо смотреть, а не только в книгу втыкать…       Невесело усмехнувшись и мотнув головой, я поинтересовалась без особого энтузиазма:       - Куда ты так торопилась, что даже на меня налетела?       Отряхнув платье от пыли и поправив прическу, Забава, поджав губы, огорошила:       - Смешно то, что тебя я и искала. Нашла, на свою голову…       Вскинув бровь и осмотрев подругу с ног до головы, я задала вполне резонный, для данной ситуации, вопрос:       - А зачем, позволь спросить?       Криво улыбнувшись, Забава не стала медлить, а просто выпалила, стараясь при этом избегать со мной зрительного контакта:       - Я это… Ярослав просил найти тебя. – и вновь поджав губы, отвернулась к окну, а я, тяжело вздохнув, подошла ближе и встав рядом, поинтересовалась, смотря при этом на открывшейся вид:       - И для чего?       Наблюдая за тем, как на территории студенты занимаются своими делами, Забава, помолчав примерно с минуту, после повернула голову в мою сторону и, нахмурившись, вопросила весьма неохотно:       - Помнишь, ты согласилась пойти с нами в Хогсмид?       - Припоминаю. – я растянула губы в слабой улыбке, в то время как подруга, заломив пальцы, судорожно пыталась найти в себе силы продолжить разговор. Уж не знаю, почему ей было так сложно это сделать, но я отчетливо это ощущала, а потому, решив облегчить ей работу, посмотрела на нее и произнесла:       - Не мучай себя. Когда собираетесь идти?       Надув губы, и нервно поправив манжеты, Забава прохладно ответила:       - Буквально через минут двадцать.       И хотелось бы ей отвесить оплеуху, но не судьба. Сдается мне, судя по ее поведению, Слава уже успел с ней поработать, а потому, мне нет смысла больше вмешиваться в это все. Теперь, только от Забавы зависит то, будем мы общаться нормально, или же так и останемся в тех отношения, что сейчас окружают нас обеих. И я не собираюсь ей больше палки в колеса вставлять, научила меня жизнь, спасибо за урок.       Так что, поправив сумку и похлопав Забаву по плечу, я спокойно проговорила:       - Ладно, через десять минут буду на улице.       И больше ничего не говоря, направилась прямым ходом в подземелья. А Забава… впервые за несколько месяцев, я не ощущала между лопаток пронзительный взгляд, который был наполнен чем-то, что я так и не смогла определить. ***       - Ты быстро. Думал, задержишься.       Это было первое, что я услышала, когда оказалась во дворе. Подойдя к другу и остановившись, я, насупившись, промолчала. Однако это Ярика не удовлетворило, поэтому недолго думая, он заключил меня в крепкие объятия, где я, от безысходности, прислонилась лбом к его груди и глухо отозвалась, обняв парня в ответ:       - Мне много времени не надо. – а после посмотрев на друга снизу-вверх, прищурилась и ехидно добавила: - А Забава мне голову не откусит?       - С чего вдруг? – и такое искреннее недоумение было в его взгляде, что я не удержалась и лучезарно улыбнулась. А Слава, улыбнувшись в ответ, подмигнул и, приподняв меня над землей, стал кружить. Вскрикнув от неожиданности и вцепившись в него стальной хваткой, я, ущипнув его, радостно выкрикнула:       - Отпусти меня, засранец ты такой!       Но Славе было до сиреневой звезды, что я вопила, как потерпевшая. Он меня еще несколько минут кружил, и, прежде чем задать вопрос, бережно опустив на землю, придержал, чтобы я ненароком землю не поцеловала:       - Так почему Забава должна будет тебе голову откусить?       Расправив складки на платье, я, уловив отголоски азарта внутри себя, хмыкнула, смотря прямо на друга:       - Ничего за ней такого не замечаешь?       - Нет, а должен?       В его глазах я заметила смешинки. Знал он прекрасно о том, что нравится ей. Вот только дурачка включил. Ну что ж, играть, так играть…       - Забудь. Я передумала.       Озорно улыбнувшись, я сделала шаг, от еле сдерживающего смех, Славы и именно в этот самый момент, к нам выбежала Забава. Заметив нас, она резко остановилась и, окинув нас подозрительным взглядом с ног до головы, прищурилась и недовольно пробурчала:       - Чего лыбу давите, как два придурка?       Я не стала ничего говорить и делать, за меня это сделал Слава. Подойдя к подруге и закинув ее на плечо, он, не обращая внимания на ее ругательства, обратился ко мне:       - Пошли, змейка ядовитая. У нас не так много времени. – и больше ни на что не обращая внимания, потопал по направлению к деревушке. А я, понаблюдав за тем, как Забава, проклиная нас обоих, долбила кулаками по спине нашего друга, хихикнула и направилась следом.       Дошли мы весело, оттого и быстро. Что мне понравилось, так это то, что я вновь почувствовала себя свободно рядом с ними, прям как раньше. Вот только, когда мы вошли в деревушку, мое веселье и мой хороший настрой, как ветром сдуло. И все из-за одного человека. Вернее трех, но не особо претендующих на звание: «Самый раздражающий человек в мире магии»…       Не одна я заметила Золотое трио. Забава, которая к тому моменту, когда мы оказались на месте, половину пути шла на своих двоих, счастливо улыбнулась и, бросив на нас мимолетный взгляд, понеслась прямо на них. А я, переглянувшись со Славой, вздохнула и поплелась следом, не выказывая особой радости по этому поводу…       Ребята мило болтали, но ровно до той самой минуты, когда я оказалась рядом. Сделав вид, что я не заметила пронзительно-презрительный взгляд Уизли, я, выдавив из себя подобие улыбки, произнесла (правда только после того, как Слава меня ущипнул за бок):       - Привет, ребята.       Меня проигнорировали. Со стороны рыжего, разумеется. Однако Гарри и Гермиона сдержанно кивнули мне, а после, посмотрев на моих друзей, произнесли чуть ли не в один голос:       - Гуляете?       «Нет, блин, охотимся…»       Хотелось съязвить, но почувствовав на себе неодобрительный взгляд Славы, промолчала. Показав ему язык, я отвернулась и, заметив, как у Гарри вздернулась бровь от удивления, пробурчала:       - Я не кусаюсь, можете расслабиться.       Гарри не успел мне ничего ответить, как и Гермиона, поскольку, к моему глубочайшему сожалению, Рон пришел в себя. Указав на меня пальцем, он в не очень вежливой форме вопросил, глядя при этом, исключительно, на моих друзей:       - А она, что тут делает?       «Поверь, тебя я видеть хотела в последнюю очередь. Но меня никто не спрашивал…»       Слава, словно настоящий старший брат, заслонив меня собой, посмотрел на Рона взглядом, от которого у меня по коже мурашки пробежали и, на удивление спокойно, произнес:       - Она с нами.       Просто и емко. Но, этот ответ не понравился Рону. Побагровев от злости, он, сделав шаг к нам, прорычал, все еще указывая на меня:       - Но она же с Малфоем якшается!       И вот тут, за меня решила вступиться Забава. Подойдя ко мне и встав рядом с Яриком, она, сложив руки на груди, посмотрела исподлобья на Рона и убийственно спокойно отчеканила:       - И? Она наша подруга.       Я стояла и офигевала от происходящего. Либо это было специально сыграно перед другом, либо… она и правда решила заступиться за меня. Весьма необычно…       Как бы там ни было, продолжать весь этот концерт не было никакого желания. И, видимо, Гарри был со мной согласен, поскольку, подвинув Рона чуть в сторону, он, встав перед нами, дружелюбно произнес, проигнорировав при этом подозрительный взгляд Гермионы:       - Ребят, выпьем сливочного пива?       - Я с ней за одним столом сидеть не собираюсь! – взвившись, Рон вновь бросил в меня уничижительный взгляд, от которого я только отмахнулась. Однако, понимая, что если так и дальше пойдет, то у меня сдадут нервы и придется его прибить, я, встав на носочки, потянулась к Славе и, наклонив его немного на себя, прошептала на русском:       - Давай уйдем? – заметив, как у друга между бровей образовалась складка, я упрямо добавила: - Иначе я за себя не отвечаю. Мне периодических нападок слизеринцев хватает, а тут ещё и он… - скосив глаза на злющего Рона, я, вздохнув, добавила: - У меня нервы не железные.       Повернув голову в мою сторону и поймав мой усталый взгляд, Слава, потерев переносицу, также на русском вопросил:       - Может все же посидим с ними? – отметив, как я поджала губы и состроила недовольное лицо, он все равно продолжил переубеждать меня: - Ты же Рождество в его компании выдержала? Выдержала, а тут всего пару часов…       Возмущенно выдохнув, я чуть ли не прошипела:       - Ты смерти моей хочешь? Или конкретно его? – передернув плечами от того, что все взгляды были направлены на нас, я, взяв себя в руки, дополнила: - И да, тогда я вела себя нормально, только потому что Джинни меня пригласила и мисс Уизли меня не прогнала…       Слава не успел ничего мне ответить, потому как в наш разговор вклинилась Забава. Тронув друга на плечо, она, мазнув по мне предупреждающим взглядом, проговорила на английском, при этом мотнув головой в сторону ребят:       - Слав, они ждут.       Я скривилась. Вот не хотелось мне заседать в гриффиндорцами. С определенными из них, но все же. Только в этот момент моя солидарность с Роном была взаимна, поэтому, закатив глаза и сложив руки на груди, я, покачнувшись на пятках, недовольно проворчала (на русском, опять же):       - Пусть ждут.       Отступив от Забавы, Слава наклонился ко мне и с досадой в голосе произнес:       - Влада…       - Что? – вздернув подбородок, я, напрягшись, ждала, когда Слава начнет меня отчитывать. Но, этого не произошло, отчего в душе я сильно удивилась данному факту. Однако, когда я услышала его голос вновь, ощутила внутри себя червячок проснувшейся совести:       - Это невежливо…       Я чуть не зарычала от негодования. На саму себя, что самое смешное. Забава со Славой были правы – это было невежливо с моей стороны. Но не я начала это обмен «любезностями», не я его и закончу! Так что, заставив свою совесть вновь заснуть, я, раздраженно сверкнув глазами, прорычала:       - В задницу пусть засунут свою…       Мне не удалось договорить то, что другие, кроме моих друзей, все равно бы не поняли, поскольку этому помешала Забава. Подскочив ко мне и зажав ладонью рот, она, мило улыбнувшись Золотому трио, промурлыкала на английском:       - А давайте посидим где-нибудь? Пообщаемся, познакомимся поближе?       Я на это только глаза закатила. Вырываться не стала, потому что понимала, наговорю лишнего. И да, я была ей признательна за то, что она не дала мне договорить. И пусть троица не знала русского, но по интонации можно было понять, что я не о погоде тут распиналась.       - Я против!       Возмущение Рона мне вполне понятным. Но это уже перестало быть смешным и начало очень сильно надоедать, да и мне одной, как я поняла по выражению лиц собеседников. А потому, убрав ладонь Забавы от рта, я, выглянув из-за ее плеча, ехидно поддела рыжего:       - Кто бы сомневался в этом.       Если бы можно было убивать магией, не прибегая к волшебной палочке, я бы уже была мертва, потому что на меня таким взглядом посмотрели, что кровь начала стынуть в жилах. Стала бы стынуть, поскольку это не мой случай. Резко изменив свой настрой на более веселый, я, подмигнув Рону, отчего тот впал в некое подобие замешательства, посмотрела на Гермиону и, отметив, что та была чем-то загружена, вдруг услышала неловкое:       - Может, все же выпьем сливочного пива?       Гарри смотрел на нашу безумную троицу весьма напряженно, а мне, почему-то, захотелось засмеяться. Сомкнув губы и прикрыв их тыльной стороной ладони, я, сделав шаг от Забавы, уловила ее вопрос, который был наполнен любопытством:       - Сливочное пиво?       Заметно расслабившись, Гермиона встав рядом с Гарри, немного удивленно поинтересовалась:       - Вы никогда не пробовали?       Я молчала, как и Забава, поэтому слово взял Ярослав. Пожав плечами и осмотрев Золотое трио, он спокойно проговорил:       - К сожалению, или к счастью, нет. У нас есть другие напитки, но тут таких нет…       Ребята едва заметно приуныли, а я, мысленно чертыхнувшись, оглядела по сторонам и, поймав вопросительный взгляд Гарри, выдала, сделав при этом шаг в сторону паба «Три метлы»:       - Тогда предлагаю выпить пару-тройку бокальчиков. – не обращая внимания на вытянувшиеся лица друзей, я, направившись к зданию уже более уверенно, пробормотала под нос:       - Чтобы отпустило… ***       Мы оказались в темном помещении, в котором, на мое удивление, было довольно оживленно. Оглянувшись по сторонам и заметив свободный столик на шестых, мы, преисполненные черт знает чего, подошли к нему и стали занимать места.       - Садись рядом со мной.       Отодвинув стул, который находился рядом с ним, Гарри, посмотрев на Рона, кивком головы указал на него. Отметив, что я села поодаль от них, Рон, нахмурившись, глухо произнес:       - Ладно.       Я на это только фыркнула. Какая невидаль, сел за один стол со мной. Корона на голове не заржавела? Интересно, а аппетит у него пропадет? Или мне нужно будет постараться его испортить? А может и стараться не придется… А что, я же хладнокровное создание, что с меня взять?       За моими ядовитыми мыслями, от которых хочется иногда выть в голос, я не заметила, как к нам подошел официант и, осмотрев нашу странную компашку, невозмутимо поинтересовался:       - Что желаете?       Ответ решила взять на себя Гермиона. О чем-то задумавшись на пару секунд, она после посмотрела на волшебника и уверенно отрапортовала:       - Шесть порций сливочного пива и одно с имбирем, пожалуйста… - однако договорить я ей не дала. Очухавшись и наклонившись чуть вперед, я, зажав девушке рот ладонью, мило улыбнулась чуть офигевшему официанту и протараторила:       - Можно, пожалуйста, девять порций сливочного пива и одно сделать с имбирем?       После того, как молодой человек принял заказ и ушел, а Гермиона укусив меня, обдала уничтожающим взглядом, ко мне наклонился Ярик и, вцепившись в мое запястье, прошипел на ухо:       - Три порции? Тебе одной не хватит?!       Вывернув руку из захвата и потерев пострадавшее место, я, совершенно невозмутимо отметила:       - Мне необходимо расслабиться…       - Следить опять за тобой…       Ворча что-то себе под нос, Ярик вернулся на место под подозрительный взгляд Забавы. А мне в этот момент хотелось горько смеяться. Ну, правда, комедия же!       «Не волнуйся, Забава, не уведу я у тебя парня. Своих двух хватает за глаза, не знаешь, куда от них спрятаться…»       Я, конечно, утрировала… Тео хоть как-то можно было приписать к моим ухажёрам, но никак не Драко. Во-первых, мешает то, что он с Грейнджер (хотя признаюсь, сей факт меня вообще не огорчает!). Ну и во-вторых, я для него моськой не вышла… Потому что не во вкусе британского аристократа. Наверное…       «Собственно, какого черта я вообще думаю над этим!?»       Хороший вопрос…       За разговорами на отвлеченные темы, я не сразу отметила тот факт, что нам принесли заказ. Но когда аромат чего-то необычного ударил в нос, я сразу оживилась. Да, недолго думая я принялась дегустировать напиток, который, на мое удивление, оказался довольно вкусным.       И вот, после того как вторая порция пива была приговорена, я, заметила, как Рон, с периодичностью в несколько минут, яростно косится куда-то в сторону столиков, что находились в укромном уголке.       «Что же там такого интересного, что он даже о ненависти ко мне забыл?»       Проследив слегка косым взглядом туда, куда смотрел Уизли, я, на мгновение, зависнув от недоумения, после негромко воскликнула:       - О, Джинни…       И, что самое интересное, она была… с Дином Томасом? Надо же…       - Проклятье! – сомкнув губ и посмотрев на меня так, что волосы на затылке могли зашевелиться, Рон, зло хмыкнув, отвернулся и прорычал, смотря уже при этом прямо на Дина:       - Скользкий гад!       Перегнувшись через стол и посмотрев на друга, Гермиона, не очень громко отметила:       - Они всего лишь держатся за руки… - однако после, взглянув на парочку ещё раз и заметив, как Дин наклонился к лицу Джинни, волшебница, закусив губу, смущенно дополнила: - И целуются.       Забава почти незаметно прыснула, а я, решив не выводить из себя и без того злого Рона, оглянулась по сторонам, сделала глоток из третьей порции пива и закашлялась, так как увидела того, кого думала тут не увижу…       Блейз, Пэнси и Драко стояли возле барной стойки и о чем-то оживленно разговаривали с мадам Розмертой, не реагируя ни на кого вокруг себя.       «Наверное, поставили полог тишины. Но зачем они тут?»       Хотела бы я знать ответ, но разве мне кто-нибудь расскажет? Вряд ли. А жаль. Но, как бы там ни было, я была рада видеть Пэнси и Блейза. А что до Драко… Скажем так, я была не в восторге! Шутник недоделанный! Эгоистичный подлец! Душнила! Прибить бы…       Ладно, небезразличен он мне, вот в чем проблема. Сколько бы ругательств в его адрес я не посылала, они все будут напускными. И в этом вся беда!       «Жаль, что Тео нет…»       Это была правда. В этом заведении, мне, для полного счастья, не хватало только этого балбеса. Мечты… Что касается Драко, то у нас были все еще натянутые отношения после истории с квиддичем. А потому заметив то, как Гермиона завидев своего возлюбленного, зарделась, фыркнула и отвернулась, проигнорировав тем самым его полунасмешливый взгляд в нашу сторону.       Я ничего не стала говорить. Мазнув по Гермионе взглядом, я просто улыбнулась уголками губ, но и этот жест девушка приняла как-то неправильно. Недобро сверкнув глазами, она одними губами произнесла, когда я в следующий раз покосилась на нее:       - Молчи!       Устало хмыкнув и подняв бокал перед ее носом, я, поиграв бровью, почти залпом выпила остатки сливочного пива и вновь посмотрев на Джинни, отметила неладное. Миловавшись до этого с Дином, она, внезапно заметив Забини, изменилась в лице. Окинув его грустным взглядом с ног до головы, Джинни, после перевела его на Гарри, который вполне оживленно разговаривал с Забавой и Яриком, и, погрустнев ещё сильнее, на мгновение задержалась на мне, вымученно улыбнулась и повернулась обратно к Дину.       Знаете, на мгновение я почувствовала ее боль. И да, мне вполне была понятна ее печаль. Влюбиться сразу в двух парней, но, чтобы заглушить боль, встречаться с третьим. Неправильно, весьма неправильно. Хотя, мне ли судить о том, правильно она поступила или нет? Чем я лучше нее?       Я задумалась над этим вопросом, а потому не особо замечала то, что творилось вокруг меня. И поэтому, когда мне под бок прилетел чей-то локоть, я, очнувшись и моргнув пару раз, услышала голос Слизнорта и поймала на себе его насмешливый взгляд:       - Мисс Василев, кажется, сливочного пива вам на сегодня уже хватит.       «Ишь ты какой…»       Удивленно вскинув бровь, я, выпрямившись, улыбнулась и произнесла весьма дружелюбно:       - Извините, профессор, я просто очень крепко задумалась.       Вот тут у Слизнорта вздернулась бровь. Прищурившись, он, с хитрецой в голосе поинтересовался:       - Да? И позвольте спросить, о чем могла задуматься столь юная особа?       «Он что, решил меня принизить? Я что-то не поняла?»       Внутри начинала закипать злость. Раз я юная, то не могу думать на сложные и глубокие темы? Что за шовинизм!?       Разумеется, как-то хамить профессору, я не хотела. Поэтому, затолкав все свои ядовитые речи, я, поставив локти на поверхность стола, подперла подбородок кулаком и ответила:       - Нет, профессор, просто задумалась над взаимоотношениями между мальчиками и девочками.       - Да вы что? И какие выводы вы сделали?       Заметив краем глаза, как Гермиона сверлит меня свирепым взглядом, я, растянув губы в невинной улыбке, произнесла, смотря прямо на Слизнорта:       - Думаю, что отношения – штука довольно бестолковая. Никакого интереса.       Если до этого момента на его лице можно было прочитать, что-то вроде скуки, то после того, как я изложила свои мысли, Слизнорт, хохотнув в голос, отчего часть пива из его бокала, ненароком оказалась на его пиджаке, смерил меня любопытным взглядом и вопросил:       - Даже так? Интересно, и почему вы так считаете?       Пожав плечами и не заметив, как Ярослав странно косится на меня, я ответила:       - Видела разные ситуации. В какой-то девушка влюблена в парня, но он не знает об этом, где-то наоборот. И зачем, скажите, такое издевательство?       За нашим столиком повисла странная тишина. Вроде и звенящая, а вроде и зловещая. Каждый думал о своем, но в тоже время, о чем-то общем. И да, после нескольких минут такого молчания, Слизнорт, залпом допив остатки пива, покрутил в ладони бокал и как-то неуверенно проговорил:       - Пожалуй, Влада, я соглашусь с вами.       Не то чтобы я оттаяла совсем, но стало приятно. В какой-то мере. Поэтому, не дав ему очухаться, я решила добить:       - И заметьте, что в отношениях с одним, человек может любить абсолютно другого. Это тоже пытка.       - Но, позвольте, почему же в таком случае не прервать эти неразумные отношения?       Его вопрос звучал вполне искренно, а потому, загадочно улыбнувшись, я, решила предоставить поиск ответа именно ему:       - Загадка, профессор. Может, вы сможете помочь? Все-таки, опыта у вас куда больше, чем у нас.       Профессор довольно улыбнулся от моих слов, а я мысленно поздравила себя. Отвадила от ненужных разговоров и заставила задуматься над не слишком сложной темой. И да, я знала, что ему понравится то, что я отметила его способности. Умный и талантливый мужик, у которого тоже есть собственное эго, которое необходимо подпитывать чем-то сладким и вкусным. А именно – похвалой.       Так что, я не удивилась, когда профессор, поднявшись со своего места, произнес:       - Я подумаю, мисс Василев. – остановившись и окинув нашу компашку задумчивым взглядом, он, спустя несколько секунд раздумий, добавил, смотря прямо на меня: - Приглашаю вас на званый ужин. Поучаствуете?       Хоть я и не слышала о том, что Слизнорт устраивал званые ужины, но отметив, как Гермиона заметно приуныла, мысленно хмыкнула и произнесла то, о чем после пожалею:       - Буду счастлива, сэр.       Радостно сверкнув глазами, Слизнорт, кивнув всем нам, проговорил, прежде чем окончательно покинуть нас:       - Превосходно. Тогда, хорошего вам дня.       - До свидания! – а вот тут мы произнесли хором, не сговариваясь. Все же воспитание не пропьешь. Забавно. ***       - Ты что устроила!?       Вот что значит отлучиться на пару минут. Неприятности тут, как тут. Вот скажите, зачем Гермиона пошла за мной? Что бы что?       Я очень удивилась тому, что Грейнджер последовала за мной в дамскую комнату. Но совершенно не удивилась, когда она набросилась на меня с таким вопросом. Дело касалось Малфоя, куда же без него. Видимо, пришло время нам поговорить? Пришло ведь?       Вот только Гермиона смотрит на меня пылающим взглядом и не отпускает моей руки. Хочется вырваться, но я медлю. Оцениваю ее, но ничего кроме ее давящего негодования не чувствую…       - Совсем уже?       Оттолкнув меня от себя, тем самым отпустив мое запястье, Гермиона, поджав губы, напряженно ждала от меня ответ. Я же, усмехнувшись и потерев переносицу, глухо спросила, закрыв при этом глаза:       - Гермиона, что ты хочешь?       Рывком развернув меня к себе лицом, Грейнджер, шумно выдохнув, прорычала:       - Что за представление ты устроила?!       Распахнув глаза, я, отметив, что девушка балансирует на грани истерики, нахмурила брови и как можно холоднее произнесла:       - Во-первых, я ответила ровно то, что хотел услышать Слизнорт. Во-вторых, я сказала правду. – проследив за тем, как зрачок волшебницы сужается на глазах, я, усмехнувшись, добавила: - Считаю отношения бестолковым делом.       На нее было больно смотреть. Бледная, взмыленная и растерянная. Умом я понимала, что лучше молчать в тряпочку, и не палиться на том, что я знаю об их отношениях. Но черт, это очень сложно, потому как сама гриффиндорка, так и норовит поддеть меня.       Сжав пальцы в кулаки, Гермиона, напрягшись, сквозь сжатые зубы процедила:       - Ты меня чуть не спалила!!       «Герми, жаль тебя разочаровывать, но о твоей влюбленности догадываются многие...»       И хотелось бы озвучить эту мысль, но я оперативно погасила этот порыв. Зачем мне ее еще больше выводить из себя?       Фыркнув и отвернувшись от волшебницы, я, подошла к раковине и, пустив воду из крана, плеснула немного жидкости на лицо, а после, поймав отражение гриффиндорки, съязвила:       - Да что ты говоришь? Но, я ведь ничего не знаю про тебя или про того же Малфоя….       Мои слова повисли в воздухе. Я ей чуть ли не прямым текстом обозначила, что прекрасно осведомлена об их тонких взаимоотношениях. И Гермиона это поняла. Сделав шаг от меня, она, тяжело сглотнув, уже было хотела что-то сказать мне, но заметив, каким решительным было выражение ее лица, я, повернув голову в ее сторону, подняла руки в примирительном жесте и довольно спокойно проговорила:       - Не переживай, пока кто-то из вас не расскажет, никто ничего не узнает.       Бросив в меня взгляд, на дне которого плескалось что-то похожее на отчаяние, она, резко выпрямив спину и вскинув подбородок, оглядела меня с ног до головы и, искривив губы в презрительной ухмылке, прошипела:       - Тебе же лучше будет, если ты промолчишь! – а после больше ничего не говоря, выскочила из помещения, словно ошпаренная. Я же, прикрыв глаза, помассировала пульсирующие виски, иронично усмехнулась и пробормотала под нос, прежде чем покинуть это темное помещение:       - Плюс еще один студент с тайной, зависимой влюбленностью. Весело… ***       Не было мне весело, от слова «совсем»! Я вновь чувствовала себя не в своей тарелке. После той прогулки в Хогсмид, меня стали избегать больше прежнего. И ладно бы только гриффиндорцы, к этому всему мракобесию подключились и слизеринцы! Возможно, я бы и пережила это, если бы это были не мои новые хорошие знакомые. Пэнси как-то чуралась от меня, Блейз посматривал с недоверием. Тео странно косился на меня, но в его взгляде хотя бы не просматривалось пренебрежение, как у того же Малфоя, к примеру.       «Заебали, честное слово… А вообще, какое мне дело? Так было изначально и так будет всегда. Я просто забылась. Все, Влада, включай свою бедовую голову!»       К демонам все, реально надоели! Это что, новый уровень их манипуляций? В какой-то момент со мной можно дружить и разговаривать, а в какой-то я и двух слов не заслуживаю? Ничего себе обучение школе жизни… Меня так не игнорировали даже в самые худшие времена…       Но, было в этом все одно хорошее – я, наконец, осталась одна! Никто меня не дергал, никто не врывался в мою комнату без разрешения! Шикарно. Если бы я знала, что можно таким образом оттолкнуть всех разом, непременно бы раньше пошла в Хогсмид! А так…       Вот только, я забыла об одной маленькой детали – клуб Слизней. До назначенной встречи оставалось не так много времени и мне предстояло решить, идти туда, или же нет. С одной стороны, это возможно погреть свои ушки. Почему бы и нет? Сплетни я люблю, так что это отличная возможность. Но вот с другой стороны… Там будет Гарри, Гермиона, Джинни и Блейз. Ага, я узнала, кто в этот год посещает сие мероприятие. Естественно, кроме этих четверых там будут еще волшебники, но, из знакомых были только они.       В глубине души, я уже пожалела, что согласилась, поскольку после рассказа Миртл о том, что Слизнорт своего рода коллекционер интересных людей, у меня внутри заворочался мерзкий такой червячок. Я что, на трофей похожа? Бесит. Все бесит, неимоверно просто!       «Влада, прекрати! Возьми себя в руки и не позволяй злости вырваться наружу. Оно тебе надо? Забыла уже, как набросилась на Драко в Запретном лесу и чуть его не прибила?»       Мысленный подзатыльник остудил меня. И правда, почему я так веду себя? Над этим уже давно стоило подумать, ведь неконтролируемая агрессия так не свойственна мне. А может лучше написать директору Белозару? Вдруг он сможет подсказать чего? Да, так и сделаю, сразу после того, как покину вечер Слизнорта. Ну что же, время приключений! ***       - Скажите Кормак, вы часто видитесь со своим дядей Тиверием?       О, Кормак Маклагген, собственной персоной. Я наблюдала за ним с тех самых пор, как оказалась в небольшом кабинете за круглым столом. Рядом со мной оказался Блейз и какой-то парень. Напротив расположились Гарри и Гермиона, а вот Джинни я пока не наблюдала.       «Хм, Блейз немного нервничает. Из-за нее? Или какие-то другие причины?»       Про Джинни я узнала из разговора Грейнджер и Поттера. И, как бы меня не сжигало любопытство, я не стала задавать эти бестактные вопросы. А потому, прислушалась к разговору между Кормаком и Слизнортом. Ведь именно в этот самый момент, Маклагген решил выпендриться перед всеми:       - Да, сэр. К слову, на каникулах я поеду с ним и министром магии на охоту.       Театрально всплеснув руками, профессор елейно отозвался, отчего я подавила искреннее желание рассмеяться в голос:       - Ой, надо же. Передавайте им обоим от меня привет. – затем повернувшись к парню, который за обе щеки уплетал мороженное, Слизнорт, хитро прищурившись, вопросил: - А как ваш дядя, Бэлби? – окинув нас проницательным взглядом, пояснил: - Для тех, кто не знает, дядя Маркуса изобрел волчье противоядие. – вновь вернув свое внимание жующему студенту, профессор вопросил: - Он работает над чем-то новым?       Не отрываясь от поглощения холодного десерта, Маркус, довольно причмокивая, отрапортовал:       - Я не знаю, они с отцом не ладят. Папа говорит, что зелья – это дрянь. И что самое хорошее зелье – это рюмка крепкой настойки.       И вот думай, что хочешь. Лично я тут чувствовала не в своей тарелке. Б-р-р, аж муторно…       Пока я мысленно пыталась абстрагироваться от этого театра абсурда, Слизнорт принялся обрабатывать Гермиону. Покосившись в ее сторону, профессор, улыбнувшись, спросил:       - А что у вас, мисс Грейнджер? Чем ваша семья занимается в мире маглов?       Стушевавшись буквально на несколько минут, Гермиона, покосилась на Гарри и, заметив, как он ей подмигнул, после улыбнулась и негромко ответила:       - Мои родители дантисты. – секундная заминка. - Они людям зубы лечат.       - Как захватывающе! А дантист считается опасной профессией? – у Слизнорта натурально так глаза загорелись, отчего, нервно усмехнувшись, Гермиона произнесла:       - Нет. Хотя один мальчик, Роби Фенвик, однажды укусил моего отца. Десять швов наложили.       Я видела, как Грейнджер немного зарделась, а Поттер едва сдерживает улыбку, в то время, когда все остальные странно косились на них. И ладно бы после этого старый профессор спросил кого другого, но нет, возможность словить неловкость досталась мне. Расправившись с частью десерта, Слизнорт, обратив на меня внимание, задал вопрос:       - Мисс Василев, расскажите и вы нам о вашей жизни. Что у вас интересного происходит в России?       И в этот момент, я поперхнулась. Не сильно, но весьма так ощутимо. Прокашлявшись и вытерев слезу большим пальцем правой руки, я, натянув на губы улыбку, просипела:       - Ну…       - Как ваш директор Белозар? Слышал, он совершил невероятное достижение в мире магии. – поставив локти на поверхность стола и опустив на сложенные в замок пальцы подбородок, профессор, прищурившись, ждал, когда я что-нибудь да скажу. А я не знала, что можно было сказать! Никогда не интересовалась тем, что там наш директор делает. Стас не рассказывал, а я и не просила. Не думала, что это мне это будет столь необходимо…       Поэтому да, я немного застопорилась и когда открыла рот, из моего рта вылетело нечто непонятное и удивленное:       - Да? Не знала об этом…       Возможно, мне и показалось, но на мгновение, у профессора сверкнули глаза от удовлетворения. А может у меня уже кукушка едет. Потому как, после еще одного предложения от профессора, у меня натурально отвисла челюсть:       - Разве? Кажется, ваш брат приложил к этому руку.       Во мне бушевали противоречивые эмоции. То есть, Слизнорт в курсе, а я нет?! Получается, брат со мной почти ничем и не делится…       «Так ты тоже молчишь в тряпочку. Тебе ли его осуждать?»       И то верно, но все равно обидно! Однако, не позволив эмоциям взять верх, я, стараясь не сорваться на рык, проворчала:       - Да что вы говорите…       Все присутствующие косились на меня странно. То ли сочувствовали, то ли злорадствовали. Сомкнув губы, я, размяв один шарик мороженого, вдруг услышала заинтересованное:       - Вы совсем растерялись, мисс Василев. Давайте переведем тему. Как ваши родители поживают?       «Да ты что, издеваешься!?»       Подняв глаза на профессора и проигнорировав щипок в бок от Блейза, я, закусив губу, глухо отозвалась:       - М-м… Я живу с братом. Он тоже студент, но на два курса старше меня… - я запнулась, но спустя мгновение, решив продолжить до конца свою мысль, добавила отстраненно: - У нас в Колдовстворце дети учатся не семь лет, а восемь.       - Как интересно. А как же ваши родители?       Поводив ложкой по креманке, что было весьма неэтично, я, вздохнув, нехотя ответила:       - Отца я не помню, а мама…       «А мама тут, под боком… Фигней страдает!»       Так и хотелось съязвить, но я смолчала. Да ни к чему им знать, какая хрень происходит в моей «семье». Почему в кавычках? Да потому что моя семья, это только мой брат. Вот и все…       Видимо, заметив у меня на лице всю гамму противоречивых эмоций, Слизнорт, кашлянув, смущенно проговорил:       - Мисс Василев, прошу простить меня за этот вопрос.       Усмехнувшись и махнув рукой, я, натянуто улыбнувшись, произнесла:       - Ничего страшного, профессор. – а после искоса взглянув на Блейза и заметив, как тот рассматривает меня с многозначительным взглядом, я, покачав головой, вернулась к поеданию десерта. Но быстро оставила его в покое, поскольку до моего слуха донесся радостный голос Слизнорта:       - О, мисс Уизли, добро пожаловать.       Одновременно все обернулись к Джинни, а та, даже ухом не повела. Войдя в кабинет и прикрыв за собой дверь, она, улыбнувшись, произнесла:       - Извините, обычно я не опаздываю. – и закончив, направилась прямо к свободному месту. Однако, когда она проходила мимо меня, я заметила, как ее глаза отдавали странным блеском.       «Плакала?»       Это была первая мысль, что пришла в голову и, когда Гарри с Гермионой заговорили полушепотом, я поняла, что оказалась права.       - Посмотри на ее глаза. Они опять с Дином поссорились. – причем Гермиона старалась говорить, как можно тише, но, из-за того, что мой слух был довольно острый, я, теряясь в сомнениях, неожиданно для себя, наклонилась к Блейзу и прошептала:       - Ты знал?       - О том, что они вечно ругаются? – заломив пальцы под столом, Блейз, мазнув взглядом по Джинни, едва слышно выдохнул:       - Да, знал.       - Тогда какого черта ты молчишь?! – хотелось дать этому вредине затрещину! Знает прекрасно, но ничего не делает. Возможно, это и эгоистические мысли, но блин… Как так-то?       - А что ты предлагаешь? – я уловила в голосе Забини раздражительные нотки, которые волей не волей вырвались у него. Понимая, что в этой ситуации выхода пока не наблюдается, я, вздохнув, прошептала:       - Не знаю…       - Вот и помалкивай. Сам разберусь. – выпрямившись и зачерпнув на ложку немного мороженного, Блейз, демонстративно принялся за его поглощение. Я же, наконец, поняв то, что лезть со своими мыслями больше ни к чему, тоже вернулась в прежнее положение и, почувствовав на душе тяжесть, пробубнила:       - Надеюсь. Жаль мне ее…       - Нашлась жалостливая… - я думала, он меня не слышит, но Блейз и тут удивил меня. Покосившись на него, я, фыркнув, поддела его:       - Не ворчи, как старый дед. Тебе не идет.       Препираться он не стал, вместо этого, взяв на ложку еще десерта, рассерженно выдал:       - Русские…       Я на его колкость только улыбнулась. Вполне искренне. Пусть он сейчас и был, как ледышка, я точно знала, что в душе он мягче, чем кажется. Да, несколько дней от меня шарахались все, кому не лень, но это не отменяло того факта, что мы с ним вполне мирно препирались. Знать бы еще, что за кошка пробежала, между нами, было бы вообще замечательно.       - Кстати, Влад, ты прости меня, что избегал несколько дней.       Вздрогнув и повернув голову к нему, я, отметив, что Забини сидит и угрюмо смотрит куда-то вперед, осторожно спросила:       - А почему ты меня избегал?       Помолчав примерно с минуту, Блейз все-таки ответил:       - Причина далеко не в тебе. Ты прекрасный человек, но…       - … но Драко твой лучший друг. – я не стала дослушивать его объяснение, поскольку сама все давно уже поняла. Малфой все еще злится и делает все, чтобы мне бы мне было некомфортно. Молодец, заморочился.       - Да, именно так. – посмотрев на меня глазами, на глубине которых плескалось сожаление, Блейз, вдруг сжав мои пальцы, прошептал:       - Извини.       Сжав его пальцы в ответ, я ехидно произнесла:       - Извинения приняты.       Я отметила, как черты его лица немного разгладились. Похоже, переживал он не только из-за Джинни, но еще и из-за меня. Это… подкупало. Да, в любое другое время я бы и обидеться могла, но не теперь. Видимо, за этот неполный год я изменила свои взгляды на жизнь. Интересно, это мне потом аукнется, или нет? ***       Время, которое мы провели в кабинете Слизнорта, пронеслось незаметно. Когда на часах стукнуло уже одиннадцать, профессор стал выгонять нас. В добровольно принудительном порядке. Ссылаясь на то, что время позднее и всем нужно отдыхать. Собственно, а до этого мы что делали? Ну ладно, раз надо, значит надо. К тому же, мне нужно было побыть одной и подумать. Над очень многим, поэтому, я и сбежала чуть ли не самой первой, махнув Блейз на прощание.       Стараясь ступать, как можно тише, я бродила по ночным коридорам. Мысли лезли одна за другой, не давая мне никакого продыха. Впрочем, я не жаловалась. Удивительно, но это сильно расслабляло. Ведь, по причине того, что никого рядом не было, я, могла бубнить себе под нос без какого-либо опасения.       Мне неизвестно было, сколько времени прошло, однако, в какой-то момент, до меня донеслись звуки какой-то возни. Отогнав все свои проблемы на задний план, я, навострив уши, попыталась уловить, откуда шли эти странные шорохи. И поняла… Они доносились из мужского туалета.       Что удивительно, я была совсем близко и потому, решила проверить что-там такое. Может помощь нужна какая. О том, что это, как бы, мужской туалет, я в тот момент, как-то подзабыла. И да, интуиция меня не подвела, помощь, действительно, понадобилась…       Оказавшись возле двери и приоткрыв ее, я заметила неладное. А именно, как Гарри стоит напротив Драко и, направив на него волшебную палочку, рычит не своим голосом:       - Ты! Как ты посмел распустить свои мерзкие ручонки в отношении моей подруги!?       Я от увиденного даже рот приоткрыла. Выходит, Гарри узнал о том, что Драко встречается с Гермионой. Но… как?       - И кто же тебе рассказал об этом? Небось Влада этот слух пустила?       На Драко было страшно смотреть. Слишком бледный, дерганый, с горящими глазами, которые, казалось, походили на глаза больного человека. Он стоял напротив Поттера и, также держа палочку в руках, пытался язвить. Вот только, я тут причем спрашивается!?       У Гарри возник тот же вопрос, поскольку, обойдя Малфоя по кругу, он с подозрением поинтересовался:       - А при чем тут Влада? – и скривив губы, прошипел: - Ты мне зубы заговариваешь? Не выйдет, Малфой!       Драко засмеялся во весь голос. Причем его смех был наполнен таким количеством презрения и злости, что меня даже передернуло от отвращения. И да, его ответ меня задел:       - При чем тут Влада!? Серьезно? Она теперь ваша подружка до гроба. Не так ли?       Скривив губы, Гарри, покачав головой, язвительно произнес:       - Не путай соленое со сладким. Влада была рядом с нами только потому, что ее друзья об этом попросили.       В душе что-то надломилось. Я, конечно, не претендовала на звание «лучшая подруга Гарри Поттера», но и такого пренебрежения в свой адрес, тоже не заслужила. Мое плохое отношение распространялось только на рыжего индивида, но не на всех остальных.       Честно, я хотела уйти в комнату. Закрыться там и посвятить остаток ночи тому, что я люблю, а именно – читать книги. Но, что-то не отпускало меня. Заставляло оставаться на месте и напряженно слушать перепалку двух волшебников недоучек.       А эти двое знатно так ругались. И да, я пропустила момент, когда словесных перепалок стало мало и они принялись использовать заклинания. Самые разные: дозволенные и несколько запрещенных. Я не вмешивалась, поскольку это были не мои разборки, но, я поглядывала за ними на случай, если у них все выйдет из-под контроля.       Вот лучше бы случая не возникало, но судьба решила пошутить. Черный юмор, не иначе. Потому что, после того как Драко запустил в Гарри «Круцио», Поттер выкрикнул во весь голос:       - Сектумсемпра!       И в это мгновение, мир замедлился…       Драко, замерев, опустил голову вниз, посмотрев на свою грудь, которая была испещрена порезами и, глухо простонав, мешком свалился на мокрый пол. Гарри, не ожив такого эффекта, сделал шаг назад, но, оступившись, приземлился на пятую точку. А я… я, находясь в дверном проёме, с ужасом наблюдала за тем, как жизнь уходит из тела Малфоя, словно кровь из ран.       Недолго думая, я, словно в трансе, бросилась к своему сокурснику. По пути меня пытались остановить чьи-то холодные руки, но отпихнув от себя того, кто пытался это сделать, я, упав перед Драко на колени, приложила ладони к его груди и нараспев заговорила:       - Гласът ми вика към теб       Чуй ме и се върни при мен.       Раните ти ще преминат незабелязано,       Сякаш всичко това не се е случило.       Болката ще отмине, ще дойде само щастие.       Събуди се и остави нещастието.       Съдбата ви очаква,       С цялото си сърце горещо обичам.*       Едва я успела договорить последнее предложение, меня силой подняли на ноги и отвели в сторону. Кто это сделал, я понятия не имела. Я даже не обращала внимания на то, что меня гладили по волосам, приговаривая, что все обойдется. Единственное, что осталось в моей памяти – это огромные от шока глаза Гермионы, которые были обращены на меня. Они смотрели мне прямо в душу, заставляли испытать смесь стыда и страха. Стыда, от того что я касалась ее возлюбленного, а от страха – потому что боялась, что не смогла его спасти. И у меня в тот момент не было ни одной мысли о том, почему я так рванула на помощь этому придурку и почему я говорила не на своем родном языке… Меня убивало совершенно другое. Отчаяние, я ощущала его в воздухе. Голоса доносились, словно из-под водной толщи, сквозь которую я не могла прорваться. Хотелось кричать, но силы будто иссякли. Я потеряла чувство времени и пространства и смогла восстановиться лишь тогда, когда тьма поглотила меня, а мое тело обрело спасительную невесомость… ***       Я проснулась в лазарете. Яркий свет и белые стены вызвали у меня приступ тошноты, но, вдохнув воздух сквозь сжатые зубы, почувствовала облегчение. Ненадолго, правда…       - Влада?       Я тяжело вздохнула. Примерно я понимала, что разговор будет, но не думала, что так скоро… Стараясь не делать резких движений, я, повернув голову в сторону девушки, сдержанно поинтересовалась:       - Гермиона? Что ты тут делаешь?       «Интересно, а сколько я тут нахожусь?»       Я не стала озвучивать этот вопрос, поскольку в данный момент, он был не уместен. Я лишь наблюдала за тем, как Гермиона, поджав губы, проговорила:       - Надо поговорить.       - О чем?       Могла бы и не спрашивать, потому как на лице гриффиндорки все было и так написано. Оглянувшись по сторонам и удостоверившись, что поблизости никого нет, она, придвинувшись ко мне чуть ближе, прошипела:       - Не приближайся к нему!       Занавес.       Вернув голову в прежнее положение, я, посмотрев на белый, высокий потолок, глухо начала:       - Ну, это к Драко лучше… - однако она меня перебила. Схватив меня за запястье с такой силой, что, скорее всего, у меня останется синяк, Гермиона зло прорычала:       - Не называй его Драко!       Я чуть не засмеялась во весь голос. Что за абсурд? Я что, в театр одного актера попала? И кто этот актер? Я или Гермиона?       Не удержавшись, я все же усмехнулась, а после, приподнявшись и посмотрев на девушку, проговорила чуть насмешливо:       - Гермиона, а как мне к нему обращаться? – не получив никакой реакции рот Грейнджер, я, рывком дернув руку на себя, продолжила: - И ты меня, конечно, извини, но с чего ты вообще об этом беспокоишься?       - А то ты сама не понимаешь?       Заломив бровь от удивления, я вполне серьезно заявила:       - Раз спросила, значит, не вполне понимаю.       Наклонившись к моему лицу, Гермиона, прищурившись, процедила сквозь зубы:       - Просто, хватит крутиться рядом с ним. Это все что я хочу!       Покачав головой и осторожно отодвинув ее от себя, я, потерев переносицу, вымученно произнесла:       - Гермиона, не разочаровывай меня. Прошу! Ты довольно умная девушка, но сейчас ведешь себя, как ревнивая дура. – подняв на нее взгляд и отметив, как та побагровела от злости, я, примирительно улыбнувшись, добавила: - Я бы с радостью и на километр не подходила к нему, но мы как бы учимся вместе и живем в подземелье. У нас общая гостиная, в которой делаем уроки. Мы обедаем за одним столом. Ещё есть ко мне вопросы? Надеюсь, я удовлетворила тебя.       Последнее предложение было не вопросом, а утверждением, но, Гермионе оно не приглянулось. Прежде чем я повернулась на бок, она, коснулась моего плеча и сипло выдохнула:       - Подожди.       - Что ещё? – я посмотрела на нее с укором, но той было до сиреневой звезды. Сложив руки на груди, она, метнув в меня разгневанный взгляд, припечатала:       - Влада, надеюсь, мы поняли друг друга. Если я ещё хоть раз увижу тебя рядом с ним, то вызову на дуэль! И, повторю еще раз: не называй его Драко, для тебя – он Малфой.       И вот тут я не выдержала. Засмеялась от души. Духи, что любовь с людьми делает? Заставляет чувствовать себя идиотами, когда человек до нее был вполне адекватный? Или он изначально был не в себе? Этого мне было не дано понять в данный момент, поэтому я отсмеявшись, я хрипло ответила:       - Ух ты… Запущенный случай, однако… Гермиона, клятвенно тебя заверяю - твой парень, меня не интересует. – даже для убедительности ладонь к сердцу приложила, но, гриффиндорку не проняло. Заметив ее неоднозначную реакцию, я, отняв ладонь от груди и убрав с лица улыбку, я, уже вполне холодно продолжила: - Все, что мне сейчас нужно, это закончить год и вернуться домой, к брату. Гермиона, если у вас проблемы, то не надо и меня в это впутывать. И вообще, с чего ты взяла, что между нами, что-то есть? Кто такую ерунду тебе сказал?       По ее выражению лица я поняла, что открывать такой секрет она не хочет. Краска сошла и теперь, передо мной находилась достаточно бледная девушка с мешками под глазами. И только сейчас я заметила, как тряслись ее пальцы. Не сильно, но вполне можно увидеть, если приглядеться.       Я ее не торопила. Понимала, что ей необходимо время, чтобы собрать мысли в кучу. И да, оклемалась она быстро. Закусив нижнюю губу и посмотрев на меня каким-то нечитаемым взглядом, Гермиона вдруг заговорила:       - … я видела, как ты его лечила. Я прибежала именно в тот самый момент, когда ты начала петь. Я была в таком шоке, что не сразу осознала то, что ты не издеваешься над ним. Сначала я не могла понять, на каком языке ты говорила, но, после дошло, что это был болгарский. Не сразу его узнала…. – на мгновение ее взгляд стал грустным, но взяв себя в руки, Гермиона внезапно огорошила: - Ты шептала заклинание, которое срабатывает только в том случае, если у человека есть чувства к объекту исцеления. Вот почему я все ещё тут.       Я секунду я думала, что спятила. Заклинание на чувствах? А такие бывают вообще? И опять же, что я могу испытывать к Драко? Это не любовь и не влюбленность даже… Навязанная чушь, которая мне жить спокойно не дает. Вот только, как это донести до Гермионы? Может, сказать ей полуправду?       - Допустим. Но, сказано ли в твоих книгах, какие именно чувства должен испытывать человек, когда лечит?       - Явно не ненависть, иначе ты бы его даже спасать не стала.       «Ну, логично. В чем проблема тогда?»       - А благодарность является чувством? – я смотрела на нее и улавливала все незначительные изменения. Шок, неверие и подозрительность. Но надо отдать ей должное, не стала ругаться. Вместо этого просто спросила:       - Что ты имеешь в виду?       Пожав плечами, я, как можно спокойнее произнесла:       - Я хочу сказать, что необязательно испытывать романтическое влечение, чтобы хотеть помочь. Малфой, как бы сказать… помог мне, и поэтому я ему благодарна. Это оказалось вполне достаточно.       Удивление во взгляде, а после и уточнение:       - Помог? Когда это?       Поморщившись, я пробурчала:       - Мне обязательно говорить об этом?       — Это в твоих же интересах.       Вскинувшись, я, сложив руки на груди и обдав холодом, сухо проговорила:       - Знаешь, в моих интересах было бы тебя послать к нарглам ещё в самом начале, но, так как мы неплохо общались, и так как моя подруга подружилась с тобой, я не могу себе это позволить, к сожалению. Но и рассказывать о том, что было, я тоже не стану. Если интересно, спроси у своего парня сама. Ты же хотела правды, вот у него ее и узнавай.       - Верно говорят о тебе…       Что, опять?       - Да? И что же говорят? – я старалась сдержать сарказм, но не получилось. Нахмурившись и поднявшись на ноги, Гермиона, посмотрев на меня сверху-вниз, прохладно ответила:       - Что твой факультет очень плохо повлиял на тебя.       «Да кто бы говорил, ну серьезно…»       Хмыкнув и растянув губы в едкой улыбке, я изложила то, что она видимо подзабыла:       - Не суди, да не судима будешь. А вообще, посмотри на себя - ты встречаешься с парнем, который много лет гнобил тебя и который, заметь, учится на том же факультете, что и я. Делай выводы, умница ты гриффиндорская.       Грейнджер побледнела еще сильнее. Хотя казалось, куда еще? И тем не менее, я не стала заострять на этом внимание. Моргнув ресницами пару раз, Гермиона, чуть задыхаясь, пробормотала:       - Откуда ты… - но я не дала ей закончить. Мотнув головой в сторону выхода, я, помахав ладошкой, произнесла:       - Пока, Гермиона.       И все, больше я не смотрела на нее. Отвернувшись на бок и накрывшись одеялом с головой, я, зажмурившись, мысленно проговорила на случай, если гриффиндорка была еще рядом:       «Вот же блин…. Как я вообще в это ввязалась? Благодарность? Гермиона была права, это заклинание работает только при романтической привязанности. Потому что вспомнила его… Да уж, мои поздравления, Владислава, вы знатно так вляпались…» ***       В лазарете я пролежала еще какое-то время. Как оказалось, я тут находилась уже как пару дней. Рассказали, что меня принес Тео и не отходил ни на шаг, но упрямая мадам Помфри все равно его выгнала. Я знатно так удивилась, но ничего не сказала. Драко тоже находился в лазарете, но находился под действием лечебного сна. Его принес профессор Снейп и справившись о моем здоровье, ушел в закат. На мой вопрос, как себя чувствует отпрыск благородного рода, мадам Помфри ответила, что его жизни больше ничего не угрожает. И на том спасибо, как говорится... Знаете, как бы я не относилась к этой аристократичной ледышке, я искренне переживала за него. Ведь не зря же мы столько лет общались, если так подумать...       В один из дней, когда меня выписали, я тихо и спокойно побрела в гостиную. Но там, меня поджидал сюрприз. Сюрприз в лице Нотта. После того, как я оказалась в своей комнате (которая по идее должна быть пустой), Тео, подскочив с кровати, подошел ко мне и осмотрев с ног до головы, поинтересовался:       - Привет. Как ты себя чувствуешь?       Я была рада его видеть. Нет, правда. Пусть он тоже не общался со мной из-за Малфоя, но я была благодарна за то, что он вывел меня тогда из того мракобесия… Так что, не став паясничать, я, улыбнувшись, ответила:       - Привет. Жить буду. – а после неловко добавила: - Спасибо.       - За что? – а в глазах такой лукавый блеск, что хотелось в него запустить туфлей! Но, подавив в себе этот порыв, я только лишь усмехнулась:       - За все, Тео, за все.       Я не врала. И он видел это. Подойдя ко мне еще ближе и встав напротив, из-за чего мне пришлось немного запрокинуть голову назад, чтобы нормально смотреть на него, Тео, чуть наклонившись ко мне, уже хотел что-то сказать, но я опередила его, пробурчав что-то несравненно идиотское:       - Так я же для тебя просто подруга…       Он улыбнулся и, от его улыбки, хотелось растечься по полу лужицей. Мамочки, где мой мозг? Почему у меня в голове сахарная вата!? Но, я больше погрязла в этой невиданной сладкой бурде, когда Тео с придыханием прошептал:       - Подругу не хотят поцеловать.       Облизав пересохшие губы, я, еле вороча языком вопросила:       - Тогда зачем нужно было тот бред нести?       Обняв меня за талию и прижав к себе, Нотт, грустно усмехнувшись, пояснил:       - Потому что ты была расстроена. Как бы там ни было, Драко все равно в твоем сердце занимает определённое место, как и я. Верно же?       И было что-то в его голосе, отчего я ненадолго пришла в себя. Опустив ладони ему на плечи, я, заглянув в его карие глаза, негромко произнесла:       - Вы оба там. Рядом с моим братом. Нет никакой разницы.       - Так значит, я был прав…       И такая обида в голосе, что я в этот момент была готова побить сама себя. Пождав губы и проведя указательным пальцем по его ключице, я уточнила слегка задумчиво:       - И в чем же ты был прав?       Хватка на моей талии усилилась, а я, вновь стала провалиться в какие-то сладкие дебри. Мотнув головой, тем самым, не позволив себе этого, я услышала голос Тео, который уже не был таким печальным:       - Не важно. Просто знай, я буду рядом.       Посмотрев на него с прищуром, я немного напряженно проговорила:       - Не давай пустых обещаний, Тео.       - Я никогда не бросаю слов на ветер. – подмигнув мне, тем самым сбавив градус напряжения, Нотт вдруг выдал: - Кстати, за тобой должок. Помнишь?       - Должок? Эм…       Я растерялась, поскольку после всех произошедших событий, долг, который я должна была, просто забылся напрочь. Виновато покосившись на парня, я услышала насмешливое:       - Вспоминай, красавица.       Думала я долго. Но, на свое счастье, вспомнила. Я сама ему сказала, что должна буду, поскольку он помог мне и спас от нагоняя (дуэль с Пэнси в Запретном лесу чуть не обернулась для меня выговором). Поэтому да, я должна была… Так что, не став юлить, я прямо спросила:       - Вспомнила. Точно, ты прав. И, что же ты хочешь?       - Того, что мне пока не положено.       - Даже страшно представить, о чем ты думаешь. – я усмехнулась, хотя выражение лица Тео этому не способствовало. Он смотрел на меня так странно. Притягательно, что не оторваться. Ой, я опять погружаюсь в сладкий кисель.       «Нет уж!»       Мысленный пинок под зад опять спас меня. Нотт тихонечко посмеивался, поскольку я не всегда могу владеть своими эмоциями. В этот раз тоже не смогла. А оно и не надо было, потому как, подцепив мой подбородок, Тео, приблизившись еще ближе, выдохнул почти в губы:       - Не волнуйся, за черту не зайду, пока сама не попросишь.       - Тогда до старости ждать будешь…       Эти красивые глаза цвета шоколада. Я тону в них, не могу оторваться. В них я отражаюсь так, словно была самой красивой на свете. В этот момент, я так и думала, поскольку сделав несколько тяжелых вздохов, Тео вдруг прошептал:       - Все, не могу больше.       Зарывшись пальцами в мои волосы, Тео, больше ничего не говоря, поцеловал меня. А я, вцепившись в него стальной хваткой, ответила. И было уже абсолютно не важно, что на кровати лежал огромный букет сирени, которую он достал понятно каким образом. Было не важно все, кроме него самого, его обалденного аромата и его поцелуя.       «И все-таки у меня сладкая вата вместо мозга. Ну да и пофиг, разберусь позже…» ***       Всю неделю после того, как Тео был у меня в комнате, я ходила словно зомби. Влюбленное зомби, если точнее. Ведь сама ругала Гермиону за то, что у нее не все в порядке с головой от любви, и вот тебе…       Да, из-за того, что я вела себя на редкость странно, мне «посчастливилось» получить наказание от Слизнорта. А все потому что я накосячила в расчете ингредиентов для очередного зелья.       - Влада, чем же вы так увлечены, что совершенно не следите за тем, что добавляете в котел?       Хорошо хоть при всех меня не отчитывает. А потому, склонив голову, я, покраснев, проговорила негромко:       - Извините, профессор. Такого больше не повторится.       - И что мне с вами делать?       - Отпустить? – вскинув голову, я с надеждой во взгляде посмотрела на мужчину, но заметив в его глазах лукавые искры, погрустнела. Усмехнувшись с моей реакции, Слизнорт, указав головой в сторону одного из котлов, лениво проговорил:       - В наказание, мисс Василев, сварите Амортенцию. Как будет готово, позовите меня. Удачи.       И больше ничего не говоря, вышел из кабинета. А я так и осталась стоять на месте, пытаясь собрать по полу свою челюсть…       Вот скажите, кто за испорченное зелье будет давать отработку… зельем? Видимо, Слизнорт…       Все еще оглушенная от шока, я побрела в сторону одинокого котла. Да уж, задачка мне предстояла весьма проблематичная. Я ведь его до этого ни разу не готовила…       Честно, провозилась я с этим зельем уйму времени, но результат превзошел мои ожидания. Да настолько, что захотелось себя придушить! Ведь как можно определить, получилась Амортенция, или нет? Правильно, по запаху. А именно, что я чувствую, когда нахожусь рядом. И вот из-за этого я и хотела закопать себя где-нибудь в лесочке, поскольку я слышала запах Тео … и Драко.       «Да за что!?»       Как и в прошлый раз, мне в нос ударил аромат шоколадного кофе, тумана и леса. Но, вдобавок к этому, прибавилось еще несколько: сирень – Тео и кровь – Драко. Шикарный набор влюбленной дуры…       Зарывшись пальцами в волосы и оттянув их, я, сдавленно простонав, пробормотала:       - Как оказывается, я вляпалась дважды. Но выбор нужно сделать, чтобы не тянуть эту ситуацию и дальше за хвост. – взяв себя в руки и еще раз посмотрев на Амортенцию, я, скривившись, добавила более уверенно: - И, кажется, я уже знаю, каким он будет, этот выбор…